Memento - Помни
30 марта 2014 г., 17:34
Я, пожалуй, мог бы всё изменить,
Сохранить обретённое мною,
Я, пожалуй, смог бы всё позабыть,
Но я связан с тобою судьбою.
Чары, магия, страсть, откровения лжи,
Закрутились в водовороте
Две души, что способны бы всё изменить,
Если выберут путь одинокий.
Мы клялись быть опорой и в счастье, и в грусть,
Только что-то опять не сложилось,
Лицемерие, страх, и сомнения вновь
Дверь закрыли, что лишь отворилась.
И я вынужден снова бежать от тебя,
Лишь надеясь, что всё обойдётся,
Предаю, убивая частичку себя,
И стою я на полпути к звёздам.
Я, пожалуй, мог бы всё изменить,
Если сразу сказал бы я правду,
Я не знаю, смогу ли я всё позабыть,
И смогу ль залечить я ту рану...
***
- Гарри, проказник, да что ты делаешь! - сквозь смех приговаривал мужчина, пытаясь поймать хохочущего черноволосого мальчугана, то и дело ловко уворачивавшегося от его рук на своей крошечной метле. Раздалось громкое и, в какой-то степени, отчаянное шипение бедной кошки, еле увернувшейся от столкновения с этим несносным ребёнком. Вслед уже улетающей метле понеслись нравоучения: - Негодник, Рики-то тебя чем обидела? Подожди, я до тебя доберусь! Лили! Хватит возиться с этой камерой, помогла бы лучше поймать своего сына, пока он что-нибудь не сломал! - и, словно в подтверждение слов анимага, из соседней комнаты раздался оглушительный звон, заставивший мужчину буквально сорваться с места. Лили, отложив сей чудесный аппарат, поспешила за ним. В углу спальни, растерянно вертя лохматой головой, среди осколков вазы, подаренной некогда Петуньей, сидел маленький Гарри, явно не понимая, что происходит. Рядом валялась метла, нервно подрагивавшая от столь грубого обращения с ней. - Дорогой, ты не поранился?! - испуганно воскликнув, Эванс подхватила мальчика на руки. - Очень, очень плохо! - принялась отчитывать она ребёнка за проделанную работу, как только убедилась, что он в порядке и что никаких ссадин не наблюдается. - Да ладно тебе убиваться, Лили, делов-то. К тому же, не стоит ругать парня в его первый День Рождения, - усмехнувшись, произнёс Сириус, ещё больше растрепав волосы Гарри. Комнату наполнил искренний десткий смех. Достав палочку, анимаг добавил: - Смотри внимательно и запоминай, Гарри. Репаро. Осколки вазы, словно намагниченные, начали слетаться друг к другу, занимая строго определённые им места, и вот уже через несколько секунд абсолютно целая ваза заняла своё место на небольшом столике, неприметно стоявшем у стены. - Честно говоря, можно было и не чинить её, - полушёпотом сказала Лили. - Эта кошмарная ваза никогда мне не нравилась. Улыбнувшись девушке, крёстный заключил их с ребёнком в крепкие родственные объятия. Так они и простояли некоторое время, пока Сириус не заговорил и не отстранился: - Жаль, что Джеймса нет с нами, - улыбался волшебник, даже не пытаясь скрыть грусть в своём голосе. - Гарри так похож на него. - Да, жаль, - подтвердила Лили. - Там же никого нет... Мы здесь, - ласково добавила волшебница, обращаясь к Гарри, чей маленький пальчик нетерпеливо указывал в один из углов комнаты. - Пойдёмте в гостиную, пора разрезать торт. И волшебница вышла из комнаты, держа ребёнка на руках, оставив анимага одного. Тот стоял, пытаясь что-то разглядеть там, куда указывал малыш, но ничего толком не видел. Это был всего лишь обычный угол, только и всего. Внизу раздался стук в дверь, а затем и торопливые шаги волшебницы, спешащей встретить кого-то. Как оказалось, это была Батильда. Оставаться в комнате было бессмысленно. - Жаль, жаль. Но кого же ещё мне напоминает этот славный мальчишка? - с грустной улыбкой на лице и тяжёлой ношей в сердце, Сириус Блэк покинул спальню.***
- Там же никого нет... - Как ты не права, Лили, - раздался печальный голос ей в ответ. - С Днём Рождения, Гарри Поттер. Вернее, Слизерин.
