Выбор императрицы. Книга первая.

Чанбин вместе с Хёнджином ушли в другой шатер, чтобы сообщить наложникам о турнире. Я бы предпочла рассказать им сама, но императрица не может быть на побегушках. Мне было неприятно, что им придется биться на потеху публике. Без сомнения, большинство ожидали представления, на котором наложники покажут свое непримиримое отношение друг к другу. Хорошо, что хоть сражаться они будут на деревянных мечах, потому что, несмотря на спокойное поведение Чана в нашу последнюю встречу, я не была в нем уверена. В том, что он ревнует меня, я ни капельки не сомневалась. Его буйный нрав трудно было держать в узде даже ему самому. Я понимала, почему он выбрал военную службу. Строгие правила и ограничения помогали ему сохранять спокойствие духа. Теперь же он сам пытался создать для себя границы, за которые не мог выходить, но это явно стоило ему немалых усилий. Чанбин вернулся с широкой улыбкой на лице. Вот же негодяй! Зачем ему сдался этот турнир? Так и хотелось плеснуть ему вином в лицо. — Наложники готовятся. Я велел охране выдать им более удобные ханбоки, а то сражаться в этих роскошных нарядах весьма проблематично. Я не стал распределять их по парам для поединков, подумал, что это надлежит сделать вам, моя императрица, — обратился он ко мне. — Я сделаю это лично и заодно пожелаю им удачи, — нашла я повод поговорить с наложниками перед началом турнира. Наложники переодевались в небольшом охотничьем домике. Я велела своим охранницам остаться снаружи и вошла внутрь одна. Постучаться я даже не подумала. Наверное, стоило бы, но я моя голова была забита мыслями о предстоящем турнире и о приличиях я совершенно позабыла. Когда я вошла, то первое, что мне бросилось в глаза, это пресс Чана. Он как раз надевал чогори. — Моя императрица, — склонил он голову. Другие наложники тоже были полураздетые. Я поспешила отвернуться. — Все свои, моя госпожа, — услышала я ироничный голос Минхо. — Не стесняйтесь. В каком-то смысле, он был прав. Я щеголяла перед ними голой в купальнях, да и видела половину из них полностью обнаженными, в том числе, самого Минхо, который в тех же купальнях продемонстрировал мне себя во всей красе. Не знаю, чем был вызван мой внезапный порыв скромности. — У императрицы есть воспитание в отличие от тебя, — услышала я неуверенный голос Джисона. — Тогда ей следовало бы постучаться, — усмехнулся Минхо. Да, черт бы его побрал! Он что совсем страх потерял? Я резко повернулась и прожгла его недовольным взглядом. Он лишь дерзко ухмыльнулся, не особо торопясь запахивать полы чогори. — Отчитывать меня вздумал? — взбеленилась я. — Да, что вы, моя императрица, просто констатировал факт, — Минхо был в своем репертуаре. — Не обращайте внимания, Харин, — Чан подошел ко мне и положил руку мне на плечо. Это был довольно опрометчивый поступок с его стороны — при всех прикасаться ко мне без моего позволения. Чан как бы показывал им, что у него есть на меня влияние. Я тут же сбросила его руку со своего плеча. — Я сама решу, на что обращать внимание, а на что нет, — огрызнулась я. Я пришла к наложникам с благими намерениями, но мое раздражение на Чанбина было столь велико, что обычный треп Минхо, который в другой ситуации вряд ли бы меня задел, вывел меня из себя, еще и Чан откровенно сглупил. Чан посмотрел на меня волком исподлобья, потирая руку так, как будто я его обожгла своими словами и действиями. Ох, не так я хотела подбодрить их перед турниром. Надо было как-то спасать ситуацию. — Я пришла, чтобы пожелать вам удачи, — это прозвучало довольно нелепо. — Спасибо, императрица, — нестройным хором ответили наложники. Я бы очень хотела сказать им, что турнир — не моя идея, но это значило бы показать, будто я ничего не решаю при собственном дворе. — Понимаю, что вы удивлены. Никто не предупредил вас заранее, но не волнуйтесь слишком сильно. Все же это неплохая возможность показать ваши способности. Превратите поединки в искусство. Никто не хочет смотреть на агрессивное махание мечами (очень даже хотят, подумала я, но оставила эти мысли при себе). Я выбрала пары для первых поединков. Хёнджин будет против Ёнбока, Чан против Чонина, а Джисон против Минхо. Я старалась подобрать пары, где наложники относились друг к другу максимально благодушно или хотя бы равнодушно, и я надеялась, что у Минхо хватит ума проиграть своему обожаемому друг Джисону, чтобы не столкнуться с Чаном в финальном поединке. Что-то мне подсказывало, что эти двое друг друга на дух не переносят. Хотя я, конечно, представления не имела, как сражаются все они, за исключением Чонина, и то была не уверена, что он не обвел тогда всех вокруг пальца в поединке чести. Но вот Чан точно искусный воин, в этом у меня сомнений не было. — Дальновидно, — произнес Минхо без тени иронии. — Будьте достойны моего внимания, — сказала я напоследок и удалилась. Я сообщила порядок поединков главе охраны, который будет вести турнир, и ушла в свой шатер. Не успела я усесться на резной стул с высокой спинкой и подлокотниками, который привезли из дворца специально для меня, как Чанбин оказался рядом. — Моя императрица, вы уже решили, какой приз получит победитель? Да он что издевается? Чертов приз! — Я объявлю приз, когда победитель определится, — стараясь не показывать ему свое раздражение, ответила я. — Как вам будет угодно, — Чанбин явно наслаждался собой, он ведь прекрасно понимал, что я еще ни черта не придумала, потому что ни о каком турнире даже не помышляла. В первом поединке должны были сразиться Хёнджин и Ёнбок. Глава охраны объявил их. Они вышли на огороженный колышками участок поляны и поклонились друг к другу. Дамы затаили дыхание. Даже в простом черном ханбоке Хёнджин выглядел бесподобно, словно герой какой-нибудь легенды о великом воителе. Он подвязал свои волосы черной лентой, оставив пряди по бокам. Выглядело красиво. — Он необыкновенно прекрасен, — вырвалось у сидящей рядом со мной Алиры. — Согласен, — Чанбин тоже не мог оторвать глаз от Хёнджина. Не сговариваясь, мы с Сынмином недоуменно переглянулись, но промолчали. Поединок начался. Первым в атаку пошел Ёнбок. Он держался довольно уверенно. Хёнджин умудрился отбить его удар с каким-то особым изяществом, будто это был танец, а не битва на мечах. Я была рада, что он внял моей просьбе превратить поединок в искусство. Ёнбок снова атаковал, уже более изощренно. Хёнджину не без труда удалось отбить этот удар, но он сохранил свою грацию. Кто-то даже зааплодировал. Потом он попробовал атаковать сам, но неудачно, и Ёнбок только чудом не задел его мечом. В атаках Хёнджин был плох, как показали следующие две. Ёнбок задел его левую руку, но это считалось допустимым, ведь в реальном бою при таком ранении еще можно было сражаться, если, конечно, боец не левша. В какой-то момент Ёнбок стал атаковать с большим напором, как будто ему надоел этот поединок, и он хотел поскорее закончить. Хёнджин продолжал отбивать удар за ударом, но явно уже устал. Ёнбок был очень ловким и прыгучим. Он умело задействовал свои ноги и прыжки. Но публика однозначно была на стороне Хёнджина, его движения завораживали, они были быстрыми и резкими. Ёнбок был ловче, но медленнее. К тому же поняв, что атаки ему не удаются, Хёнджин перестал нападать и только защищался, в то время, как Ёнбок выбивался из сил. Я уже было подумала, что Хёнджину даже удастся победить, как Ёнбок нанес ему удар ногой в грудь и тот упал на спину. Ёнбок тут же наступил на его запястье, чтобы он не мог поднять меч, и направил острие своего — ему в грудь. Начальник охраны, следящий за правилами поединка, объявил Ёнбока победителем. Как только это прозвучало, Ёнбок помог Хёнджину подняться, предложив свою руку, тот спокойно принял помощь. В этой паре я точно не ошиблась. Поединок прошел мирно, можно сказать, что победила дружба. Только вот публика была не в восторге, ведь их любимчик проиграл. Слышались вздохи разочарования. — Что ж, — задумчиво произнес Чанбин, — честно сказать, я ожидал большего от господина Хвана, но в его движениях есть нечто особенное, никогда не видел такой техники. Это было зрелищно, но не эффективно. — Он танцует с мечом, — улыбнулась я. — Считаешь это забавным? — удивился Чанбин. — Считаю это красивым. Он же не за жизнь свою сражался. Он показал, что даже махание мечом может быть изящным. — Это было так необычно, — сказала Алира. — И пусть он не победил, но у меня такое чувство, что ему удалось покорить сердца смотрящих. — А мне не понравилось, — неожиданно заявил Сынмин. — Боевое искусство — это не театр. Нужно относиться к нему серьезнее. Еще в начале поединка было понятно, что победит господин Ли. Я заметила, как Алира побледнела. — Не слишком ли ты суров, братик? — обратилась я к нему и одновременно взяла за руку его жену. — Нам с Алирой понравилось. — Вам понравилось, потому что господин Хван поразил вас своей красотой, но, увы, красота не может убить, в отличие от меча. Надеюсь, что ему никогда не придется участвовать в реальном бою. Тем временем, глава охраны объявил поединок между Джисоном и Минхо. Джисон споткнулся о камень, когда шел, и чуть было не упал, но Минхо во время поддержал его за руку. Да уж. Внимательность и координация Джисона оставляли желать лучшего. Кажется, это будет быстрый поединок. Вся надежда на благоразумие Минхо. — Знали ли вы, моя императрица, что старшая сестра господина Хана, известна, как одна из самых умелых мечниц в нашей стране? — поинтересовался Чанбин. — Нет, не знала, — искренне удивилась я. — Я это к тому, что в их семье только двое детей. Интересно, на ком она оттачивала свои навыки? — Чанбин явно был в предвкушении этого поединка. Конечно, я поняла, на что он намекает, но мне было трудно поверить, что неуклюжий Джисон сможет продемонстрировать нам блестящее мастерство. Первым атаковал Минхо, Джисон легко отбил его удар, даже не двинувшись с места. Минхо усмехнулся и снова атаковал, Джисон сделал ровно шаг и снова отбился. Непонятно было, что происходит: то ли Минхо специально поддавался, то ли Джисон действительно не испытывал особых трудностей. И тут Джисон атаковал сам. Его движения были выверены и точны. Мечи то и дело встречались друг с другом, и Минхо явно прикладывал все силы, чтобы отбиться. В ход пошли удары ногами. Джисон сделал вид, что отступает, но вдруг снова атаковал и выбил из рук Минхо меч. Люди ахнули от неожиданности. Джисон направил меч прямо в грудь Минхо. Тот поднял руки, показывая, что сдается. Они улыбались друг другу. Это было так странно в данной ситуации. Улыбка Джисона была доброй и нежной, а улыбка Минхо — проказливой, но искренней. Джисон опустил меч и пожал другу руку. До меня доносились шепотки. Ну, конечно. То, как Минхо и Джисон смотрели друг на друга и улыбались, трудно было не заметить. Это не могло не вызвать пересуды, тем более, что о них и так уже говорили. Черт бы побрал этих неразлучных друзей! Неужели они не понимали? Минхо ведь не был наивным, но у меня складывалось впечатление, что за годы дружбы с Джисоном, он так привык вести себя с ним по-особенному, что даже не замечал, как это выглядело со стороны. Кажется, он забывал об осторожности, стоило ему посмотреть в доверчивые глаза своего друга. — Я впечатлен, — Чанбин потирал руки. — Какое хладнокровие и уверенность в себе! Ни одного лишнего движения. Господин Хан явно провел все детство и отрочество в битвах со своей сестрой. Кажется, я знаю, кто победит в сегодняшнем турнире. Я промолчала. Конечно, я была удивлена. Непривычно было видеть Джисона таким. Как будто, когда меч оказался в его руках, он превратился в другого человека. Он действовал очень продуманно и не тратил силы понапрасну, и от этого было не по себе. Джисон как будто отключал чувства, когда сражался. — Он выглядел таким отрешенным от всего, — произнесла Алира. — Он был сосредоточенным, — сказал Сынмин. — Ничто не отвлекало его от меча в его руке и от движений соперника. Некоторые учителя боевых искусств учат абстрагироваться от всего лишнего во время боя. Начальник охраны объявил о начале поединка Чана и Чонина. Было заметно, что Чан очень напряжен. Чонин же наоборот выглядел максимально расслабленным. Я не знала чего ожидать. Это была битва матерого волка и хитрого лисенка. Чан напал первым, Чонин еле отбился, но Чан почему-то только разозлился. Он сплюнул наземь, а потом буквально на несколько секунд заслонил лицо ладонью так, чтобы не было видно его рот. Мне показалось, он что-то прошептал Чонину одними губами. Может быть, мне почудилось, потому что выражение лица Чонина осталось беспечным. Он довольно рьяно бросился в атаку, но Чан лениво отбил его простенькие удары. Поединок затягивался. Несмотря на то, что Чонин казалось бы владел мечом абсолютно посредственно, ему все время удавалось отбивать яростные атаки Чана. Тот заметно успокоился, но взгляд был убийственным. Не хотела бы я, чтобы он так смотрел на меня. Это случилось неожиданно. Чонин подловил Чана на неудачном выпаде и попытался сбить его с ног, но тот, как будто только этого и ждал, потому что тут же перебросил меч в правую руку, хотя до этого сражался левой, и полоснул Чонина деревянным лезвием по шее. На лице Чонина только на мгновение промелькнуло непонимание, и оно вновь стало беспечным. — Я уж думал, они до ночи биться будут, — рассмеялся Чанбин. — Да уж, не самый интересный поединок, — зевнул Сынмин. — Я так и не поняла, насколько хорошо господин Ян владеет мечом? — спросила Алира. — Никто не понял, — ответил Сынмин. — Техника у Чана хороша, но он очень несдержан. Кого-то мне это напоминает, — хмыкнул Чанбин. Наверное, будучи в более благостном настроении, я бы не стала так подло поступать и напоминать Чанбину про его отца, но брат первым начал доводить меня сегодня, навязав этот бессмысленный турнир, поэтому я тут же заметила: — Военачальник Со тоже плохо контролировал свои эмоции во время поединков. Чанбина аж передернуло. Уж кому, как не ему было знать, насколько несдержанным был его отец. Он считал сына никудышным бойцом, но все равно тренировал его. Однако Чанбину ни разу не удалось заслужить его похвалу. К нам подошел глава охраны и спросил, как проводить турнир дальше. Предложить наложникам тянуть жребий, чтобы определить следующую пару, или оставить в финале всех трех. Последний вариант пришелся бы по душе публике, потому что тогда двум наложникам пришлось бы объединиться против другого, чтобы быстро его одолеть, а потом сразиться между собой. Но я прекрасно понимала, что, скорее всего, Ёнбок и Джисон объединятся против Чана, и ему придется сражаться сразу с двумя. Я очень хорошо помнила о том, почему Чану пришлось переучиваться сражаться левой рукой. Мне не хотелось напоминать ему об этом, поэтому этот вариант финала я сразу отмела. И тут мне пришла одна мысль. — В следующем поединке будут участвовать господин Ли и господин Хан, а после мой брат принц Со окажется великую честь господину Бану и составит ему пару. Господин Бан сможет участвовать в финале, если одолеет принца, — объявила я и улыбнулась Чанбину своей самой очаровательной улыбкой. — С радостью, моя императрица, — натянуто улыбнувшись в ответ, сказал Чанбин. — Пойду готовиться, с вашего позволения. Чанбин покинул шатер. — Мне кажется или для Чанбина это был сюрприз? — поинтересовался Сынмин. — Огорчен, что я выбрала не тебя? — пусть Сынмин не думает, что ведет себя лучше, чем старший брат. — Ну, если ты хотела, чтобы я опозорился, то могла бы выбрать меня. Мне не жалко, — спокойно отреагировал Сынмин. — О, — только и смогла вымолвить Алира и поспешно добавила. — Уверена, что вы, мой принц, были бы достойным противником в поединке. — Уверен, вы были бы разочарованы, жена, — усмехнулся Сынмин. Сынмин даже не пытался произвести приятное впечатление на Алиру. Надо будет поговорить с ним об этом. Начался поединок между Ёнбоком и Джисоном. У Ёнбока не было шансов даже несмотря на всю его ловкость. Все движения Джисона были отточены до совершенства и казалось он буквально предугадывает действия Ёнбока. Но все же один раз Ёнбоку удалось сбить его с ног тем же ударом, что и Хёнджина, только вот Джисон не упал на спину, а принял нижнюю защитную стойку. Все еще не могла поверить, что его неуклюжесть никак не проявлялась во время поединка. Как такое вообще возможно? В итоге Джисон одержал победу, нанеся Ёнбоку удар в живот. В реальном бою — это была бы неминуемая смерть. Чувствовалось, что знать уже немного подустала от турнира и многие были бы безумно рады, если бы следующий поединок был последним, поэтому многие начали кричать: «Принц Со! Принц Со!». Чанбин появился на поляне, одетый в красный ханбок, хотя даже для парадных выходов предпочитал темные цвета. В руке он нес меч, но не деревянный. Острие ярко блестело на солнце.