Пятьдесят оттенков Амбридж

Если у магглов и волшебников и было что-то общее, так это любовь к праздникам. Жаль только, что их было не так уж и много. То есть, если заглянуть в календарь, то красных дней там было порядком, но по факту... По факту для большинства работающих людей все праздники сводились к нескольким дням рождения и Рождеству. У британских волшебников вместо Рождества праздновался Йоль, но суть дела от этого сильно не менялась. Истинно верующих язычников в волшебной среде было не так уж и много. Примерно столько же, сколько христиан среди магглов. А может быть и меньше. К моменту окончания первого семестра Долорес чувствовала себя выжатой до предела, поэтому рождественские (или, если хотите, йольские) каникулы были прекрасным поводом немного расслабиться. Отпуск полагалось проводить в кругу семьи, но своей семьи у неё, к сожалению, не было. В итоге у неё оставалось ровно два варианта: устроить недельный запой в компании своей лучшей подруги или в кои-то веки навестить маму. Честно говоря, вариант с запоем был намного привлекательнее, но... Ладно, во-первых, она действительно давно не была дома. Во-вторых, с алкоголем не мешало бы взять небольшую паузу. Хотя бы для разнообразия. И вообще, кто сказал, что для нормального отдыха обязательно нужно напиваться в хлам? Прежде чем отправляться в родительский дом, Долорес на всякий случай отправила своей маме сову с поздравительной открыткой. Нет, она не боялась, что мать вдруг не пустит её на порог, если она заявится без приглашения. Не то, чтобы такого в принципе не могло случиться... скажем так, в истории их взаимоотношений бывало всякое. Но в последнее время мать вроде бы относилась к ней достаточно благосклонно. Открытка нужна была для того, чтобы мама не укатила праздновать Йоль куда-нибудь в тёплые края. Или по крайней мере предупредила об этом. Долорес не хотела отправляться за тридевять земель, чтобы в итоге оказаться на пороге пустого дома. Как только сова вернулась с положительным ответом, путешествие стартовало. Если его, конечно, можно было так назвать. Несмотря на то, что жила её мать действительно чёрт знает где, в итоге всё свелось к паре прыжков по каминам и одной аппарации. Да и то лишь потому, что её мать упорно не хотела подключать свой дом к общей каминной сети. На всё про всё ушло примерно пятнадцать минут. Как и подобает любой уважающей себя чистокровной волшебной семье... ладно, честно говоря, Амбриджи были не слишком-то выдающейся фамилией, но тем не менее их родовое гнездо называлось Амбридж-мэнором. Не то, чтобы стоящий на отшибе двухэтажный домик действительно заслуживал такого звучного титула, но традиция есть традиция. Зато у них был замечательный сад и старые качели, на которых Долорес в своё время очень любила кататься. Да и вообще... дом есть дом, а чтобы позволить себе содержать целое поместье нужно было родиться в другой семье. Или удачно выйти замуж. Ну или на худой конец отравить Фаджа и самой стать Министром Магии. Последний вариант был, конечно же, самым привлекательным. Перед тем, как отправиться в отпуск, Долорес отправила своему боссу развёрнутый отчёт о текущем положении дел в Хогвартсе. Как и следовало ожидать, этого оказалось недостаточно и она была вынуждена явиться к Фаджу на аудиенцию. Это было нечто. Фадж хотел получить очередные подтверждения своей паранойи, и Долорес битый час вешала ему лапшу на уши, вдохновенно рассказывая о том, как она нащупывает нити тайного заговора. Все эти нити ясное дело вели к Дамблдору. Если бы Фадж не был таким придурком, он бы уже давно заподозрил что-то неладное, но в его идиотской голове всё выглядело максимально логично. Вот сильнейший волшебник Британии, который уже тысячу раз мог бы стать Министром Магии, если бы захотел. Вот он, внезапно, таки этого захотел и начал плести какую-то невероятную интригу, чтобы подсидеть Фаджа. А вот Долли Амбридж, которая сидит под самым носом у Дамблдора и героически раскрывает его коварные замыслы. Блестяще, просто блестяще! Умничка, Долли, вот тебе внеочередная премия за хорошо проделанную работу. Долорес вздохнула и покачала головой. Она и раньше не больно-то уважала своего шефа, ну а после того, как узнала, что Волдеморт действительно вернулся... Теперь Фадж и вовсе выглядел как тупой перепуганный страус, пытающийся спрятать голову в песок. Он не только отрицал само наличие проблемы, но и изо всех сил мешал тем, кто хоть что-то пытался сделать. И этого человека британские маги выбрали своим лидером... Ещё одно доказательство неполноценности выборной демократии. Министр Магии, которого мы заслужили. Впрочем, сейчас всё это могло подождать. Она приехала в гости к своей маме, и все проблемы можно и нужно было отложить. Долорес решительно тряхнула головой и нажала на дверной звонок. Сейчас у неё законный отпуск, а все кто против могут идти нахрен. Фадж, Волдеморт, Дамблдор... В гробу она видала всех этих хитрожопых стариканов, считающих себя умнее всех. Жизнь коротка, а виски само себя не выпьет. Хотя раз уж она приехала в гости к своей мамочке, то о виски на ближайшую неделю всё равно можно было забыть. Ну да и ладно, в жизни есть много интересных вещей и без алкоголя. Наверное. Чёрт, нужно было всё-таки ехать к Скитер!

***

Это было странное Рождество. Нет, не так. Неправильно. Рождество не было и не могло быть странным. Оно было таким же, каким и всегда. Плюс-минус. Вокруг неё ничего не изменилось, изменилась она сама. Поэтому всё воспринималось иначе. Всё было другим. К счастью, её родители не умели читать мысли. Если бы они только знали... Нет, Гермиона не думала, что её родители были пещерными ксенофобами, но рассказывать им она ничего не собиралась. Узнать, что их дочь закрутила роман со своей преподавательницей... Ну ладно, папа мог бы и не разозлиться. Мужчины, как правило, снисходительно относились к лесбийским отношениям, так что папа воспринял бы всё с юмором. А вот мама... мама точно пришла бы в ярость. Да и вообще, если кто-то узнал бы, что она спит с Амбридж... К чёрту осуждение, но это могло разрушить карьеру её любовницы. Как же досадно, что формально она всё ещё считалась ребёнком! Хотя Гермионе всего несколько месяцев назад исполнилось шестнадцать, она не думала, что является менее зрелой, чем кто бы то ни было. О нет, она уже успела насмотреться на глупости, которые творили так называемые взрослые! И если раньше она хотя бы могла признать, что ей недостаёт практики в... окей, назовём это отношениями... то сейчас... сейчас она уже знала, что и как там делается. Не так уж это оказалось и сложно. Пусть даже на самом деле это были не отношения, а просто-напросто секс. Если называть вещи своими именами. Тайный, запретный и оттого ещё более возбуждающий. Развратный, горячий и так далее. Когда раз в неделю трахаешься со своей преподавательницей подходящие эпитеты подобрать не так уж и сложно. Проблемой было то, что следующие две недели она должна была провести дома. Обычно возвращаться на рождественские каникулы было здорово, но только не сейчас. Только не в тот момент, когда она наконец-то попробовала, что такое по-настоящему взрослая жизнь. Да, она соскучилась по родителям, но от одной мысли о том, что ей предстоят две недели воздержания... Гермиона не думала, что она стала настолько зависимой от секса, но факты были неумолимы. Она провела дома всего пару дней, а её мысли уже были полны... скажем так, если бы её родители владели легилименцией, они бы уже выгнали её обратно в Хогвартс. Или скорее, наоборот, строго-настрого запретили бы туда возвращаться. Как бы там ни было, несколько дней ей приходилось притворяться хорошей невинной девочкой, которая ни с кем ещё даже не целовалась. Потом её терпение кончилось. Какого хрена? Она уже взрослая! Да за последние несколько лет она прошла через такое, о чём большинство взрослых даже понятия не имеют! То есть сражаться с Пожирателями ей можно, а встречаться со своей преподавательницей... Ну хорошо, давайте пока что вынесем за скобки тот факт, что она встречается с женщиной. С женщиной, которая старше её лет на двадцать. Какая разница? Разве у неё нет права провести эти каникулы так, как хочется ей самой? Кто знает, может ей скоро вновь придётся влезть во что-то смертельно опасное. Скорее да, чем нет, этот год пока что выдался на редкость спокойным, но... Да чёрт возьми, отец Рона только что чуть не погиб! Она не обязана притворяться маленькой девочкой и послушно сидеть дома! Рождество она всё-таки отпраздновала вместе с родителями. В конце концов, она по ним действительно соскучилась. Уизли предлагали ей остаться на каникулы в Норе, а Сириус приглашал зависнуть на Гриммо, но она слишком давно не видела папу и маму. В последние годы она вообще их редко видела... Лето и пару недель на Рождество, вот и всё общение. Грустно, но что поделаешь, таковы правила, причём для всех. Даже богатые аристократы вроде Малфоя отправлялись учиться в Хогвартс, хотя уж кому-кому, а Малфоям частные репетиторы точно были по карману. Может оно и правильно. Волшебники и так не самый миролюбивый народ, должно же быть хоть что-то, что их объединяет. Даже Волдеморт - и тот в своё время учился в Хогвартсе. Хотя он, конечно, тогда ещё не был Волдемортом... Чтобы связаться с Амбридж ей не требовались почтовые совы или что-нибудь ещё в этом духе. Незадолго до каникул Долорес обучила её Протеевым чарам... ну как обучила, скорее, дополнила и углубила то, что Гермиона умела и раньше. Теперь у каждой из них был зачарованный дневник с девственно чистыми страницами. Если одна из них что-то писала, то это же появлялось и в другом дневнике. Затем исчезало, но не сразу, а через несколько часов. Удобный способ общаться. Немного рискованно, но это уже было вопросом доверия друг к другу. Гермионе было приятно, что Долорес... Нет, если бы Амбридж отнеслась к ней, как к маленькой и глупой девчушке, они бы вообще не оказались в одной постели! Но то, что заместительница Министра Магии обменялась с ней зачарованными дневниками, было... было чертовски круто! Это было чем-то вроде признания, что у них действительно было что-то вроде отношений. Всё равно, что оставить свой личный номер, только ещё интимнее. Амбридж отозвалась не сразу. Гермиона несколько раз делала в своём дневнике записи, а потом разочарованно смотрела, как они медленно исчезают. Впрочем, у Долорес могли быть дела. Важные и неотложные. К счастью, это всё-таки сработало. В один прекрасный момент Гермиона с восторгом увидела, как в её дневнике внезапно появилась ответная запись. Они проверяли, как работают дневники, так что ей уже доводилось видеть почерк своей любовницы. Это была Долорес! Она ей ответила! И она была не против встретиться! Гермиона не знала, как чувствуют себя мальчики, когда девочки соглашаются пойти с ними на свидание, но подозревала, что чувствуют они примерно то же самое, что она чувствовала прямо сейчас. И нет, в их паре она не была "мальчиком". У них вообще были не такие отношения. Или такие? Во всяком случае, здесь она была на неизвестной территории. Кто знает, как это вообще должно быть на самом деле? И есть ли вообще хоть какие-то общепринятые стандарты? Эх, вот если бы найти какой-нибудь учебник по лесбийским отношениям... Или хотя бы брошюру. Когда её родители узнали, что их дочь намеревается провести вторую часть каникул вне дома... скажем так, они были не в восторге. Мягко говоря. Хорошо, что Гермиона умела настоять на своём. Без небольшого скандала не обошлось, но в конечном итоге они её отпустили. Конечно же, она не сказала, что планирует провести следующую неделю в обществе своей любовницы. Это было бы неразумно. Папа бы, может, её и понял, а вот мама точно была бы в шоке. Честно говоря, на самом деле ей было страшно. Немного, но всё же. Но перспектива недельного секс-марафона была слишком заманчивой. Секс-марафон... Ну и словечко. Раньше такие выражения в её лексиконе не водились. Впрочем, раньше она и со своими преподавательницами не трахалась. И как же, всё-таки, хорошо, что её родители не умеют читать мысли!

***

Притяжение. Это можно было описать словом "притяжение". Там была страсть, там была похоть, там было много чего ещё, но "притяжение" было самым точным словом. Она не собиралась менять планы на этот отпуск, но передумала как только увидела сообщение своей... своей... чёрт, она даже не знала, как именно её лучше называть! Когда всё начиналось, она не собиралась привязываться. Она не думала, что будет испытывать хоть какие-то эмоции. Это должно было остаться одной из тех спонтанных безумных глупостей, о которых никогда не говорят, но всегда помнят. Так бы и случилось, если бы не... Притяжение. Ничем рациональным нельзя было объяснить то, что она решила обменяться со своей несовершеннолетней любовницей зачарованными дневниками. Потренировать Протеевы чары? Есть множество других способов. Никто не должен был знать о том, что она соблазнила свою студентку, и эти чёртовы дневники могли закончить её карьеру, если бы попали не в те руки. И несмотря на это она сама предложила ими обменяться. О чём она вообще думала? Наверное о том, что Гермиона могла бы ей написать. Как это и случилось. Наверное, этого было не избежать. Она боялась предложить провести эту неделю вместе, потому что... потому что думала, что Гермиона откажется. И решила дать ей возможность самой сделать первый шаг. Точно рассчитанная небольшая интрига, в которой она до последнего не хотела признаваться даже самой себе. Удачно завершившая интрига, надо признать. Как странно осознавать, что лежишь в одной постели с девушкой, которая вдвое младше тебя. Чувствовать её упругое тело, прижимающееся к твоему, её мягкую кожу, её шелковистые волосы, щекочущие тебе лицо. Чувствовать её дыхание на своей щеке. И как же страшно понимать, что ты к этому уже привыкла. Что если это вдруг исчезнет, тебе отчаянно будет этого не хватать. Что где-то в глубине души ты уже считаешь её своей. Но ты понятия не имеешь, кем именно она считает тебя. - Ты не злишься, что я тебя вытащила? - тихо спросила Гермиона. - Я просто соскучилась и подумала, что ты будешь не против. Во всяком случае, я на это надеялась. Долорес посмотрела на свою любовницу и невольно усмехнулась. Пожалуй, такой вопрос могла задать только шестнадцатилетняя гриффиндорка. Ну ладно, это было не столько глупо, сколько мило. Сделаем девочке скидку. - А как ты думаешь? - насмешливо переспросила она. - Мы сейчас лежим в одной постели, обнимаясь после бурного секса. Абсолютно голые. Думаешь, я на тебя злюсь? Серьёзно? Грейнджер, не разочаровывай меня. - Я не подумала, - смущённо сказала Гермиона. - Просто мало ли. Ты же заместительница Министра Магии, наверняка у тебя куча дел, а тут я... - Во-первых, у меня отпуск, какие могут быть дела? - пожала плечами Долорес. - А во-вторых, этот отпуск был не таким уж и захватывающим. Я была в гостях у своей матери, если хочешь знать. Не те впечатления, от которых мне было бы трудно отказаться. Пару дней её ещё можно выносить, но за две недели я бы на стенку полезла. Она погладила Гермиону по обнажённому плечу и поцеловала её в висок. Просто немного нежности, ничего больше. Секса пока что не хотелось, они и так наслаждались друг другом несколько часов подряд. Навёрстывали упущенное. Если так пойдёт и дальше, то после возвращения в Хогвартс им будет трудно выдерживать прежний график. - У тебя плохие отношения с родителями? - спросила Гермиона. - И ты упомянула только мать... Твои родители развелись? - Нет, не совсем, - покачала головой Долорес. - Мама... ну, ты же знаешь, какими могут быть мамы, не так ли? Раньше она постоянно твердила, что мне нужно сделать карьеру и выйти замуж. Две любимые темы, которые доводили меня до белого каления. Она сделала небольшую паузу и посмотрела на Гермиону. Гриффиндорка внимательно её слушала, что было... приятно. Чертовски приятно, на самом деле. Гермиона... ей действительно было интересно. Долорес очень давно не была вместе с человеком, которому было бы интересно, что она чувствует. Чем она живёт, что ей нравится, что она думает по тому или иному поводу. Её редкие романы как правило сводились к сексу и двусмысленным пикировкам. Иногда просто к сексу. Единственным человеком, с которым она могла более-менее откровенно поговорить была её лучшая подруга, но это всё равно было не совсем то. - Когда я доросла до уровня личной помощницы Фаджа, мать наконец-то признала, что я кое-чего добилась, - сказала она. - Но это также означало, что теперь мне всё время будут выносить мозг из-за того, что я "засиделась в девках". Мол, карьера это замечательно, но пора бы и выйти замуж. За приличного парня из хорошей семьи. Не за кого-то, вроде Люциуса Малфоя, конечно, этот баклажан слишком крут для нашей грядки, но какой-нибудь Нотт или Эйвери мою мать вполне бы устроил. Хотя бы в качестве донора спермы для её внуков. Она грустно усмехнулась и погладила Гермиону по щеке. Гриффиндорка накрыла её пальцы своими и поцеловала её ладонь. Для юной девушки, которая совсем недавно была чистой и невинной она поразительно быстро училась. Впитывала, как губка и схватывала на лету. Долорес не удивилась бы, если бы она вдруг узнала, что Грейнджер тайком читает специализированную литературу по теме секса и отношений. - Ты спросила, что с моим отцом, - сказала она. - У меня никогда не было отца. В общепринятом понимании этого слова. Был ищущий приключений аристократ и молоденькая ведьма, считающая за честь забеременеть от представителя благородной семьи. Если бы мне разрешили взять его фамилию, я была бы не Амбридж, а Селвин. Но бастардам такое не положено. Я и так должна была быть благодарна за то, что мне, так сказать, улучшили породу. Добавили немного чистой крови, пусть и неофициально. Плюс небольшая денежная компенсация, чтобы девочка не слишком скучала по несуществующему отцу. Хорошая сделка, не так ли? - Это было жестоко, - тихо сказала Гермиона. - Твоя мать не должна была так с тобой поступать. - Ну, это всё равно было лучше, чем если бы она прыгнула в постель с каким-нибудь магглом, - пожала плечами Долорес. - Ой, только не надо кривиться, мы это уже обсуждали! Да, я считала и считаю, что магглы это неподходящие партнёры для волшебниц. Для волшебников ещё куда ни шло, но подчиняться мужчине, которого в любой момент можешь размазать по стенке... Нет, я бы просто не уважала своего отца, если бы он не мог колдовать. Это как инвалидность, только хуже. Только не подумай, что я что-то имею против инвалидов. - Ты расистка, сексистка и, что хуже всего, слизеринка, - ухмыльнувшись, сказала Гермиона. - Но мы действительно уже это обсуждали. Я просто не могу понять... Неужели маггловский отец был бы хуже какого-то самодовольного аристократа, который просто откупился от тебя деньгами и даже не разрешил тебе взять свою фамилию? - Конечно! - фыркнула Долорес. - Так я по крайней мере могла нормально учиться в Хогвартсе. Селвины - благородная фамилия, и даже статус бастарда лучше, чем считаться полукровкой. Да, я знаю, что это просто наши слизеринские заморочки, но они действительно имеют значение. Я сумела сделать карьеру только благодаря связям, которые завела, когда училась в Хогвартсе. С папашей магглом я бы не продвинулась дальше старшей помощницы младшего уборщика туалетов. И то, только в том случае, если бы на это место вдруг освободилась вакансия. Ты не представляешь себе, насколько большое значение в волшебном мире имеют связи и статус твоей семьи. - И как же ты дослужилась до замминистра, если была всего лишь бастардом? - язвительно спросила Гермиона. Её раздражение можно было понять - девчонка была довольно амбициозной, и не хотела мириться с тем, что её происхождение закрывает перед ней многие двери. Долорес подумала, что если она сумеет ещё немного её разозлить, то у них появятся шансы на более жёсткий секс, чем обычно. Но пока что ей не слишком хотелось, так что лучше было спустить пар. - Не принимай всё это близко к сердцу, - примирительным тоном сказала она. - У нас даже однажды был магглорожденный Министр Магии, так что всё возможно. Что до меня, то я просто сделала правильную ставку. Начала работать с Фаджем, когда он ещё не представлял из себя ничего особенного, а потом он пошёл вверх и протащил меня за собой. Обычно так карьеры и делаются, только нужно не прогадать со своим покровителем. Насколько она понимала, покровителем Гермионы мог бы стать Альбус Дамблдор, но Дамблдор не переживёт войны. Не должен был пережить, во всяком случае. Оставался ещё Поттер, но Поттер тоже был смертником. Жаль, девочка амбициозна и талантлива. И она успела к ней привязаться, что самое скверное. Впрочем, это всё будет когда-нибудь потом, а сейчас... Сейчас нужно было ловить момент. - Ты занималась с Гарри в начале семестра, - неожиданно сказала Гермиона. - Несколько отработок наедине, как со мной. Вы тоже... ты понимаешь, о чём я. Гарри потом вёл себя странно. Это было неожиданно. Действительно неожиданно. Долорес рассмеялась и лукаво подмигнула своей юной любовнице. - Ты что, ревнуешь? - весело спросила она. - Нет, мы с Гарри ничем таким не занималась. Я просто немного его подразнила, а потом сказала, что этого не будет. Было забавно смотреть, как он пытается меня склеить. - На самом деле, я была бы не против, - вздохнув, сказала Гермиона. - Нет, сама бы я не стала что-то с ним делать... Это было бы неправильно. Но если бы он получил опыт с тобой, я была бы за него рада. Понимаешь, он чуть не погиб в этом году. И до этого несколько раз был на самой грани. Никто не знает, что будет дальше, и было бы несправедливо, если бы он умер, так и не попробовав... всего этого. А вот это было уже крайне неожиданно. Нет, не то, что Грейнджер трезво оценивала их шансы в борьбе с Пожирателями. В конце концов, она всегда была умной девочкой. Странным было то, что она так переживала за личную жизнь Поттера, что готова была отдать ему свою любовницу, пусть и на время. Долорес невольно представила себя с Поттером и почувствовала, что снова начинает возбуждаться. - В таком случае, предлагаю небольшую сделку, - ухмыльнувшись, сказала она. - Я сделаю это с Гарри, если ты сделаешь кое-что взамен. - Что именно? - Помнишь, как мы сделали это в самый первый раз? Ты, я и Снейп? - Профессор Снейп? - Гермиона густо покраснела и отвела взгляд. - При чём он тут? - Мы могли бы заглянуть к нему в гости, - вкрадчиво сказала Долорес. Она протянула руку и погладила свою любовницу по щеке. - Как заместительница Министра Магии я имею доступ к личным делам сотрудников Хогвартса и знаю, где живёт наш дорогой Северус. Если он проводит отпуск дома, мы можем устроить ему приятный сюрприз. - Это... это было бы неприлично, - одними губами прошептала Грейнджер. Её смущение действовало на Долорес не хуже дорогого афродизиака, так что следующий раунд становился всё ближе и ближе. - Я... я не знаю. - Вот и договорились, - кивнула Долорес. - Через пару дней устроим небольшую оргию, а потом я, так уж быть, порадую твоего ненаглядного Поттера. Немного благотворительности, чтобы он, бедняга, не умер девственником. Ты точно не хочешь в этом поучаствовать? - Нет! - вспыхнув, замотала головой Гермиона. - Ни за что! Он мне как брат! - В лучшем случае, сводный, - коварно улыбнулась Долорес. - Ладно, детка, иди ко мне. Я не могу устоять, когда ты так очаровательно краснеешь. Не напомнишь, на чём мы там остановились?