Higher Level Wife

Цзинь Чан Фэн и Цзинь Чан Цзяо быстро объяснили пожилой госпоже, как именно лодка раскладывается, а даже Цзин Фэн Цзюй не смог удержаться от того, чтобы не прислушаться. Ему самому было любопытно, и, увидев, как дети демонстрируют, как они складывают и раскладывают лодку, он понял: вся конструкция была сплетена таким образом, что соединения образовывали параллелограмм. Стоило лишь слегка надавить, и лодка легко складывалась, а если захотеть её развернуть, это можно было сделать за мгновение. Этот маленький трюк был обыденным среди простых людей, но для благородного семейства, особенно когда дело касалось поделок детей, это было настоящим чудом. Никто не мог не признать изобретательность этой конструкции. Сбоку Фу Цю Нин, тревожно оглядевшись, прошипела тётушке Юй и Юй Цзе: — Кто их надоумил это сделать? Великолепно, теперь мы точно привлекли к себе все стрелы! Тётушка Юй и Юй Цзе лишь растерянно покачали головами. У Фу Цю Нин ёкнуло сердце, и она подумала: Если это не дело рук взрослых, то… неужели дети сами придумали всё это? Разве врождённый талант может так проявляться? Они ведь никогда не видели эту пожелую госпожу. Откуда тогда взялась такая почтительность? Это искреннее стремление угодить родственнице по крови? Или они намеренно стараются завоевать расположение пожелай госпожи? Если первое — ещё можно понять. Но если второе… Она невольно поёжилась. Не слишком ли это страшно? Они ведь ещё такие маленькие, но уже знают, как произвести впечатление на человека, которого никогда раньше не встречали. Неужели дети, рождённые в благородных семьях, с пелёнок обладают навыками для дворцовых интриг? Нет, нет, нет, это невозможно. Фэн’эр и Цзяо’эр не могли сделать это специально. Они ведь никогда не выходили за порог Павильона Ночного Бриза, откуда им знать, что понравится пожилой госпоже? Это, должно быть, от чистого детского сердца. Да, именно так. Она прекрасно понимала, что подарок в виде цзунцзы неизбежно вызовет насмешки. Но даже так, она была готова вытерпеть их колкости и издевательства. Лучше быть презираемой, чем вызвать зависть этих жён и наложниц. Хоть старшая госпожа Цзян и была официальной свекровью, но носила ту же фамилию, что и Цзян Вань Ин. Очевидно, эта «тётя Цзян» будет на стороне своей племянницы. Оттуда помощи ждать не стоило. Если она высунет голову, не станет ли она просто мишенью для удара? Кто бы мог подумать, что пожилая госпожа не сможет вынести её унижения и решит вмешаться, чтобы помочь. От одной этой мысли у Фу Цю Нин разболелась голова, а тут ещё и дети решили продемонстрировать свою изобретательность. Для Юй Цзе, которая мастерски плела такие игрушки из соломы, эта лодка не представляла особой ценности. Она могла бы сделать ещё более сложные конструкции за меньшее время. Но для этих аристократов, которые «никогда не видели неба», такая поделка казалась настоящей диковинкой. Фу Цю Нин могла видеть скрытые ножи в тех улыбчивых глазах и мысленно возопила к небесам: Вы два несносных сорванца! Что вы задумали с этим своим глупым представлением, а? Может, вы этому у своего проклятого отца научились?! Цзин Фэн Цзюй уже некоторое время украдкой наблюдал за Фу Цю Нин. Даже отвернувшись, он не заметил, что уголки его губ поднялись выше, чем его обычная дежурная улыбка на таких мероприятиях. Он усмехнулся про себя: Эта женщина явно не ожидала, что Фэн’эр и Цзяо’эр устроят такой трюк, верно? Только посмотри на её злое и растерянное лицо, когда она шипит на тётушку Юй и Юй Цзе. Ха-ха-ха, как забавно. Пока среди взрослых кипели скрытые эмоции, дети, сидевшие рядом с пожилой госпожой Цзинь, уже вовсю обсуждали драконью лодку. Внезапно Цзин Чжэнь И фыркнул: — И что это за жалкая лодка? Я-то думал, все восхищаются чем-то действительно стоящим. А оказалось, это просто несколько веточек и травинок. Прабабушка, если вам нравятся лодки, я бы принёс ту большую золотую лодку, что дядя подарил мне два дня назад. Почему бы не попросить служанок принести её позже? Пожилая госпожа с улыбкой кивнула: — Хорошо, у тебя доброе сердце. Но у меня здесь не так уж много места. Если тебе нравится эта лодка, лучше оставь её себе. Дочь госпожи Цзян, Цзин Сю Чжэнь, внезапно прикрыла рот и засмеялась: — Брат Чжэнь И, разве ты не привык «стрелять после того, как лошадь уже убежала»? Тебе стоило сказать это раньше, а ты вот только сейчас заговорил о своей лодке, когда кто-то уже принёс свою. Если бы не старший брат с сестрой, мы бы и не услышали ни слова об этой лодке. А теперь ты сам о ней заговорил? Дочь наложницы Цуй, Цзинь Сюнь Ань, тоже рассмеялась: — Да что ты, брат Чжэнь И всегда был щедрым. Но он слишком прямолинеен для всяких скрытых намерений. Вот только у него не хватило времени всё продумать. В итоге, честь приходится отдать нашим более сообразительным старшему брату и сестре. Мы, внуки, слишком просты, чтобы сравниться с ними в хитрости. Хотя лодка сплетена из травы, она трогает сердца людей, ах. Что мы можем сказать, если пришли с пустыми руками? Мать у нас слишком бесполезна, думает только о том, как угодить старой госпоже, когда выбирает подарки, и забывает нам сообщить. Если бы она дала нам немного времени на размышления, мы бы тоже смогли как-то лучше показать себя перед нашим предком. Дети, за исключением Цзинь Чан Фэна и Цзинь Чан Цзяо, которые замерли на месте, расхохотались. Пожилая госпожа тоже засмеялась и сказала: — Из всех моих внуков ты самая красноречивая. Обычно ты такая тихая, но как только заговоришь, твои слова не оставляют пощады. Ну, хватит, это первый визит твоих брата и сестры, не пугай их. С этими словами она передала лодку служанке и сказала: — Отнеси это и поставь в шкаф. Иногда, когда мне будет скучно, я буду на неё любоваться. На самом деле, ей этот подарок пришёлся по душе. Пусть лодка и не была изысканным произведением искусства, но её ценность заключалась в том, что она была сделана вручную. Однако, увидев, как Цзинь Чан Фэн и Цзинт Чан Цзяо вызвали недовольство у других внуков, пожилая госпожа всё поняла. Ни один из этих внуков, как говорится, не был «лампой, что расходует мало масла». Чтобы избежать неприятностей, она решила отложить лодку в сторону. Хотя за последние пять лет Цзинь Чан Фэн и Цзинь Чан Цзяо получали от Фу Цю Нин любовь и заботу, будучи воспитанными, словно оранжерейные цветы, за закрытыми воротами своего двора, они никогда не забывали о тех унижениях, которые испытывали в прошлом. Как они могли не понять скрытых насмешек за внешне добрыми словами? С огорчёнными сердцами они подумали: Вы называете нас братом и сестрой, но в то же время говорите такие унизительные вещи? Как ни крути, у нас один и тот же отец. К тому же, травяная лодка выражает только наши чувства, и к вам она не имеет никакого отношения. Раз уж вы сами не можете ни о чём подумать, зачем нас высмеивать? Есть ли вообще слова «справедливость» и «правосудие» в этом доме? Из-за этого нападка их первоначальная радость от встречи с другими родственниками испарилась. Они опустили головы, погружённые в чувство досады. Вдруг пожилая госпожа сказала: — Ну вот, идите к своим матерям. Сидела тут так долго, что ноги затекли. Надо размять их немного. Близнецы едва сдерживали желание вскочить с кан. Они ещё раз поклонились пожилой госпоже, а затем поспешили к Фу Цю Нин, крепко ухватившись за её руки, пока остальные дети возвращались к своим матерям. Только тогда Цзин Фэн Цзюй подошёл к пожилой госпоже и с улыбкой сказал: — Пожилая госпожа, этот внук тоже должен идти. Боюсь, господа снаружи уже прибыли, мне нужно помочь второму дяде принимать гостей. Пожилая госпожа ответила: — И чего ты тут засиделся на полдня? Второго дядю оставил одного на его старые кости. Иди, сменяй его. В конце концов, разве не тебя ждут все эти знатные молодые люди? Цзин Фэн Цзюй усмехнулся и собрался уйти. Уже на выходе он бросил взгляд на Фу Цю Нин и заметил скрытую в её глазах злость. Он усмехнулся ещё шире, думая: Пора тебе хорошенько научиться. Однажды тебе придётся вовлекаться в эти маленькие битвы тоже. Ты правда думаешь, что я позволю тебе вечно прятаться в Павильоне Ночного Бриза? Чем больше он об этом думал, тем сильнее раздувалась его гордость. С выпяченной грудью он вышел через главные двери.