Не игра

Прошло два дня. Дежурство у моей кровати делили Джанет и отец. Они сменяли друг друга, будто часовые, и, признаться, в их присутствии я даже перестала спорить. Сил не было. Ния в эти дни почти не показывалась в палате. Она проводила время с моими друзьями, которые всё это время жили во втором доме для гостей. Иногда я слышала их голоса в коридоре, но двери ко мне так и не открывались. Я же оставалась в своём коконе. Белый потолок, таблетки по расписанию, тихие шаги медсестёр. Я даже не знала, что с Эйприл. Не знала, слышал ли Питер обо мне, знает ли Лоран, что я лежу в больнице. Телефон отец забрал сразу, как только я открыла глаза. «Чтобы не отвлекалась на ерунду», — сказал он. «И чтобы ничего не могло тебя шокировать». Я молча согласилась тогда, но сейчас чувствовала себя отрезанной от всего мира. И чем больше тянулись дни, тем сильнее внутри копился вопрос: а что же там происходит без меня? Дверь приоткрылась, и в палату заглянул доктор Гугли. На этот раз его лицо было чуть мягче, чем раньше, но голос всё равно звучал строго: — Ну что ж, мисс Кортмэн, у меня для вас хорошие новости. Ваши анализы отличные. По сути, можно выписывать. Я приподнялась на подушке, чувствуя, как по телу прокатилась волна облегчения. — Правда? — в голосе прозвучала надежда. — Но, — продолжил он, поднимая палец, — при одном условии. Я скрестила руки на груди, приготовившись. — Первое: вы будете посещать больницу каждые два дня для контрольных осмотров. Второе: никаких пропусков приёма таблеток. Ни одного. Это ваша обязанность, если хотите оставаться на ногах, а не снова в палате. Я хмыкнула и, стараясь разрядить серьёзность момента, сказала: — Простите, доктор, но это два условия. Какое из них мне выбрать? Он прищурился, опустил папку и сухо ответил: — Не поясничайте. Значит, два условия. Я не удержалась и улыбнулась впервые за несколько дней. Даже в его строгости была какая-то надёжность. — Доктор, только… — я задержала его у двери, — пожалуйста, не говорите отцу, что меня уже можно выписывать. Он приподнял бровь. — Это не совсем правильно. — Знаю, — перебила я. — Но это моё решение. Он посмотрел на меня строго, потом вздохнул и махнул рукой: — Ваши тайны — не мои заботы. Но учтите: первое же нарушение условий — и я лично верну вас обратно. Когда он ушёл, я сразу же позвала Джанет. — Поможешь собрать вещи? — спросила я шёпотом, словно заговорщица. Она улыбнулась и тут же достала сумку. — Значит, решила сбежать, мисс Кортмэн? — Не сбежать, — поправила я, сжимая простынь в пальцах. — Просто уйти тихо. Хочу сделать сюрприз. Ни отцу, ни друзьям пока ни слова. — Даже Нии? — уточнила Джанет, хитро глянув на меня. — Особенно Нии, — фыркнула я. Мы вместе складывали вещи: книги, футболку, пару блокнотов. Я спешила, будто боялась, что кто-то войдёт и всё сорвётся. В груди пульсировало нетерпение. Чем скорее уйду из этих белых стен — тем быстрее вернусь в реальность. Даже если она окажется тяжелее, чем я готова принять. Такси плавно свернуло к нашему дому. Я ещё издалека увидела знакомые очертания, сердце затрепетало сильнее. Джанет всё ещё копалась с оплатой водителю, а я не выдержала. — Я побегу вперёд, ладно? — бросила я через плечо и почти бегом рванула по дорожке. Ноги сами вынесли меня не к дому, а в сторону гостевого домика. Туда, где жили мои друзья. Хотелось увидеть их первыми. Сделать сюрприз. Я тихо толкнула дверь и осторожно проскользнула внутрь. В коридоре пахло чаем и чем-то сладким. Шаг за шагом я прошла мимо и заглянула в гостиную. Все были там. Маргарет устроилась в кресле, рядом Линда и Соня, которые жевали попкорн прямо из большой миски. Джо сидела на подлокотнике и что-то оживлённо рассказывала, а Билли и Эрик спорили о предстоящих соревнованиях. Я затаила дыхание и медленно шагнула вперёд. А потом резко распахнула руки: — Сюрприз! Все вздрогнули разом. Джо уронила кружку с чаем прямо на ковёр. Соня взвизгнула и разметала попкорн во все стороны. Линда схватилась за сердце так театрально, что я не сдержала смешок. Кто-то ещё вскрикнул от неожиданности. Но уже через пару секунд их лица изменились. Испуг сменился пониманием, потом — радостью. И все они скопом кинулись ко мне: кто обнимать, кто ругаться, кто хватать за руки и проверять, настоящая ли я. Я стояла посреди этой бури, задыхаясь от смеха и от того, как сильно их всех не хватало. — Ребята, дайте ей хоть вдохнуть! — раздался знакомый твёрдый голос. Маргарет поднялась с кресла и встала между нами, разводя всех руками. Она умела это — навести порядок одним взглядом. — Она только из больницы, — напомнила она. — Ей нужно пространство. Толпа нехотя рассыпалась, но все продолжали таращиться на меня так, словно я вернулась с того света. Маргарет подошла ближе, скрестила руки на груди и посмотрела на меня с укоризненным выражением. — Ну и как это понимать, Чарли? — её голос был строгим, но тёплым. — Ты что, сбежала из больницы? Я почувствовала, как краска приливает к щекам. — Я… не сбежала, — протянула виновато. — Меня выписали. Почти. С парой условий. — «Почти» и «условия» — это звучит подозрительно, — фыркнула Маргарет, но уголки её губ дрогнули в улыбке. — Ну ладно, хоть ты снова с нами. Все, переговариваясь и толкая друг друга локтями, усадили меня на диван. Сами расселись по своим местам, кто с кружкой, кто с подушкой под боком. Атмосфера постепенно успокоилась, но внутри у меня всё ещё бурлило. Я была счастлива видеть их всех рядом, целыми, смеющимися. Но вместе с этим знала: есть разговор, который нельзя откладывать. Я подняла глаза на Маргарет: — Нам нужно поговорить. Наедине. Она уже кивнула, но тут вмешалась Джо: — Нет уж, я тоже буду присутствовать. Чтобы Маргарет не нервничала. Ей нельзя. Я нахмурилась, не понимая: — А мне тоже нельзя волноваться, если уж на то пошло. И прежде чем успела разгореться перепалка, я добавила с лёгкой улыбкой: — Джо, милая, давай так: я не заставлю хоть как-то волноваться Маргарет… а ты не будешь заставлять волноваться меня. Повисла тишина, и вдруг все разом расхохотались. Даже Соня чуть не подавилась попкорном. — Ты только что назвала меня «милая»? — Джо округлила глаза, будто не верила своим ушам. Я развела руками: — Ну а что, разве не милая? Она открыла рот, потом закрыла. И впервые, наверное, сдалась: лишь фыркнула и махнула рукой. — Ладно. Только ради тебя. Смех в комнате не утихал ещё минуту, а я поймала себя на том, что никогда так ни с кем не разговаривала, кроме Маргарет. Но почему-то именно Джо в этот момент не показалась чужой. — Так, всё, марш отсюда, — Джо встала и начала всех по очереди подталкивать к выходу. — Вам и без того делать нечего, так что идите в игровую. Там хоть не будете мешать. — Да мы ничего… — начала Соня, но тут же получила лёгкий пинок в бок и прыснула от смеха. — Вперёд, марш! — Джо неумолимо гнала их всех к двери. — Я их загоню в игровую комнату, там уж точно ничего слышно не будет. — Джо… — я улыбнулась ей, чувствуя благодарность. — Спасибо. Она лишь подмигнула, скрылась за дверью и почти сразу в коридоре заиграла музыка — громкая, ритмичная. Я невольно хмыкнула: теперь стало ясно, что имела в виду Джо. Я повернулась к Маргарет. Она сидела напротив, спокойно, но глаза её блестели. Некоторое время мы просто смотрели друг на друга, будто не решаясь начать. — Ну? — первой нарушила тишину она. — О чём ты хотела поговорить? Я глубоко вдохнула, собирая все слова в одну линию. Я выдохнула и уставилась в пол, собирая смелость: — Маргарет, объясни мне… как вы вообще оказались здесь? Она чуть откинулась назад и переплела пальцы. — Ты не отвечала на звонки. Не читала беседу. Ладно бы один день — мы бы ещё поверили, что ты занята. Но это был не один день, Чарли. Мы очень волновались. Я подняла взгляд, и она продолжила: — Вот Джо и предложила приехать сюда и всё выяснить. Мы пытались отговорить остальных, говорили, что сами всё узнаем и сразу напишем им. Но сама же знаешь — они бы не остались. В итоге поехали все. Я молча кивнула. Это действительно было похоже на моих друзей. — Хорошо… — я сжала пальцы. — А теперь скажи, зачем вы привезли с собой Кэтрин? Вы же знали, что было между нами. Маргарет нахмурилась, задержала дыхание и всё же ответила прямо: — Прости, Чарли. Но Джо не смогла оставить её там одну. Мы все уехали, а присмотреть за ней было некому. Джо боялась, что Кэтрин может что-то сотворить — и решила взять её с собой. Я резко отвернулась, сердце кольнуло неприятно. — Я знаю, — тихо добавила Маргарет. — Знаю, что между вами случилось. Я сама ей не верю. Обещала держаться от тебя подальше, но… ты же знаешь её характер. Так что постараюсь держать её на привязи у Джо. Я усмехнулась без радости: — Удачи с этим. Маргарет тоже хмыкнула, но глаза её оставались серьёзными. Я устало усмехнулась, откидываясь на спинку дивана: — Да уж… не везёт мне с девушками. Маргарет усмехнулась, но в её глазах мелькнуло что-то вроде тревоги — она знала, что за этой фразой скрыто гораздо больше, чем шутка. — О чём ты? — Я думала, — начала я медленно, подбирая слова, — приеду в Норквин, отдохну, поговорю с отцом, уеду обратно. Всё просто. Но по итогу за несколько дней навалилось столько всего… Я перебирала в памяти: — То, из-за чего я сбежала из города. Плюс это чёртово наследство. Ещё не решённые вопросы. Эйприл. Ния… Имя Нии прозвучало особенно тяжело. Маргарет внимательно посмотрела на меня, но не перебивала. В её взгляде не было ни осуждения, ни жалости — только спокойное ожидание. Я вздохнула, проведя ладонью по лицу: — Словно прошлое и настоящее решили сыграть против меня в одной команде. Маргарет тихо выдохнула, склонив голову чуть набок: — А что не так с Нией? Это же… ну, разве не она твоя первая любовь? Меня словно током ударило. Я аж передёрнулась, вскинув глаза на неё. — Что? С чего ты вообще так решила? Она чуть растерялась, но не отводила взгляда: — Ты сама о ней рассказывала. О том, как в школе всё началось… Я подумала… — Нет, — перебила я резко. Горло пересохло, слова прозвучали сухо. — Нет, Маргарет. Её зовут Эйприл. Между нами повисла тишина. Я почувствовала, как внутри поднимается знакомая тяжесть — та самая, от имени, которое я старалась не произносить вслух. Маргарет кивнула медленно, будто собирала осколки пазла у себя в голове. — Поняла, — сказала она наконец, мягко, но без лишних вопросов. Маргарет села ближе, коснулась моей руки и тихо сказала: — Расскажи всё, Чарли. Ты ведь, похоже, не всё поведала мне тогда. Что так повлияло на тебя? Почему ты уехала из своего города? Я… я, может, ничем и не смогу помочь, но мне больно видеть тебя такой. Я закрыла глаза. Её слова вонзались в самое сердце. Столько месяцев я держала это в себе, прятала, делала вид, что всё под контролем. Но сейчас… рядом с ней, с её голосом, полным заботы и упрямого тепла — я поняла, что больше не могу молчать. — Хорошо, — выдохнула я. — Я расскажу. Всё. В подробностях. Маргарет кивнула, сжала мою ладонь крепче. Я глубоко вдохнула и начала говорить. … На этом месте слова уже растворялись в комнате, уходя в тишину, которую никто, кроме нас двоих, не мог услышать.