ТЫ МОЙ КОСМОС

Высокий худой Альфа стоял у окна и хмурил брови. Перед ним раскинулся самый дорогой город в Галактике. Небоскрёбы, один выше другого, тянулись в небо, задевая своим шпилями облака. Но хозяину шикарного кабинета было наплевать на вид за окном. Он был зол. «Чёрт побери этого Омегу! Он спутал все планы! Ещё немного, и препарат ушёл бы в производство!» — мысленно негодовал Альфа. Он знал, что партнёры с воодушевлением ждали последние результаты тестов и потирали от нетерпения руки. Потому как иметь в своём распоряжении бесплатную рабочую силу — мечта каждого крупного концерна. Особенно, если колонии находились на дальних рубежах, а их снабжение становилось всё дороже. Из-за роста цен выработка руды перестала приносить тот объём прибыли, на который они рассчитывали и вот появилась возможность ликвидировать эту проблему благодаря разработке препарата созданного в одной из лабораторий ,принадлежащих корпорации «Небирос». Препарат был уникальным, но его производство должно было содержаться в строжайшей тайне, так как внедрение его в жизнь нарушало целый свод законов, что, однако, никоим образом не останавливало ни его создателей, ни тех, кто уже подписал документы о сотрудничестве. Большие деньги в этом мире делались не на пустом месте, и между самыми крупными монополистами всегда заключались взаимовыгодные, часто незаконные, сделки. Последняя должна была принести корпорации миллиарды. Со Джун своими глазами видел, как недовольные условиями труда переселенцы, ещё вчера готовые вставать на баррикады, буквально за пару часов превращались в покорных овечек. Животных, которым не нужно трёхразовое питание и комфортное проживание. Для их содержания достаточно скромных бараков, пятичасового сна и парочки белковых коктейлей вместо мяса и овощей, которые требовали от работодателей профсоюзы. А настырные комитеты по защите прав можно ограничить, закрыв под предлогом секретных разработок доступ на посещение объектов, где располагались шахты и небольшие поселения, а потом творить на подвластной территории всё что угодно.  Препарат, который мог принести миллиарды, имел рабочее название AB-X. Он моментально растворялся в воде, не имел ни вкуса, ни запаха, и его можно было незаметно подмешать в еду. Пара дней — и бесплатная рабочая сила готова. Никаких тебе жалоб и требований, никаких возражений и забастовок. А для отвода глаз и всякого рода проверок достаточно организовать пару образцовых поселений, где всё будет соответствовать нормами и разного рода требованиям. Идеальный расклад! Осталось только дождаться последних результатов тестирований, и производство AB-X можно было начинать.  Всё шло по плану, как вдруг этот безумный учёный вместе со своим сыном Омегой тайно организовал взрыв трёх основных лабораторий. Ужасной оказалась не потеря оборудования, а гибель самого учёного, что означало откат в их успехах далеко назад. Оставалась надежда, что для восстановления формулы помогут записи с камер, которые дублировались в архивы, но в любом случае время потеряно, и теперь придётся начинать всё сначала. Это злило до невозможности. Альфа на бесконечном повторе гонял в своей голове одни и те же мысли: «И зачем я разрешил этому сучёнышу жить на территории комплекса, в котором находится научный центр!? Надо было оставить его на Гекате», — думал он. Однако отец Омеги клялся ускорить тестирование препарата, если они вытащат сына из ада, в котором тот находился. Вот Альфа и пошёл на уступки, что оказалось огромной ошибкой. Ни служба безопасности, ни одна из камер наблюдения не обнаружили, как готовился саботаж. И как же невовремя вмешалась космическая Гвардия, которая посчитала, что взрывы организовали террористы, нанятые конкурирующей компанией. Не успел Со Джун и глазом моргнуть, как они подключили все свои доступные резервы, чтобы выследить и поймать Омегу. Только корпорации не нужны лишние свидетели, а тем более расследования. «Не дай бог откроется, чем мы тут занимались последние несколько лет. Пусть лучше этот сучёныш умрёт прежде, чем на него насядут, заставляя давать показания!» — продолжал злиться Альфа. В дверь громко постучали. Со Джун резко развернулся. Наконец-то пришел тот, кто избавит его от проблем. — Сэр? — Вы всё подготовили? — Я всё сделал так, как мы договаривались, сэр. — Конкретнее. — После того как мы его поймали, он провёл некоторое время на одной из наших космических баз. К нему никого не пускали, и он ни с кем не разговаривал. Я организовал его конвоирование одним из офицеров запаса. Это обычное дело, и ни у кого не возникло никаких вопросов. Также, я лично позаботился о том, чтобы звездолёт с пассажирами на борту вышел из строя до прибытия на планету Сайлакс. В данный момент установленный на корабле маяк указал на то, что они погибли в поясе астероидов. Признаков жизни не обнаружено. — Расследование? — Никакого. По документам арестанта за номером 3.2-578 никогда не существовало. — Хорошо. Мой помощник переведёт на ваш личный счёт необходимую сумму денег. — Спасибо, сэр. Космическая гвардия всегда к вашим услугам. — Я надеюсь, — Альфа отвернулся к окну, давая понять, что разговор окончен. Посетитель молча откланялся.

***

Что-то было не так. Юнги хорошо чувствовал корабль и знал, что двигатель должен издавать другой звук. В подобных моделях он разбирался очень хорошо. Мог с закрытыми глазами собрать движок. У этой модели — точно. И вот теперь Альфа чувствовал, что с кораблём что-то происходит, и собирался пройти в тех-отсек, как звездолёт резко дёрнуло. Пару раз мигнул и окончательно погас свет. Юнги окутала абсолютная тишина. — Что за херня? — ругнулся он. Остановка двигателя не удивила. Удивило отсутствие причины. Ни перегрузок, ни внешнего воздействия. Он даже не в гиперпространстве. Юнги нащупал ногой рюкзак и достал оттуда разгрузку. Надел её на себя и стал килограммов на десять тяжелее. Он очень хорошо позаботился о наполнении и теперь с лёгкостью мог мгновенно достать запасную обойму, шприц с обезболивающим, набор инструментов, зажигалку, фляжку с водой, нож и многое другое, что чудесным образом располагалось в огромном количестве разнокалиберных карманов. Сейчас Юнги достал и включил фонарик. Посветил на панель и попытался запустить запасной двигатель. Ничего не вышло. Попробовал ещё разок. Безуспешно. Вот теперь он обеспокоился всерьёз. По курсу располагался пояс астероидов, и корабль был готов войти в гиппер-прыжок, а теперь нужно срочно решать, что ему делать, потому, как если в самое ближайшее время двигатель не оживёт, то им наступит конец.  Юнги прошёл в заднюю часть крейсера. Он открыл люк, предназначенный для спуска дронов, и через пару секунд уже висел вниз головой, пытаясь отогнуть боковую панель, чтобы добраться до проводов. Выяснять, что случилось с двумя вышедшими из строя двигателями, не было времени, и Альфа решил пойти более лёгким путём. Для запуска дронов применялся небольшой заряд энергии, который был автономным и, что немаловажно, напрямую соединялся с пультом главного управления. Поэтому он решил восстановить хотя бы рулевую панель. Корабль летит по инерции вперёд, и главное сейчас — получить возможность маневрировать, а потом уже, в более спокойной обстановке, разобраться с двигателями. Люк был немного узковат, и Юнги ободрал плечо, пока соединял провода в нужном ему порядке. Наконец послышалось легкое жужжание, и Альфа довольно хмыкнул. Оставалось только переключиться на ручное управление. Он успел вовремя. Однако приближающаяся серая масса, состоящая из космического мусора, выглядела довольно устрашающе. Она двигалась сплошной стеной и была растянута на много километров. Юнги нахмурился. Ему бы сейчас боевой крейсер. Пусть самый маленький, но с комплектом ракет. Потому что если лазерная пушка при отключении двигателя не работала, то отсек с ракетами был на автономном питании.  Ракетами он бы смог пробить для корабля тоннель, и угроза столкновения в разы уменьшилась. Но ему выписали самый обычный звездолёт — не боевой, а пассажирский. Тот, которым Гвардия пользовалась для своих внутренних целей, начиная с отправки почты и заканчивая доставкой любимой тёщи на ближайшую курортную планету. Гибель такого корабля никого не заинтересует. Сколько было случаев, когда за довольно скромные суммы покупались списанные с официальной службы крейсеры. Их дальнейшая судьба никого не волновала. Главное правило — не нарушать законы Всемирной Межгалактической Организации, а дальше живи как знаешь. У Юнги неприятно засосало под ложечкой. Смутные подозрения начали обретать форму. «Такое ощущение, что корабль умер не просто так. Если бы основной двигатель начал сбоить, то система тут же выдала бы предупреждение, но она молчала. Аварийный, так вообще словно целенаправленно отключен. И этот маршрут через пояс астероидов... Я знаю другую дугу полёта. Да, она сожрёт больше топлива, однако будет в разы безопаснее. Но корабль выдал именно эту карту с пометкой не менять координаты. Эх! Надо было мне послушать свою интуицию и сделать всё по-своему. Когда в дело вмешиваются бюрократы, которые лезут в бутылку со своей экономией, ни чего хорошего не жди».  Альфа нахмурился. «А если это заранее продуманная диверсия? Тогда всё встаёт на свои места. И то, что посылали меня, уволенного в запас, а не состоявшего в основных войсках офицера. Ведь если я погибну, то начальству не придётся писать бесконечное количество рапортов с объяснениями. Будет довольно стандартного: «Доброволец из отставного состава погиб при исполнении», — да и только. Однако неясно: зачем всё это? Операции, в которых я участвовал ранее, были официальными. Жизнь — как на ладони. Никаких тайн и никаких секретов. В таком случае кому-то не угодил мой спутник. Номер 3.2.578. Неужели создавшаяся ситуация как-то с ним связана? Или это просто нелепое стечение обстоятельств? Хороший вопрос».  Маневрируя кораблём и огибая крупные объекты, Юнги обратил внимание, что путь перед звездолётом расчистился подозрительно рано. Он сверился с координатами, а затем пристально вгляделся в звёздную темноту и тут увидел то, что обнулило все шансы на благоприятный исход. На крошечный крейсер надвигался расколотый надвое осколок одной из погибших планет. Скоро сработает сила притяжения и их просто размажет о поверхность. Времени на раздумья не оставалось, и Юнги спешно направился в сторону крио-капсулы. Омега спал. Юнги кое-как втиснулся рядом, открыл пульт управления и ввел программу катапультирования. Другого выхода у них просто не было. Капсула на огромной скорости вылетит в космос, что спасет их от притяжения к астероиду, а дальше можно только надеяться на удачу. Карта показывала, что недалеко от их маршрута располагалось скопление малых планет, более-менее пригодных для жизни, и если Юнги прикинул верно, то запасов сжатого воздуха в капсуле должно хватить до момента автоматической посадки. Альфа мысленно помолился и нажал на кнопку «Пуск». Последним осознанным его ощущением было тепло пальцев Омеги, которые Юнги неожиданно для самого себя сжал в своей большой ладони.