Четыре двери

      Еще один вечер, еще один ужин в пабе. Они измучились, пытаясь найти новое место, чтобы покушать, каждый раз, когда никто из них не хотел готовить, и вот: они снова оказались в Дырявом котле. На самом деле было приятно вернуться. Бармен улыбнулся, когда они вошли, и лично проводил к их обычному столику. Гарри узнал знакомых завсегдатаев. Но было и несколько человек, которых он не видел. Красивый мужчина с темными глазами и пухлыми губами улыбнулся Гарри, когда он проходил мимо. Гарри обнаружил, что улыбается в ответ.       — Мы его знаем? — зашипел Гарри, когда они сели.       Рон и Гермиона обернулись. Мужчина смущенно отвел глаза.       — Нет, — весело ответил Рон.       — Я так не думаю, — сказала Гермиона. — А что?       Гарри взглянул на мужчину, который наклонился, чтобы что-то сказать своему другу. Он был одет в магловскую футболку, на поясе его брюк виднелась полоска дорогой коричневой кожи.       — Просто спросил.       Но это быстрое взаимодействие не давало ему покоя, когда они заказывали и когда бармен, все еще улыбаясь, принес им три дымящихся пирога с бифштексом. Именно об этом он размышлял уже несколько недель. Незначительная неудовлетворенность, правда. Незначительная в великой схеме происходящего. Но что-то, что он вдруг не смог удержать в себе.       — Почему вы не сказали, что мне нравятся мужчины? — выпалил он.       Гермиона и Рон переглянулись. Гермиона опустила вилку. Рон сглотнул.       — Что? — переспросила Гермиона.       Гарри вонзил нож в свой пирог.       — В смысле, я понимаю, что такое сейчас не является приоритетом. Но было бы неплохо знать. — Он подумал о длинных испачканных чернилами пальцах Малфоя, медленно бегающих по корешкам книг на пыльной книжной полке. О кудрявом магле, прислонившемся к стене у Медицинского Сада Челси. Намек на обещание в улыбке темноглазого незнакомца.       Он с удовольствием разломил пирог вилкой.       — Приятель, — сказал Рон. В его голосе было что-то странное.       Гарри поднял глаза. Они оба смотрели на него.       — Что?       — Мы не знали, — сказала Гермиона.       Гарри позволил себе секунду осмыслить ее слова.       — Оу…       За его спиной звякнул колокольчик над дверью, и рев магловского транспорта занесся внутрь. Гарри пытался придумать, что сказать.       — Ну, теперь я чувствую себя лучше от того, что ты бросил мою сестру. — Рон протянул руку и взял картошку фри с тарелки Гарри. — Но у меня четверо братьев, если ты все еще хочешь вступить в семью. Думаю, по крайней мере двое из них подумают об этом.       Гарри ударил Рона по ладони, когда тот снова потянулся.       — Спасибо, — сказал он. — Я дам знать, если что вдруг.       — Смотри мне. — Ладонь Рона обхватила руку Гарри, и он торжествующе взмахнул ими. — Мама была бы на седьмом небе от счастья.       — Было что-то особенное, что подтолкнуло тебя к такому выводу, Гарри? — невинно спросила Гермиона.       — О, блять, — сказал Рон, спасая Гарри от ответа.       Гарри проследил за взглядом Рона. И раскрыл рот.       — Какого черта он здесь делает? — спросил Рон.       — Я не знаю, — слабо ответил Гарри, уставившись на него. Он никогда не думал, что Дырявый котел грязный, пока не увидел элегантного Малфоя с кожей цвета слоновой кости, прислонившегося к потертому дереву барной стойки.       Гермиона закашлялась, и Гарри отвел взгляд. Ее глаза были проницательными. Гарри это не нравилось.       — Мы должны пригласить его присоединиться к нам, — весело предложила она.       — Что?! — вскрикнули Гарри и Рон в унисон.       — Гермиона, — проскулил Рон, — ты не можешь говорить это всерьез.       Гермиона положила руку на бедро Рона. По его дерганью Гарри заподозрил, что она довольно крепко стиснула его ляжку.       — Он целитель Гарри, — сказала она, мило улыбаясь. Рон поморщился еще сильнее. — Чтобы иметь хоть малюсенький шанс восстановить свои воспоминания, Гарри должен чувствовать себя совершенно комфортно рядом с ним. Я считаю, что выпить с нами в непринужденной обстановке было бы чрезвычайно полезно.       — Мне с ним и так комфортно, — быстро сказал Гарри. — В этом нет необходимости.       — Видишь? Гарри уже комфортно с ним. Подожди… серьезно, Гарри? — Рон скривился. — Это пиздец… Ай! — На их стороне стола началась потасовка. Гермиона отвела руку и чопорно положила ее перед собой.       — Иди и пригласи его, Гарри, — твердо сказала она. — Я поговорю с Роном.       — Гермиона, — заскулил Гарри.       — Вперед!       Гарри взглянул на Рона, который беспомощно поморщился. Гарри застонал, но мысль о Малфое, сидящем рядом с ним и смеющемся вместе с ними, была манящей, соблазнительной, и внезапно устоять стало невозможно.       — Хорошо. — Он еще раз вонзил нож в свой пирог для пущей убедительности. — Но мы все знаем, что это будет ужасно.       Малфой не поднял глаз, когда Гарри подошел. Гарри встал у бара рядом с ним, позволил себе три секунды изучить его светлое лицо с более близкого, чем обычно, расстояния, затем сказал:       — Привет.       Малфой дернулся, его взгляд метнулся к Гарри.       — Поттер, — его голос был почти виноватым. — Я не ожидал, что ты будешь здесь. Я думал, ты ужинаешь в другом месте.       — Обычно — да, — заверил его Гарри, как будто Малфой не видел каждое кафе, паб и ресторан, в которых Гарри был за последний месяц. — Мы здесь впервые за несколько недель. — Он усмехнулся. — Мы очень скучали по крамблу из ревеня.       Малфой рассеянно кивнул.       — Понятно. — Свет факелов танцевал над ним мягкими золотыми бликами. — Ну, — он откашлялся и поднял бокал в сторону Гарри, — тогда спокойной ночи.       — Эм, вообще-то, хочешь присоединиться к нам? — Выражение недоверия, которое появилось на лице Малфоя, заставило Гарри рассмеяться. — Я серьезно! — сказал он. — Гермиона говорит, что было бы полезно побыть с тобой в непринужденной обстановке. Это повысит наш уровень доверия или что-то в этом роде.       Малфой взглянул на Рона и Гермиону и поднял бровь.       — Грейнджер продолжает излагать мудрость в предмете, в котором у нее нулевая подготовка, я так понимаю.       — Честно говоря, она прочитала много книг, — сказал Гарри и снова усмехнулся. — Хотя это все чушь, согласен; я и так доверяю тебе. Но было бы неплохо показать Рону, что ты не злой ублюдок, пытающийся промыть мне мозги. Если один неловкий разговор заставит его заткнуться и не говорить ничего про тебя, я готов пойти на это. — Он сделал паузу. — Или это будет мешать тому трагическому событию, из-за которого ты выпиваешь в одиночестве во вторник вечером?       Глаза Малфоя остановились на Гарри. Его холодное присутствие эхом отозвалось в сознании.       — Знаешь, ты точно такой же, — наконец сказал Малфой. — Воспоминания о двадцати семи годах формирования тебя как личности исчезли, и все же каким-то образом ты остаешься тем же самым человеком.       Учитывая то, что он знал об их истории, Гарри не понимал, как к этому отнестись.       — Так, это… да?       Малфой фыркнул.       — Да, это «да», какой же ты неугомонный. — Он нетерпеливо махнул рукой. — Веди.       Они вернулись к улыбающейся Гермионе и хмурому Рону. Гарри легко скользнул в кабинку, Малфой замер на краю стола.       — Грейнджер, — сказал он, кивнув в ее сторону. — Уизли.       — Малфой, — сказал Рон, раздраженно глядя на него.       Рука Гермионы снова нашла бедро Рона.       — Драко, — тепло сказала она. — Гарри так много рассказывал нам о ваших с ним сеансах; звучало захватывающе. Пожалуйста, садись.       — Да, пожалуйста, — саркастически сказал Рон. Малфой вздохнул, но сел рядом с Гарри без комментариев. Он шмыгнул носом, и его взгляд упал на недопитую чашку чая «Эрл Грей», стоявшую рядом с тарелкой Гарри. Он резко поднял голову и уставился на Гарри с непроницаемым выражением лица. Гарри покраснел и отвернулся.       — Итак, — весело сказала Гермиона, мечась глазами между ними. — Исцеление разума на основе легилименции. Я много читала на эту тему — так увлекательно.       — Да, — сказал Малфой. Гарри сосредоточился на каком-то месте на стене, но краем глаза видел, что Малфой все еще смотрит на него.       — Как ты попал в эту область? Это явно было нелегко.       И только тут Малфой наконец отвел взгляд. Гарри выдохнул.       По наводке Гермионы Малфой несколько неохотно рассказал об обучении и исследованиях, которые он провел, чтобы стать целителем разума. Рон упрямо молчал. У Гарри не было ничего интересного, чтобы внести свой вклад в беседу, но он внимательно слушал, чтобы узнать больше подробностей о прошлом Малфоя.       Пока Гермиона и Малфой болтали, Гарри медленно расслабился. Возможно, это была хорошая идея. Уши Рона все еще были опасно близки к малиновому, но если Гермионе понравится Малфой, Гарри был уверен, что Рон в конце концов очнется. Что бы ни делал Малфой в подростковом возрасте, это не могло быть так плохо, иначе Гермиона не разговаривала бы с ним сейчас — и, в первую очередь, больница Святого Мунго не наняла бы его.       Когда разговор перешел на неясные принципы Магии Разума, Гарри изо всех сил старался не смотреть на Малфоя. Он не привык видеть его в профиль — они чаще были лицом к лицу, Малфой сидел напротив него, их глаза встречались, а умы соединялись. Его нос выглядел иначе с этой стороны — прямой и острый, а не хищный. Мерцающий свет свечей отбрасывал темные тени под его челюстью, делая ее еще более поразительной, чем обычно. Пока Гарри смотрел, прядь белокурых волос, раньше заправленная за ухо, выпала со своего положения. У Гарри появилось странное желание протянуть руку и поправить ее.       — …гораздо более многообещающий, чем предыдущие специалисты, с которыми он работал. Да, Гарри?       Гарри поднял голову и быстро прокрутил в голове слова Гермионы.       — Да, определенно, — сказал он, кивая. — Гораздо более многообещающий.       Рот Гермионы странно искривился, как будто она пыталась не ухмыльнуться.       — Конечно, — сказала она, поворачиваясь к Малфою, — я уверена, что целитель Мушмула невероятно искусен в своей области. Но у меня никогда не складывалось впечатление, что он действительно нашел время в своем графике, чтобы как следует ознакомиться с прецедентом Гарри.       — Возможно, у него не было свободных двенадцати часов, чтобы посвятить себя чтению твоих записей, — криво усмехнулся Малфой.       — Осторожнее, Малфой, — рявкнул Рон. Это было первое, что он сказал с тех пор, как Малфой сел.       Веселье исчезло с лица Малфоя, как будто его стерли начисто.       — О, прости, Уизли. Я должен был знать, что ты не поймешь. — Его тон был болезненно вежливым. — Шутка в том, что двенадцать часов — это довольно много времени, чтобы читать заметки по случаю пациента. Конечно, я не могу себе представить, чтобы за последние десять лет ты потратил на чтение больше двенадцати часов.       Гарри рассмеялся.       Рон оскорбленно вскрикнул.       — Гарри!       — Что? — ухмыльнулся Гарри. — Это же правда! Ты сам мне об этом говорил! Помнишь, как ты в первый раз показал мне книги в гостевой комнате?       Гермиона хихикнула, а Рон протестующе фыркнул. Гарри взглянул на Малфоя. Его лицо оставалось совершенно пустым.       Гермиона и Малфой снова завели беседу, но настроение изменилось. На этот раз глаза Гарри были беспокойно прикованы к Рону, который сидел с прямой спиной, его рот был твердой яростной линией. Костяшки пальцев, сжимавших кружку с медовухой, побелели.       Упоминание книг заставило Гермиону и Малфоя отклониться в своем разговоре в сторону достоинств и недостатков различных волшебных библиотек. Малфой — искры в его глазах отвлекали внимание Гарри от Рона — превозносил достоинства заведения под названием «Клементинум» (Гермиона считала его показушным и предпочитала волшебное подразделение Чатема), когда Рон стукнул своей кружкой по столу. Мед расплескался по их пустым тарелкам. Гарри заметил, что несколько лиц повернулись в их сторону.       — Я не могу этого терпеть, — резко сказал Рон. — Вы трое можете продолжать притворяться, что это нормально, но я иду домой. Выпусти меня, Гермиона.       Гермиона открыла рот.       — Ты не серьезно.       — Я смертельно серьезен, — сказал Рон, его голос и правда звучал крайне серьезно. — Выпусти меня.       — Нет!       У Гарри сердце упало. Всего за пять месяцев он был свидетелем достаточного количества ссор между Роном и Гермионой, чтобы точно определить, какие из них закончатся закатыванием глаз, а какие — взрывом. У него возникло ощущение, что эта закончится последним. Он накинул Оглохни на их столик. Глаза Малфоя проследили за этим движением.       — Ты останешься здесь и будешь поддерживать своего лучшего друга, — настаивала Гермиона.       — Я все равно иду домой, — спокойно сказал Малфой, поднимаясь на ноги. — Для меня было неожиданным удовольствием поговорить с тобой, Грейнджер.       — Заткнись и оставайся на месте, — отрезала Гермиона. К великому удивлению Гарри, Малфой тут же снова сел.       — Извини, — пробормотал Гарри. — Мне не следовало тебя приглашать.       Малфой покачал головой и наклонился к Гарри, чтобы ответить, но Рон оборвал его, прежде чем тот успел заговорить.       — Не могу поверить, что слышу это! Гарри, дружище, если бы ты помнил, какое он дерьмо, то только через собственный труп сел бы с ним за один стол.       — Эм, ты ничего не перепутал? — Гермиона щелкнула пальцами перед лицом Рона, и он сердито отмахнулся от ее руки. — Я прекрасно помню нашу историю с Драко, спасибо, — сказала она. — И у меня был довольно приятный разговор с ним до того, как у тебя началась маленькая истерика.       — Какое бы соперничество ни было у нас в школе — мы были детьми, Рон, — напомнил ему Гарри.       — Это не было соперничеством, — прорычал Рон. — Мне надоело притворяться, что мы просто бросали навозные бомбы друг в друга через Большой зал. — Он посмотрел Гарри прямо в лицо. — Он Пожиратель Смерти, Гарри.       Гермиона резко вдохнула. Гарри почувствовал, как Малфой напрягся на скамейке рядом с ним. Гарри твердо встретил взгляд Рона.       — Я знаю, что он был им.       Рон разинул рот. С открытым ртом и алыми ушами он был похож на рыбу с ярко-красными плавниками.       — И тебя это не смущает? — спросил он.       Гарри пожал плечами.       — Это было десять лет назад. Люди меняются.       — Он — нет, — настаивал Рон, указывая на Малфоя. — Он делает это только потому, что ему нравится иметь власть над тобой. Это все, чего он когда-либо хотел!       — Ты ведешь себя нелепо, — огрызнулся Гарри. — Я уже говорил тебе, как неловко, когда Малфой слышит твою глупую ложь о нем в моей голове, и теперь ты делаешь это лично? Он был втянут в войну, когда был ребенком, как и все мы.       — Поттер…       — Его ни во что не втягивали, — твердо сказал Рон. — Он гордился этим, постоянно хвастался, когда получил Метку…       — Это несправедливо, Рон, ты же знаешь, что случилось на шестом курсе…       — Несправедливо, Гермиона? — Рон повернулся к ней. — Несправедливо? Что несправедливо, так это то, что ты позволяешь Малфою копаться в голове Гарри, когда Гарри не знает всей истории. То, что он не помнит, еще не значит, что этого не было! Он сидит сейчас, защищая его, и выставляет все так, будто Малфоя вынудили на это, но это было не так. — После этих слов он снова перевел взгляд на Малфоя. — Тебя не вынуждали, разве нет? Никто не заставлял тебя пытаться убить Дамблдора. Никто не заставлял тебя впускать Грейбека в Хогвартс, чтобы он распорол лицо моему брату. Никто не заставлял тебя сидеть и смотреть, как Гермиону пытают в твоей гостиной.       Лицо Гарри горело, но внутри все похолодело.       — Пока Гермиону… что? — Гермиона и Малфой избегали его взгляда. — Драко?       Рон ухмыльнулся.       — Давай, расскажи ему сам, Хорек.       — Нет, — просто ответил Малфой. Он встал. — Я ухожу. Еще раз спасибо за приглашение, Грейнджер.       Гарри перевел взгляд с Рона — красного, торжествующего — на Гермиону — ясноглазую, сердитую — и на Малфоя — вежливого, пустого. Он принял поспешное решение.       — Я пойду с тобой, — сказал он Малфою и тоже встал.       Малфой схватил Гарри за руку.       — Все в порядке, — сказал он. Гарри уставился на пальцы Малфоя, обхватившие его бицепс. Малфой тут же его отпустил. А Гарри все еще чувствовал эхо его хватки. — Правда. Кажется, тебе нужно кое-что обсудить со своими друзьями.       — Не думаю, что нужно. — Гарри уставился на Рона, который пялился на них. — Мы оба достаточно наслушались его драклова дерьма за последний месяц. Я не собираюсь задерживаться, чтобы услышать больше.       — Это не драклово дерьмо!       — Спокойной ночи, Гермиона, — сказал Гарри, не обращая внимания на возражения Рона. Он вышел из паба, не дожидаясь ответа.       Он прислонился к кирпичной стене Дырявого котла, откинул голову и медленно вздохнул. Малфой подошел и молча встал рядом.       — Мне очень жаль, — сказал Гарри, глядя в темнеющее небо. — Я был эгоистом, пригласив тебя. Я знаю, что ты слышал подобные вещи сотни раз в моей глупой голове, но ты не должен был слушать это лично.       Малфой прислонился к стене рядом с Гарри. Их руки соприкоснулись, вновь вызвав искры жара на щеках Гарри, которые вечерний воздух только-только начал успокаивать. Гарри не поднял головы.       — Он просто защищает тебя, — тихо сказал Малфой. — Он не сказал ничего неправдивого.       Гарри усмехнулся.       — Конечно, он ведет себя как мудак, — согласился Малфой. — Но это, естественно, не твоя вина. И кроме того… — Пауза. Гарри повернул голову, наблюдая за Малфоем сквозь ресницы. Малфой уже смотрел на него. — Мне импонирует, что ты хотел пригласить меня.       Глаза Малфоя — расплавленное серебро. Возможно, это была просто привычка поддерживать зрительный контакт во время их сеансов, но Гарри не мог отвести взгляд. Если бы он наложил Легилименс на Малфоя прямо сейчас, что бы он увидел?       — Хочешь пойти ко мне? — спросил Гарри импульсивно. — Ты не допил свой напиток. У меня дома есть бутылка Огдена.       Оранжево-розовое сумеречное небо осветило короткий острый изгиб улыбки Малфоя. Его взгляд опустился вниз, затем снова поднялся. Где-то вдалеке хлопнула дверь.       — Гарри. Я…       — Гарри?       Гарри напрягся, услышав незнакомый голос, и выпрямился. К ним шагал высокий худой мужчина с внушительными усами. Он был совершенно незнакомым и улыбался, глядя на Гарри.       — Я хотел догнать тебя, старина! — сказал мужчина. — Мы с другими членами совета директоров думаем, что обязаны провести еще один сбор средств — мы надеялись получить обновленную информацию о твоем расписании на следующие несколько месяцев. — Мужчина сделал паузу, глядя на пустое выражение лица Гарри. — Ах… простите. Я прерываю? — спросил он, глядя на Малфоя и снова на Гарри.       — Да, — ответил Гарри.       — Вовсе нет, — ответил Малфой. — Я оставляю вас наедине. Рад снова видеть вас, мистер Скаттлби. — Он многозначительно посмотрел Гарри в глаза. — Поттер, дай мне знать, когда определишься с датой проведения благотворительного мероприятия по сбору средств для представителей Смешанных Кровей. Меня всегда впечатляла твоя работа в этом направлении. Бал в ноябре прошлого года был чудесным — я никогда не присутствовал на более хорошо организованном мероприятии. Хор фей был замечательным штрихом.       Скаттлби надулся.       — Что ж, большое вам спасибо, мистер…       — Малфой, — сказал Малфой.       — О-о, — голос Скаттлби утратил всю свою теплоту.       Малфой натянуто улыбнулся.       — Ну, спокойной ночи, — пожелал он, кивнул Скаттлби, встретился глазами с Гарри на напряженный, сбивающий с толку момент, а затем аппарировал.