Benefits With Friends/Друзья с привилегиями

Почти бесшумно Драко подошел к ней сзади, заглядывая через ее плечо в шкаф. – Что делаешь? – Собираю вещи. Вздохнув, Гермиона потянулась к платью, перебирая пальцами гладкую ткань. – Я не могу решить, что брать с собой. Конференция в Брюсселе приближалась, и девушка почти выбросила ее из головы, но только до того момента пока не поняла, что они собираются уезжать всего через несколько дней. Если быть честной, последние несколько недель отношения между ней и Драко казались немного неестественными. С того вечера, когда он купил ей белье. Она не могла выбросить ту ночь из головы: как он смотрел на нее. То, как он прикасался к ней, нежно и трепетно, словно у него больше никогда не будет возможности этого сделать. То, как он целовал ее, не обращая внимание ни на одну из тщательно воздвигнутых стен между ними. И Гермиона знала, что лучше не поднимать эту тему. Особенно сейчас, спустя несколько недель, потому что последнее, что ей было нужно, – это показать, что та ночь повлияла на нее сильнее, чем должна была. Больше, чем любая из их совместных ночей, – а они спали вместе намного больше, чем она могла сосчитать. С тех пор они виделись редко. Он был занят подготовкой презентации к конференции, и они в квартире проводили вместе времени намного меньше, чем обычно. Драко подошел ближе, положил подбородок ей на плечо, одной рукой приобнимая девушку за талию. Что-то напевая, он потянулся за одним из платьев. – Вот это. Для вечеринки. Большую часть времени в Брюсселе они будут посещать конференции. Драко должен будет выступать во второй половине дня, но в остальное время они могли посещать заседания, которые привлекли их внимание, и у них будет достаточно свободного времени для прогулок по городу. В последний вечер мероприятия должна быть вечеринка для участников. – Хорошо. Она сняла платье с вешалки и взмахом палочки отправила его в свой чемодан. Ее взгляд продолжил блуждать по шкафу, даже когда Драко поцеловал ее в челюсть. – Ты напряжена, – еще один поцелуй. – Что случилось? Она едва ли чувствовала это, но от его слов напряжение с плеч и шеи исчезло. Она наклонила голову набок, пока он скользил языком по ее горлу. Через мгновение он замер. – Гермиона? – Ничего, – вздохнула она и позволила себе немного расслабиться в его объятиях. Даже когда неловкость между ними витала в воздухе, как это было в течение последних двух недель, он все равно понимал ее лучше, чем кто-либо другой. – Я полагаю, что просто беспокоюсь об этой поездке. – Почему? – Я не знаю. Ей хотелось раствориться в нем, позволить себе найти тепло и покой, которые, как она знала, мужчина мог предложить. Но она не могла выкинуть из головы ту проклятую ночь. И девушка ничего не могла поделать с тем, что каждый раз, когда она смотрела на него, ей хотелось его поцеловать. Так долго они могли сохранять дистанцию ​​между ними, заниматься чем бы то ни было и отделять все остальное. Гермиона боялась, что он узнает правду, что она часто думала о чем-то большем. И что слишком часто она этому удивлялась. Его голос понизился. – Пожалуйста, расскажи мне. Она хотела. Но не могла. – Ничего. Просто пытаюсь убедиться, что я все сделала до отъезда. Он всего лишь смотрел на нее, но недоверие отражалось на его лице. – Дезори спрашивал меня, нужен ли мне отдельный номер в отеле, – сказала она, разбавляя их диалог правдой, – и я сказала ему, что все нормально, потому что мы и так соседи. Он добавил, что в твоем номере две кровати, так что все в порядке. Последовала долгая пауза, и Гермиона почувствовала его разочарование, витающее в воздухе. – Правильно. Конечно. Всего на мгновение ей показалось, что Малфой, возможно, надеялся на что-то другое. Она почувствовала, как он напрягся и начал отстраняться, и сжала его руку, покоящуюся на ее талии. – Останься, если хочешь. Я закончу собираться завтра. Он повернул голову, лежащую у нее на плече, чтобы посмотреть девушке в лицо и встретиться с ней глазами. – Я знаю тебя лучше, чем ты можешь себе представить. И я не верю ни единому твоему слову. Но если ты не хочешь говорить об этом, я не буду тебя заставлять. От этих слов ее сердце подпрыгнуло в груди. Было бы так легко признать, что он ей нравится, – но на деле это было чертовски трудно. И волшебница знала, что не может рисковать их дружбой. Не может рисковать всем, что у них было. Поэтому она выдохнула: – Мне не хочется говорить об этом. – Хорошо, – Драко поцеловал ее в щеку, и этот ответ, казалось, удовлетворил его больше, чем ее полуправда. Веки Гермионы дрогнули, когда губы мужчины остались на ее коже, мягкие и нежные, а его большой палец прошелся по изгибу ее груди. Руководствуясь больше инстинктом, чем разумом, она повернулась к нему лицом. На долгое мгновение взгляд Драко задержался на ее глазах. Пока он прижимал Гермиону к себе, на его лице проскользнул намек на грусть. Он поднес свою руку к щеке девушки, проведя большим пальцев по скуле. Бесконечный в своей нежности, он поцелуем прижался к ее губам. Они редко целовались. И даже когда они это делали, это происходило во власти момента. Сейчас это ощущалось чем-то на грани существования и небытия. Сердце девушки грохотало в груди, когда Драко отпрянул, прижимаясь своим виском к ее. А затем снова поцеловал ее, его язык коснулся ее губ только на мгновение, прежде чем он прекратил поцелуй. Долгое время она не могла найти слов. – Для чего это было? Медленно выдохнув, он слегка ухмыльнулся, пожал плечами и опустил подбородок на ее плечо. – Ты выглядела так, будто тебя нужно было поцеловать. Ответ пронзил ее, вибрируя под кожей и эхом отдаваясь в голове. По ее телу пробежала дрожь, и Гермиона вцепилась в его руку, несмотря на то, что он немного отошел. Это не было похоже на прелюдию к сексу, который у них когда-либо был. Неважно, что поцелуи между ними всегда нуждались в каком-то поводе. – Признаюсь, – пробормотал Драко, извиняясь, – сегодня я очень устал. Но даже когда он произносил эти слова, он переплел их пальцы. Что-то настолько важное повисло сейчас в воздухе, что Гермиона не знала, что с этим делать. – Ты все еще можешь остаться, – предложила она, – если хочешь. Это был не первый раз, когда они засыпали в одной постели, хотя обычно этому что-то предшествовало. На нем были только пижамные штаны и черная футболка, и без дальнейших одобрений Драко потащил девушку к ее кровати. Сдернув футболку через голову, он кинул ей ее шорты и кофточку, и, хотя Гермиона еще не собиралась спать, но когда он укрылся ее одеялом, это выглядело настолько заманчиво, что она не могла этому сопротивляться. Ей снова захотелось поцеловать его, притянуть его к себе, переплести их ноги, напоить себя его опьяняющим вкусом. И когда они смотрели друг на друга в темной комнате, она почти это сделала. Но затем его глаза закрылись, а сердце девушки продолжало еще долго учащенно биться после того, как Драко заснул.

***

К облегчению Гермионы, какая-либо неловкость, бывшая между ними, рассеялась после нескольких дней, проведенных в компании друг друга. Презентация Драко во второй день была просто удивительной, как девушка и предполагала, даже несмотря на то, как мужчина беспокоился об этом двадцать минут назад. И когда он занял свое место рядом с ней на следующем заседании, быстро сжав ее плечо, она была счастлива, что напряжение, которое накапливалось в нем в течение нескольких недель, почти исчезло. – Ты отлично справился, – тихо сказала Гермиона, – как я тебе и говорила. Драко бросил на нее взгляд. – Я немного напортачил на… – Все было отлично. Хотя он и закатил глаза, но больше не спорил с девушкой. Он вытащил блокнот из сумки, откинулся на спинку сиденья, свободной рукой скользнув по ее бедру под столом, и начал писать заметки своим аккуратным почерком. В перерыве между выступлениями Драко наклонился и что-то нацарапал на странице в блокноте Гермионы. Поужинаем сегодня? Он мог даже не спрашивать, потому что, когда они поехали на конференцию, все время они проводили вместе, за исключением пары выступлений, которые они посетили по отдельности. Но странная неуверенность отразилась на его лице, когда она скользнула глазами в его сторону, чтобы встретиться с ним взглядом. Затем Гермиона потянулась, чтобы написать ответ на его странице, игнорируя попытки Драко забрать перо. Меня еще не тошнит от тебя, так что да, конечно. Он тихо фыркнул. Если такое вообще возможно, это произошло бы намного раньше. Гермиона сильно прикусила нижнюю губу, чтобы подавить внезапное желание рассмеяться. Его рука скользнула немного выше по ее бедру, сгибаясь между ног, и девушка бросила на него предостерегающий взгляд. Губы Драко дернулись. Сжав ноги вместе, чтобы помешать ему, Гермиона снова потянулась к пергаменту. У меня есть причины держать тебя рядом. Приподняв одну бровь, Драко уставился на нее горящим взглядом. Затем, с подчеркнутой неторопливостью, он прошелся взглядом по столу. Поглаживая пальцами внутреннюю сторону ее бедра, несмотря на ограничение в движениях, он пододвинул к себе пергамент и написал: Аналогично. Она кашлянула, чтобы скрыть смех. Затем под столом она оттолкнула его руку. Они оба представляли разные отделы британского Министерства Магии, и последнее, что им было нужно, – быть обнаруженными. Его дразнящие прикосновения в значительной степени разожгли ее желание. Она снова начала строчить на пергаменте. Тогда, полагаю, у нас есть планы после ужина. Драко прикусил нижнюю губу, на его лице играла улыбка, но он только взял девушку за руку и переплел их пальцы. Если она не ошибалась, он относился проще к случайным прикосновениям, но Гермиона наслаждалась этим настолько, что не хотела подвергать данный факт сомнению. Поэтому она только сжала его руку и с удивлением наблюдала, как он осторожно удаляет ее неряшливые каракули со своего пергамента.

***

В течение всего ужина ее нервы были напряжены от перспективы того, что произойдет после. Было что-то захватывающее в том, чтобы оказаться в другом городе, странном и незнакомом, с новыми местами и новыми острыми ощущениями. Они уже часами бродили по Брюсселю недалеко от отеля, и вдруг Драко откинул притворство и утащил Гермиону во мрак между двумя зданиями. – Ты хочешь вернуться? – спросил он, прижимая ее бедро к себе. Его хватка на обнаженной ноге была грубой, властной. С его губ сорвался стон, когда он прижался к ней бедрами. – Да. Из девушки вырвался хриплый стон, когда Драко притянул ее к себе, и она откинула голову на каменную стену позади. Подняв ее юбку выше, Малфой провел кончиками пальцев по уже влажному нижнему белью, переводя взгляд на улицу за узким переулком. Его лицо почти исчезло в тенях, теплое дыхание коснулось ее щеки, когда он отодвинул её трусики в сторону, упираясь коленом ей между ног, чтобы их раздвинуть. Они были в достаточно уединенном месте – она не сразу подумала, чтобы остановить его. Это был не первый раз, когда они занимались чем-то подобным в общественном месте. Закусив нижнюю губу, Гермиона подалась бедрами к его руке, побуждая углубить прикосновения, и Драко ввел в нее два пальца. Девушке едва удалось сдержать стон, когда он согнул пальцы внутри нее, а подушечкой большого медленно рисовал круги вокруг ее клитора. – Драко, – выдохнула она. В тускло освещенном закоулке она уловила намек на его ухмылку. – Да? – Этот переулок… – вырвался крик, и он зажал ей рот свободной рукой, – ужасная антисанитария. Ее последние слова были заглушены его ладонью, и мужчине пришлось убрать руку. – Неужели? Я и не заметил, – и он сильнее надавил на ее клитор. – Идиот, – она задыхалась. Снова вонзая в нее пальцы, быстрее и чуть сильнее, он протянул: – До или после? Гермионе пришлось задуматься над вопросом всего секунду, прежде чем она выдохнула: – После. – Хорошая девочка, – тихо сказал Драко. И когда он довел девушку до края, заставляя кончить, он подавил ее крик поцелуем, немедленно аппарируя. Они приземлились в гостиничном номере, ее голова закружилась от путешествия во время оргазма. Тихий смешок сорвался с ее губ, когда волны удовольствия утихали, а пальцы Драко продолжали кружить над чувствительным комком нервов. Он прижался к ее виску, стягивая плащ с ее плеч. Комната была тускло освещена, несколько лучей лунного света пробивались сквозь прозрачные занавески. Приглушенный свет скользнул по его лицу, освещая бледные тени глаз. Гермиона вцепилась ему в руку, вынуждая его остановиться. Когда его взгляд остановился на ней, у нее перехватило дыхание. – Спасибо, что позвал меня с собой, – тихо пробормотала она, поднося его руку к своим губам. Девушка нежно поцеловала его ладонь. – Это прекрасно. Я думаю, нам нужно было провести какое-то время вместе. На его губах появилась слабая улыбка. – Это прекрасно, – запустив руку ей в кудри, он наклонил ее голову к себе. – И, если честно, мне с тобой хорошо, что бы мы ни делали. Драко поколебался, затем добавил с ухмылкой: – И я имею в виду не только секс. Она не была уверена, но, возможно, это была самая приятная вещь, которую ей когда-либо говорили. На протяжении стольких лет Гарри и Рон оставались ее лучшими друзьями, но они всегда были друг для друга на первом месте, и она с этим смирилась. Но когда они с Драко начали строить свою дружбу, все встало на свои места. Будто он должен был всегда быть на их месте, но судьба и обстоятельства столкнули их только многие годы спустя. Улыбаясь ему, она пробормотала: – Мне тоже, – часть тепла в ней рассеялась, когда она вспомнила их прохладные взаимоотношения в течение нескольких недель до поездки. – И я не хочу, чтобы это изменилось. В его взгляде отразились серьезность и понимание, и Гермиона подозревала, что он думает о том же. – Договорились, – тихо сказал он, сжимая их сплетенные руки. – Ты – мой лучший друг, несмотря ни на что. Внезапно ей захотелось заплакать, и она не была уверена, что этот порыв вызван облегчением. – Конечно, – прошептала она, наклоняясь, чтобы поцеловать Драко в щеку. – А ты – мой. Прошли долгие мгновения, в течение которых он не выпускал ее руки, в тускло освещенном гостиничном номере его взгляд был устремлен на девушку. – Даже когда ты встретишь кого-нибудь, – мягко сказал мужчина, – и решишь, что больше не хочешь со мной возиться, я все равно буду рядом, если понадоблюсь. Обещаю. От таких заявлений голова Гермионы разрывалась. Когда ты встретишь кого-нибудь. Она боялась, что может расплакаться от уверенности в его словах или что она признается в чем-то личном, на что ему точно будет наплевать. Поэтому Гермиона выдавила из себя слабую улыбку и ответила: – А кто сказал, что ты не встретишь какую-нибудь красивую юную наследницу и не сбежишь с ней. И никогда больше не будешь думать обо мне. Драко закатил глаза, убрал руку и снял пальто. Затем он потянул девушку на кровать, крепко прижимая к своей груди. – Из нас двоих, – сказал он ей в волосы, – у тебя гораздо больше шансов начать с кем-то отношения. С каким-нибудь иностранным делегатом или кем-то в этом духе – может быть, ты даже встретишь кого-нибудь здесь. Гермиона не знала, как сказать, что не собирается с кем-то встречаться, будучи уверенной, что подобное заявление наверняка отпугнет Драко. – Почему ты не хочешь отношений? Слова внезапно сорвались с ее губ, и хотя она сейчас хотела взять их обратно, ей было слишком любопытно узнать ответ. Малфой излишне расплывчато относился к этой теме, и даже когда Гермиона знала, что он с кем-то встречался, он никогда не объяснял, почему отношения заканчивались. Спрашивать было намного легче, когда она могла видеть только гладкую ткань его рубашки. Она не видела его лица, но почувствовала, как он пожимает плечами. – Люблю личное пространство, наверно. Я работаю над этим дерьмом. Я встречу кого-нибудь, когда придет время. В груди стало невыносимо тесно от этой мысли. – Конечно, – прошептала девушка, поворачиваясь, чтобы лучше видеть его. – И она будет счастливицей. Медленная снисходительная улыбка расползлась по его лицу, и Драко потянулся рукой, чтобы заправить локон ей за ухо. – Ты так мне льстишь. – Я серьезно, – прошептала она. Когда нежность исчезла с его лица, она вспомнила огонь, который разгорался между ними несколькими мгновениями ранее, то, как они вернулись в гостиничный номер с явным намерением раздеть друг друга. Поэтому она переместилась, чтобы оседлать его бедра, и потянулась к ремню. – Ты все еще хочешь заняться сексом? Драко улыбнулся ей мягкой, но грустной улыбкой, которую она не всегда могла проанализировать. – Если ты хочешь. – Это не ответ. Его глаза мельком скользнули к ее губам, и он протянул: – Что, если я скажу, что просто хочу целовать тебя, пока мы не заснем? Несмотря на небрежную браваду в его тоне, но она хорошо его знала. Очень хорошо. И она могла видеть намек на неуверенность, незащищенность в его взгляде. Гермиона понимала его эмоции намного лучше своих собственных, поскольку ее сердце бунтовало, а желудок скручивался от волнения. Сев рядом с ним, достаточно близко, чтобы дышать одним воздухом, она сказала: – Мы обычно не целуемся. – Я знаю. Она не была уверена, нужно ли кому-то из них озвучивать мысль о том, что в последнее время они целовались намного больше, чем обычно. – Мы можем и не заниматься этим, – размышлял он, ловкими пальцами расстегивая ряд пуговиц на рубашке. – Мы можем потрахаться, если ты еще хочешь, или можем просто поспать и вернуться к этому завтра ночью. Как захочешь. Когда Драко снова заговорил, в его голос вернулась уверенность – уязвимость, сочащаяся мгновение назад, была скрыта под спокойствием чего-то знакомого. Они привыкли предлагать друг другу секс – обычно им даже не нужно было ничего говорить. Но просьба о чем-то другом – о чем-то более глубоком и интимном – выводила мужчину из равновесия. Точно так же, как и Гермиону, когда она это услышала. Придвинувшись ближе, она втиснула свое колено между его ног и провела ладонью по его щеке. Прикоснувшись своими губами к его, она глубоко вздохнула. – Я люблю тебя целовать. Она должна была сказать что-то еще — что-то дразнящее и легкомысленное о его губах, – но слова вырвались, и, к ее большому облегчению, он не стал их комментировать. Он только пробормотал ей в губы: – Я тоже. И когда его рот открылся, а язык скользнул к ее языку, погружаясь между ее губами, сердце девушки отчаянно забилось, как никогда раньше. Между ними царило, ни на что не похожее, тихое спокойствие. Гермиона чувствовала, как его эрекция упирается ей в бедро, но Драко не пытался с себя что-нибудь снять, и она была совершенно довольна тем, как растворялась в этом поцелуе. Мягкий стон сорвался с ее губ, когда он проложил дорожку поцелуев вдоль ее подбородка, посасывая затем мочку уха. Он мгновение помедлил, посасывая плоть губами, и спросил: – Это странно? Происходило так много вещей, но на ум не приходило ничего странного. Целовать его было болезненно правильно, но слово застряло у нее на языке, когда она попыталась заговорить. – Нет, – наконец сказала она, застонав, когда он прикусил ее ухо, и девушку пронзил прилив желания. – Но это действительно хорошо. – Да, — пробормотал Драко, целуя ее в челюсть чуть ниже уха. – Это так. Мерлин, она бы опустошила свое хранилище в Гринготтсе, лишь бы узнать, о чем думает Драко в данный момент. И хоть бы это совпало, пусть немного, с мыслями, настойчиво крутившимися в ее голове… Она могла бы целовать его вечно и никогда не уставать от этого. Когда его рот снова нашел ее, легкий и ленивый, словно мужчине было наплевать на весь мир. Когда Гермиона прижалась к нему вплотную, пытаясь избавиться от любого оставшегося между ними пространства, она позволила себе погрузиться в то, что происходило. Она заплатит за это завтра. В последующие недели или месяцы. Года. Возможно, она никогда себе этого не простит. Потому что под прикосновениями его рук, движений языка, губ и рта, от огня, который полыхал между ними… Гермиона больше не могла отрицать реальность. Она была влюблена в Драко Малфоя.