Актёры погорелого театра.

..Этот мир будто утерял все свои звуки для них двоих. Были слышны лишь их собственные придыхания. Нехватка воздуха. Мундроп будто увидел другую сторону дневного воспитателя. Он видел его глаза. Распахнутые, невольно заполняющиеся желанием. Он толком не видел его таким, да ещё и так близко. Но ему это нравилось. « Я так хорошо знаю тебя, воспитатель Санрайз. Я узнал тебя так хорошо, что ты почти стал частью моего мира. Частью моего сознания. Огромной, блять, частью. » Но было видно невооружённым глазом — блондин был всё ещё растерян. — Сан?.. Плюёт на вопросительную интонацию. Плюёт на эту фальшивую заботу. Потому что она, нафиг, не фальшивая. — Тш-ш, — почти шёпот. И затем очередной поцелуй. Осторожный. Будто хотел так успокоить. Руки забирались под одежду, поднимаясь выше. Как вдруг раздался звонок телефона. Нет, они не обратят на это внимание. Не сейчас, чёрт возьми. Но рингтон звонка не прекращался, и казалось, что он становился лишь громче. Он возвращал в реальность. — Сука, — прорычал Мун ему в губы, отстраняясь. Громкий хриплый голос. Судорожно встаёт с дивана и оглядывает комнату в попытках найти злосчастный телефон. Сейчас хотелось разбить его экран о стену. Но всё же, он берёт трубку. — Слушаю, — раздалось сквозь зубы. Со всем тем ядом, что вызвал этот треклятый звонок. — Мундроп? Я-то думал ты дрыхнешь по утрам — это был Монтгомери. В его голосе слышалась усмешка. — Монти, мать твою... Какого хера ты названиваешь? — с силой сжимает переносицу, пытаясь угомонить своё возмущение. — Мы с Диджеем нашли место работы. Так вот, заведение недавно повторно открылось. Им нужны работники, смекаешь? Эта новость заставила ненадолго разжать челюсти. — Давай поподробнее, — он подошёл к подоконнику, слушая собеседника. *** Санрайз мгновенно ощутил, что собственное лицо заливается краской. Он не мог найти себе места во время того, как Мун рыскал по комнате по звукам рингтона. Голос на другом конце телефона до боли знаком. Это Монти? Он был слишком застенчив, что-бы испытывать такой же гнев, как и луноликий. Всё, что оставалось, так это вникать, о чем идёт речь. *** Вскоре звонок был завершён. — Это Монти. Спрашивал, как мы тут, — бросил тот на выдохе, засовывая руки в карманы. Замечает вопросительный взгляд Солнца. Санрайз искренне не понимал, что происходит. Что вообще было пару минут ранее. Эти прикосновения, этот взгляд. Только он хотел задать вопрос, как последовал ответ. Мун будто знал, о чем пойдёт дальше речь. — Боже, Сан. Это был просто поцелуй... Это ничего не значило, — отмахнулся тот. Трус. Тогда зачем ты это делал, Мунни? После этих слов, он был готов поклясться, Санрайз задохнулся. « Это ничего не значило » « Просто поцелуй » Почему это так укололо его? Сан увёл взгляд, поджимая губы. Всё ещё чувствует его вкус. — Мы идём на собеседование, — добавил он. — Собеседование? — переспросил блондин — Куда? Мун заглянул в телефон, дабы проверить информацию о новом предполагаемом месте работы — Ресторан где-то у центра. Они открылись повторно дней так пять назад. Решили устроить что-то по типу "перезапуска". Новая идея, новые рабочие лица, — пояснил тот — Монти и Диджей тоже претендуют работать там. Так что давай реще. Я тебя ждать не буду. — Я.. Я уже собран, — тут же ответил парень, вставая с дивана, попутно поправляя многострадальную футболку. На что луноликий лишь кивнул. Нужно было добраться до этого заведения как можно быстрее. Хотя вакансии ещё есть. Но это ведь может всегда поменяться. *** Путь составил у них чуть меньше часа. Ну, хотя бы не зря смотались. За то время, пока они добирались, Монтгомери с Диджеем любезно зарекомендовали их. Так что собеседование прошло даже как-то слишком коротко. Санрайз бы отлично подошёл под официанта. Обаятельный, приветливый. Хороший вариант для того, что бы создать нужное впечатление у посетителей. Мундроп же удостоился роли бармена здесь. Он не был разговорчивым, но выслушать смог бы. Это и нужно было. Монти, к слову, будет создавать здесь музыкальную атмосферу на пару с Диджеем. Всё же опыт в музыке определённо играл на руку. Дело осталось за малым. Нужно было лишь прикупить рабочую форму. Белая рубашка, тёмные штаны, какой-нибудь аксессуар. Классика. Правда, придётся потратить чуть-ли не весь оставшийся бюджет. Но разве у них был выбор? Эта работа могла буквально спасти их. И раз уж им нужно для этого всего лишь потратиться на приличную одежду , то, разумеется , они сделают это. Было бы опрометчиво отказаться. Перекинувшись парочкой фраз, четверо коллег расходятся в разные стороны. Им всем нужно было подготовиться перед первой сменой. Всё это время воспитатели и слова не обронили друг другу. Старались привести свои мысли в порядок. Они смотрели в никуда. Просто шли в первый попавшийся магазин мужской одежды. Уж рубашки-то есть почти в каждом втором магазине. Они не смотрели друг на друга. Уводили взгляды. Отрицали произошедшее сегодня. Отрицали свою связь и привязанность. По крайней мере, Санрайз точно. Он не хотел чувствовать осадок тех чувств после того, что ему было сказано утром. *** Вечер. 20:25 Всё было куплено. И измотанные коллеги уже с ног валились по пути домой. Всего пара десятков метров, и они будут в квартире. Не хотелось ничего. Только спать. С завтрашнего дня им снова придётся жить по режиму. ... Весь вечер так странно было наблюдать, как его Солнышко пытался скрыть хмурый взгляд в его сторону. А что ещё он ожидал? Он оставил его в таком сомнении происходящего, что страшно представить. Он прямым текстом сказал ему, что это лишь игра. Чёртова интрижка. Как бы сильно Сан не хотел это скрыть, но чувствовал это жгучее чувство. Обиду. Вот. Засунь это себе прямо в глотку. Мун чувствовал этот холод. Он и не думал, что солнцеликий такой ранимый. Чувствовал ли он вину? Возможно. ... Подготовив пакеты с новой формой, воспитатели уже собирались отходить ко сну. Этой ночью они легли порознь. Мун не посмел бы трогать его в таком состоянии. Он бы только подлил масло в огонь этим действием. И всё же в потёмках спальни раздался его голос. — Спокойной ночи, Мун, — прозвучало тихо. Словно он не должен был говорить. — Спокойной.. *** Ты противоречишь сам себе, Мун. Своими действиями, словами. Я. Я не понимаю тебя. Не понимаю твоих чувств. Они взаимны? Это больно. Почему я чувствую такую боль после твоих слов? Почему? Это ведь пара фраз. А больно, будто после ожога. Ты нужен мне. Ты думаешь обо мне так же, как и я о тебе? *** Прости меня, Сан. За то, что я делаю. За то, что я говорю. За то, что я вру тебе. За то, что не говорю правды. Испытываю потребность. Иметь тебя, быть с тобой, чувствовать тебя. Видеть твоё лицо. Самые красивые глаза. Нужны. Нужен. И под веками печёт потому, что ты так сильно нужен мне. Почему так, Сан? Почему. Так?