Слишком много говоришь

— Сегодня я его оттрахаю и облапаю, клянусь! Кстати, я отключил микрофон? Я не буду говорить, какие огромные глаза были у Ромы после всех этих слов. Он даже не смог поржать с конца, в его голове до сих пор мельтешили слова о том, что говорит сейчас Коля на своей трансляции. Но больше всего его беспокоит то, что он хотел это друзьям без микро сказать — значит, здесь от рофла палка и доска. Короче, сначала Лебедев сделал вид, будто рофлит — шутит, то есть, прикалывается, делает шоу, но это всё оказалось правдой… И как реагировать? Мокрица схватился за свои «белые хуйры» и потянул их пальцами вверх, дабы сделать себе больно да и просто освежить разум на гранулу ярче, чем тот сейчас являлся на самом деле. Мутный он был — невозможно думать. Как поступить, если Коля в прямом эфире заявляет такое? — Д-Даш… Стример хриплым голосом стал звать свою жену, надеясь хотя-бы попросить помощи у неё, ну или на худой случай — получить хотя бы граммик поддержки. Но Юечка не шла, как назло, и Рома стал звать громче: — Даша? Даша, нахуй, меня тут Некоглай выебать хочет, ты вообще где?! Помоги! — Мокривский долбанул кулаком со всем отчаянием, отчего ему стало больно и он вскрикнул. — Ёбаный Коля… Вечно от тебя проблемы… У парня на глазах буквально слёзы наворачивались от страха. Даши нет, клоун трансляцию отключил — что происходит? А вдруг он уже несётся сюда и… — Рома, ты чего там орёшь?! — блять, слава богу, у него уже паранойя, видимо, начинается. Никакой Некоглай к нему и не сунется. Не будет же он при Дашке… Да блять, это вообще опять шоу, стопроцентно! Да? — Слава богу! Ты слышала, че Коля пиздел у себя на стриме?! — А, типа, трахнет и пощупает тебя? — появившаяся в двери Школдыченко явила на свет лучезарную улыбку, означающую только одно — она всё приняла за шутку. Мокрица тоже успокоился и не очень уверенно ухмыльнулся уголком губ. — Расслабься. А то больно входить будет. Ах ты су-… — Даша! Ты тут шутки шутишь, а я боюсь! Тебе не кажется, что это может быть правдой? — стример нахмурился, недовольно надувая губы, и обиженно показал средний палец. — Дурочка. — Ой, не нуди. Ничего он тебе не сделает. Пустой лепет, как всегда. — девушка неспешно подошла к светлой голове и начала поглаживать Романа за мягкие волосы, осторожно вплетая в них длинные красные ногти, и ласково поскребла того по макушке. — Он сказал, что я охуенный, выделил мои губы и ресницы… Тебе это кажется шуткой? — но стримеру успокаиваться не хотелось. Более того — ему ещё страшнее стало. Какая жуть… — Так че мне, игнорить? — Ну, да. Что ещё? Не обращай внимания. Снова на конфликт тебя хочет подъебать. — Или поебать. — Рома! — его отрывочно хлопнули по хребту, на что в ответ раздалось болезненное шипение. Очень уж больно — когда тебя бьёт рука с ногтями. Чёртова… — Сам нагоняешь ситуацию. Ничего просто в тг не пиши, и всё само рассосется. И это… из дома не выходи. Ну, мало ли. — Юечка снизила тон, говоря приглушённо. Даже если она и принимала это всё за шутку, то совсем не исключала, что в словах Некоглая могла бы быть скрытая угроза и возможность снова выморозить хуету. — Что Рома? Боюсь я. Он говорил так, будто это само собой разумеющееся, понимаешь. — Главное, чтобы ты не повёлся и не попросил поскакать сам. — Даша! Осуждаю! Вернись нахуй, сюда! Но девушка уже его не слушала, и поскорее ретировалась со смехом в другую комнату, дабы не получить смачного толчка от стримера. Мокрица в гневе страшен. А вот семя сомнения — определённо сомнения — плотно поселилось в бедной голове Романа Мокривского. Просто потому что он уже об этом думал. Просто потому, что ему на телефон уже пришёл ответ на его сообщение. Да, он, кажется, сошёл с ума.

Mokrivskiy: «Ты только говорить горазд? Как всегда, в принципе» 16:00

Nekoglai: «Кое-кто смотрел мой стрим?)))» 16:08

Mokrivskiy: «Давай сразу к делу» 16:17

Nekoglai: «С удовольствием приму это предложение»

Nekoglai: «Жди» 16:18

Господи, что он делает?