Higher Level Wife

Пожилая госпожа Цзинь рассмеялась: — О, нет-нет, не говори так. Мне очень понравились эти растения. Они такие пышные и красивые, а их ярко-зелёный цвет радует глаз, стоит только на них взглянуть. Особенно приятно, что ты так старалась, проявляя свою сыновнюю почтительность. Пусть горшок с растением и не стоит больших денег, для меня он означает, что ты думала обо мне и знала, как я люблю такие вещи. Она ещё не успела закончить, как старые слуги и пожилые дамы, находившиеся рядом, тут же подхватили: — Разве это не так? Нет никого почтительнее второй госпожи. Она всегда старается угодить пожилой госпоже: то блюдо с закусками пришлёт, то ещё что-нибудь. А сегодня, как только увидела эти растения, первым делом подумала о пожилой госпоже. Хотя это и мелочи, нечасто встретишь такую заботу и почтительность от молодого поколения, ах. Хвалебные слова звучали одно за другим, и сердце Цзян Вань Ин переполнялось радостью. Однако она притворно скромничала, тихо пробормотав: — Госпожи перехваливают меня, разве я смею принимать такие слова? Пожилая госпожа тут же велела расставить горшки с растениями в самых заметных местах комнаты. Считая их ценными, она даже приказала слугам немедленно полить растения. Видя, как сильно пожилой госпоже понравились принесённые ею цветы, Цзян Вань Ин всё больше гордилась собой. Поговорив ещё немного, она весело откланялась. Она не только заставила эту жалкую Фу Цю Нин проглотить своё поражение, но ещё и превратила её растения в прекрасное украшение для пожилой госпожи.

***

Оставим эту инфантильную женщину в покое и вернёмся к Павильону Ночного Бриза. На самом деле в саду Фу Цю Нин было довольно много растений и цветов. Поэтому потеря нескольких горшков не особо её беспокоила, ведь во дворе росло множество таких же экземпляров. Однако она всё равно не любила Цзян Вань Ин и её высокомерные замашки. Прямо сейчас она занималась забоем курицы на заднем дворе вместе с тётушкой Юй и Юй Цзе. Поэтому она не смогла предотвратить то, что Цзинь Фэн Цзюй и Цзинь Мин увидели, как Цзинь Чан Фэн и Цзинь Чан Цзяо копаются в земле своими маленькими совочками. Мужчины подошли поближе и увидели, что дети сидят на корточках у цветочной клумбы, рядом уже стояли несколько горшков, наполовину наполненных землёй. Они выглядели очень сосредоточенными на своём занятии. Цзинь Фэн Цзюй обернулся к Цзинь Мину: — Отнеси это сначала госпоже. Цзинь Мин, нагруженный рыбой, мясом, овощами, ветчиной и другими покупками, поспешил в дом, чтобы найти Фу Цю Нин по приказу своего господина. Цзинь Фэн Цзюй подошёл к детям поближе и увидел, что они аккуратно выкапывают растение. Заинтересовавшись, он спросил: — Что вы тут делаете? Не боитесь, что мать вас отругает, когда увидит? Дети так увлеклись своим делом, что не заметили Цзинь Фэн Цзюя. Услышав его голос, оба вздрогнули. Цзинь Чан Цзяо оступилась и чуть было не упала прямо в клумбу. Цзинь Фэн Цзюй быстро поймал её и, поддержав заодно удивлённого Цзинь Чан Фэна, тихо засмеялся: — Почему так испугались? Уже забыли голос отца? До такой степени, что чуть не свалились? Увидев, что это он, Цзинь Чан Цзяо радостно пискнула и обняла его за талию, но тут же, вспомнив мамины наставления, смутилась и быстро отпустила. Она выпрямилась и встала рядом с Цзинь Чан Фэном, который уже выпрыгнул из клумбы. Дети сложили руки вместе и вежливо поклонились: — Этот ребёнок приветствует отца. — Эн, не нужно быть такими вежливыми. Мы ведь семья, к чему эти формальности? — Цзинь Фэн Цзюй подошёл и лично помог детям подняться. Он прекрасно знал, что, хотя дети и проявляли к нему привязанность, это было лишь из-за природной связи между родителями и их детьми. На самом деле они всё ещё настороженно относились к нему и чувствовали некоторую отчуждённость. Если бы не многочисленные подарки, которые он приносил в этот двор, и вещи, которые нравились детям, они, вероятно, не достигли бы и такого уровня близости. Это было совершенно естественно. Дети уже достигли семи или восьми лет, и, если бы не Фу Цю Нин, неизвестно, были бы они вообще живы. Достичь такого уровня близости после нескольких встреч можно было считать большой удачей. Каждый раз, когда Цзинь Фэн Цзюй думал об этом, его сердце наполнялось равными долями вины и благодарности к Фу Цю Нин. Он, естественно, понимал, что настороженность, которую испытывали эти дети, была не следствием ненависти, а страхом перед равнодушием отца. Они боялись вложить слишком много чувств, чтобы затем вновь быть покинутыми на пять или шесть лет. Поэтому он был по-настоящему благодарен Фу Цю Нин. Благодарен за то, что она не посеяла в юных сердцах детей ненависть за те жестокие и несправедливые годы. Благодарен за то, что он всё ещё мог стоять рядом с ними как отец, слышать их смех и болтовню вместо того, чтобы видеть, как они отступают при его приближении. — Отец, останешься на обед сегодня? — какое бы отчуждение дети ни чувствовали раньше, сейчас оно исчезло, и они снова вели себя с ним по-домашнему. В конце концов, они всё ещё оставались детьми, которые жаждали любви и внимания отца. Более того, они не имели ни малейшего понятия о том, что их мать всем сердцем желала держаться подальше от этого «приносящего беды» и, следуя своему детскому инстинкту, пытались удержать его. Если бы Фу Цю Нин знала, что эти двое замышляют за её спиной, она бы, наверное, разозлилась. — Почему? — конечно, Цзинь Фэн Цзюй уже планировал остаться на обед. Однако, когда дети так мило умоляли его, он не смог сдержать своего любопытства. Он знал, что дети не видели, что нёс с собой Цзинь Мин, и поэтому не могли знать, что их запасы еды скоро пополнятся. Раз уж Чан Цзяо специально пригласила его на обед, значит, на то была причина. — Потому что сегодня Чан Цзяо хорошо себя показала, и мама осталась довольна, пообещав приготовить для неё тушёную курицу с грибами. Отец, ты должен остаться и попробовать, — Чан Цзяо села к нему на колени и потянула за рукав. — Брат тоже был молодцом и так обрадовал маму, что она пообещала ему приготовить тушёную свинину, но у нас мало мяса, поэтому он отказался от своей очереди и уступил мне курицу с грибами. — Брат хочет побаловать меня, но я тоже не дам ему остаться без угощения. Сегодня вечером я отдам ему свои куриные ножки! — Эн, Цзяо’эр и твой старший брат очень разумные дети, — с облегчением сказал Цзинь Фэн Цзюй, тронув их по головам. Затем добавил: — Расскажите, что же вы такого сделали, что мама вас так похвалила? Возбуждённые просьбой отца, Цзинь Чан Фэн и Цзинь Чан Цзяо наперебой начали рассказывать о сегодняшнем дне. По мере того, как история разворачивалась, морщина на лбу Цзинь Фэн Цзюя становилась всё глубже, и голоса детей постепенно затихли из-за осторожности. Когда они добрались до момента, где Фу Цю Нин объясняла тонкости терпения и выдержки, а также как отличить то, что следует терпеть, от того, что терпеть нельзя, Цзинь Фэн Цзюй одобрительно кивнул. Увидев это, брат и сестра приободрились, и, наконец, Чан Цзяо рассказала ему о своём «выступлении». — Я сказала маме, что сегодняшние гости похожи на «рой саранчи», — с явной гордостью произнесла Чан Цзяо. — Саранча… Рой саранчи? — опешил Цзинь Фэн Цзюй. Он посмотрел в сторону подоконника, где раньше стояли ряды горшков с растениями, теперь полностью опустевшие. Не удержавшись, он рассмеялся и потрепал Чан Цзяо по голове. — Чан Цзяо права, разве они не похожи на рой саранчи? Неудивительно, что твоя мама решила угостить тебя тушёной курицей с грибами. Конечно, Фэн’эр тоже молодец, поэтому мы обязательно должны приготовить тушёную свинину на обед. — Нет, так не пойдет! — громко возразил Цзинь Чан Фэн. — Фэн’эр уже сказал, что уступит младшей сестре! Цзинь Фэн Цзюй рассмеялся: — Спокойно. Отец велел Цзинь Мину принести свежее мясо и настоящую ветчину из Цзиньхуа. Сегодня обязательно попробуете, — он посмотрел на яркий сад и спросил: — Вы собираетесь выкопать ароматные растения для цветочных горшков? — Да, да! — дружно закивали Цзинь Чан Фэн и Цзинь Чан Цзяо. Цзинь Фэн Цзюй закатал рукава и взял в руки одну из маленьких лопаток. — Хорошо, отец вам поможет. Показывайте, какие растения нам выкопать? Чан Фэн и Чан Цзяо, естественно, указали на нужные травы. Под руководством и инструкциями сына и дочери Цзинь Фэн Цзюй выкопал несколько растений и аккуратно пересадил их в горшки. После нескольких пересадок дети сказали: — Хватит, хватит, больше копать не нужно.