Higher Level Wife

— Ты ведь вошла в дом маркиза в том же году, что и Вань Ин, верно? Размышления Фу Цю Нин прервала старшая госпожа Цзян. Она подумала: Вот и началось. Племянница не смогла взять верх, теперь в бой выходит тётя. Ну что ж, ради будущего спокойствия, если она не перейдёт границ, я потерплю. С этими мыслями Фу Цю Нин опустила голову и мягко ответила: — Да, так и есть. — Прошло уже столько лет, почему я ни разу не слышала, чтобы ты просила разрешения вернуться в родительский дом? Насколько я знаю, твои родители ещё живы. Как дочь, ты должна их навещать. Если у тебя нет даже такой простой сыновней почтительности, как ты собираешься служить пожилой госпоже и мне в будущем? Почему бы тебе не выбрать время и не навестить своих родителей? — голос старшей госпожи Цзян был мягким, но её намерения были совершенно ясны: Если вернёшься, то лучше уж не возвращайся обратно. Фу Цю Нин замерла. Она никак не ожидала, что первый ход старшей госпожи Цзян окажется таким жестоким и загонит её сразу в угол. Почему она никогда не возвращалась в родительский дом? Кто в этом доме маркиза не знал причины? А теперь её обвиняют в отсутствии сыновней почтительности. В этом феодальном обществе такое обвинение было трудно опровергнуть, даже для мужчины. Для женщины это было ещё сложнее. В сердце Фу Цю Нин вспыхнул гнев, и ей пришлось несколько раз подавить его, прежде чем она смогла обдумать следующий шаг. Наконец, она встала с места и глубоко поклонилась старшей госпоже Цзян. — Эта скромная женщина полна стыда. С момента, как эта скромная женщина вошла в дом маркиза, хотя формально эта скромная женщина является официальной женой, по факту эта скромная женщина недостойна даже столь высокого звания. По причине своего скудного ума и недостаточных навыков эта скромная женщина постоянно вызывает недовольство свекрови, поскольку не смогла ни дня как следует ей служить. Как эта скромная женщина может не желать вернуться в родительский дом? Однако эта скромная женщина ещё не внесла даже малейшего вклада в семью мужа и потому не имеет лица, чтобы вернуться к родителям. Сей тайный груз страданий эта скромная женщина не могла поведать чужим. Но теперь, когда старшая госпожа так великодушно одарила эту скромную женщину столь щедрым вниманием, эта скромная женщина не может отблагодарить старшую госпожу достаточно. Бесконечная благодарность за доброту старшей госпожи. Эти годы эта скромная женщина считала, что старшая госпожа совсем её забыла, но теперь видит, что всё это была ошибка этой скромной женщины. Старшая госпожа всегда заботилась обо мне и проявляла всяческое внимание. Это всё мелкие и недостойные мысли этой скромной женщины, что ошибочно интерпретировала великодушные намерения благородного человека. Эта скромная женщина готова принять любое наказание от старшей госпожи. На первый взгляд, слова были полны самоупрёка, сожаления и смущения, а может, даже слегка угодливого извинения. Однако за тонкой внешней оболочкой можно было разглядеть острые уколы в адрес несправедливости, с которой ей пришлось столкнуться в доме маркиза. Тем не менее, в её словах не содержалось ни единого обвинения, если разбирать их дословно. Но кто находился в этой комнате? Кто в доме маркиза не был искусен в двусмысленных словах? Кто из них не был стратегом? Как они могли не уловить обвинительного подтекста в каждом слове? На мгновение выражение лица старшей госпожи Цзян стало слегка неприятным. Внезапно заговорила пожилая госпожа Цзинь: — Ладно, хватит об этом. Сейчас не время для таких разговоров. Жена Фэн Цзюя слаба и больна, поэтому всё это время она оставалась в доме маркиза. Раз у нас нет вестей от её родителей с просьбой о её возвращении, зачем ей ехать в родной дом без причины? Лучше пусть она останется здесь и как следует отдохнёт и восстановит силы, а уже потом будем что-то решать. Своим своевременным вмешательством пожилая госпожа помогла Фу Цю Нин избежать неожиданного приказа вернуться в родной дом. Заодно это помогло дому маркиза сохранить лицо и достоинство. Конечно, все прекрасно понимали, почему Фу Цю Нин всё это время оставалась в стороне. Можно сказать, что эти немного утешительные слова ничего не значили, кроме как тонкой маскировки их отвратительных поступков. Однако такова уж была природа аристократического дома. Как бы уродлива ни была реальность, её всегда старались прикрыть красиво звучащими оправданиями. Пусть даже никто в них и не верил. В этом и заключалась вся прелесть дворцовых интриг. Исполнив свою роль в этой маленькой драме, Фу Цю Нин поклонилась в знак благодарности пожилой госпоже. Присутствующие вокруг начали разговаривать друг с другом, возвращая нормальность в атмосферу и скрывая недавний промах. Пожилая госпожа повернулась к Цзян Вань Ин и сказала: — Пошли кого-нибудь на кухню узнать, готов ли пир. Солнце уже высоко, скоро будет полдень. Полагаю, все уже проголодались. Цзян Вань Ин приняла приказ и поднялась, чтобы позвать служанку проверить кухню, когда внезапный взрыв смеха донёсся снаружи, и несколько детей вбежали в комнату. Фу Цю Нин, Юй Цзе и Тётушка Юй быстро осмотрели толпу, чтобы убедиться, что с близнецами всё в порядке. Однако одного взгляда на их мрачные лица было достаточно, чтобы понять, что дети, скорее всего, подверглись насмешкам со стороны других. — Ой? Фэн’эр и Цзяо’эр, куда подевались ваши нефритовые подвески? — неожиданно спросила госпожа Фан. Три женщины сразу же перевели взгляд на пояса близнецов, и, действительно, подвесок больше не было. Цзинь Чан Фэн и Цзинь Чан Цзяо крепко сжали губы и ничего не ответили. Они направились прямо к Фу Цю Нин, протягивая руки матери, из глаз у них катились слёзы, словно бусинки. В их маленьких ладонях были обломки нефритовых подвесок. Острые края порезали нежные ладошки, оставив маленькие ранки, из которых сочилась кровь. Гнев Фу Цю Нин поднялся к самому верху её головы, лицо застыло в холодной маске. Она сжала кулаки, заставляя себя сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, прежде чем улыбнуться детям: — Что за неосторожность? Какое странное совпадение. Вы столько дней носили их в Павильоне Ночного Бриза, и ничего не случилось. А здесь, на празднике, они вдруг разбились. Неужели вы так восхитились чудесным садом пожилой госпожи, что случилась такая досадная авария во время игры? Цзинь Чан Фэн и Цзинь Чан Цзяо с сомнением посмотрели на мать. Когда она едва заметно покачала головой, они опустили головы и пробормотали: — Это наша вина, что были неосторожны. Мама, пожалуйста, накажи нас за нашу небрежность. Фу Цю Нин, всё так же улыбаясь, передала осколки нефрита Тётушке Юй, сказав: — Как бы то ни было, эти подвески дарованы им молодым маркизом. Пусть даже они разбиты, их всё равно стоит сохранить для детей, — затем она повернулась к близнецам и сказала: — Ну, хватит об этом, взгляните-ка на свои ручки. Они все изрезаны. Как я могу наказывать вас, когда вы так пострадали? Это всего лишь пара нефритовых подвесок. Я уверена, что ваш отец тоже так подумает, — она ласково погладила их по головам и тепло добавила: — Ну, ступайте помыть руки. Юй Цзе, пойди с ними. Если кровь всё ещё идёт, обязательно перевяжи их руки. Внезапно заговорила пожилая госпожа: — Что случилось с их руками? Подойдите, дайте мне взглянуть. Фу Цю Нин быстро поднялась и ответила: — Отвечаю пожилой госпоже: ничего особенного. Дети играли и, испугавшись, что отец будет ругать их за потерю нефритовых подвесок, сжали их слишком крепко в руках. Это всего лишь небольшие ссадины, ничего такого, что стоило бы беспокоить пожилую госпожу. После мытья их руки будут в порядке. Как пожилая госпожа могла оставить это без внимания? Она тут же настояла, чтобы дети показали ей свои руки. После того как она внимательно осмотрела ранки, она улыбнулась: — Какие же это разумные дети. Идите, мойте руки. Ло Цуй, пойди с ними и нанеси немного лучшей мази из моего дома на их раны, — затем она обратилась к Фу Цю Нин: — Вы, молодые, не понимаете, насколько серьёзной может стать даже маленькая травма. Иногда она может привести к большой болезни, поэтому лучше быть осторожными. Фу Цю Нин поспешно поклонилась пожилой госпоже, выражая благодарность за её доброту. Она понимала, что это был способ старой леди компенсировать причинённую детям обиду, и её сердце наполнилось некоторым облегчением. Однако она также знала, что привязанность пожилой госпожи к близнецам неизбежно вызовет недовольство старшей госпожи Цзян и других жён и наложниц Цзинь Фэн Цзюя. Но на этом этапе ей было уже всё равно. Эти избалованные женщины не находили себе лучшего занятия, кроме как доставлять друг другу неприятности из-за мелочной ревности или мнимых обид. Их мышление давно искривилось из-за порочной среды, в которой они выросли. Дети отражают своих родителей, и мелочная зависть этих маленьких негодников не позволяла им спокойно смотреть на то, что другие хоть немного лучше. Неудивительно, что Цзинь Фэн Цзюй так благоволил к Цзинь Чан Фэну и Цзинь Чан Цзяо, когда впервые их увидел, и любил быть рядом с близнецами. Если бы его другие дети были столь же разумны, разве могли бы эти дети низкого происхождения сравниться с юными господами и госпожами?