Угаснуть под одеялом

      В хорошую солнечную погоду Зак вышагивал по рынку, с руки парня свисала плетеная корзинка, уже заполненная кое-какими продуктами. Его тело полностью скрывала одежда, а лицо пряталось под маской и криво отросшей чёлкой, на ладонях красовались перчатки. Никто бы не смог опознать в нём преступника, хоть фото юноши и его спутницы висели почти на каждом углу. И всё же зря Айзек был расслаблен.       – Молодой человек, покажите свои документы, – прозвучал строгий женский голос за спиной парня.       Голова убийцы медленно отвернулась от прилавка со сладостями.       – Это ещё зачем? – несдержанно спросил Зак у спокойного до равнодушия полицейского.       – Вы должны подчиняться требованиям представителя закона.       – А-а-а, блин, – парень раздраженно почесал затылок, – Я не взял с собой ничего.       – Тогда просто скажите своё имя и место проживания, – женщина кинула в него острый взгляд, а затем достала рабочий блокнот.       «Дерьмо!» – подумал Зак и, пытаясь импровизировать, выпалил слишком грубо и хрипло, что могло выдать его замешательство:       – Даллас Рид. Живу – э-э-э! – у своей тётки.       – То есть вы не прописаны в той квартире? – уточнил полицейский, не обратив внимания на внезапные дефекты голоса гражданина.       – Да-да, проездом я тут, короче, – отмахнулся парень, отводя взгляд с переносицы собеседницы.       – Адрес назовите.       – Ц, этого я не запоминал.       Женщина ещё раз стрельнула в глаза убийцы своим острым взором и сказала, что юноша свободен. Зак облегчённо выдохнул, не зная, кого ему больше сейчас хотелось убить: полицейского за то, что заставлял врать, или себя за наглую ложь. В любом случае парень чувствовал особо острую потребность в присутствии своей куколки рядом, поэтому, не медля больше, отправился в сторону леса.       Спустя час Айзек был на пороге дома и наблюдал вполне странную картину: Рэй тупо смотрела в книгу, совсем не двигаясь. На все вопросы девочка выдохнула простой ответ, что прочитала очень-очень полезный момент. Ничего не поняв, парень рассказал о встрече с полицейским. Наругался сам на себя за враньё, но Рэйчел, всё ещё говорящая через стену задумчивости, слабо похвалила его за более менее правдоподобный ответ. На это Зак только улыбнулся и потрепал светлые волосы – такие поглаживания вошли у него в привычку – а затем уселся рядом и начал читать купленную газету.       – Разыскивае-мый серий-ный убийца Айзек Фостер был послед-ний раз заме-чен в городе… – уже быстрее, чем раньше, читал парень, но девочка слушала его в пол уха, – У преступни-ка в заложни-ках находит-ся Рэйчел Гарднер, поциент-ка…       Через несколько минут девочка вновь с головой погрузилась в вакуум своих мыслей. Рэй вперила взгляд в строки “полезного момента”, перечитывая их на третий или четвёртый раз.       ... Мужчина не мог поверить словам монахини, которая только что призналась ему в любви. Значит, ради этого она и отдала то письмо с обычным, как ему показалось, приглашением прогуляться.       – Ты уверена в своих… – пролепетал солдат, запнувшись.       – Абсолютно, – подалась вперёд женщина в чёрной рясе и прошептала совсем тихо, – Ответь взаимностью. Будь моим…       Её нежные руки оказались на плечах молодого человека, взгляд остановился на его пухлых бледных губах. Женщина знала, как исполнить в жизнь то, чего желала всей душой. Впервые в жизни это не имело никакого отношения к Богу, и от данного осознания кровь разгонялась ещё быстрее по артериям. Когда же мужчина слабо, но уверенно прошептал положительный ответ, быстрота ударов её пульса достигла значения частот ультрафиолетового излучения.       Преодолев какую-то временно-пространственную пропасть между их лицами, двое влюблённых коснулись губ друг друга, сливаясь в мягком и тёплом поцелуе. Мир вокруг застыл в удивлении и смущении, наблюдая, как два человека становятся одним целым…       – А я и не знала, как это делается… – шептала себе под нос Рэй.       Тем временем уже стемнело, и Зак протянул девочке бутылочку с облепиховым маслом. С трудом согнав задумчивость, она села на кровать подле уже готового к процедуре парня. Намочив кусочек ваты жидкостью, девочка принялась аккуратно обрабатывать каждое коричневое пятно на коже юноши. Шрамы его за время лечения стали более гладкими на ощупь, их границы постепенно размывались, а из-за благоприятного действия экстракта облепихи лужи черного кофе на его теле приобрёли более мягкий молочный оттенок.       – М-м-м, слушай, может, я сам? – предложил Айзек, постоянно испытывающий, как он сам говорил, “дурацкое” ощущение, когда Рэй переходила к лицу и шее.       – Ты теперь Даллас, значит? – проигнорировала его девочка, уже привыкшая к этим словам.       – Ай, упрямая! – воскликнул парень и отвёл гетерохромный взгляд в сторону. – Да! Даллас Рид – первое, что пришло в голову. Где-то слышал это хреновое имечко.       – Вот как, – закончив, Рэйчел закрыла бутылку и поставила на тумбочку, но вновь села рядом со своим пациентом и слабо подула на его лицо.       – А! Какого ты вечно это делаешь? – возмущался парень, зажмурив веки.       – Так масло быстрее впитывается, – как казалось, бесчувственно пояснила та.       – Да ни черта подобного!       Но Рэй эти восклицания не останавливали. Они даже… казались ей милыми. Завороженными и недвижными глазками, странно поблёскивающими в слабом свете керосиновой лампочки, девочка уставилась на съежившегося юношу. Красивый даже со шрамами. Добрый даже с кровью на руках. Честный даже, когда пришлось соврать. Простой даже в сложной ситуации. Но до сих пор не её…       Испуг. Шок. Смятение. Потеря дыхания. Пустота в животе. Дрожь в руках. Всё это в долю секунды испытал Зак, когда к его губам прижались чьи-то непрошеные уста. Перед распахнутыми разноцветными радужками стоял туман, через который можно было разглядеть только зажмуренные веки Рэйчел. Как ребёнок с нежностью утыкается в грудь матери в поиске защиты, так девочка прилипла к его губам и замерла. Ничего больше она не делала, заставляя Айзека задыхаться и недоумевать. Но внезапное осознание пронзило заторможенный мозг юноши. Рэй целовала его?! Мелко трясущимися руками парень обхватил её голову и отстранился.       – Идиотка?! – вскричал приглушенно и сипло тот, делая вдох поглубже. – Нас же…       Оборвав фразу на выдохе, он начал озираться по сторонам, убеждаясь, что в доме, кроме них никого не было.       – Зак? – настало время удивляться девочке.       – Нас могли убить. Твой котелок совсем варить перестал?!       Гарднер только моргала и смотрела на необычную реакцию парня немного исподлобья.       – А-а-а, – мучительно прохрипел он, – В детстве я видел фильм, там двое делали… такое, – замялся, – Ну и, в общем, после этого обоих зарезали. Собственно, из-за фильма я и понял, что могу убить кого хочу.       – Какие глупости, – улыбнулась искренне Рэй: девочку так очаровывала его наивность и простота…       Дыхание Зака вновь вышло из строя. Поразительно живым и человечным стало сейчас лицо Рэйчел. Таким оно ещё не было никогда. Глаза сияли так ярко, что походили на две далёкие горячие голубые звезды на небосклоне. Они слишком хорошо гармонировали с тихой и ласковой улыбкой… С таким лицом Айзеку могло бы захотеться её убить. Могло бы.       – В книге никто не умер после…       Когда руки юноши, всё ещё обнимающие светлую голову, притянули Рэй ближе, она не стала ни договаривать, ни сопротивляться. Прикоснувшись с осторожностью к её устам, Айзек отдал последний воздух, умирая от тягостного желания, которое он не знал до этой секунды. Медленно, кротко, словно застенчивый ребёнок, парень начал сминать верхнюю губу Рэй своими неловкими губами. Девочка вздрогнула от этого, не понимая, что ей делать. В романе ничего подобного описано не было… Но её ладони сами без всяких инструкций прижались к оголённой груди юноши. Сознание улетучилось почти сразу же, она просто превратилась в чувство. Не отвечая на поцелуй, Рэйчел вкушала его сладость и ощущала, как всё замирает, задыхается, останавливается внутри её души. Это было равносильно смерти…       – Таков твой способ убить меня? – горячий воздух её лёгких обжигающей волной коснулся губ Зака.       Не ответил. Но вновь начал чувственно целовать свою хрупкую Рэй. Упиваясь чем-то столь новым и манящим, юноша не был в силах остановиться… Он уже согласился и с тем, что это способ убийства, и с тем, что быть чьим-то невероятно приятно, и с тем, что… кажется, терял часть прошлого себя, просто отдавая её милой новой девочке…       Он отстранился, через силу заставив себя поостыть. Тяжело и шумно восстанавливая нарушенное дыхание, парень смотрел на раскрасневшееся лицо Рэйчел. Какой же необычной она была сейчас, это завораживало…       – Как ты там говорила? «Хочу, чтобы ты стал моим»? – с придыханием проговорил Зак. – Этого хватит, чтоб сказать, что я привязан к тебе?       Внезапно Рэй прильнула к убийственным губам Фостера – по ощущениям тот будто свалился с десятиэтажного дома – отшатнувшись через секунду, прошептала:       – Теперь да… Зак.