Сигареты с кнопкой и мятная жвачка

На кухне чувство беспокойства и желание сдохнуть значительно выросли, но я не стал подавать виду. Мне не хотелось огорчать маму и вызывать чувство жалости у Арсения Сергеевича. Собрав всю силу воли в яйца я сел за стол и принялся уплетать пюре с котлетой, которое было заботливо приготовлено мамой, но жалко, что не совсем для меня. Она хоть и выглядела, как заботливая мать, совсем такой не была. Она скорее делала это на показуху, чтобы показать, какая она якобы любящая и заботливая родительница. Я размышлял на эту тему и пытался ответить на собственные вопросы, как вдруг мама начала активно говорить Сергеичу про меня. — Ой, Арсюш, знаешь, Антошка вообще хороший парень. Учится хорошо, не курит, не пьёт, маме помогает. Я уверенна, вы найдёте общий язык. — она воодушевлённо рассказывала о том, какой я хороший, а я пытался не спалиться с запахом перегара. Алкоголь, который заботливо приносил Поз всё-же давал о себе знать. — Правда? А почему у него тогда сплошные двойки по русскому? Антон, ты случайно не горишь желанием показать свой аттестат за девятый класс? — взрослые упрямо пялились на меня, а я сгорал от стыда. Кажется именно в тот момент я возненавидел Попова. ну кто же тебя за язык тянул блять, оправдываться ещё. — Хм, странно, а что не так с аттестатом? Ты же постоянно за столом с каким-то блокнотом сидишь, я думала ты там уроки пишешь. А, кстати, откуда ты знаешь про его успеваемость? Вы же только несколько часов знакомы, разве нет? — кажется мама вообще ничего не понимала в тот момент, а я, зло косясь на Попова, наконец выдал: — Нет мама, знакомы мы уже давно. Арсений Сергеевич — мой учитель русского языка. — Да? Как хорошо, наконец-то хоть кто-то будет за тобой следить, пока ты в школе. А то у меня давно подозрения есть, не хорошие. — мама была рада этой новости, а вот я наоборот, потускнел. — Кстати, хорошая идея. — Сереич тоже, видимо был не в себе от счастья. — Ой, что-то поздно уже. Давай ты у нас останешься, что-уж по такой темени ехать, как раз завтра никуда не надо, воскресенье же. — Ой, спасибо за предложение, не откажусь. И Антошку можно будет в школу подвезти. — он кинул на меня взгляд и ухмыльнулся. -Я с Димой в школу добираюсь. Не надо меня никуда подвозить. — Значит и Диму тоже подъвезу. Мне не сложно. — сказав это грубым тоном он оттолкнулся от подоконника, на который опирался, и подошëл ко мне. — я кстати с тобой поговорить хотел, пошли. Встав со стула я медленным шагом поплëлся за Сергеичем. Идя и смотря в телефон «потому что писал Позу, что покурить утром не получиться», я не заметил, как новый сожитель моей матери остановился,и врезался прямо в его спину. -ой. Вы чего остановились. — Осторожнее. Где твоя комната? — он повернулся ко мне, чтобы убедиться, что я не уебался об его спину. КОНЕЧНО, ОНА ЖЕ ЖЕЛЕЗОБЕТОННАЯ БЛЯТЬ. -Самая дальняя дверь, на которой приклеена наклейка с динозавриком. -хах. Понятно. — он снова усмехнулся и зашëл в мою комнату. — а тут красиво, ты прекрасно рисуешь. — Спасибо, я знаю. — вообще я не был сучëнышем, но в данный момент именно таким и показался Попову (наверное). — Понятно, так вот, вернëмся к разговору. — он сёл на мою кровать, а я не хуëво так поднапрягся, хуй знает, что он там выебнет. — Почему ты такой депрессивный вечно ходишь. Какой-то испуганный что-ли. Вечно в чëрном, в наушниках, с каким то блокнотом в руках. — он был настроен серьëзно и вечно пытался посмотреть в мои глаза, а я не знал, на чëм ещë можно сфокусироваться, кроме этих манящих, как бездна океанов, которые красовались на лице у Попова. -Почему вас это так волнует? -Антон, не задавай глупых вопросов и ответь на мои. - Мои вопросы вполне себе нормальные, а вот на счëт ваших я бы поспорил. — Попов встал и подошла ко мне в плотную взяв меня за края лица. — Смотри мне в глаза и отвечай на вопросы! — он был слишком агрессивный и делал черезчур резкие движения, которых я не ожидал. Увидев мой испуганный взгляд Сергеич обнял меня, прижав к себе на столько сильно, на сколько только мог. — Прости малыш, я не хотел тебя напугать. — что??? Малыш???? — Я не малыш. И не напугался вовсе.- Через нежные объятия я услышал, как он засмеялся. И даже представил его ямочки, такие красивые и ярко выраженные. Какие-то, родные что-ли… — Ладно, на разговор ты не настроен. Тогда ложись спать, спокойной ночи. — И вам того же. Выпустив меня из своих цепких лап Арсений ушëл, закрыв за собой дверь. И вот, снова я остался на едине с музыкой и блокнотом, а так же мятной жвачкой, которую нашëл в рюкзаке.