Guivre

      Ренджун уже собирался закрываться, когда дверь распахнулась, звякнув стеклянным колокольчиком, и в магазин вошла Сыльги. Она явно торопилась: сумка через плечо была перекручена, сандалии все в пыли и полупустой стакан из-под холодного кофе в руках. Сдернув с головы кепку, она принялась обмахиваться ей, пытаясь отдышаться. Спрятав тряпочку, которой вытирал прилавок, Ренджун доброжелательно улыбнулся.       — Хей, — воскликнула девушка, — давно не виделись! Еле успела с работы, вы рано закрываетесь. Ну и жара на улице, просто кошмар. Хотела узнать, как там у тебя дела. Справился с зельями?       Бросив косой взгляд на подсобку — Джено был там, складывал оставшуюся упаковочную бумагу, чтобы забрать домой, — Ренджун склонился к Сыльги, делая голос тише:       — Нормально, — прозвучало это печальнее, чем хотелось, и девушка нахмурилась.       — Всё ещё перебарщиваешь с энергией? — сочувственно поинтересовалась она. — А ты просил Джено помочь?       Вздохнув, Ренджун растекся по прилавку, посмотрел на полную солнечного света улицу. Отвечать не хотелось, но он всё же сказал:       — Для чего? Чтобы он воочию увидел, какую бездарную ведьму получил в компаньоны?       Сыльги его упаднического настроения не разделяла. Рассмеявшись, она поставила стаканчик, потрепала Ренджуна по волосам:       — Он ведь твой фамильяр. К кому обратиться с таким, если не к нему?       Ренджун знал, что она права. Но эта неуверенность, слабость делала его хрупким и словно надтреснутым, и хотя страх этот был иррациональным, Ренджун боялся, что Джено отвернется от него, когда поймет, что магия его бесполезна. А если он разочаруется в нём, и правда захочет провести тот ритуал отвязки, который упоминала бабушка? И Ренджун будет первой ведьмой, которую бросил собственный фамильяр. Тогда он уж точно не сможет сдерживать эту энергию, и снова будет лежать где попало, пытаясь подавить лихорадку.       — Я бездарность, — пробормотал Ренджун горько. — Ничего не получается. Я пробовал столько раз, Сыльги! Уже посуды не осталось целой дома, я совершенно не контролирую себя и эту энергию, сидящую внутри. Всё бесполезно.       — Ох, милый, — уронила девушка.       Она обошла прилавок и оказалась рядом, обхватила Ренджуна за плечи, заключая в неловкое, тёплое объятие.       — Знаешь, когда мои силы пробудились, это было позже, чем у других девчонок. Все давно уже колдовали, а я застряла на теоретических основах. И когда появилась Айрин, я решила, что тут же смогу сделать всё, чего раньше была лишена. Но оказалось, что у меня ровно так же ничего не получается. Магия моя была словно первородным хаосом, и хотя я подозревала, что раз Айрин дух леса, то биологическая магия мне ближе всего, ни к одной её грани не могла приблизиться. У меня не получалось искать травы — даже сейчас испытываю с этим трудности, — ускорять рост растений, не говоря уже о селекционной магии и тому подобном. Все растения, к которым я прикасалась, вяли, давали слишком быструю завязь, укреплялись корнем вместо того, чтобы пойти в рост вверх. Жизнь казалась мне полной катастрофой. Пока у моих подруг всё получалось, я, казалось, топталась на месте. Но сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что с каждым днём получалось у меня всё лучше. И сейчас я могу по праву считать себя ведьмой.       — Бабушка говорит, что ты и правда хорошая ведьма, — хлюпая носом, Ренджун потёр ладонью увлажнившиеся глаза. — Она редко кого-то хвалит, так что это многое значит. Но я… бездарность. У меня нет нужных сил.       — На самом деле, я думаю, что всё как раз наоборот, — мягко проговорила Сыльги. — Я ощущаю исходящую от тебя магию, и её очень много. Сложно контролировать такой поток, но ты обязательно научишься. Это требует времени и работы, в том числе с твоим фамильяром: он может помочь, фильтруя энергию и принимая часть на себя.       — Ты думаешь? — всхлипнул Ренджун, и девушка ухватила его за щёку, чтобы приязненно, ласково сжать в пальцах.       — Без ошибок нет прогресса. Проваливаться — это нормально. Дам тебе совет: не сравнивай себя ни с кем, только с самим собой. Ты идёшь своей дорогой. Она не хорошая и не плохая, она твоя.       Сыльги была не просто хорошей ведьмой. Ещё она была добрым человеком, и Ренджун не думал, что получит от неё столько искренности и заботы.       — Спасибо, — шепнул он. — Это много для меня значит. Всё навалилось так, но теперь я начинаю думать, что мои попытки были не такими уж и плачевными. Хотя мне однозначно следует запастись посудой.       — Я всё сложил, мы можем… — послышался голос Джено, и Ренджун обернулся.       Лицо Джено неуловимо изменилось, когда он увидел Сыльги, и руку её, всё ещё держащую ренджуновы плечи. Пальцы его крепко сжались на сумке, и глаза сузились. Молча он вернулся в подсобку, захлопывая за собой дверь, и Ренджун удивлённо встрепенулся.       — Джено? — позвал он, но тот не откликнулся. — Да что на него нашло?       Сыльги, поглядев пару мгновений ему вслед, задумчиво хмыкнула. Она схватила свой кофе, чтобы отпить, словно нуждалась в дополнительном времени на то, чтобы обдумать увиденное.       — Так кто он, говоришь?       — Не знаю, — отмахнулся досадливо Ренджун. — Как-то не вышло выяснить, и я…       — То есть ты до сих пор не в курсе, кто твой фамильяр? — Сыльги приподняла бровь, и Ренджун замолк.       Почему-то сейчас он чувствовал себя виноватым, хотя в чём, так и не мог понять. Да, Сыльги говорила ему обязательно выяснить, кто именно Джено. Но неужели было это настолько важно? Они ведь знакомы были уже около двух недель, и неплохо ладили, проводили вместе кучу времени. Даже на одной кровати спали!       — Неужели это и правда так важно? — простонал он, и Сыльги раздражённо закатила глаза.       — Важно, — отрезала она. — Боже, я даже представить не могу, сколько глупостей могла бы наделать, если бы не знала, кто такая Айрин. Разве у тебя нет иногда ощущения, что ты не понимаешь его реакций? Или действия кажутся странными? Рассудок мифических существ функционирует по-другому, хотя и кажется, что они очень на нас похожи. Ты можешь его триггерить или обижать, или доставлять дискомфорт даже не осознавая этого.       Неохотно Ренджун признал, что она была права, но всё же добавил:       — Я не хочу у него спрашивать. Да и как можно сделать это сейчас, спустя две недели? Не могу же я просто подойти и сказать: «Слушай, я тут решил узнать, кто ты вообще такой? А то я такой идиот, что не смог понять самостоятельно»?       — Ладно, — цыкнула девушка. — Не скажу, что могу понять твои моральные терзания, но я и не обязана. Твоя дорога, помнишь? В общем, я так и думала, что ты не решишься, и поспрашивала своих, что можно в таком случае сделать. Как на счёт ритуала в его истинной форме? Думаю, такой книжный червь как ты сможет узнать его вид. Просто попроси Джено принять истинную форму, а потом обменяйтесь энергией. Это поможет укрепить вашу связь, и в теории улучшить контроль над магией.       А это и правда могло сработать. Ренджун отлично знал внешние различия мифических существ, и в истинной их форме уж точно смог бы отличить, кто перед ним. К тому же если это действительно помогло бы с зельями… Восторг и нетерпение забурлили внутри, он схватил девушку за руку:       — Спасибо! Думаю, это и правда хорошая идея.       С облегчением улыбнувшись, Сыльги показала палец вверх.       — Так держать! И не думай унывать, Джуни. Я уверена, у тебя обязательно всё получится. Просто помни, делать в своём темпе, ладно? — она бросила взгляд на часы и поспешно направилась на выход. — Я побежала. Спишемся. Держи меня в курсе, юная ведьма.       Рассмеявшись, Ренджун помахал ей напоследок, пригладил встрепавшиеся волосы и вытер лицо бумажной салфеткой. Теперь ему было даже стыдно, что он позволил эмоциям взять верх. Хотя поддержка эта была ему действительно необходима, особенно от такой, как Сыльги: успешной ведьмы, преодолевшей трудности и живущей в гармонии со своим волшебным даром. Не желая откладывать разговор о ритуале в долгий ящик, Ренджун заглянул в подсобку. Джено был там, стоял напротив окна, сложив на груди руки.       — Джено? — позвал Ренджун, подходя ближе. — У меня будет к тебе просьба.       Он удивлённо отшатнулся назад, прижался к полкам, когда тот развернулся вдруг, в два шага оказываясь рядом. От тела его тянуло приятным холодком, и мурашки побежали по коже. Джено смотрел в глаза пристально, не мигая, и ладонь его опустилась на щёку, приподняла подбородок, а взгляд скользнул ниже, упал на разомкнутые губы. Казалось, сейчас Джено его поцелует. Всё внутри вспыхнуло жарко от этой мысли, взволновалось, и дыхание перехватило.       — Сколько их у тебя? — спросил Джено, и Ренджун непонимающе моргнул. Мысли были заторможенными, и весь он словно превратился в оголённый нерв. — Сначала два парня, теперь девушка. У вас свободные отношения? Или полиаморные? Я не очень хорошо в таком разбираюсь, но раз уж я…       Он оборвал себя, зажмурился, помотал головой, будто пытаясь вытрясти оттуда навязчивые вопросы, и отступил назад. Плечи его поникли, и руки опустились, повисли вдоль тела. Наконец он открыл глаза, улыбнулся слабо.       — Прости. Это было грубо. Я… напугал тебя?       Ренджун сглотнул. Язык лежал во рту онемевший, сердце бесновалось в груди и возбуждение вязало тугие узлы внутри. О, чёрт. У него были проблемы там, внизу. Две недели Ренджун не касался себя, слишком занятый пробудившимся даром, а теперь тело настойчиво требовало своё, так ещё и в такой неудобный момент. Натянув майку ниже, он отвёл взгляд, шепнул:       — Нет. Всё в порядке.       Двигаясь бочком, Ренджун выбрался из подсобки, чтобы скрыться в уборной. Дрожащими руками открыв кран, плеснул на лицо холодной воды. Часть её пролилась, намочила шею, скользнула вниз, прочертив дорожку по грудной клетке к животу, и Ренджуна выгнуло от прострелившей тело вспышки удовольствия. Попытка охладиться с треском провалилась. Теперь он был совсем твёрдым в штанах, и желание сделать с собой что-нибудь было таким сильным, что ноги подкашивались. Казалось, ему хватило бы пару движений, чтобы кончить. Закусив губу, чтобы не застонать от отчаяния и потрясающего, мучительного возбуждения, Ренджун расстегнул ширинку, сунул руку в трусы.       Потребовалось и правда совсем немного. Он едва не потерял сознание, когда кончил долгую и невыносимо короткую минуту спустя. Ухватившись свободной рукой за раковину и часто дыша, Ренджун попытался унять участившееся сердцебиение и мельтешение чёрных мушек, застилающих обзор, поднял взгляд на собственное отражение в крохотном зеркале. Он выглядел неприлично. Порозовевшая кожа, подернутые поволокой глаза с расширенными зрачками, искусанные в попытках заглушить звуки губы. Прекрасно можно было понять, чем он здесь занимался, и Ренджун вцепился в волосы до боли, ощущая, как запоздалое сожаление наполняет его, заставляя лёгкие сжиматься. Кошмар. Он возбудился от того, что Джено прижимался к нему, и смотрел так, словно хочет проглотить. И что вообще за вопрос это был? Чтобы он состоял в полиаморных отношениях со своими друзьями?       Ещё раз умывшись в надежде, что это поможет румянцу схлынуть, Ренджун осторожно выглянул наружу. В магазине было тихо. Джено обнаружился перед прилавком, у кулера. Джинсовка его была небрежно повязана на бёдрах, и сумка, наполненная упаковочной бумагой, лежала в ногах. Залпом опрокинув в себя стакан воды, он прочесал волосы пятерней, откидывая их ото лба. Щёки его были едва розовыми, и смотреть на Ренджуна он избегал. Джено ведь… не слышал? Он не мог и правда знать, чем Ренджун занимался?       — Поедем домой? — он выкинул использованный стаканчик в мусорную корзину, и Ренджун кивнул.       Стоило ли ответить на вопрос Джено сейчас, или было это неуместно? Тот выглядел взволнованным, когда спрашивал, и, похоже, ответ для него был важен. Да и вся эта ситуация казалась Ренджуну странной — ну кто вообще мог подумать, что они с Донхёком и Марком встречаются? И Сыльги…       — Не знаю, о чём ты подумал, — хрипло пробормотал Ренджун. — Но между нами нет ничего, кроме дружбы. Это всё глупые шутки Донхёка, они с Марком встречаются. А у Сыльги уже есть кто-то, кто ей нравится.       — А тебе… — Джено резко поднял голову, посмотрел туда, где ренджунова футболка была мокрой и липла к груди, и Ренджуна обдало жаром. — Ты… — он открыл рот, потом закрыл, и Ренджун, ощущая, как уши горят, переступил с ноги на ногу.       Джено правда не мог чувствовать, что он делал в уборной? А если та связь между ведьмой и фамильяром позволяла ему знать такие интимные вещи? И сейчас Джено собирался спросить, правда ли он…       — Ты хотел попросить меня о чём-то? — смог он закончить наконец.       — Нет! — вскрикнул Ренджун поспешно. — Я ничего… потом. Не важно.       Джено не выглядел убежденным, но требовать пояснить не стал. Обычно уютное молчание было наполнено напряжением. Закрыв магазин, Ренджун сунул сумку в корзину на раме, сел на велосипед. Джено двигался скованно, будто неловкость эта причиняла ему физическое неудобство, и ехал медленнее, чему Ренджун не мог втайне не порадоваться. Едва попав домой, он сбежал в душ, схватив телефон, чтобы написать Сыльги:       «Насколько много может фамильяр ощущать через свою связь? Пожалуйста, это срочно».       На самом деле это было не срочно, просто Ренджун думал, что если ещё хотя бы минут двадцать будет вынужден размышлять, его мозг взорвётся. К счастью, Сыльги ответила тут же.       «Оттенки эмоций, общий эмоциональный фон. А что такое?»       Проигнорировав вопрос, Ренджун настрочил:       «То есть никаких деталей? Только общие вещи?»       «Ага. Так что стряслось?»       «Я дрочил в уборной после горячего столкновения, потому что подумал, что Джено ревнует и может меня поцеловать, и теперь переживаю, что он обо всём знает», — конечно, сказать этого Ренджун не мог. Пришлось изворачиваться:       «Случилась неловкая ситуация, и я боюсь, что мог почувствовать что-то не то и обидеть Джено».       «Просто узнай, кто он!» — Ренджун закатил глаза, когда к гневному сообщению присоединился забавный и угрожающий мем с котом.       «Да-да, госпожа ведьма. Слушаюсь и повинуюсь».       Поводов для того, чтобы не спрашивать Джено по поводу ритуала, больше не находилось. И Ренджун, выйдя из ванной посвежевший и успокоенный, расслабленно плюхнулся рядом с ним на кровать. Джено залипал в какую-то очередную стрелялку, и пальцы его порхали по экрану телефона.       — Послушай, — сказал Ренджун, — мне нужна твоя помощь.       Отложив телефон, Джено сел ровнее, улыбнулся. Глаза его были тёплыми, ласковыми.       — Зелья?       Ренджун покачал головой:       — Сыльги рассказала мне об одном ритуале, который может помочь лучше контролировать магию. Нам надо сделать обмен энергией в твоей истинной форме. Это вроде как укрепит связь, и я смогу отдавать через неё излишек магии, когда требуется её не так много.       — Хорошо, — просто согласился Джено. — Если ты и правда хочешь этого. Скажи только, когда.       Обрадованно закивав, Ренджун широко улыбнулся.       — Спасибо! Ты очень поможешь. Надеюсь, после я смогу готовить зелья. Давай сегодня вечером, ладно?