Звезда по имени Солнце.

Утром меня разбудил отец. Часы показывали 5:35, а он сидел на кровати, гладил мои волосы и улыбался. — Доброе утро, Ларочка! Просыпайся! — он поцеловал меня в лоб и встал с кровати, отошёл к окну и раздвинул шторы, чтобы луч рассвета светил мне в лицо и я скорее проснулась. Он делал так каждое утро, уже будучи взрослой я встречала рассвет в горах, но солнце никогда не было таким тёплым и ярким, как в те утренние минуты рядом с отцом. — Доброе утро, пап! Ты помнишь, что обещал мне коробку мороженого? — я тогда улыбалась и потирала глаза, в попытке избежать столь ярких лучей. — Конечно, милая! И ты помни, что обещала принести пятерку за четверть! — отец улыбался и поглядывал в окно, где наша соседка как всегда выгуливала собаку. Её спаниель скулил каждое утро, но сегодня, видимо, она решила встать пораньше и выгулять его до того, как живущие в соседних квартирах люди проснутся. — Пап, а может мы тоже заведëм собаку? — в то утро эта идея посетила мою голову впервые, но потом я часто настаивала на этом. — Лаур, у мамы аллергия на шерсть, поэтому мы не можем себе позволить собаку! В детстве у неё была собака, но её пришлось отдать, потому что у мамы началась сильнейшая аллергия. Ты же не хочешь, чтобы мама страдала? — отец спрашивал по-доброму и рассказывал мне это, вновь присев на край кровати. Я, услышав о том, что у мамы когда-то была собака, приподнялась на подушке и приняла сидячее положение. Мне хотелось, чтобы у меня был близкий друг и верный товарищ. Да, в школе у меня было много друзей, как мне тогда казалось, но никому из них я не могла доверить секрет, что люблю залезать в кровать родителей по утрам в воскресенье, не могла рассказать о том, где спрятаны сокровища, пусть это были кусочки разноцветного стекла и бантики, связанные из веревок и старых лент, а также не могла пригласить их к себе на ночевку, потому что мама говорила, что кровать можно делить только с самыми близкими друзьями. Я мечтала ими обзавестись, ведь в школе каждый понедельник девочки рассказывали, как ночевали у друг друга и весело проводили время за чтением журналов, книг и рассказами страшных историй. — Пап, а может мы заведём собаку на даче? — я очень загорелась идеей животного. Причëм я думала об этом раньше, но не говорила об этом с родителями. — И кто за ней там ходить будет? Мы же туда раз в неделю ездим и то не всегда! Она же с голоду помрёт! — папа говорил эти серьёзные вещи, но при этом улыбался. Вы знаете, только мой отец так мог! Он был невероятным человеком, который мог вывернуть любую ситуацию, даже самые сложные конфликты, через шутки так, что все закапывали топор войны и вспоминали о былых конфликтах с улыбками. — Эх! — вздохнула я, потупив взгляд в одеяло. — Вставай, Ларочка! Собирайся в школу, доделывай уроки! Я поехал за коробкой мороженого для тебя! — папа поцеловал меня в лоб тёплыми губами и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Это утро было одним из тысяч таких же, но тот день я запомнила в деталях, ведь именно тогда я познакомилась с моей дорогой Машенькой. День проходил рутинно, а уроки, казалось, тянулись бесконечно. Я ждала мою коробку мороженого и все мысли были только о том, как скорее прийти домой, дождаться папу и открыть долгожданную коробку. Как только прозвенел звонок, оповещающий о том, что русский язык закончился и можно бежать домой, я вскочила со своего места и первая убежала в гардероб, чтобы не попасть в толпу и не задерживаться в школе лишние минуты. Я бежала домой, надеясь, что папа уже приехал. Я стучалась в двери изо всех сил, но никто не открывал. Это значило, что папа еще не приехал и что мне нужно идти к маме на работу за ключами от дома. Вновь спустившись на первый этаж, мне в нос ударил запах слоек с яблоком. Наверное, это тётя Лида пекла их, потому что во вторник у неё был выходной и об этом, непременно, знали все жители подъезда. В жизни не встречала таких общительных и при этом добродушных людей. Как только я вышла из подъезда и повернула в сторону маминой работы, та самая тётя Лида постучала в кухонное окно, жестом показывая, чтобы я зашла к ней в гости. В тот момент я подумала, что она зовёт меня, потому что мама оставила ей ключи или попросила посидеть со мной до вечера, чтобы я сделала уроки. Конечно я вернулась в подъезд, снова чувствуя потрясающий запах. Эта милая женщина открыла мне дверь, впуская в квартиру. — Лаура, ты чего с рюкзаком? Папа ещё не приехал? — спросила она, так сурово смотря на меня и держа руки на поясе. Надо сказать, что женщина она была высокая и довольно полная, работала она в гастрономе и всегда давала мне самые свежие эклеры! — Да, дома никого и я пошла до мамы, чтобы взять ключ. — я улыбнулась ей и уже поняла, что мама не просила её ни о чëм. — Ларочка, раздевайся, пойдём на кухню! Я там такие слойки испекла, тебе точно понравятся! — теперь уже улыбалась она и заботливо помогала мне снять пальто. Портфель остался в коридоре, а мы направились на маленькую кухню, чуть меньше, чем в нашей квартире. На столе стоял поднос, который, видимо, только что достали из духовки. Тётя Лида посадила меня на стул и принялась готовить чай. Я смотрела на ароматные слойки, присыпанные сахарной пудрой. Они были будто с обложки кулинарной книги! — Как в школе дела? Отличницей выйдешь? — спрашивала она, стоя ко мне спиной и наливая чай из простого фарфорового чайника голубого цвета. — Да, я папе обещала, а он мне за это обещал целую коробку мороженого привезти из Кирова! — ответила тогда я и потëрла руки в ожидании чая. — Он говорил мне утром, что едет завтра за новым полковником. — уточнила женщина и поставила белую чашку в красную крапинку на стол. — Угощайся слойками, дорогая! — тётя Лида заботливо пододвинула поднос и я, наконец, взяла в руки слойку. Откусив кусочек, я поразилась этому вкусу. Да, я пробовала ранее такие же слойки, но их вкус было невозможно забыть! Сладкие и с немного кислой начинкой, потому что яблоки были немного недоспелыми. Как же я любила эти нежные слойки, они буквально таяли во рту! Уже будучи взрослой я взяла рецепт этих слоек, а был он крайне прост и даже тесто было покупное. Всё дело было в хозяйке, которая вкладывала в эти слойки свою любовь! Так мы просидели до вечера. Я успела поговорить с этой доброй женщиной и даже сделать математику, которую завтра обязательно проверит Лариса Владимировна. Нашу уютную посиделку нарушил стук в дверь. Пять вечера, а значит мама уже вернулась с работы, наверное, она меня тогда просто потеряла. Тётя Лида ушла открывать дверь и не прошло и минуты, как в проёме показалась мама. — Лид, спасибо что приютила мою! Если рецепт надо будет сфотографировать, ты приходи! — любезно предложила мама свои услуги. Это сейчас модно распечатать любую информацию или вовсе найти её в интернете, а тогда всё нужное фотографировали и распечатывали у моей мамы в фотоателье. — Свет, да мне только в радость! Забирай своё сокровище и слойки возьми, Лаура ещё завтра покушает! Мама помогла мне надеть пальто, ведь в то время в подъездах было холодно, потому что двери не закрывались, а тётя Лида вручила нам тарелку со слойками, накрытую белой накрахмаленной салфеткой. Мы поднялись в квартиру, и мне хотелось скорее сбежать гулять, ведь я ухаживала за щенками на Советской улице, а им нужно было что-то есть. — Мам, я уже математику сделала! Можно я музыку и чтение завтра утром допишу? — спросила я, спрятав руки за спиной и смотря маме прямо глаза. — Гулять хочешь? — усмехнулась мама. — Ну иди! Отца ещё нет, так что беги давай! Я радостная побежала на кухню, взяла молоко и поспешила к щенятам. Воздух пахнет весной, хотя на улице было холодно. Солнце уже грело, а снега почти не было. Я бежала на Советскую к новым голубым домам из больших панелей, к моим щенкам. Прибежав, я увидела знакомую табличку «Советская 13», она была новой и бросалась в глаза. Около первого подъезда стоял КАМАЗ. Солдаты заносили выставленные у него вещи в подъезд. Моему счастью не было предела, когда я увидела отца, который курил и беседовал с рослым мужчиной средних лет. — Папа-а-а! — закричала я и кинулась его обнимать, даже забыв о щенках. — Доченька, ну ты чего! — папа покраснел и смутился, ведь рядом с ним стоял тот самый полковник, правда об этом я узнала потом, ведь он был в гражданской одежде. — Ух ты, какая красавица! — отметил мужчина, смотря на меня. — Как же тебя зовут? — он улыбался и протянул руку. — Лаура! — ответила я и пожала большую мужскую руку и надо сказать очень теплую. — А я Владимир Сергеевич, очень приятно! Наш диалог прервала девочка, вышедшая из первого подъезда. У неё были светлые волосы и большие карие глаза. Её пальто было очень красивым: тёмно-зелёный драп и белые вставки на лацканах. Она была без шапки и её волосы развевались на ветру. — Пап, ты ещё долго? — спросила она. — Там мама не знает в какой коробке посуда, ты же её складывал. — Она подошла ближе и мужчина обнял её, прижимая к себе. — Машенька, знакомься! Это Лаура, дочка Альберта Николаевича. — он погладил её по голове и обратился ко мне. — А это Мария, моя дочь. — Приятно познакомиться! — ответила я, всё ещё держа в руках бутылку молока. — И мне! — ответила девочка, одарив меня прекрасной улыбкой. Улыбка Маши всегда поднимала мне настроение. Она улыбалась так искренне, что моментально располагала к себе людей. Сколько раз мы пользовались её навыком не сосчитать, но об этом значительно позже! — А зачем тебе молоко? — спросила она, указывая на бутылку. — Я кормлю щенков в подвале твоего дома, хочешь покажу? — Я посмотрела на отца Маши, в надежде, что её отпустят со мной. — Машенька, иди! Уже почти всё занесли, маме я помогу! — он подтолкнул девочку мне на встречу, я взяла её за руку и потянула за собой. В подвале было темно и сыро. Свет пробивался только через маленькие окошки. Уже на входе в подвал было слышно, как пищат маленькие щенки. Мы дошли до них быстро. Маша всё время осматривала подвал, в котором было много труб и паутины. Я присела к щеночкам и налила молоко в блюдце, принесенное мной ещё неделю назад. — А откуда они тут? — спросила Маша, ëжась от холода. — Я нашла эту коробку около подъезда и не смогла пройти мимо. — честно ответила я. — К себе в подвал я не могла их забрать, потому что в нашем было значительно холоднее, чем в подвале нового дома. — Ты добрая! — она снова улыбалась и гладила чёрного щенка. — А тебе сколько лет? — спросила она, переводя взгляд. — Мне 11, в сентябре будет 12! А тебе? — Тоже 11. — ответила девочка, поправляя волосы. — Значит мы будем в одном классе! — ответила я и обрадовалась тому, что эта добрая девочка будет учиться со мной в одном классе. — Здорово! — улыбнулась она и, наконец, взяла на руки так полюбившегося ей чёрного щенка. — А почему ты не забираешь их домой? — У моей мамы аллергия… — с грустью ответила я. — Я возьму его! — она прижала малыша к себе. — Это она. — подметила я, вставая с колен. — Тебе разрешат? — Разрешат! — уверенно заявила Маша, и мы направились к выходу. -А как её зовут? — Не знаю, придумай сама! Она ведь теперь твоя! — пожала плечами я и пропустила Машу со щенком вперед. Как только мы вышли из подвала, она побежала к Владимиру Сергеевичу, который всё ещё стоял и разговаривал с моим отцом. — Пап! Там у Лауры щенки, можно мне одного взять? — она смотрела на него и ждала ответа. — Как же я могу тебе отказать, Машуля! Бери! Я думаю, мама не будет против, мы тут надолго, а щенку, действительно, нужен дом! — полковник погладил щенка и подтолкнул Машу в сторону дома, при этом пожав руку моему отцу. — Я же говорила, мне разрешат! — Маша будто хвасталась этим. Мне даже показалось, что я ей завидую. — Пока! — крикнула она, заходя в подъезд. — Ларочка, беги домой, я скоро приду! — сказал отец и сел за руль большой машины.Я же послушно побежала домой, точно зная, что мороженое будет в течение часа. Отец и правда пришел быстро. Он сразу унёс на балкон большую коробку и вынес мне одну мороженку. — Кушай медленно, а то горло заболит! — потрепав меня по волосам, он направился на кухню, я же пошла за ним следом. Медленно сняв с мороженого бумажный кружочек, я принялась облизывать лакомство. Оно было невероятно вкусным, и в нашем городке такое продавали только летом, и то нужно было стоять в длинной очереди, чтобы купить хотя бы одну, а у меня сейчас была целая коробка. Коробка безмерного счастья, как мне тогда казалось. На самом же деле, моё счастье сегодня поселилось на улице Советской, там же, где и мои щенки. Но тогда я даже не могла подумать, что Машенька станет моей самой лучшей подругой, а в последствии моим смыслом жизни!