Guivre

      Донхёк, заявившийся без приглашения вместе с Марком как раз после чаепития, с порога снёс Ренджуна волной эмоций. Вчера толком поговорить им не удалось, и накопленная за эту тяжёлую ночь и день поисков фрустрация выливалась из друга бурным потоком. Донхёк даже прослезился слегка, но тут же забыл об этом, когда принялся живописно рассказывать о том, как Марк — теперь уже его бойфренд, — нашёл его до полудня и поцеловал прямо в тот момент, когда музыка оборвалась. Пожалуй, это и правда было романтично, как раз так, как и хотелось Донхёку: Ренджун, продолжая похлопывать его по спине, показал Марку большой палец, и тот просиял. Джено, всё это время маячащего в коридоре, гости заметили не сразу.       — А ты?.. — вопросительно улыбнулся Марк, и Ренджун поспешил представить их.       — Это Джено, мой фамильяр. Джено, это Марк, а висящая на мне липучка — Донхёк.       — Вот и дожил, любовь моей жизни называет меня липучкой, — самозабвенно захныкал Донхёк, и Ренджун закатил глаза, потянул его за собой, чтобы вытащить всю эту процессию на задний двор, туда, где было свободнее.       — Я думал, Марк — любовь твоей жизни, — фыркнул он. Джено так напряжённо глядел на него, будто пытался понять, правда ли это, и у Ренджуна возникало странное желание оправдаться.       — Марк тоже, — не стал протестовать Донхёк. — Мы все вместе поженимся и будем жить маленькой шведской семьёй, и заведем двух золотистых ретриверов и четыре кошки.       — Не слишком ли много кошек? — поинтересовался Марк. — Разве нам не придется тогда купить огромный дом? Или, типа, целую ферму?       — Это единственное, что тебя смущает? — простонал Ренджун, принимаясь отталкивать Донхёка, обвившего его, словно осьминог. — Ох, да отстань, хватит слюнявить мне шею!       Он пискнул, когда сильная рука обвилась вокруг торса, потянула за собой, заставляя сделать пару шагов назад, прижаться к крепкой груди. Донхёк, лишенный своей жертвы, застыл на месте с вытянутыми руками.       — Ренджун сказал оставить его в покое, — в голосе Джено была сталь. Цепкие мурашки вспыхнули на коже, словно от порыва прохладного ветра.       Какого чёрта?..       Первым из ступора вырвался Марк.       — Хей, ничего себе! Все фамиляры такие? — присвистнул он. — Чувак, да это потрясно! Он типа твоего личного телохранителя?       — Нет!       — Да.       Они с Джено сказали это одновременно, и Ренджун удивлённо на него уставился, но тот и бровью не повёл, наоборот, прижал ближе. Холодок его магии проникал через нагретую кожу прямо внутрь, и жар стекался в низ живота, концентрировался там, заставляя ноги приятно слабеть. Это было словно медленно погружаться в лесное, кристально чистое озеро жарким летним днём, и Ренджун моргнул заторможенно. Чувства обострялись, и он успел ощутить, как мельчайшие волоски на теле становятся дыбом, и голова тяжелеет, откидываясь на чужое плечо. Донхёковы распахнутые глаза становились всё шире, он открыл рот:       — Нихрена! У него же зрачки вертикальные, — завопил он. — Джуни, беги, оно тебя сожрёт!       Хрустальная тишина в груди раскололась, и Ренджун ощутил, как к нему возвращается привычное игривое раздражение, а ещё острое смущение. Да что с ним было не так? Разомлел в объятиях малознакомого парня — даром, что фамильяра, — прямо на глазах у друзей. Зарычав от фрустрации, Ренджун вывернулся из рук тихо охнувшего Джено, схватил Донхёка за воротник:       — Скорее это ты меня сожрешь, чем Джено! Он мой фамильяр! Ты что, первый раз видишь мифическое существо? Да и вообще, напомнить тебе о том случае, когда ты меня за щёку укусил? Или сейчас вот, всю шею облизал. И это мы ещё в одной постели не ночевали. Джено, в отличие от тебя, вёл себя прилично, даже прошлой ночью.       — А что было прошлой ночью? — невинно поинтересовался Донхёк, и хотя глаза его подозрительно весело блестели, Ренджун не смог остановиться в своём запале праведного гнева и договорил:       — Я слишком устал, чтобы одеваться после душа, и уснул в одном полотенце. Джено укрыл меня одеялом. И ничего не сделал, хотя всю ночь спал со мной на одной постели.       О, нет. Теперь, озвученное вслух, это звучало совсем иначе, приобретая странный подтекст, отдавать себе отчёт в котором Ренджун пока отказывался. Он запнулся, ощущая, как шея и уши начинают гореть. Но было слишком поздно. Донхёк растянул губы в плотоядной ухмылке, накрыл его сжатую в кулак руку:       — Ох, это так мило, — проворковал он. — Но откуда тебе знать, что он ничего не сделал, раз ты в этот момент спал? Я бы сделал, это ведь отличный шанс: оказаться в постели с таким милым мальчиком.       Ренджун знал, что Донхёк просто подшучивает над ним в своей странной манере, но кровь всё равно прилила к лицу и шее. Конечно, Джено не думал о нём в таком ключе. С чего бы ему хотеть прикоснуться? Фантомные отпечатки его ладоней вспыхнули на коже, и острые искорки побежали от них по телу, концентрируясь в дрожащих коленках и руках, в груди и животе.       — Завязывай, Хёк, а то он тебя придушит, — нервно рассмеялся Марк, бросая взгляд почему-то Ренджуну за спину, и тот обернулся, застыл на месте.       Джено смотрел так, будто действительно раздумывал над тем, чтобы сделать с Донхёком что-то. Кулаки его крепко сжимались, и вены вились под кожей, словно змеи. Ренджун ощутил, как связь между ними задрожала, напрягаясь и пульсируя, словно Джено тянул его к себе.       — Мы пойдем, пожалуй, — Марк помахал рукой, решительно подталкивая Донхёка к выходу. — Рад, что у тебя всё порядке, Джуни. И приятно было познакомиться.       Дверь за их спинами захлопнулась раньше, чем Ренджун успел попрощаться. Впрочем, быть может, так было даже лучше: ему не терпелось опробовать что-то более любопытное. Он ведь мог теперь самостоятельно варить зелья, и колдовать, и искать травы… Жаль, конечно, что в школу для ведьм он ходить не смог. Там было столько всяких интересных уроков, и Ренджун всю юность завидовал тем, кому удалось попасть туда. Интересно, позволили бы ему взять список книг по программе? Были ведь какие-то базовые вещи, которые ему следовало знать?       Точно, Сыльги! У неё наверняка нашлись бы учебники с того времени, или она хотя бы могла помочь ему собрать список. Номера её у Ренджуна не было, а ждать, пока ведьма заглянет в магазинчик «Зелья и травы», не хотелось. Достав телефон, Ренджун нашёл её профиль на Фейсбук. Сыльги ответила быстро, будто только этого и ждала, и предложила встретиться в обеденное время в городской булочной. Джено, всё это время молча стоящий рядом мрачнее тучи, только кивнул, когда Ренджун предложил ему остаться дома. Он был ночным существом — Ренджун догадывался об этом и до того, как бабушка подняла тему, — и явно устал находиться на солнце в разгаре лета. К тому же велосипед у Ренджуна был один. Проводив фамильяра до своей комнаты, Ренджун задернул шторы и приоткрыл окно, чтобы позволить свежему ветру проникать внутрь.       — Чувствуй себя как дома, — мягко сказал он Джено. — Если хочешь, бери мой ноутбук и книги.       — Спасибо, — Джено осторожно присел на кровать, скрестив ноги в лодыжках. — Можно мне твой номер?       — Да, конечно, — сунув ему свой телефон, Ренджун вытащил из шкафа бейсболку, надел её и принялся собирать сумку. — Позвони на свой, я потом тебя запишу.       Нужно было взять кошелёк, солнцезащитный крем и бутылку с водой, влажные салфетки и наушники. Кинув всё необходимое в шоппер, Ренджун выхватил из дженовых рук свой телефон.       — Ну, пока?       — Пока, — сказал Джено.       Взгляд его тёмных, печальных глаз Ренджун продолжал ощущать на своём затылке даже когда вышел в жаркий день, оседлал велосипед и выехал на гладкую, блестящую новым асфальтом дорогу. Машин на шоссе в середине понедельника было немного, и Ренджун с удовольствием принялся крутить педали, то и дело отвлекаясь на знакомые с детства пейзажи. Слева был густой, небольшой лесок, холмистое поле и длинная голубая лента реки за ней. Если проследить за ней дальше, туда, где река петляла, подходя ближе к городу и вливаясь в большое чистое озеро, можно было разглядеть городской пляж. Ренджун провёл там кучу времени вместе с друзьями, купаясь и ныряя, но в последние годы предпочитал ему берег реки. Речная вода была прохладнее и чище, и хотя никаких палаток с хотдогами и газировкой не наблюдалось, Ренджун мог часы проводить в тишине и уютном одиночестве. Он брал с собой альбом и краски, бутылку с домашним лимонадом, бутерброды, тонкий плед и бабушкину заколдованную свечу от насекомых. На поле пахло совсем иначе, и сейчас, проезжая мимо покрытых шуршащими золотистыми злаками холмов, Ренджун ощущал сладкий аромат медоносов и пшеницы, тёплый душок чернозёма. У реки к запахам этим примешивалась глина и водоросли, и тонкий аромат цветущего вербейника и острый герани. Городские запахи нравились Ренджуну чуть меньше: там была пыль и плавящийся асфальт, бензин, кофе и сдобная выпечка.       Желудок, словно почувствовав мысли, занимающие Ренджуна, услужливо напомнил о том, что от печенья дома Ренджун отказался, и неплохо было бы этот недостаток восполнить булочкой с корицей и кремом. Закрутив педали с удвоенным старанием, Ренджун въехал на центральную улицу и, ловко лавируя между неспешно гуляющими прохожими, приехал к булочной. Был он здесь до этого не один раз и страшно любил здешнюю выпечку. Заведение держала бабушкина знакомая ведьма, пышная и улыбчивая тётушка Ким. Лицо её было круглым и румяным, и седые кудряшки вились, выплескиваясь из-под белой поварской шапочки. Видеть её Ренджун всегда был рад, хотя долгих разговоров избегал: госпожа Ким всегда принималась вспоминать его маленького, и то, как он ел её булочки, перемазавшись по самые уши. Припарковав у дверей велосипед, он толкнул деревянную дверь, и закреплённый на ней колокольчик победно звякнул.       — Добро пожаловать! — пропела тетушка Ким, оборачиваясь, и Ренджун поздоровался. — Ох, это ты, детка. Как ты себя чувствуешь? А я всегда говорила твоей бабушке, что не может у такого старого рода появиться первенец без способностей.       Улыбка у Ренджуна вышла кислой, и он поспешил занять себя разглядыванием зала. Сыльги, уже сидящая за дальним столиком у окна, помахала ему рукой.       — Можно мне синнабон и холодный зелёный чай с жасмином?       Он достал кошелёк, но госпожа Ким охнула, замотала головой:       — Ну что ты, милый. Пусть это будет угощение.       Поспорив с ней пару минут насчёт оплаты, Ренджун вздохнул. Если ведьма что-то решила, переубедить её было крайне сложно. Но хотя бы он смог заплатить за выбранный Сыльги чизкейк и кофе. Девушка с благодарностью приняла угощение, хотя и не удержалась от комментария:       — Думаю, после того происшествия с любовным зельем, это я должна была платить за твою еду.       Ренджун только отмахнулся. Нетерпение бурлило внутри, и он отодвинул стул, шлепнулся на сидение и залпом выпил сразу половину чая.       — На самом деле, я тебе благодарен, — вздохнул он. — Теперь я вроде как ведьма, и у меня даже появился фамильяр.       — О, — оживлённо воскликнула Сыльги и даже отодвинула в сторону свой надкусанный чизкейк, — кто он? Готова поспорить, кто-то интровертированный и с тесной связью с природой или землёй, такие же обычно к зельеварам приходят?       Ренджун открыл рот, потом закрыл. И правда, кто же был Джено? Да, он видел его в змеиной форме, но это вообще мало что уточняло: фамильяры, умеющие оборачиваться другими существами, нередко владели не одним вариантом своей формы. И эта явно не была истинной.       — Я не знаю, — сказал Ренджун. — У Джено вертикальный зрачок, и одна из форм — чёрная змея с коричневыми пятнами, но я не думаю…       — Это точно не его истинная форма, — отрезала Сыльги, принимаясь цедить кофе через трубочку. — Все они, если имеют хоть каплю змеиной крови в жилах, могут в неё обратиться.       — Я знаю, — простонал Ренджун. — Их так много! Но не могу же я просто подойти и спросить: «Ты кто такой?»       Склонив голову в сторону, Сыльги посмотрела на него вопросительно:       — Почему это?       Ну как Ренджун должен был объяснить, что ему попросту неудобно? Рядом с Джено он чувствовал себя непривычно. Не то чтобы неуютно — как раз наоборот, — а учитывая то, как мало они были знакомы, и тот факт, что змей Ренджун побаивался, это создавало странную атмосферу между ними.       — Понятия не имею, — честно признался Ренджун. — Он когда смотрит на меня, у меня аж мурашки по телу и комок в горле, и сердце бьётся, как сумасшедшее. Понимаешь?       Взгляд Сыльги стал задумчивым, и уголок её губ дёрнулся, будто раздумывая, стоит ли ему растянуться в улыбке.       — Может быть, — пробормотала она загадочно. — Вы уже установили связь? — Ренджун кивнул. — Отлично! Хотя я и не ожидала другого. Да уж, могу представить, как на тебя сейчас всё навалилось. Ты же не ходил в магическую школу, и хотя госпожа Хуан явно многому тебя научила, знания наверняка разрозненные. Хотя, если честно, не вся информация, которую там дали, была действительно мне нужна. Хочешь, подготовлю для тебя список книг для изучения?       — Было бы супер, — радостно согласился Ренджун. — В общем, ради этого я тебя и позвал.       Сыльги рассмеялась, протянула ему свой телефон:       — Давай обменяемся контактами. Думаю, у тебя будут вопросы. Много вопросов.       На обратном пути Ренджун меньше глазел по сторонам, и дело тут было не только в том, что к вечеру движение на шоссе стало оживлённее. Сыльги рассказала много полезного, но самым главным, что просто невозможно было выкинуть из головы, была рекомендация не затягивать с определением вида Джено. Почему она так настаивала на этом, Ренджун не совсем понимал, а тех туманных намеков, что получил, было явно недостаточно. Конечно, знать особенности, реакции и склонности Джено было бы ему на руку, но спросить открыто Ренджун боялся. Что, если Джено подумал бы, что он совсем глупый? Пожалуй, Ренджун был худшей ведьмой, которую можно себе вообразить: поздно пробудивший силы, имеющий обрывочные знания о волшебном мире, не окончивший спецшколы. Подойти к Джено, глядящему так особенно с настолько глупым вопросом было бы унизительно, и Ренджун покачал головой. Нет, он должен был выяснить всё самостоятельно.       Джено обнаружился в спальне, там же, где Ренджун его и оставил. Сидел он в кромешной темноте, завёрнутый в плед, и лицо его тускло освещалось экраном мобильного телефона.       — Ты пришёл.       Он улыбнулся робко, вытащил из-под пледа ладонь, чтобы помахать, и ренджуново сердце ёкнуло. Джено выглядел потухшим и растерянным, и Ренджун поморщился. Может, не стоило оставлять его одного? Но не тащить же было его с собой в город по солнцепёку, на встречу с незнакомой ведьмой. После встречи с друзьями, оставившей после себя осадок, Ренджун не думал, что это будет хорошей идеей. Но ему правда нужна была информация! К тому же, вряд ли Джено и правда скучал здесь. Подобравшись к нему поближе, Ренджун сунул голову в телефон. Там был открыт Ютуб, и виднелась заставка какого-то матча в Дота.       — Ты любишь компьютерные игры? — спросил Ренджун, чтобы что-то сказать.       — А… ага, — ответил с опозданием Джено. Глаза его были с расширенными зрачками, блестели в полутьме комнаты. — От тебя пахнет выпечкой. Сладко.       Он выдохнул, обдавая шею тёплым воздухом, и Ренджун отдернулся. Сердце грохотало в груди, словно сумасшедшее.       — Мы были в булочной, — пробормотал он, кусая губы. — Сыльги помогала мне с литературой.       — Здорово, — Джено пошевелился, и плед, которым он был укрыт, соскользнул вниз, ложась складками на колени. — Это булочная госпожи Ким? Я как-то был там пару лет назад. Она милая женщина и хорошая ведьма. Она всё ещё управляет заведением в одиночку?       — Теперь ей помогает младшая внучка. Она не ведьма, но насколько я знаю, такая же мастерица в выпечке.       — Понятно.       Повисла тишина. Джено словно хотел сказать ещё что-то, но не решался, и Ренджун начинал беспричинно нервничать в его присутствии. Начавшее было успокаиваться сердце снова принялось стучать, пуская жаркие импульсы по крови. Может, всё-таки нужно было позвать Джено с собой? В конце концов он ведь мог отказаться, если бы действительно не хотел.       — Я… — начал Ренджун, и тут же осекся, когда Джено взглянул на него, — я подумал, если хочешь, можем как-нибудь вместе сходить туда. Или в другое место. Конечно, ты не обязан соглашаться просто потому, что мы теперь вроде как связаны, и…       — Я хочу.       Эта улыбка ослепляла Ренджуна даже здесь, в темноте комнаты. От неё странное, сладкое жужжание внутри возвращалось, вспыхивало фейерверком магии. И Джено это явно чувствовал: глаза его едва заметно расширились, и короткий выдох сорвался с губ. Было это очень, очень плохо. Потому что теперь Ренджун смотрел на его губы и почему-то не мог отвернуться.       — Ладно, — шепнул он, до боли вцепляясь в мятое покрывало. — Хорошо.       Взгляд Джено потяжелел, упал ниже, заставляя искры вспыхнуть на коже. Губы покалывало, словно в предвкушении касания. Джено подался ближе, уложил руку на шею, и пальцы его нежно погладили за ухом, заправляя прядь волос. В голове совершенно опустело, и Ренджун завороженно застыл. Время будто остановилось.       — Ужин через пятнадцать минут, — раздавшийся стук в дверь, сопровождаемый голосом Тэиля, заставил Ренджуна отпрянуть, едва не сваливаясь с кровати.       В комнату заглянула знакомая голова.       — Почему так темно? — спросил Тэиль. — Чем вы тут занимаетесь?       — Н-ничем, — запинаясь, проговорил Ренджун, вставая, чтобы щёлкнуть кнопкой, включая настольную лампу. Щёки горели словно от ожога, и руки тряслись.       — Ага, — подозрительно хмыкнул Тэиль. — Всё ясно. Не задерживайтесь.       Ужин прошёл спокойно, но потом Ренджуну пришлось вернуться обратно в комнату. И если за столом от неловкости его могла спасти привычная семейная атмосфера, в комнате от неё было никуда не деться. Джено тоже явно ощущал это напряжение, витающее в воздухе, и хотя сделал пару попыток разрядить обстановку, начав разговор, всё было тщетно. Перебрасываясь незначительными фразами, они притащили с чердака матрас, чтобы организовать для Джено спальное место на полу, почистили зубы и по очереди приняли душ — Ренджун на правах хозяина апартаментов пошёл первым и очень был тому рад, потому что вид Джено в одолженных и тесных для него спортивных штанах и самой большой футболке делал с рассудком что-то непонятное. Ренджун предпочёл притвориться спящим, отвернулся к стенке и накрылся с головой. Сон всё не шёл, и мозг то и дело принимался размышлять о насыщенном событиями дне. Устав призывать объятия Морфея и считать овец, Ренджун вытащил из-под подушки телефон и открыл отправленную Сыльги книгу.       Это было «Пособие для начинающих ведьм». Все юные ведьмы, приходящие в вечернюю магическую школу, изучали его на уроках. И хотя Сыльги говорила, что в каждом предмете и вопросе была своя специфика и куча особенностей, большинство из которых узнать можно было лишь на практике, подобную книгу находила полезной. Странно было быть начинающим в двадцать два года. Странно и чуточку страшно. Не было ли уже поздно? И стоило ли открывать для себя этот новый, волнующий путь?       Вздохнув, Ренджун уронил на постель телефон и уставился в потолок. Все вокруг, казалось, теперь знали, что в нём пробудился магический дар. Но что, если был он совершенно бесполезным, слишком слабым или неуправляемым? Как горько было бы вернуться в колледж с мыслью о том, что мечты о волшебстве больше нет, она разбилась о тревожную, серую реальность. Получить дар и не суметь с ним справиться. Отзываясь на это уныние, магия затрепетала, принялась ворочаться, словно пытаясь перелиться через край, найти себе выход. Уложив ладонь на грудь, Ренджун вздохнул. Может, если бы они с Джено спали рядом, это беспокойство не тревожило бы его?.. В его руках было так спокойно, и хотя взгляд его приносил сладкое волнение, находиться рядом с ним было хорошо. От недостатка сна глаза казались наполненными песком и неприятно зудели. Повернувшись на бок, Ренджун поглядел на лежащего на матрасе Джено. Ноги его были поджаты, и одеяло натянуто по самые уши. Дышал он едва слышно, словно вовсе не спал, и Ренджун шепнул:       — Джено?       — Да?       Он медленно приоткрыл глаза, поглядел снизу вверх, и Ренджун потянулся к нему, тронул несмело за плечо. Даже через одеяло оно казалось ледяным.       — Тебе холодно?       Помолчав долгую минуту, Джено улыбнулся уголком рта.       — Немножко. Но это ничего, обычное дело. Не волнуйся.       — Если я буду рядом, тебе станет лучше? — спросил Ренджун.       Он отодвинулся к стене, распахнул одеяло, и Джено, поколебавшись пару секунд, скользнул к нему на кровать, укладываясь рядом на расстоянии, и Ренджун подтянул его ближе, ухватил за холодную ладонь.       — Спокойной ночи, — шепнул он, и вдруг провалился в сон, глубокий и лёгкий.