Дерзкие и свободные

— Так… Ммм… Что ещё… Бармен по имени Пак Богом знакомит Кима с фронтом предстоящих работ. — Не забывай, что в шейкере нельзя смешивать напитки с содовой или шампанским, и забудь пока про флейринг, всему своё время, Тэхён. — Я не думал, что это целая наука… — Тэхён рассматривает впечатляющее разнообразие алкоголя на барной полке. — А это что? — Это риммер, для декора бокалов… Тэхён, ты не переживай: во-первых за стойкой есть таблица подсказок для каждого коктейля — всё по списку в алфавитном порядке. Представь, что к тебе подходит посетитель и говорит название алкоголя или коктейля, ты ищешь его в списке, и рядом с ним расписана информация, как его готовить, смешивать и в каком бокале подавать. Не запутаешься, приятель! — Богом подмигивает испуганному парню. — Ну а во-вторых: я всегда буду рядом, и ты будешь наблюдать за моими действиями, или спрашивать, если сомневаешься. Всё будет хорошо, ты справишься! — он улыбается и ободряюще хлопает Кима по плечу. Богом и правда понравился Тэхёну. Доброжелательный молодой парень с искренней улыбкой, в меру общительный и деликатный. Они специально выбрали дневное время для обучения, когда в клубе ещё никого нет. — Богом, а много здесь бывает народу? — Всегда по-разному, Тэхён… Иногда даже в туалет сходить нет времени, обычно в те дни, когда на сцене выступают популярные артисты. — Айдолы?! — Тэхён в удивлении открывает рот. — И не только! — Пак смеётся, забавляясь реакцией парня. — Поверь мне, скучать не придётся! — Верю… Сзади ему на плечо опускается крепкая рука, и Ким, испугавшись, поворачивается. — Как ты, малыш? Ещё не хочешь отсюда сбежать? — Намджун массирует его плечо. — Мне некуда бежать, Намджун. Ты же знаешь… — Знаю, Тэ… У тебя всё получится… «Как же мне хочется, чтобы это было именно так! Мне бы только здесь зацепиться…»

***

Чонгук прижимает к груди телефон, мечтательно закрыв глаза. «Неужели, я снова буду с Тэ…» Его настолько сильно тянет к Киму, что он уже не сомневается в своих чувствах к нему. Если раньше Чонгук и пугался своих желаний, то сейчас ему всё кажется абсолютно правильным, даже несмотря на то, что Тэ — парень… Будучи очень тактильным, Ви любил обниматься со всеми ребятами в детском доме, но когда он обнимал Чонгука, его объятия, будто кричали окружающим: «Гуки только мой!» О том, что Тэхён привлекает его, как мужчина, Чон понял в пятнадцать, когда он с ним принимал душ. Парни часто любили мыться вместе, в этом не было ничего стыдного, они плескались водой и дурачились, как всегда, но в какой-то момент Чонгук восторженно завис на крепкой спине, мокрой от воды и мыльной пены, на сильных ногах и подтянутой фигуре, а когда Тэ развернулся к нему передом, то и на том, что ниже пояса… В ту ночь он не смог уснуть, вороша свои назойливые, как ему казалось, грязные мысли в голове. Стоило ему закрыть глаза, как упругое тело Тэхёна всплывало в его безумных фантазиях, вызывая горячее желание… Впервые в жизни он мастурбировал, представляя Тэ, и это было просто охуенно! Он вспоминает, как яростно кусал свои пальцы, кончая в кулак и шепча любимое имя. Наверное, именно после этого он признал то, что его привязанность к Тэхёну гораздо глубже и сильнее, чем просто дружба… Гук жутко боялся, что если откроется ему, то это приведёт к плачевным последствиям. Его могут не понять, высмеять, прекратить общение, да и мало ли ещё чего может быть… Поэтому он тщательно скрывал свою большую тайну за семью замками, вздыхая по ночам, и ловя драгоценные взгляды и касания днём, даже не подозревая, что в соседней комнате точно также мучается Тэхён…

***

Чимину откровенно скучно… Он весь день мается от тоски и безделья, наблюдая за Ви, который сейчас усердно практикуется в приготовлении коктейлей за барной стойкой. — А тебе идёт, Тэ, — Чимин складывает руки на стойку и опускает на них голову. — Что идёт? — Быть барменом. Ты такой сосредоточенный. — Я пока ещё не бармен, Чим… Рядом появляется Намджун, и Пак моментально оживляется. — Намджун! Зацени, какой Ви профессионал! — Да, Тэхён молодец! Сокджин сказал, что через два дня тебя можно ставить за стойку. — Уже?! — Тэхён взволнованно ставит бокал на стол, боясь разбить. — А что? Разве ты не мечтал об этом? — Ким красуется своими ямочками на щеках. — Не волнуйся ты так! В твою дебютную смену здесь будет атмосфера попроще. — В каком смысле? — Это будет концерт молодых начинающих исполнителей, поэтому тут в основном соберётся молодежь. Сокджин любит иногда устраивать такое, для разнообразия. Так что едва ли кто-то закажет у тебя «Кровавую Мэри». Расслабься, Тэ. — Намджун, а мне можно прийти? — Пак строит одну из самых милых мордашек. — Конечно, Чимин! Можешь приходить когда угодно, охрана тебя уже знает. — Заебись! — он сползает с барного стула и лезет обниматься к старшему. — Ты такой крутой и классный! Я люблю тебя! — И я тебя, засранец! — хихикая, Ким перебирает густые, чёрные волосы Пака. — Ну ладно парни у меня ещё сегодня дела, мы с Сокджином должны встретиться кое с кем. Увидимся вечером… Чимин возвращается на своё пригретое место, облегчённо вздыхая. — Тэ… Как же нам повезло, встретить Намджуна… — Если дело выгорит, я ему памятник поставлю прижизненный! — Точно! За это надо выпить! Ви, сделаешь мне самый популярный коктейль? — Чим! — Ладно, ладно! Понял, не мешаю… — Пак поднимает руки, сдаваясь. — Пойду тогда, хоть свежим воздухом подышу…

***

Сокджин перебирает на своём рабочем столе кучу бумаг, чертыхаясь себе под нос. — Ты не в духе? — Намджун озадаченно смотрит на Кима, сидя в кресле напротив. — Пиздец, Джун-и! Отец постепенно спихивает на меня этот сраный клуб, а сам просто свалил с партнёрами в Майами! — Я думал тебе нравится этим заниматься? — Скромно замечает Намджун. — Нравится, но он требует, чтобы я занимался только развлечением этих старых, богатых ублюдков-развратников, для которых человек — всё равно, что кусок мяса! — Ким так сильно нервничает, что у него начинают дрожать пальцы. — Успокойся, Джин… — Я всегда хотел иметь клуб, в котором люди будут получать удовольствие от отдыха. Все, понимаешь, а не только те, кто возомнил себя Господом Богом! — Понимаю… Ты пробовал поговорить с ним? — Конечно, пробовал, и не раз… Он сказал мне… Цитирую: «Клубная музыка, дикие пляски молодёжи и попойки не принесут тебе столько денег, как обслуживание богатых клиентов!» — Сокджин, сдуваясь, приземляется в кресло и зарывается в своих блондинистых волосах. — И все же он разрешает тебе продвигать на сцене начинающих… Кстати, об этом! Ты не забыл, что мы должны встретиться сегодня с парнями, о которых я тебе говорил? — Ты про Шугу и Джей-Хоупа? Да, я помню. Сейчас разгребусь с этим дерьмом и пойдём… Славные ребята, смогли пробиться с самых низов, да? — Они очень талантливые, Джин. И трудолюбивые… Я видел их тексты, но с английским у них беда, поэтому обещал помочь… — Ты золото, Джун-и! Конечно, помоги. Я возможно, попробую предоставить им ночь целиком, если отец меня не убьёт за это. Что скажешь? — Рискованно… — Намджун смеётся, откидываясь на спинку кресла. — Но я уверен — они соберут толпы молодёжи!

***

Чимин медленно прогуливается под тёплым солнцем, думая о разном: о своём детстве, о друзьях, о Ви и Чонгуке… Эти парни — что-то с чем-то! Пак не слепой, и прекрасно видит, что их связывает не только детская дружба. В глазах Тэхёна читается искренняя любовь к мальчишке. Сто́ит рядом появиться Чонгуку, как Ви начинает светиться изнутри, глядя на него. Представляя их вдвоём неразлучными, Чимин ловит себя на мысли, что ему абсолютно плевать, что они одного пола. «Пфф! Подумаешь… Главное, чтобы они были счастливы, тогда и мне будет хорошо!» Позитивные мысли отвлекают его, и он сам не замечает, как добирается до ближайшей кофейни. Решая, что было бы неплохо перекусить, Пак заходит внутрь. Приятные запахи кофейных зёрен, корицы и выпечки заполняют уютное пространство небольшого зала. Внимание Чимина привлекает большое разнообразие пирожных, и он в предвкушении вглядывается в витрину, выбирая самое аппетитное. Боковым зрением он замечает молодого парня с пепельным цветом волос, делающего заказ, и, увидев в его руках пухлый бумажник, моментально теряет интерес к еде. Со знанием дела, он незаметно оглядывает помещение на наличие камер, и убедившись, что таковых не имеется, гулко сглатывает. Внутри разливается знакомое тепло от новой порции адреналина, а голова начинает ясно работать, подбрасывая варианты кражи. Вот пепельноволосый видит, что ему приносят две тарелочки с хрустящими круассанами, он благодарит кассира, держа одну тарелочку в руке, а затем замешкавшись, откладывает в сторону бумажник и берёт вторую, направляясь к столику, за которым сидит ещё один парень. Секунда, и Чимин ловит момент, когда кассир отворачивается к кофемашине, ещё одна, и он видит только спину парня, который ставит тарелочки на стол, и последняя: Пак хватает бумажник, без резких движений засовывая его в передний карман худи. В следующую секунду звякает колокольчик на входной двери, оповещая, что Чимин покинул кафе… С бешеным сердцебиением он от быстрой ходьбы переходит на бег, но внезапно врезается в прохожих, вышедших из-за угла. Чимин, не глядя, приносит извинения, кланяясь, и вдруг слышит знакомый голос. — Чимин?! Ты куда бежишь? Перед ним стоят Сокджин и Намджун, удивлённо хлопая глазами. — Ооу! Парни! Я это… Я к Тэхёну! Мне уже пора! Я побежал… — и резво срывается с места. — Я поражаюсь этому малышу! У него столько энергии! — Джин смеётся, глядя в след убегающему. — Мда, это точно… Направить бы эту энергию в нужное место… — Намджун задумчиво чешет затылок. — Пойдём? Парни заходят в кофейню, где они назначили встречу, и с порога лицезреют такую картину: Мин Юнги (который Шуга) во всё горло причитает около кассира, обвиняя его в чём-то ужасном, ибо из приличных слов в его предложениях только местоимения и союзы… Чон Хосок (он же Джей-Хоуп) стоит рядом и пытается успокоить разбушевавшегося друга. — Что здесь происходит?! — громкий голос Намджуна заставляет всех замолчать и повернуть головы. — Намджун? Ты представляешь?! Этот утырок спёр мой бумажник! — Я ничего не крал! Это правда! — у парня за кассой уже начинают скапливаться слёзы в уголках глаз. — Ну и где же он тогда?! Ты меня за лоха держишь?! Намджун внезапно подвисает, и в его мозгу складывается два плюс два… «Чимин, блять!» Он нервно проводит рукой по шее и кладет руку на плечо Юнги. — Постой, не кричи. Кажется, я догадываюсь где твой бумажник… — Что?! — Парень ни в чём не виноват, он говорит правду. Поэтому попроси у него прощения, а мне дай минутку, — Намджун достаёт свой телефон и выходит из кафе. Все оставшиеся внутри ошарашенно смотрят в окна, за которыми Намджун на кого-то орёт по телефону, очень эмоционально при этом жестикулируя. — Ты охуел, Чимин?! Ты хоть знаешь чей кошелек взял, придурок?! Я приду и голову тебе откручу, ты понял? Сиди на месте и жди меня! Не дай Бог ты смоешься, я тебя урою, блять!

***

— Не, ну а чё так орать-то? Там реально лошок был с бабосами… — Чимин жалуется занятому Тэхёну, снова приклеив свой зад к барному стулу. — Я тебя предупреждал, Чим, и не раз… А вдруг, это очень значимый человек? — Пфф… Если бы мы с Намджуном разминулись, никто никогда не узнал бы… — Не узнал бы, говоришь?! — Намджун, подходя со спины, больно вцепляется в плечо. — Ты не успел выпуститься из детского дома, а уже творишь беспредел! Говнюк ты малолетний! — у Кима взгляд настолько злой, что Чимин непроизвольно вжимает голову в плечи. — Чё сразу, говнюк-то… — Ты сейчас пойдёшь со мной и лично отдашь бумажник в руки хозяину. А ещё попросишь у него прощения! — Нее! Намджун! Я не буду так унижаться! На вот, возьми и сам отдай, — Чимин протягивает кошелек, но Ким непреклонен. — Ты сейчас так унижаться будешь, что мало не покажется! Отдашь бумажник, попросишь прощения и если надо будет, расцелуешь во все места! Понял?! Это будет тебе уроком! — Намджу-у-у-ун… — Пошли, я сказал! — схватив его за шкирку, он тащит несчастного парня от бара в сторону административных помещений. Тэхён, мысленно пожелав другу удачи, разочарованно качает головой и продолжает своё занятие. Чимин, сгорая от ненависти и стыда замирает перед дверью. — Ну чего ждёшь? Милости просим! — Ким подталкивает его и открывает дверь в кабинет Сокджина. Все присутствующие затихают разглядывая испуганного, но упёртого гостя. — Ох, Чимин, Чимин… Как же так… — Джин скрещивает на груди руки, прожигая Пака пристальным взглядом. — Ну! Чимин? — Намджун ждёт от него первого шага и звонко шлёпает его по заду ладошкой. «Ебаный стыд! За что мне это, блять?!» Выдохнув, он с гордо поднятой головой, достаёт из кармана бумажник и протягивает пепельноволосому. — Прошу меня простить, достопочтеннейший господин, вышло недоразумение, и мне искренне жаль. Юнги, ухмыльнувшись краешком рта, забирает своё из рук воришки, а у Пака говно вскипает в заднице. — Так вот! Прошу простить, но целовать во все места я вас не собираюсь! — Чимин! — Намджун округляет глаза, а Юнги начинает посмеиваться над редким экземпляром. — Я и не прошу целовать меня, Чимин-и… — И никакой я не Чимин-и! — Пак чувствует, как его щёки начинают полыхать, и он, резко отпихнув Намджуна, выскакивает за дверь. — Какая милота! — Сокджин закатывает глаза. Юнги прикусывает изнутри нижнюю губу, уставившись на бумажник в своих руках. «Забавный мальчик…»