Восьмой Артефакт

      Малфой стоял в прекрасном холле, засунув руки в карманы брюк, и наблюдал за стайкой рыбок в декоративном фонтане. Гермиона быстро пересекла расстояние между ними и, стараясь не выдать волнения, как можно спокойнее сказала: — Давай вернёмся в отель поскорее.       Что-то в её голосе заставило Малфоя внимательно осмотреть её. — Всё в порядке? — тихо спросил он. — Да, да, — раздражённо отрезала она, развернулась и пошла к выходу, стараясь унять дрожь в руках.       Они вышли из особняка и пошли к кованым воротам, следуя за аврором. На город опустились сумерки. Гермиону то и дело прошибал холодный пот, несмотря на то, что было жарко. Ей даже не нужно было пользоваться охлаждающими чарами, спину покрывала холодная испарина.       За воротами Малфой протянул ей руку. Когда Гермиона коснулась его, видимо ощутив холод и дрожь её ладони, он снова внимательно вгляделся в неё. В следующее мгновение они аппарировали.       Отдышавшись после перемещения, Гермиона молча направилась к отелю. Внезапно его рука схватила её чуть выше локтя и развернула. Малфой склонился над ней и проговорил: — Что с тобой, Грейнджер? Ты выглядишь так, как будто чай с инферналами пила. — Отпусти меня, — она вывернулась из его хватки. — Всё в порядке. — Нет, не в порядке, — ровным тоном произнёс он. — Говори, что там произошло? — Ничего, Малфой! — Гермиона сорвалась на крик. — Там ничего не произошло!       Вырвавшись, она устремилась в отель. Вбежала в холл, схватила у портье ключ от номера и, не дожидаясь лифта, бегом поднялась по лестнице на свой этаж.       Оказавшись наконец в одиночестве, Гермиона без сил упала на кровать, ощущая, что нервы звенят, как натянутая струна. Два дня. Нужно провести здесь ещё два дня.       Вдруг раздался стук в дверь. — Грейнджер, это я, открой.       Мерлин, зачем он пришёл? Она же сказала оставить её в покое, что тут непонятного? — Я устала и ложусь спать. Давай завтра, — как можно более беспечным голосом крикнула Гермиона.       Дверь распахнулась, и Малфой вошёл. Она едва успела принять полусидячее положение, когда он подошёл к кушетке напротив кровати и вальяжно развалился на ней. Спокойно глядя на Гермиону, он лениво протянул: — Эти их финики такая мерзость, не находишь?       Гермиона ожидала, что он будет пытать её о произошедшем, а Малфой небрежно смотрел на неё, не задавая неудобных вопросов. — Пойдешь ужинать?       Гермиона ощутила тошноту при мысли о еде. — Я не хочу есть. Иди один. — Не люблю ужинать в одиночестве, — протянул Малфой. — Если не хочешь никуда идти, можем заказать еду в номер. — Я не хочу, — она откинулась на подушку. — Я хочу спать, оставь меня.       Воцарилось молчание. Оно длилось так долго, что Гермиона подумала, не ушёл ли Малфой, хотя она не слышала, чтобы хлопнула дверь. Пролежать бы так до утра воскресенья.       Внезапно матрас прогнулся под тяжестью его тела: он присел на край кровати. Она почувствовала, как его пальцы подцепили выбившийся из гладкой причёски локон и убрали с её лица. — Грейнджер, — неожиданно мягко прозвучал его голос, — я не знаю, что случилось, но Бруствер меня не похвалит, если узнает, что я оставил тебя без ужина.       Гермиона открыла глаза. Драко смотрел на неё без обычной иронии или издевки. Участливо. — Так что? Составишь мне компанию за ужином? — осторожно спросил Малфой. — Пожа-луйста, Грейнджер, — слащаво протянул он, — сделай одолжение.       Просто невозможно было отказать, когда Малфой так старался быть милым. — У тебя есть зелье сна без сновидений? — спросила Гермиона.       Он задумался на мгновение: — Да. А что? — Не мог бы ты одолжить его мне? — Ладно, — пожал он плечами. — Так что насчёт ужина? — Хорошо. — Гермиона медленно села на кровати. — Я составлю тебе компанию. — Отлично. — Малфой придирчиво оглядел комнату. — Только у меня условие: ужин будет у меня в номере. О нет, нет, не бойся, — усмехнулся он, — там просторнее.       Он снова перешёл на кушетку. — Скажи номер комнаты, я приведу себя в порядок и приду. — Ну нет. Стоит мне уйти, как ты тут же закроешься на все запирающие чары, на которые способна. Я подожду тебя здесь, — он нахально улыбнулся ей.              Гермиона нахмурилась: — Мне нужно переодеться. — Здесь же есть ванная комната, — сказал он. — Впрочем, можешь не стесняться, я с удовольствием посмотрю. — Какой же ты… — она кинула в него подушкой, поднимаясь с кровати. — Ну, какой? — неожиданно игриво спросил он. — Скажи, какой?       Гермиона возвела глаза к потолку. — Невыносимый, — она направилась в ванную комнату, на ходу призывая косметичку и первую попавшуюся одежду из шкафа. За спиной она услышала его довольный смех.       Стоя у зеркала, Гермиона вгляделась в свои глаза. Она прикрыла веки, и память тут же подсунула картинку: старуха качает головой и шепчет. Шёпот вгрызался в уши, слова как будто набухали в голове, молотили по вискам. Безысходность снова накрыла, словно за спиной стоял дементор.       Усилие, окклюменция, и Гермиона избавилась от навязчивой картинки. Плеснула холодной водой в лицо. Стало лучше. — Грейнджер, ты скоро? Я умираю от голода!       Стряхнув оцепенение, она крикнула в ответ: — Сейчас.       Гермиона переоделась в свободную футболку и джинсовые шорты. Закрутила волосы в пучок и убрала остатки косметики с лица.       Когда она вышла из ванной, Малфой в напряжённой позе стоял у окна. Он обернулся и явно расслабился. Гермиона ожидала, что он раскритикует её наряд и воинственно вскинула подбородок — переодеваться она не собиралась. Но Малфой лишь ухмыльнулся, скользнув взглядом по её ногам. — Идём.       Когда они оказались в номере Драко, Гермиона со смехом огляделась. — Слишком просто, не находишь?       Это был огромный люкс. На подиуме стояла кровать с балдахином в восточном стиле, за высокой резной ширмой — кресла, кушетки и стол. Панорамные окна занимали целую стену, а на полукруглой лоджии размещалась изысканная плетёная мебель. — Президентский люкс был занят, — театрально развёл руками Малфой, — приходится довольствоваться более скромными апартаментами. Располагайся.       Он сел в кресло, поднял трубку телефона и сделал заказ. Гермиона удивлённо наблюдала за ним. — Ты умеешь пользоваться магловским телефоном! — Бруствер вечно экономит и бронирует номера в магловских гостиницах, — пояснил Драко. — Пришлось научиться. Не возражаешь, если я приму душ? Когда принесут ужин, скажи, чтобы сервировали на лоджии.       И он скрылся за дверью, не дождавшись её ответа.       Самоуверенный хорё… Стоп. Она обещала себе, что так больше не будет его называть.       Гермиона вышла на лоджию и села в плетёное кресло, поставив ноги на край сидения и обняв колени руками. Она залюбовалась закатом.       После войны Гермиона долгое время не могла избавиться от панических атак. Помогали только зелья и окклюменция. Прошло несколько лет, прежде чем кошмары перестали сниться, а внезапный страх прекратил внезапно накатывать.       Но сегодня смутное ощущение ужаса вернулось. Гермиона не могла понять, неужели её так напугала старуха? Может, просто усталость и насыщенный день спровоцировали такую реакцию?       От неприятных мыслей её отвлекли явившиеся официанты. Гермиона наблюдала, как они сервируют стол, и внезапно осознала, что Малфой, Драко Малфой, позвал её на ужин к себе в номер. И она добровольно пришла и ждёт его из душа.       Он вёл себя так, как будто волновался за неё. Совсем недавно их общение сводилось к язвительным выпадам, а теперь Гермиона сидит у него в номере. Подозрения, что Малфой испытывает к ней интерес, стократно возросли.       Официанты удалились. А Малфой вышел из ванной в одном полотенце на бёдрах, и босиком прошлёпал мимо, как ни в чём не бывало. Это было так неожиданно, что Гермиона опешила. Драко преспокойно открыл шкаф и задумчиво рассматривал полки с одеждой. — Я вообще-то здесь, — напомнила о себе Гермиона. Драко развернулся, не испытывая ни малейшей тени смущения. — Знаю. Я переоденусь и присоединюсь, — дерзко подмигнул он ей, взявшись за полотенце с явным намерением снять его.       Гермиона быстро ретировалась на лоджию. К своему неудовольствию она отметила, что щёки запылали.       Через пару минут Малфой присоединился к ней, уже одетый в магловскую одежду — шорты и белую футболку. Он сел напротив, улыбаясь уголком рта и откидывая рукой ещё влажные после душа волосы. — И почему ты ушла? — насмешливо спросил он. — Я должна была смотреть, как ты одеваешься? — она почувствовала, как краска снова заливает лицо против её желания. — Мне говорили, что это божественное зрелище, — сладким тоном протянул он, явно забавляясь. — Я сейчас передумаю, и ты останешься ужинать в одиночестве! — Ладно-ладно, — ухмыльнулся он и поставил на стол перед ней пузырёк. — Это то, что ты просила.       Гермиона спрятала зелье в карман, чтобы не забыть. Малфой тем временем наполнил бокалы вином и провозгласил: — За первый день командировки! — он отлевитировал ей в руку один из них. Вино имело лёгкий цитрусовый вкус. Малфой принялся за ужин, тогда как Гермиона так и не притронулась к еде. — Почему ты не ешь? — спросил он. — Не хочу, — поморщилась она, сделав ещё глоток из бокала. — По поводу того, что случилось, — вдруг серьёзно заговорил Драко. — Я обязан спросить тебя как коллегу, это не связано с… м-м… каким-либо неуважением по отношению к тебе, как к представителю Британского Министерства магии? Потому что мы обязаны принять меры… — Нет-нет, это… не имеет отношения к работе, — быстро проговорила она.       Он помолчал, всё также не отводя от неё глаз. — Эти женщины как-то оскорбили тебя? — Нет! — отвергла Гермиона такое предположение. — Они были очень милы.       Малфой вздохнул, отрезая кусочек стейка. Отправил его в рот и прожевал, затем пригубил вино. Серьёзно глядя на неё, тихо заговорил: — Мы находимся здесь в деловой командировке. Представь, как это было: ты выбегаешь, на тебе лица нет и руки трясутся. Ты психуешь. Ты не хочешь есть и выглядишь, откровенно говоря, хреново — как будто на тебя дементоры напали. Я чувствую ответственность, ведь случись что, Кингсли с меня три шкуры сдерёт, а тело бросит на съедение гигантскому кальмару в Чёрное озеро. А что со мной сделает Поттер, я даже боюсь представить. Надеюсь только, что кальмар опередит его.       Он снова помолчал, глядя на неё без тени насмешки. — Я, знаешь ли, уже перебрал в уме кучу всяких вариантов, что там было. Лучше скажи сама.       Гермиону передёрнуло. Она отвернулась и посмотрела на розовеющий горизонт. — Мне ничего плохого не сделали. У меня вдруг случилась паническая атака. Я растерялась.       Малфой понимающе кивнул. Подумав немного, он осторожно спросил: — Что-то явилось триггером?       Гермиона посмотрела на него. Он понял её удивление, поэтому уточнил: — Я тоже страдал от панических атак после войны, поэтому понимаю, как это работает, — он чуть пожал плечами. — Я не хочу об этом сейчас думать, — поморщилась Гермиона. — Ты используешь окклюменцию? — спросил он. — Обычно да, но сегодня это состояние застало меня врасплох, — она отвела глаза. Слишком Малфой отличался от того дерзкого хама, который высмеивал её днём. Было неприятно обсуждать её состояние, поэтому она перевела тему: — Как у тебя прошла встреча? — О, я выпил, кажется, литра три чая, — закатил глаза Драко, — и съел ведро фиников. Ничего интересного, обычный околополитический трёп.       Гермиона усмехнулась, что-то вспомнив. От Малфоя не ускользнула эта её ухмылка и он, наполняя бокалы, сказал: — Ну давай, Грейнджер. Скажи, что хотела, посмеемся вместе.       Гермиона сделала глоток вина. — У Ахмада есть дочка, Амира. Так вот, одна из жен Ахмада интересовалась тобой, не будешь ли ты хорошей партией для неё. — Сколько лет этой Амире? — Семнадцать. — Хм, дочка самого эмира Ахмада? Она красивая, Грейнджер, скажи мне? — он с комичной мольбой посмотрел на неё.       Внезапно Гермиона ощутила раздражение. — Красивая. Тебе такие нравятся. — И какие же? — Высокие, стройные, с длинными прямыми волосами чёрного цвета, — проговорила Гермиона, намекая на его секретаря.       Малфой усмехнулся. Но его глаза зорко следили за её реакцией, казалось, он ждал чего-то ещё. — Уверена, Ахмад не будет против породниться с таким чистокровным волшебником, как ты. Привезёшь в Лондон восточную жену. Она привыкла к золотой клетке, так что какая разница где — в Малфой-Мэноре или здесь, — ядовито выдала Гермиона, запоздало осознав, что её несёт от вина. Она поставила бокал на стол и подперла лоб рукой. — Извини, я что-то не то говорю…       Но Малфой совсем не обиделся. Не стал устраивать грубую перепалку со взаимными оскорблениями. Казалось, его повеселил этот выпад. — Грейнджер, — сказал он, — на твоём месте я всё же съел бы что-нибудь, иначе вино на голодный желудок сыграет с тобой плохую шутку.       Гермиона вздохнула, признавая его правоту и придвинула к себе тарелку. — Знаешь, мне очень понравилась эта девушка, Амира. Мне так жаль её. — А что с ней? — Она очень хочет учиться. Но её отец считает, что у неё нет выдающегося магического таланта, поэтому ей лучше изучить бытовую магию и выйти замуж. Но это, как я понимаю, просто глупые отговорки! На самом деле эмир Ахмад прямиком из средневековья и считает, что женщинам учиться ни к чему. А девочка способная! —Гермиона пересказала ему их разговор. — Мне так бы хотелось ей помочь, — с сожалением закончила она свой рассказ.       Малфой внезапно уставился на неё: — Грейнджер, гриффиндорская твоя душа, я надеюсь, ты ничего не предприняла? — Конечно нет, — отмахнулась Гермиона, — но очень бы хотелось. — Слава Салазару!.. — выдохнул Малфой, залпом допивая вино из бокала и наполняя его вновь. — Я же говорил, что с тобой одни проблемы. Не хватало ещё расхлёбывать последствия твоего синдрома спасателя. — Да, мне тяжело видеть, как способная девочка обречена на бесправное существование! — снова завелась Гермиона. — Почему вы, мужчины, считаете, что можете управлять судьбами женщин? Когда я жила среди маглов, то думала, что вот в магическом обществе точно всё по-другому! Но на деле такое же средневековье. — Тебя кто-то притеснял? — осторожно спросил он. — Нет, но… — запнулась она. — Но это есть — глупо отрицать. Я не могу жить и радоваться, что меня никто не дискриминирует, когда такое сплошь и рядом! — Всё-всё, успокойся! — Поднял Малфой ладони в притворном ужасе. — Иначе ты сейчас заавадишь меня только потому, что я мужчина! А это дискриминация, я требую к себе толерантного отношения! — смеялся он, уворачиваясь от Силенцио, которое запустила в него Гермиона. — Давай перейдём на нейтральные темы, Грейнджер. Завтра, к примеру, у нас выходной. Поступило одно заманчивое предложение — полетать на пегасах. — И кто пригласил? — Джарван. — Удивительно. И ты согласился? — Да, было бы некрасиво с моей стороны отказать. А вот ты можешь и не пойти. — Почему же, это должно быть интересно! — Гермиона заметила, что уголок рта Малфоя резко дёрнулся вниз. — Ну что ж, — после небольшой паузы проговорил он, — тогда завтра вечером будь готова. Надеюсь, подходящая одежда у тебя найдётся? — Разумеется, — усмехнулась Гермиона. — А ещё ты обещал, что мы сходим на волшебный рынок. Если тебе не хочется, я схожу и одна, дорогу я запомнила, аппарировать смогу. Салман, думаю, меня узнает. — Нет, Грейнджер! — решительно мотнул он головой. — Ты так и не поняла? В Эмиратах женщинам опасно ходить в одиночку, даже такой сильной волшебнице, как ты. Кингсли и Поттер… — О, Мерлина ради, Малфой! — иронично вздохнула она. — Я помню. — Замечательно. Утром будь готова, я зайду за тобой. Мы позавтракаем где-нибудь, и я провожу тебя на рынок, так уж и быть, — лениво протянул Драко, потягивая вино и наблюдая за заливом, небо над которым уже сделалось синим и замерцали первые звёзды.       Гермиона тоже посмотрела на горизонт. Воцарилась тишина. Внезапно она поняла, что чувствует себя неловко. Алкоголь приятно расслабил, а Малфой был так непривычно обходителен. Если бы не его поведение временами, она бы подумала, что он хочет понравиться. Но это же Драко Малфой, у которого неизвестно, что на уме.       Как бы то ни было, Малфой проявил участие. Отвлёк, не оставил одну. Но, пожалуй, пора уходить. Гермиона повернулась, чтобы сказать об этом и замерла от неожиданности: Драко пристально смотрел на неё, и в его глазах что-то было такое… В следующий миг он моргнул и откинулся на спинку стула, а выражение его лица сделалось бесстрастным. — Спасибо за ужин. Мне пора, — она поднялась и сделала шаг к выходу из лоджии. — Я провожу, — он допил остатки вина и тоже встал. — Не стоит… — Не упирайся. — Они вместе вошли в комнату. — Подожди, я позвоню, чтобы убрали остатки ужина.       Гермиона стояла, прислонившись к дверному косяку и наблюдала за Малфоем. Его движения были уверенными и естественными. Даже такое банальное действие, как разговор по телефону, заставил её залюбоваться им. Может, это алкоголь так повлиял? Воображение тут же подсунуло его образ в одном полотенце.       Красивый. Идеально сложен. И его голос…              Гермиона очнулась, когда Драко положил трубку и направился к ней. В молчании они дошли до её номера. — Я очень благодарна, что ты помог мне… Спасибо за зелье, — Гермиона неловко улыбнулась.       Малфой был так близко. Молчал и ждал, что она скажет дальше. А может, ещё каких-то действий? Одной рукой он как бы случайно опёрся на стену позади неё. Его лицо было совсем рядом — можно было разглядеть своё отражение в зрачках. — Ну-у, тогда… — Гермиона сделала неопределенное движение рукой. — Тогда… до завтра? — Да, — он произнёс это глухо и медленно, делая едва заметное движение навстречу, — до завтра.       Звук открывающегося лифта и голоса туристов заставили вздрогнуть и резко отстраниться друг от друга. — Пока! — выдохнула Гермиона и проскользнула в свой номер.       Она в эйфории опустилась на кровать.       Это что сейчас было?       Он собирался её поцеловать?..       Гермиона откинулась на подушку, перебирая в памяти странные моменты. Эти взгляды сегодня. Волнение за неё. Желание рассмешить. И сейчас, возле двери… Мерлин, если бы не лифт, она готова поклясться, что он бы поцеловал её.       Нет, это слишком нереально. На месте Гермионы могла оказаться любая ведьма моложе тридцати, и он вёл бы себя так же.       И всё же не думать о том, каким милым внезапно стал Малфой, было нелегко.       Гермиона приняла зелье и провалилась в крепкий сон без сновидений.

***

      Следующим утром Гермиона проснулась отдохнувшей и в хорошем настроении. Думать и разбирать по кусочкам вчерашний день не хотелось. За окном была солнечная погода, которая грозила к обеду стать невыносимо жаркой. Поэтому она наспех привела себя в порядок и задумалась: они с Малфоем не договорились о времени встречи. Вспомнив табличку на его двери, она потянулась к стационарному телефону и набрала номер.       Драко взял трубку только после десятого гудка, не меньше. — Доброе утро! — Грейнджер… — его голос был заспанным. Она представила, как он откинулся на подушку и рукой отбросил волосы с лица. — Ты обещал, что мы пойдем на рынок, помнишь?       Он неразборчиво что-то промычал в ответ. — Двадцать минут тебе на сборы. Буду ждать в холле. Если опоздаешь, останешься в отеле! — передразнила Гермиона его менторский тон и бросила трубку.        Не тратя много времени на сборы, Гермиона надела простой сарафан белого цвета и трансфигурировала из кепки изящную шляпку с небольшими полями и черной лентой. Затем она кинула в сумку палочку и кошелек, и спустилась в холл. Малфой не заставил себя долго ждать.       Едва увидев его, Гермиона запоздало раскаялась, что не продумала линию своего поведения. Но Малфой, кивнув ей, нацепил солнечные очки и сказал: — Идём?       Гермиона украдкой рассматривала его. Он снова был в магловской одежде, и это шло ему ровно так же, как и любимые волшебниками мантии.       Словно почувствовав её взгляд, Малфой повернул голову и лениво поинтересовался: — Хочешь что-то сказать?       Гермиона хмыкнула: — Ты удивительно органично смотришься в магловской одежде. — И только-то? — расхохотался он. — Без одежды я тоже… выгляжу органично.       Гермиона фыркнула. Какое невероятное самомнение!       Они зашли в один из ресторанчиков позавтракать, и Малфой, как всегда, придирчиво изучал меню, бормоча ругательства в адрес восточной кухни.       Это выглядело забавно, и Гермиона не могла скрыть улыбку, когда он с недовольным видом ковырялся в своей тарелке.       Затем они переместились на рынок, прошли через лавку Салмана и очутились в волшебном мире. Гермиона не могла скрыть восторга, бегая от одной лавки к другой. Малфой снисходительно наблюдал за ней, лишь изредка останавливая её, когда она собиралась купить что-то без торга. — Но я не хочу торговаться, меня устраивает цена! — Тут это считается хорошим тоном, любой продавец тебе это скажет. — Не понимаю, зачем! Если мне не нравится стоимость, я просто пойду к другому продавцу. — Ты же бывала в Египте, разве там не так? — Это было давно… — Ясно. Тогда учись, — с этими словами Малфой взял платок, который Гермиона собиралась купить для Джинни, и принялся торговаться с продавцом. Продавец с явным удовольствием поддержал торг. В какой-то момент Малфой сделал вид, что они уходят, и тот же час продавец согласился на их условия. — Держи! — Малфой отдал сверток Гермионе. — Спасибо! Так сколько ты заплатил? Я же должна отдать. — Не стоит, Грейнджер. — Но это для Джинни! — Брось, Грейнджер, — Драко усмехнулся и пошёл вперёд, демонстрируя что продолжать разговор не намерен.       Через два часа Драко уже не был так азартен в торгах и чуть не умолял Гермиону отправиться в отель, потому что он устал, вымотан и вообще уже время обеда. — С таким аппетитом, как у тебя, ты должен быть раза в три толще, — рассмеялась Гермиона, выбирая подарок маленькому Джеймсу.       Малфой хмыкнул и недовольно проворчал себе под нос что-то. Гермиона не сдержала улыбку. — Хорошо, хорошо, сейчас я куплю вот эту игрушку для Джеймса и вон тот ремень из кожи чёрного дюгоня для Рона, и на этом всё, честное слово! — Я это слышу уже пятый раз, — со скукой протянул он. — Перестань! — Она легонько шлепнула его по плечу. — Ты такой зануда, Малфой! Подожди, я возьму вот эту волшебную приправу, которая подстраивается под вкус того, кто ест еду с ней. Хороший подарок для миссис Уизли! — Грейндже-ер! — Драко закатил глаза. — Я не знаю, как ты со мной расплатишься за эту пытку, которой меня подвергла! Но Гермиона его не слышала. Она выбирала приправу, торгуясь с продавцом, как научил её Малфой. На рынке их принимали за пару, и она обратила внимание, что Драко в какой-то момент перестал опровергать это, просто махнув рукой, потому что дружелюбные продавцы расточали комплименты Гермионе и заманивали к себе в лавки для покупок. В конце концов, когда он с трудом утащил её оттуда, они зашли в ресторан. Во время обеда Драко вдруг стал молчалив и немногословен. На вопрос о причинах задумчивости он нехотя ответил: — Я договорился завтра посмотреть те артефакты, которые нас интересуют. — Ты думаешь, что-то пойдет не так?       Он раздраженно передёрнул плечами, не глядя на неё. — Откуда мне знать.       Гермиона пристально на него посмотрела. Такая резкая перемена настроения очень контрастировала с тем, каким Малфой был на рынке. Неужели он теперь злится, что их принимали за пару? Но он сам перестал это опровергать. А когда она пыталась объяснить, Драко ловил её взгляд и пожимал плечами, давая понять, что ему всё равно, что говорят продавцы.              Гермиона решила, что не будет ломать голову над причинами его угрюмости. Когда они вернулись в отель, Малфой отстранённым голосом проинформировал её быть в шесть часов вечера готовой для поездки в пустыню.       В назначенное время Гермиона спустилась в холл. Она завязала волосы в пучок и захватила свою маленькую сумочку, в которой лежала волшебная палочка.       Малфой уже ждал, и его настроение явно не поменялось в лучшую сторону: лицо не выражало никаких эмоций. Он коротко кивнул ей, и они вышли из отеля, направившись в арку для аппарации.       Они перенеслись на окраину города. С одной стороны находился пляж, с другой — голая земля, переходившая в песчаные барханы пустыни.       Их уже ждали: Джарван с несколькими молодыми арабами. Рядом с эмиром стояла Амира, закутанная в платок. Гермиона сразу её узнала. Они радостно обнялись и принялись болтать.       Малфой пожал всем присутствующим мужчинам руки. Джарван поздоровался с Гермионой и скользнул по ней липким взглядом. Как он умудрялся смотреть так, будто на ней нет одежды?       Сын Ахмада был тут главным. Он предложил аппарировать, чтобы быстрее добраться до конюшен с пегасами. Один из его друзей отправился вместе с Малфоем, а Гермионе помог сам Джарван.       Посреди пустыни цвёл оазис. Вокруг были построены огромные крытые конюшни для пегасов. Внутри круглый год стояла комфортная для животных погода. Выгул размером с целый стадион для квиддича был огорожен магическим куполом. Пегасы стояли в стойлах, а жеребята, ещё не умеющие летать, паслись на лужайке перед загонами.       Амира показывала Гермионе стойла, а Драко вместе с Джарваном отстали от остальных мужчин и негромко что-то обсуждали. Было непонятно, деловой это разговор или просто обычная беседа. Гермиона видела, как Драко несколько раз скривился в циничной усмешке, а его руки в карманах были сжаты в кулаки при этом.       Гермиона направилась к ближайшему стойлу с большим белым пегасом. Сразу было видно, что это очень породистый и дорогой зверь. — Это Зевс. — Джарван уже стоял рядом. Он хорошо владел английским языком, что неудивительно, ведь он учился в Европе.       Джарван достал финик и предложил его пегасу. Тот довольно заржал и взял губами угощение. — Попробуй покормить его. — Он протянул Гермионе финик, коснувшись её руки. Слишком нарочито.        Зевс осторожно мазнул губами по её ладони и подставил морду под руку, чтобы его погладили. — Он прелесть! — улыбнулась Гермиона. — У них очень хорошая память. Теперь он запомнит тебя на всю жизнь, — сказал Джарван. — Невероятно, — учтиво ответила Гермиона, припоминая, что читала об этом ещё в школе. — Хочешь покататься? — Я никогда прежде не летала на пегасах. — Только на фестралах и драконах, добавила она мысленно. — Я полечу с тобой. — О. Ну, что ж. — Гермиона была в замешательстве. Отказать показалось невежливым, но всё это ей не нравилось. — Сейчас всё устроим, — довольно ухмыльнулся Джарван.       Он что-то крикнул на арабском друзьям. К Малфою подвели чёрного пегаса, явно не такого спокойного, как Зевс. Остальные мужчины оседлали животных. — Скоро сядет солнце. Увидеть закат, летая на пегасе — одна из самых невероятных вещей, которые я знаю, — сказала Амира. Она держала за повод чёрного, как ночь, пегаса. — Ты давно летаешь? — спросила Гермиона.       Джарван и его друзья усмехнулись этому вопросу. — Я научилась летать на пегасах раньше, чем ходить, — с гордостью ответила Амира, поглаживая коня. — Это Сахара. Она была жеребёнком, когда мне её подарили, и летать мы учились вместе. — С этими словами она ловко запрыгнула в седло. — Малфой, — окрикнул Джарван, — помощь нужна? Луна сегодня нервничает, может, заменить её на лошадку поспокойнее?       Ни единая мышца на лице Драко Малфоя не дернулась. Он насмешливо ответил: — Нет, благодарю, — и с лёгкостью индейца тоже прыгнул в седло. Наклонился и успокаивающе похлопал пегаса, заметно нервничавшего. — Отлично. — Джарван оседлал Зевса, и, наклонившись, подхватил Гермиону и помог ей забраться на спину животного.       Гермиона чувствовала себя не в своей тарелке. Даже не из-за предстоящих полётов, а из-за того, что её спина почти соприкасалась с грудью Джарвана, а по бокам были его руки, державшие поводья. Она кинула почти испуганный взгляд на Малфоя. Тот смотрел на неё, скривив губы в усмешке. Что было в его глазах? Презрение? Насмешка над её неловкостью? — Итак, — крикнул Джарван, — летим прямо к закату! У большого камня делаем передышку и назад! — и первым сорвался с места.       Дальше началось что-то невообразимое. Огромные, сильные крылья раскрылись и легко оторвали их от земли. Пустыня стремительно удалялась, ветер откинул назад непослушные пряди, выбившиеся из причёски Гермионы. Она завороженно смотрела на простирающиеся пески под ними. Солнце пылало ярко-красным маревом, готовясь нырнуть за горизонт. Оно посылало свои лучи, играя с бликами на барханах, заливало тёплым жёлтым светом всё вокруг. Зрелище было поистине восхитительным, и Гермиона забыла о своей неловкости. Над ними стрелой пронесся чёрный пегас Амиры. За её спиной ещё одним чёрным крылом развевался её платок. И как ей удобно летать, замотанной в него? Но Амира ловко правила Сахарой, то взмывая вверх, то пикируя вниз. Невероятно.       Внезапно Джарван сменил траекторию и направил своего пегаса ближе к Малфою. — Отлично держишься! — крикнул он.       Лёгкий кивок в ответ. И Драко рванул вперёд, оставляя их далеко позади. — Твой коллега хочет поиграть, — крикнул ей на ухо Джарван. — Держись крепче.       Гермиона непроизвольно закрыла глаза. Скорость возрастала, ветер уже не ласково обдувал лицо, а хлестал по щекам и свистел в ушах. Она до боли в пальцах вцепилась в гриву коня, боясь даже одним глазком посмотреть на происходящее вокруг. Долго ещё до того камня? Скорее бы.       И вдруг среди всего этого шума ветра, среди свиста от крыльев пегаса, она вдруг как будто услышала хриплый шёпот на ухо:       «Взметнётся песок пустыни… пустыни… пустыни»       Перед зажмуренными глазами возникло сморщенное лицо, старые губы беззвучно шевелились.       «Один из них падёт поверженным… поверженным… поверженным…» — Нет!       Её тело пронзила дрожь. Она резко открыла глаза, пытаясь сморгнуть видение. Но ничего перед собой не видела. — В чём дело? — услышала она обеспокоенный голос Джарвана. Он отпустил одной рукой поводья и чуть сжал её плечо.       Она сглотнула, борясь с собой. Окклюменция, стена, защита. Спокойно.       Джарван направил пегаса вниз, и через несколько минут, показавшихся Гермионе вечностью, они приземлились на песок. Эмир помог ей слезть с коня.       Не в силах больше сдерживать напряжение, Гермиона опустилась на землю. Сунула руку в сумку, достала палочку и наколдовала стакан воды. С жадностью выпила её. Джарван стоял рядом. — Ты боишься скорости? Или высоты?       Гермиона подняла голову. — Не знаю. Может быть, — уклончиво ответила она, поднимаясь на ноги. Пегас стоял чуть в стороне и вёл себя нервно, тихо ржал и переминался с ноги на ногу.       Солнце медленно померкло и подул прохладный ветер. Вокруг стало сразу мрачно и неуютно. Вдруг она услышала, как Джарван с волнением в голосе пробормотал что-то на арабском. — Что-то не так? — Гермиона обернулась и сдавленно ахнула: на горизонте простиралась огромная серая туча. Она клубилась и катилась, как будто поглощая барханы и, казалось, с бешеной скоростью приближалась к ним. — Песчаная буря? — нервно проговорила Гермиона. — Да, — проговорил Джарван, оглядывая пегаса. — Нам нужно убираться отсюда. — Но Джарван, это же всего лишь природная стихия, — проговорила Гермиона, не сводя глаз с тучи, — мы можем наколдовать защитный купол. Это же не продлится долго.       Джарван взглянул на нее: — В вашей стране есть дементоры, верно? Так вот, в таких песчаных бурях обитают наши дементоры, мы зовем их ифритами. И, судя по размеру бури, их там несколько десятков, не меньше, — он проверял крепежи на сбруе пегаса. Джарван не нервничал, чего нельзя было сказать о коне. — Мы вдвоём не выдержим такого натиска, поверь.       Внезапно холодные мурашки прошили её позвоночник. — А как же остальные?.. — Они наверняка уже увидели бурю и возвращаются назад. — Тогда почему они не пролетели над нами? — Гермиона задрала голову, чтобы рассмотреть летящих пегасов. Но темнеющее небо было пустым. — Амира и ребята опытные наездники, они знают, что уходить от бури нужно по диагонали. — Но… — она не договорила. Малфой. — Они не бросят его, — уверенно сказал Джарван, поняв, о ком она волнуется. Он вскочил в седло и протянул руку. — Быстрее, нам нужно улетать. — Тогда может, аппарировать? — не унималась Гермиона. — Я не оставлю Зевса. — Но я могу аппарировать в отель, например. — Не советую тебе этого делать. Аппарация из пустыни на такие расстояния иногда выкидывает скверные шутки. Тебя может отбросить куда угодно, даже в самую бурю, — Джарван бросил встревоженный взгляд на тучу, которая выросла уже в два раза и занимала собой, казалось, целый горизонт. — Быстрее.       Ничего не оставалось, как подчиниться. Снова Гермиона сидела на пегасе впереди Джарвана, и две его руки по бокам крепко сжимали поводья. Зевс расправил крылья, и они оторвались от земли. На этот раз полёт не восхищал. Было страшно: что тут у них за стихии, против которых магия бессильна? Может, стоило попробовать аппарацию в несколько этапов? Или нужно было взять портключ. Почему они все, такие опытные местные жители, не подумали об этом?       Гермиона обернулась: буря неумолимо нагоняла. Казалось, что в клубах песка и пыли метались какие-то силуэты. — Держись крепче и пригнись, — крикнул Джарван ей в ухо, хлестнув Зевса. Тот стрелой рванул вперёд.       Гермиона закрыла глаза. Мерлин, хорошо, что она с таким опытным наездником, но как же там Драко? Джарван предлагал ему поменять пегаса на более спокойного, он отказался. Чёрт бы побрал эту его гордость и самонадеянность. А если конь запаникует, сбросит его? Вдруг что-то случится? При нём, конечно, волшебная палочка, но если там дементоры… Умеет ли Малфой вызывать Патронус? А если нет? Надо было отказаться от этой «увеселительной» поездки. Никто не предупреждал о таких природных явлениях!       Пегас устремился вниз. Гермиона приоткрыла глаза: они кружили над небольшим поселением, Джарван искал место для посадки. Она узнала дом Ахмада и ужаснулась: нет, она туда не хочет!.. Буря оказалась в стороне, невозмутимо продолжая катиться с бешеной скоростью.       Вскоре пегас приземлился на территорию сада. Оказавшись на земле, Гермиона испытала облегчение. — У дома сильная родовая защита от песчаных бурь, — с гордостью сказал Джарван, отряхивая брюки от налипших песчинок. — Амира и остальные здесь? — спросила Гермиона, оглядывая сад, в надежде увидеть мирно пасущихся пегасов. Но их не было. — Нет, — уверенно ответил Джарван и выровнялся. — Либо они прилетят с минуты на минуту, либо они вернулись в конюшни. — Конюшни тоже защищены от бурь? — на всякий случай спросила Гермиона. Джарван утвердительно кивнул. — Пойдёшь в дом? — Нет, я останусь здесь. Отправлю Малфою Патронус.       Джарван пожал плечами. — Я зайду в дом, сообщу о случившемся отцу.       Гермиона нетерпеливо кивнула. Скорее бы он ушёл. Она злилась на себя. Лучше бы она полетела с Малфоем. Нельзя было разделяться…       Она взмахнула палочкой и сотворила Патронус. «Малфой, я у эмира Ахмада». Потом Гермиона присела на резную скамью в белой беседке, густо обвитой плющом. Встала, обошла вокруг. Снова села.              Минуты текли. Внезапно она заметила несколько точек в небе. Через несколько мгновений уже можно было разглядеть наездников. Сердце неприятно сжалось: это были те самые друзья Джарвана. Малфоя с ними не было. Она присмотрелась: Амиры тоже.       Друзья спешились, и к ним навстречу вышел Ахмад с сыном. Они о чём-то разговаривали по-арабски. Она хотела было использовать магию перевода, но с такого расстояния и с таким количеством людей наверняка получилось бы неразборчиво. По их реакции Гермиона ничего не поняла, ясно было лишь то, что они не очень обеспокоены. Может, все не так плохо? Может, Малфой уже в отеле, а она волнуется напрасно.       Джарван кивнул собеседникам и направился к ней. Отчего-то выступил холодный пот на ладонях. Гермиона боялась того, что он скажет. — Гермиона, Амира и твой коллега, скорее всего, на территории конюшни. Мои друзья сказали, что Амира, вероятно, повела Малфоя к защитному куполу на выгуле конюшни. Как только закончится буря, мы отправимся туда. — Есть какая-то связь с конюшней? — взволновано проговорила Гермиона. — Камин, портключ, что угодно! — Только аппарация, но ближайшая точка, откуда можно аппарировать туда, находится на окраине города. У нас хорошая родовая защита, мы не снимаем её на случай, если понадобится убежище.       Гермиона стиснула зубы. Какая нелепость. От кого они тут скрываются? Эта нерасторопность и спокойствие арабов раздражали. Неужели они даже за Амиру не волнуются? — Не беспокойся, Гермиона, — проникновенно проговорил Джарван, подходя ближе, — пойдём в дом. — Нет! — отрезала она, не сдержавшись. — Нет, спасибо, я хочу подышать свежим воздухом, слишком нервничаю, — добавила уже спокойнее.       Джарван молча смотрел на неё. «Мерлин, Малфой! Забери меня отсюда!» — крутилось у неё в голове. Отправиться в отель? Но если будут новости, то первым делом их сообщат сюда. — Гермиона, песчаная буря это, конечно, страшно, но не так, как ты думаешь, — сказал вдруг Джарван. — Они же могли улететь. Если не попасть в эпицентр, то опасности нет. У бури нет разума, ифриты ею не управляют. — Но если они попали в неё! — её голос дрогнул. — Не думаю. Мне показалось, что Малфой уверенно сидит в седле, — проговорил Джарван.       Ахмад с друзьями Джарвана ушли в дом. Наверное, пить чай с финиками. Уже стемнело, и в саду зажглись фонари. Прошло уже не меньше получаса, как они прилетели сюда. И час, как она в последний раз видела Малфоя живым. — Вы с ним пара? — спросил Джарван. — Что? С кем? — Гермиона настолько была погружена в свои мысли, что даже не сразу поняла, о ком он. — Нет, мы просто коллеги.       Ей показалось, что он остался доволен этим ответом.       С каждой минутой паника возрастала, и Гермиона подумала, что если через десять минут не будет новостей, то она сама отправится в эти конюшни и всё разузнает. И плевала она на песчаную бурю…       Из дома выскочила женщина в платке. Гермиона узнала Фатиму. Та махала рукой Гермионе и Джарвану и неожиданно громко закричала: — Идите сюда, Амира вернулась!..