Дерзкие и свободные

— Джун-и, я устал! Я так больше не могу! У меня кончается фантазия, чтобы придумывать доводы для отца… Неужели это так и будет продолжаться? — Ну успокойся, Джин. Ты знаешь… У меня возникла идея: что если нам подойти к нему всем вместе? Я думаю, что перед таким количеством человек он может не устоять… Очень многие из персонала поддержали бы нас. — глаза Намджуна горят азартным пламенем, и он уже представляет себе эту красочную картину… — Да… Возможно, и поддержали бы, но только, все боятся, Джун-и. Боятся потерять работу, место. Ты же знаешь, у многих семьи, дети… — Если у нас всё получится, они не останутся без работы! Давай рискнём? — Мне очень хочется всё изменить, но я боюсь, что не справлюсь и подведу людей… — Сокджин опускает голову, и как маленький малыш шмыгает носом. — Я верю в тебя, Джин. Все мы верим… — он по-дружески его приобнимает за широкие плечи. — Значит предлагаешь устроить бунт? — Да. Надо собрать, как можно больше единомышленников из персонала! — Я так очкую, Джун-и… Но и ждать больше не могу… Надо что-то менять!

***

После заговора Намджуна и Сокджина в рядах подчинённых господина Кима стала заметно проскальзывать некоторая встревоженность. Многие согласились с идеей сына хозяина клуба, некоторые откровенно боялись любых новшеств и перемен, решая для себя остаться в стороне в качестве наблюдателя. И даже нашлись те, кто яростно поддерживал точку зрения Кима-старшего, горячо защищая его интересы. Все были в курсе особенностей этого заведения, но за столько лет уже свыклись со вседозволенностью богатых посетителей клуба, поэтому уговаривая персонал, Сокджин разговаривал с каждым лично и искал индивидуальный подход к сотрудникам. — Ты уже слышал? Намджун с Сокджином подговаривают пойти против хозяина, — Богом скептически фыркает, снимая с себя черные форменные брюки, оставшись в обтягивающих белых боксерах. — И что? Ты против? — Тэхён, как преданный защитник идеи Сокджина, прислушивается к изменениям в интонации Богома. — А ты что? Согласен?! Господин Ким, между прочим, обеспечил тебя работой, если ты не забыл! А теперь ты против него? — в глазах Пака сияет неприкрытое презрение. — Ну допустим не он лично, а Сокджин принял меня на работу — это раз! А во-вторых: тебе нравится смотреть на то, как покупают людей для сексуальных прихотей? — Тэхён нервно проводит рукой по своим огненным волосам. Богом в одном нижнем белье подходит к нему вплотную, и прижимаясь к уху, язвительно шепчет: — Каждый делает свой выбор, Тэхён-и… Не будь таким наивным, тебя это не красит… — Ф-фу! Какой ты… — Тэхён с брезгливостью отскакивает от Пака, вытирая своё ухо, как будто замарался от его слов. — Не думал, что ты такой… Схватив свой рюкзак, Тэ выскакивает за дверь, уносясь к своему единственному счастью, чтобы поскорее оказаться в его уютных, тёплых ото сна объятиях…

***

— Юнги… Постой, мне… Ч-чёрт… Чимин не знает куда деть свой болезненный стояк в штанах, пока Шуга так сладко целует его в шею и гуляет своими длинными пальцами по коже, забравшись под рубашку. — Что такое? — он тревожно заглядывает в его глаза. — Я сделал что-то не так, Чимин-и? Раскрасневшийся Пак стыдливо прячет лицо в своих ладошках, и Юнги медленно, пальчик за пальчиком убирает его руки. — Неприятно? Чимин меняется в лице, удивляясь: — Ты думаешь моему члену неприятно?! Поэтому он готов мне ширинку порвать?! Юнги опускает глаза на очевидную выпуклость Пака и вместо того, чтобы хоть как-то его успокоить, хватает за руку и прижимает её к своему паху. — Видишь? У меня так же… Ощущая дрожь во всём теле, Чимин нежно сжимает пальцы. — И что нам теперь делать? — Чимин. Я должен тебе сказать… Пак внезапно покрывается инеем, и не от серьёзного тона Юнги, а от отсутствия ласкового окончания в его имени. — Я может напугаю тебя сейчас, но я должен тебе признаться, — Шуга делает глубокий вдох и закрывает глаза. «Ну?! Блять, не томи, Юнги! Ты женат? У тебя есть дети? Хосок вовсе тебе не друг, а…» — Я люблю тебя! — Мин распахивает глаза, блестящие от подступивших слёз. — Я сомневался сначала в своих чувствах, но теперь могу с твёрдой уверенностью сказать, что люблю тебя! — он берёт обе руки охреневшего парня в свои и поглаживает большими пальцами костяшки. — Э-э… Спасибо, конечно… Только я это… Я пока не готов сказать тебе то же самое… — Я и не прошу, Чимин-и… Главное, что я признался, и ты теперь всё знаешь. С первой минуты, как я тебя увидел, ты запал мне в душу, — Шуга нежно улыбается обаятельно зардевшемуся Чимину. — Видишь, как получилось: хотел украсть бумажник, а украл моё сердце… — Юнги…

***

— Т-тэ… Ещё! Взмыленный Чонгук еле держится на разъезжающихся коленях, пока Тэхён берёт его сзади, вколачиваясь так сильно, что скрипучий диван не перестаёт петь свои монотонные песни. — Малыш, тебе не больно? — обеспокоенный Тэхён покусывает его в загривок, вдыхая запах тела. — Что с тобой сегодня? Ты так горяч… — Тэ, пожалуйста… Ещё! После особенно глубоких толчков, Чонгук вскрикивает, обильно кончая, и падает лицом в подушку, переводя дыхание. — Гуки… Всё хорошо, мой маленький? — Тэ, — Чонгук неровно дыша, переворачивается на спину. — Больше не называй меня маленьким. У Тэхёна ползут брови на лоб. — Но… Почему, Гуки? — Я не маленький, Тэ! Я твой партнёр, твой любовник! Мы живём вместе… И только потому, что я младше тебя — не стоит говорить, что… — Тш-ш… Да, что с тобой? Я всю жизнь звал тебя малышом, и тебе нравилось! Что изменилось? — недоумевая, Тэхён вытирает с его висков выступивший пот. — Я хочу быть с тобой на равных. Хочу, чтобы ты видел во мне личность, а не маленького ребёнка, влюблённого в тебя… — У тебя что? Гормональный сбой, что ли? Мал… Чонгук, я всегда с тобой на равных! Ты для меня значишь настолько много, что я жизни без тебя не представляю! Я называю тебя ласково, потому что безумно люблю! — Я… Тэ… Тебе ведь не нравятся парни постарше? — у Чонгука ещё чуть-чуть и польются слёзы, поэтому Ким спешит обнять своё любимое недоразумение, как можно крепче… — Господи… Ну что за мысли, а? Чонгук, разве я хоть раз давал повод для ревности? — Нет. Но… — Никаких но! Ты мой единственный и неповторимый! Ни младше, ни старше, ни ровесники мне не нужны! Только ты… Ты — моё всё, понимаешь? — Прости меня. Я в последнее время так переживаю… Ты в клубе встречаешься с разными людьми: красивыми, богатыми, и ещё этот твой напарник… Тэ? Он так смотрит на тебя, будто съесть хочет! «Блять… А вот, тут ты прав, мой мальчик…» — Гуки, я же сказал: не обращай на него внимания, и всё… Иди ко мне, ревнивец… — Тэхён ласкает его опухшие от поцелуев губы, шепча прямо в них: — Мой…

***

— Сокджин! Я не понимаю, что происходит?! — господин Ким хмурит брови, когда направляет свой гневный взгляд на сына. — Почему я узнаю от третьих лиц, что в моём клубе творится нечто странное? Вы с Намджуном шепчетесь за моей спиной? «Доложить успели, крысы…» — Отец… Я уже в который раз пытаюсь достучаться до твоего сердца. Ты прекрасно знаешь моё отношение к тому, чем именно мы занимаемся здесь и всё равно не идёшь мне навстречу. Почему ты не хочешь, чтобы только я занимался деятельностью клуба? Или тебя интересуют только твои похотливые толстосумы? — Сокджин говорит спокойно, но внутри у него бурлит раскалённая лава. — Твоё безрассудное желание сделать из клуба приют для нищей молодёжи не приведёт ни к какому результату! Кончится тем, что ты останешься у разбитого корыта! — Я уверен, что меня многие поддержат! Вздувшиеся вены на шее Джина заставляют отца лишь тихо ухмыльнуться. — Хорошо, сынок. Посмотрим, кто тебя поддержит…

***

День икс (как обозначил его Намджун) выпал на субботу, когда Сокджин уверенный в том, что обошёл всех сотрудников, решил больше не медлить и устроить «шоу» для отца… Они собрались в кабинете Сокджина, подбадривая друг друга. — Хваса, твои друзья справятся? — Конечно! Они оба учатся на актёрском, им это, как два пальца об… — Понятно… Ви, ты должен вовремя разбить стакан, когда отец появится в зале — это будет знаком для официанта, который будет ждать рядом, он как раз успеет позвать всех остальных. — Хорошо, я всё сделаю, — Тэхён нервно поправляет свои рыжие волосы и гулко сглатывает, глядя на бледного Намджуна. — У нас всё получится, ребята! Помните, что мы делаем это благое дело для всех, а не только для себя! — Сокджин стойко держится, сжимая кулаки. — Джин… Я впервые тебя вижу таким… Решительным! Ты просто молодец! И если у нас всё получится, я… Я… Выкрашусь нахуй в зелёный цвет, клянусь! — Намджун, усмехнувшись, поднимает большой палец вверх. — Намджун… Ты и зелёные волосы… Это перебор… - скептически смотрит на него Тэхён. — На себя посмотри! Морковка в бабочке! — Так, ладно! Посмеялись и хватит. Пора за работу…

***

Весь вечер Тэхён не мог себе найти места: возьмёт бокал в руки, поставит его, начинает протирать стойку, бросит внезапно салфетку в сторону… — Что с тобой, Тэхён-и? Поругался с Чонгуком? — Богом тянется рукой к его огненным волосам, но Ким вовремя отворачивается. «Размечтался… Не дождёшься!» — Сегодня все какие-то напряжённые, ты не знаешь в чём дело? — Пак заметив отчуждённость Ви, отходит обратно на своё место и ворчит: — Магнитные бури, наверное… «Буря сейчас у меня внутри! Потому что от меня зависит начало всего, что мы задумали…» Он сосредоточенно сканирует каждого, ожидая появления хозяина, и когда тот маячит на горизонте, гуляя по залу своей вальяжной походкой, на секунду закрывает глаза. «Соберись, Тэхён…» В следующее мгновение раздаётся громкий звон разбитого стекла, и Тэ изображая удивление на лице, замирает… Подлетевший Богом недовольно смотрит на него, разворачивая к себе. — Что с тобой сегодня?! Ты совершенно… Тут речь Пака внезапно обрывается, потому что громкая музыка в зале выключается, а в самом центре зала слышны крики. — Что вы себе позволяете?! Я девушка, а не товар! Как можно купить человека?! Вы тут что? Занимаетесь работорговлей?! Это клуб или рынок?! Я такого не потерплю, я заявлю куда надо на ваш бордель! Вокруг кричащей девушки стоят Намджун и молодой человек в солидном костюме, который судя по всему является «покупателем». Тэхён переводит взгляд на Сокджина, стоящего вдали зала, и видит, как он показывает знак «ок» пальцами. Девушка не прекращает верещать, приковывая к себе взгляды всех здесь присутствующих. Намджун пытается её успокоить, но та вырывает свои руки, начиная кричать ещё сильнее. Тэ замечает, что охрана, которая должна хоть как-то посодействовать разрешению конфликта, стоит сложа руки на груди, и даже суровый взгляд господина Кима не заставляет их пошевелиться. Тэхён глядя на эту картину, улыбается уголком губ. — Что происходит? — опешивший Богом переводит взгляд с ухмыляющегося Кима на скандал в центре зала. — Происходит то, что давно должно было произойти… Постепенно людей в зале становится больше, и господин Ким теряется от такого количества подчинённых, покинувших свои рабочие места. Они медленно приближаются к эпицентру событий, а лица у них далеко не добродушные. Здесь почти все: официанты, работники кухни, уборщики, охранники, даже крупье выползли из закрытых залов казино… Господин Ким смотрит на всех по очереди и останавливает взгляд на собственном сыне. «Вот, значит как…» — Я вижу ты хорошо подготовился, Сокджин… — Ты не оставил мне выбора, — Джин подходит ближе, чувствуя напряжение каждой клеточкой своего тела. — Ты должен решить, отец: либо ты уходишь и оставляешь мне клуб под мою ответственность, либо ухожу я… Я больше не собираюсь всё это терпеть. Ты прекрасно знаешь, что у меня достаточно сбережений, накопившихся за столько лет, и я, если захочу — смогу открыть своё заведение, уверен, что со мной уйдёт наибольшая часть твоих людей. Но я, как твой сын прошу тебя: не занимайся больше… этим… Не оскверняй свою душу. — Хмм… А ты вырос, мой мальчик… Что ж думаю, ты смог меня убедить. Твои упрямство и настойчивость заслуживают похвалы, и я горд, что ты унаследовал от меня эту черту, — старший Ким прищуривает глаза и снова обводит взглядом весь зал. — Я отдаю тебе этот клуб, но только учти, если твои денежные дела окажутся в плачевном состоянии, то от меня помощи не жди. Это была твоя идея, так что и за последствия ты будешь отвечать сам. — Разумеется сам! — Сокджин больше не в силах сдерживать свои радость и облегчение, бросается в объятия к отцу, хлопая того по спине. — Спасибо, отец! Больше всего они оба не ожидали, что люди, находящиеся вокруг начнут аплодировать, глядя на такую трогательную картину. — Охуеть! Это что сейчас было?! — Богом открыв рот зависает, хлопая глазами. — Теперь Сокджин хозяин клуба! — довольно отвечает Тэхён, подмигивая парню. — Всё получилось… — Что за… Что получилось?! Блять, теперь зарплата в два раза меньше станет! Кто вообще сюда приходить будет?! — Пак яростно срывает бабочку и отшвыривает её в сторону. «Мда-а… Вот, ты сука продажная! И зад готов за деньги подставить и совесть! Даже, если ты отсюда уйдёшь, никто страдать не будет! Особенно я…»

***

Это событие всколыхнуло буквально каждого. Естественно нашлись и те, которые посчитали, что работать на сына хозяина непрестижно, и потому поспешили уволиться. Но всё же в коллективе клуба осталось приличное количество людей, готовых продолжать свою деятельность. Тэхён радовался, как ребёнок! Он бесконечно благодарил Сокджина и Намджуна за их выдержку и отвагу. — Я теперь на свою работу буду бежать с радостью! Нет! Не бежать, а лететь! Парни смеются, впервые видя такого Тэхёна. — Ви! Ты сегодня превзошёл сам себя! Оказывается, ты не только отлично управляешься с бокалами, но и шикарно их разбиваешь! — Я старался! — рыжеволосый Тэ смущённо опускает голову. — Слушайте! Теперь нам необходимо пересмотреть штат сотрудников. Есть рабочие места, которые освободились, нужно подумать, как привлечь новых людей. Это надо, как следует обмозговать! — Сокджин с надеждой смотрит на Намджуна. — Джун-и? — Конечно, Джин! Мы всё организуем, не переживай, я во всём тебе помогу. — Оо, Джун-и! Ну что бы я без тебя делал, а? Выплёскивающаяся радость Кима заражает всех присутствующих энергией, заставляя искренне поддерживать своего нового хозяина, полностью ему доверяя. Именно этот день стал для всех особенным и переломным. Высокая ступень в новую жизнь, которую они общими усилиями смогли преодолеть. Воодушевлённые грандиозными планами на будущее, парни свято верят в свою идею и сделают абсолютно всё для того, чтобы их общие мечты стали явью…

***

— Парни! Вы не представляете, это было просто… Просто Вау! — Тэ эмоционально жестикулирует, рассказывая новости Чимину, Юнги и Хосоку… После того, как Тэхён вернулся домой и поделился радостью с Чонгуком, он так и не смог уснуть, наполненный впечатлениями до краёв. Поэтому они наплевали на то, что за окном раннее утро и, разбудив Чимина по телефону, ломанулись все вместе к Юнги в гости. — Ты понимаешь, Юнги? Теперь вы будете выступать в клубе хоть каждый вечер! О вас узнают абсолютно все! — Крутяк! Юнги, это же то, о чём мы мечтали! — Хосок лыбится во весь рот, кивая головой. — Да. Это может поспособствовать нашему продвижению. Что скажешь, Чимин-и? — Шуга с невероятной любовью смотрит на светящееся лицо Пака и взлохмачивает его волосы. — Я? А что я? Я ведь даже не… — Прекращай! Ты с нами! Мы теперь только втроём будем выступать! — Джей-Хоуп с серьёзным видом выставляет вперёд указательный палец. — Да, Чимин-и… Мы без тебя уже не сможем… — Юнги незаметно касается его тыльной стороны ладони, а Чимин готов закатить глаза от глубокого, чуть хриплого голоса…

***

Работа в клубе, связанная с изменениями, кипит, словно в муравейнике. Господин Ким сдержал своё слово, передав бразды правления в руки сына и обещая ни во что не вмешиваться. Сокджин подбирает новый персонал, взамен ушедшим, заодно размышляя, каким образом привлечь посетителей. — Не переживай, Джин. Когда на сцене будут выступать Шуга с парнями — о заполнении зала можно даже не думать, и реклама не нужна. Ты знаешь, что о них уже вовсю стали говорить за пределами этих стен? — Было бы отлично, Джун-и! Ты уже рассказал им, что случилось? — Не успел! — Намджун улыбается, и на его щеках появляются ямочки. — Тэхён с Чонгуком опередили, они тем же утром пришли к Юнги. Эти парни быстрее ветра разносят свежие новости! — Тэхён… Очень интересный парнишка, меня так удивляет то, как он отчаянно готов оберегать Чонгука любой ценой. Я ещё на пикнике заметил, какая у них прочная связь друг с другом. — Чему тут удивляться, Джин? Тэхён любит его всем сердцем, это же очевидно… — Да… Тэхён в свою очередь с энтузиазмом рвётся к работе. И пусть для него в целом ничего не изменится, всё же чувство хороших перемен греет душу и поднимает настроение, даже присутствие Богома не может его испортить. Кстати, о Богоме... Ви показалось странным, что он остался, особенно если учесть все его фырканья в сторону Сокджина. Но радость победы затмила глаза Джину, и он только отмахнулся, когда Тэхён поделился с ним своими переживаниями… Шуга и парни продолжили репетиции с новыми композициями. Чимин всё больше втягивался в процесс, постепенно раскрывая свой истинный талант, чем приводил Юнги и Джей-Хоупа в неописуемый восторг. Их голоса гармонично дополняли друг друга, и Шуга понял, что нашёл не только свою любовь, но и ту самую изюминку в их с Хосоком творчестве… Когда все подготовительные работы были завершены, а изменение штатного расписания удовлетворило всех сотрудников, Сокджин с лёгкой душой сообщил о первом рабочем вечере. Собрав своих самых близких единомышленников в кабинете, он разоткровенничался: — Вы все мне стали дороги и близки, поэтому именно с вами я хочу посоветоваться. Как вы смотрите на то, чтобы перевести НАШ клуб (на этих словах он сладко улыбнулся) в статус легального? — Это отличная идея, Джин! Только для этого нужно всем доказать, что наша деятельность законная и востребованная, — Намджун задумывается, потирая подбородок. — Конечно востребованная! Мы будем давать дорогу талантливой молодёжи для выхода на большую сцену! — у Ви загораются глаза. — Вы только представьте: в будущем мега-популярные артисты всем будут рассказывать, что начинали свою карьеру именно здесь! Это же круто! — Не то слово! Что ж… Значит, нужно глубоко обо всём этом поразмыслить… — Стойте! — Тэхён чувствует внутри сгусток энергии, но не знает как его вытолкнуть из себя. — А что если… Что если нам сменить название клуба? Пусть теперь все знают этот клуб, как новый, с новым названием! Все заторможенно смотрят на взбудораженного парня, переваривая в голове информацию. — Ну… Я просто хотел сказать, что… Пусть ничего из старого здесь не остаётся? Даже название… — думая, что ляпнул что-то несуразное, Ви опускает голову и уже готов сквозь землю провалиться. — А ведь он прав… Как корабль назовёшь… — Джин с сосредоточенным лицом делает шаг вперёд. — Идеи? — Дерзость, — почти шепчет Тэхён. — Что? — Ну… Я подумал… — Охренеть! Это же супер! — Сокджин со всей дури хлопает Тэхёна по плечу, что тот от неожиданности покачивается. — Решено! Отныне наш клуб будет называться: «대담함과 자유» (дерзость и свобода). — Джун-и, пожалуйста договорись с дизайнерами о смене нашего логотипа. — Сделаю! Тэ, ты молодец, удивляешь с каждым разом: то волосы перекрасишь, то идеи классные подкидываешь! — Намджун запускает пальцы в яркую шевелюру Тэхёна, а затем чуть не давится, когда Джин резко налетает на него. — А ты помнишь, что ты нам всем обещал, а? — Чёрт… Я это сказал на эмоциях… — Ничего не знаю, Джун-и! Своё слово нужно держать, тем более тебе больше не придётся общаться с заносчивой элитой, так что можешь хоть в шортах на работу ходить! — Ким заразительно смеётся, но затем возвращает серьёзный вид. — Хотя, нет. С шортами я переборщил…

***

— А ещё они согласились с моим предложением поменять название клуба, представляешь?! — Тэхён с таким воодушевлением делится впечатлениями с Чонгуком, что не замечает, как его мальчик скисает прямо на глазах. — Что с тобой, Чонгук? Ты не рад? — Рад… Я очень рад, Тэ… Но… Ты возьмёшь меня с собой? — Ты из-за этого так напрягаешься? — Ким облегчённо вздыхает. — Конечно возьму… (Теперь-то уж можно…) Это будет следующая суббота, ты как раз сможешь пойти со мной! Чимин снова будет выступать с Шугой. Тебе ведь понравилось в прошлый раз? — Очень! Спасибо, Тэ! Ты у меня самый… Самый, самый! — он прячет своё румяное лицо на его груди, прижимаясь, как можно плотнее. — Я так люблю тебя… — Мой ма… Чонгук-и…

***

Жаркий вечер субботы предвещает взрыв успеха в клубе под названием «Дерзость и Свобода». Сегодня здесь собрались не только завсегдатаи Сокджиновских тусовок, но и новички, ожидающие впервые услышать непревзойдённое выступление нашумевших рэперов. — Тэ… Столько народу собралось! — Чонгук в восхищении приоткрывает рот. Они стоят обнявшись около барной стойки и Тэхён невесомо целует его волосы. — Да… Сегодня нам всем понадобится удача… Мне пора за стойку, а ты можешь подойти к сцене ближе, если хочешь. Я всё равно буду наблюдать за тобой, — подмигивая, Тэхён подталкивает Чонгука в гущу событий, а сам вздыхает, когда ещё раз любуется им, таким невозможно любимым, отзывчивым… — Ну ладно… — подняв бровь и сексуально поправив волосы, Чонгук внедряется в многочисленную толпу. Тэхён сглатывает от одного только вида упругой задницы в обтянутых джинсах. «Это мой мальчик!» Не успевает Ким обернуться, как Богом обнимает его сзади, устраивая свой подбородок на его плече, и выдыхает жарко на ухо:  — Какие вы милые… Тэхён-и, а Чонгук в постели тебя удовлетворяет по высшему разряду, мм? Ви закатывает глаза и язвительно улыбается. — Не знаю, Богом-и… Это ведь только ты у нас силён в умении распознавать разряды, а я всего лишь люблю его…

***

Выступление действительно проходит на ура, и публика кричит в экстазе. Намджун гордо поднимает голову обводя каждого посетителя взглядом и понимает, что недовольных или незаинтересованных в зале просто нет. «Вот, чего мы добивались! И это только начало!» Сокджин жмёт руки Шуге и Джей-Хоупу, а Чимина на радостях просто заключает в объятия. Надо отметить, что Юнги хмурится, глядя на это и покусывая нижнюю губу, опускает глаза. Чонгук с лучезарной улыбкой и бездонными глазами, светящимися от восхищения, возвращается к стойке, но не видит Тэхёна. — А где Тэ? — он хоть и держится от Богома на расстоянии, но всё же любопытство и беспокойство перевешивают неприязнь. — Он ушёл в туалет. Ты такой румяный… Жарко? Не хочешь сок? Чонгук исподлобья смотрит на Пака и, подумав с секунду, поднимает лицо. — Хочу. Криво улыбнувшись, Богом колдует с высокими стаканами и упаковками сока, а затем протягивает Чонгуку смесь соков с кубиками льда и соломинкой. — На здоровье, Чонгук. — Спасибо, — сделав несколько глотков, он морщится от странного вкуса, но всё же выпивает большую часть бокала. «Где же Тэ? Я уже скучаю по нему…» — Я наверное, тоже схожу в туалет, — Чонгук оставляет бокал с остатками сока на стойке и спешит в сторону уборных… Тэхён возвращается спустя десять минут с полным ведёрком льда для коктейлей и, грузно поставив его на рабочую поверхность, вздыхает. — Вообще-то этим должны заниматься официанты, мы не должны покидать свои рабочие места. — Ну что поделать, Тэхён-и? Они тоже заняты… — Богом подбирается ближе и пальчиком проводит по плечу Кима. — Тебе не помешало бы расслабиться… Если хочешь, я мог бы… — Слушай! Я уже устал тебе повторять, что Чонгук… — Что Чонгук? Твой Чонгук непонятно где! Я сам видел, как он ушел с каким-то парнем! Не больно-то ты ему нужен! — Что?! Ты охренел? — Тэхён оглядывает зал в поисках своего мальчика, бегает глазами по каждой фигуре и начинает немного паниковать… «Что за хрень! Он наверняка с Чимином или с Намджуном… Богом просто треплет своим поганым языком!» — Иди к чёрту! Займись лучше работой! — он набирает Чонгука, но телефон оказывается выключен. Тэхёна начинает потряхивать, и он не может сосредоточиться на клиентах. Коктейли смешивает на автомате, напитки разливает не глядя, потому что все мысли сейчас только о нём… Не выдержав, он звонит Намджуну. — Тэ, что случилось? Почему ты звонишь? — Намджун, Чонгук в зале? Я его не вижу, а от стойки отойти не могу, меня и так не было пятнадцать минут. — Я видел его минут двадцать назад, он был здесь… — Намджун, пожалуйста найди его, — Тэхён закрывает рукой телефон, и говорит приглушённо: — Богом сказал, что видел его с каким-то парнем, но я ему не верю… Помоги мне! Поищи его. — Хорошо, я понял. Я поищу. В последний раз Тэхён так переживал, когда Чонгук пропал. Это тревожное чувство вновь облепило его своими липкими щупальцами, и сейчас он явственно ощущал холод на своей коже… «Господи, Чонгук-и, мальчик мой, где же ты?» Его тревоги нарушил внезапно раздавшийся крик: — Помогите! Там человеку плохо! Кричала девушка с побелевшим от ужаса лицом, и у Кима моментально забилось сердце, предчувствуя что-то недоброе… Наплевав нахрен на свою работу, он рванул в сторону девчонки и, схватив её за плечи, закричал: — Где? Где он? — Там… Около туалетов… У Ви ещё никогда не было такого выброса адреналина: он не помнит, как добежал до уборных, не помнит, как увидел знакомую до каждой мелкой детали фигуру, не помнит, как рухнул на колени перед содрогающимся парнем… — Тэ… Мне больно… У Тэхёна глаза заледенели, когда он увидел, как из его рта побежала кровь…