остановись, не бей по ушам ритмично, отдаваясь в шершавой подушке

      Все начинается с того, что Никита просыпается на постели с помятым одеялом, сквозь окна проходили утренние лучи солнца, робко будя парня, но с закрытыми глазами повернувшись, аккуратно положив руку на правую сторону кровати, он не накрыл теплое тело Юры. Никита приподнялся на одном локте, резко просыпаясь, и, в одной футболке и трусах, даже без тапочек, пошел разыскивать пропавшего парня. Он нашелся на балконе, волосы были не расчёсаны, пальцы, еле держащие сигарету, дрожали, а на лице его были эмоции, которые Никита не мог понять. То ли Юра устал, только огорчен чем-то, то ли в думах.       Никита медленно подошел сзади и положил руку на плечо Юры. Тот вздрогнул и неловко посмеялся.       - Чего так пугаешь? – под глазами у парня залегли синяки, он был без очков, потому было легче их разглядеть.       - Это ты чего пугаешь? – улыбнулся Никита. – Рано еще, а ты куришь уже.       Юра вновь поник, но улыбнулся лишь уголками губ, и вернулся к сигарете. У того точно было что-то на душе, но, если он не хотел этим делиться, у него было все гражданское право.       - У тебя руки дрожат, - беспокойным голосом сказал Никита.       - Да бля, - сделав затяжку, вздохнул Юра. – Сон ебучий приснился. Хуйня какая-то, чесслово…       Никита ничего не ответил, хмуря брови и приобнимая Юру за плечи в качестве поддержки. Но Юра лишь поежился от такого действия со стороны парня, и Никита его отпустил, удивляясь такой реакции. Юра с сожалением посмотрел на Никиту и вздохнул, делая еще одну затяжку, поворачиваясь к окну.       - Сон связан со мной? – осторожно спросил Никита, стараясь не давить на него.       - Черт, - Юра жмурится, свободной рукой потирая переносицу. – Да. Прости.       - Не извиняйся, - произнес он.       - Типа, я знаю, что это всего лишь сон, но… - Юра затягивается, выдыхает едкий дым, остающийся у него в легких. Ему плохо, Никита видит. – Он такой реалистичный был? – с вопросительной интонацией говорит он.       - А что там было?       - Пиздец полнейший.       Никита внимательно смотрит на Юру. Он был в футболке и штанах, но кожа его покрылась мурашками. Прохладно еще.       - Там… Бля, короче, - он тушит бычок и кладет в маленькую наполовину полную чашку окурков. – Ну ты был, да. Ну и еще кто-то, не помню. И типа ты его или ее ждал на остановке. И ты улыбался еще так по-идиотски и так счастливо. А потом цветы подарил человеку. И… - он смотрит куда угодно, только не на Никиту. – И это не я был, - и резко взгляд поднял, в самую душу смотрел, но хмурился.       - Ага, мамку твою ждал, - ухмыляется Никита.       - Да пошел ты, - и Юра улыбается. И Никита безмерно рад, что все еще может Юре настроение поднять.       - Тупой сон.       - Согласен, - посмеивается Юра. – Наитупейший.       Никита с Юрой обратно в постель идут, потому что суббота так-то, а Юра в шесть оказывается из-за этого сна проснулся. Под одеялом было тепло, считая тот факт, что солнечные лучи уже нагрели комнату. Рядом с Юрой было комфортно, и в этом уюте они уснули.       Уже намного позже, сидя за столом на кухне, Юра увидел, как Никита надевает ветровку и шуршит ключами.       - Ты куда это? – поинтересовался Юра, держа в руках чашку с фруктовым чаем, который ему любезно заварил Никита.       - За продуктами, - быстро ответил тот.       - Да у нас есть все вроде, - задумался Юра.       - Помидоры закончились, я быстро, - помахал рукой Никита, закрывая за собой дверь.       На это Юра лишь пожал плечами. Допив чай за просмотром какого-то подкаста на ютубе, он подошел к холодильнику, намереваясь захватить оттуда чего-нибудь съестного, но замер, заметив в ящике с овощами целый пакет томатов.       Через минут тридцать Юра вновь услышал звук ключей, поворачивающих замок. У Юры руки тряслись как у больного паркинсоном. Он был весь на нервах, и только хотел сказать «за какими ты это помидорами ходил? Сейчас твои отрежу…», но осекся, увидев Никиту.       У того в руках была одна из тех тканевых сумок, в которых приносят роллы из Якитории, а еще маленький горшочек с фиалками. У Юры дар речи пропал, а Никита только глупо улыбался.       - Как ты там говорил? Цветы и роллы? – и Юра смотрит в его глаза, не веря.       - Когда я говорил про цветы, я имел в виду букет, ты… - он подходит ближе и его переполняют эмоции.       - Я подумал, что букет вскоре засохнет, - он ставит сумку на пол, - а этот еще поживет. Плюс у тебя пальма сдохла недавно.       - А ты чего есть будешь? – обеспокоенно спрашивает Юра, не видя ничего того, что любит поесть Никита.       - Да там макароны же со вчерашнего остались вроде, - пожимает плечами тот.       - Нечестно как-то, - произносит Юра.       - Так я же извиняюсь, - ухмыляется Никита.       - Да господи, Никит, я ж не взаправду обиделся. Глупый сон, да и только, ты же тут ни при чем…       - Так я за себя из твоего сна извиняюсь, я уверен, что он не имел ничего в виду, - они проходят на кухню и разбирают пакет.       Юра садится на стул и открывает один сет из трех с детской радостью в глазах.       - Как там было? – он поднимает взгляд на Никиту, который достаёт контейнер с макаронами из холодильника и замечает пакет с помидорами, смеется над своей же глупостью. – «Зачем мне, скажи на милость, знать запах ее волос?»       - «А мне ничего не снилось…» - Никита оборачивается лицом к Юре. – «Мне просто не спалось».