Что в тебе привлекательного?

      Прошло уже несколько минут. Я всё ещё держу Олю на руках, а родители всё ещё ругаются в том же темпе, словно вообще не устают.       Оля хваталась за меня будто за спасательный круг, но всё равно тонула в слезах и печали. А я же наоборот будто горел изнутри. Мне кажется, настолько злой я не был ещё никогда. Но я успокаивал себя мыслями о сестре, о том, что сейчас не время слетать с катушек. «Может отнести Олю наверх и тогда…» — промелькнуло в моей голове. Да, это была определенно самая лучшая идея, которая могла прийти тогда в мой раскалённый мозг. Я нёс Олю наверх, пока она в истерике сжимала свои маленькие руки у меня на шее и рыдала взахлёб. Это было очень странно. Вроде и пожалеть хочется, сказать, что всё будет хорошо, но ведь это неправда. Да и я сам в такой ситуации один хуй поверил бы этим словам. Так что я просто молчал. Молчал и гладил Олю по спине, пока шёл в её комнату. — Тоша… Тош… — пыталась что-то сказать она, попутно рыдая. Я не знал, что ей можно такого ответить, поэтому просто сказал самое банальное и продолжал гладить её по спине. — Тшшш… Не надо, Оль, не надо — приговаривал я, идя по коридору в её комнату. Спина и копчик у меня не болели, но я прекрасно знал, что это просто временная иллюзия, прямо как немного раньше утром. У меня же копчик не сразу начал болеть, а уже потом, когда мой шок от тех событий поутих. Я был уверен, что через некоторое время будет точно так же. — Тоша… Тош, я не хочу к себе… Я не хочу к сове… Я не хочу к родителям… Я хочу к тебе… — надрывным голосом проговаривала Оля между всхлипами. Моё сердце кольнула обида и сожаление. Я так сожалел, что Оле приходится проходить то же самое, что когда-то пришлось пройти мне. Бесконечные ссоры родителей, а потом с родителями. Во мне снова начинала вскипать злость. К этому отвратительному дому, к этой злоебучей сове, а особенно к родителям. — Хорошо, Оль, тогда мы идём ко мне в комнату — я сказал это самым спокойным голосом, на который только был способен в тот момент.       Аккуратно развернувшись в узком коридоре, я пошёл в сторону своей комнаты. Подхватив Олю одной рукой, другой я пытался открыть дверь, дергая за ручку. Но, по закону подлости, она всё никак не хотела открываться. «В прочем, она мне не очень сильно-то и нужна» — подсказал голос в моей голове и я без всяких раздумий просто сильно пнул дверь. Она затрещала, завопила, но всё-таки открылась. Оля даже не вздрогнула от громкого звука, она была полностью погружена в свою истерику. Медленно пройдя в комнату, я посадил Олю на кровать и начал рыться в прикроватной тумбочке. У меня там всегда лежали салфетки, чтобы протирать очки, но в том случае они понадобились совсем не для очков. Наконец нащупав заветную пачку, я взял её и протянул Оле. Девочка она умная, смышленая, поэтому даже когда горько рыдает, понимает, что от неё хотят. Она дрожащими руками забрала у меня салфетки и начала в них сморкаться, вытирать лицо от слёз и всё такое. — Ты вытри слёзы, я пока дверь закрою — проинформировал я её, потому что не хотел, чтобы она вновь захлебывалась слезами, думая, что я собираюсь уйти. И наконец увидев нервный кивок, я быстро подбежал к двери и захлопнул её. В спине резко кольнуло болью. «Явилась хуйня, не запылилась» — саркастично пролепетал голос в моей башке. — Тош… — сорванный голос сестры заставил меня развернуться и замереть на месте. — Ты… Это… Прости, за футболку… — смущённо сказала она. Я сначала даже не понял, о какой футболке шла речь. Через несколько секунд я всё-таки осознал, что Оля говорила про мою футболку, в которую она плакалась, пока я нёс её сюда. — Не беспокойся, у меня с собой футболок много. — потерев шею, ответил я. — Ты это… Прости, что так вышло — случайно ляпнул я. Олины заплаканные глаза округлились и она уставилась на меня самым удивлённым взглядом на планете. — За что ты извиняешься? Ты же… Ничего плохо не делал… — уверенно сказала она, а потом тихо добавила — Это всё родители…       Меня словно током прошибло, когда я осознал, насколько же всё это ужасно. Моя дорогая, младшая сестричка, которая была единственной в этой семье, кто поднимал мне настроение даже в самой отвратительной ситуации, сейчас плакала из-за ругани родителей. Не просто плакала, а прямо рыдала. И всё из-за них. Из-за взрослых. Из-за этих идиотов.       Я потряс головой, чтобы отогнать эти неприятные мысли. Сейчас надо думать об Оле. — Оль, слушай. А давай… Просто ляжем спать, м? — аккуратно начал я и, пока Оля приходила в себя после моего вопроса, быстренько добавил — Просто, я реально устал. Тебя я одну оставить не могу, это точно, поэтому в школу не пойду. — Спасибо, Тоша! Спасибо! — Олины глаза начали просто светиться от счастья и она снова набросилась на меня с объятиями. Я конечно на них ответил, но боль не обошла меня стороной. Моё лицо на секунду всё-таки скривилось в гримасе боли и страданий, но Оля, слава Богу, этого не заметила.

***

      Я лежал с Олей на кровати и думал. Она конечно уже давно уснула, но я всё никак не решался встать. Прокручивая всё своё дерьмовое утро в голове раз за разом, я только сильнее бесился и придумывал какие бы гадости наговорил родителям, если бы мог.       «А почему не можешь? Всё ты можешь» — очень заманчиво приговаривал мой сумасшедший внутренний голос.       «Тихо, тебе это не надо. Это лишние проблемы. Успокойся. Это просто нужно пережить и забыть как страшный сон» — кричал мне внутренний рациональный голос, но моя злость и обида всё же брала верх.       Я аккуратно, глядя на Олю боковым зрением, поднимался со своей ужасно скрипучей кровати. Сестра обнимала меня, но держалась за одеяло, поэтому выпутаться из её объятий не составило труда. Конечно же, кровать скрипнула пару раз, но Оля не проснулась, так что это было неважно. Я снова оглядел комнату, собираясь с мыслями, и тут мой взгляд зацепился за пейзаж из окна. Уже было достаточно светло, поэтому очертания леса стали более чёткими, а снег теперь красиво переливался на солнце. Я удивился тому, насколько по разному это место выглядит ночью и днём. Я ещё немного порассматривал этот неожиданно прекрасный вид, но всё-таки вспомнил, что собирался сделать.       Аккуратно пройдя до двери, я схватился за ручку и очень удачно её повернул, потому что дверь сразу открылась и даже почти без скрипа. Удивляясь своему везению, я также аккуратно закрыл её и пошёл в сторону лестницы. Внезапно меня осенило: «Блять, я же копчик отбил…» — промелькнуло в моей голове. Я дошёл до лестницы и принялся придумывать план как бы так аккуратно с неё спуститься, чтобы ничего не заболело. Конечно, подобное было невозможно, но я всё-таки придумал как облегчить свою участь.       Вцепившись обеими руками в перила, я приподнял на них своё тело и опустил на первую ступеньку. В спину отдало болью, но не сильно, поэтому я решил продолжить. Я спускался ступень за ступенью, а лестница всё не кончалась.       «Так, ладно, остановлюсь тут и чуть-чуть отдохну» — подумал я и остался стоять где-то на середине лестницы, разминая руки. Я немного не рассчитал свои силы, но это ничего, хорошо хоть не упал. Делая круговые движения руками, я внезапно услышал с кухни голоса, которые то переходили на высокие тона, то вновь становились тихими.       «Да ладно, они чо, до сих пор ругаются?» — только промелькнула мысль в моей башке, как я услышал грохот с кухни. Звук был такой, как будто что-то разбилось, а дальше снова началась громкая ругань, так что я и с лестницы прекрасно слышал их "диалог". — Вот и что ты делаешь! Это была тарелка из моего любимого сервиза! Сколько можно уже выводить меня из себя!!! — орала мама — Ты можешь хоть что-то сделать нормально?! — Да я всё делаю не так! — не выдержал отец и тоже перешёл на крик — То не так, это не так! Ты можешь объяснить, что тебе от меня надо в конце концов?! — Чтобы ты был нормальным отцом!!! У нас два ребёнка, а ты ничего для них не делаешь! — начала оправдываться мама. Как же я ненавижу, когда она прикрывается нами во время ссор — Назови мне хоть одну вещь, что ты для них сделал!!! — Я для них кучу всего сделал! Мы всей семьёй на МОИ деньги живём! — теперь стал оправдываться папа — Это ты им постоянно нервы треплешь по поводу и без!!! — а вот за это я отца очень уважал, он всегда понимал, что у нас жизнь тоже не сахар, и от мамы нам тоже постоянно достаётся. — Это я им нервы треплю?! Да если бы ты нормально работал, то нам и не пришлось бы сюда переезжать!!! — снова гнула свою линию мама.       Я уже не выдерживал. Хотелось высказать им всё без вранья, чтобы они поняли каково нам слушать их ругань каждый день. Аккуратно спускаясь с лестницы под крики с кухни, я продумывал свои слова. — ПРЕКРАТИТЕ!!! — не выдержав, крикнул я наконец, преодолев последнюю ступеньку. — Вы можете хотя бы один день не ругаться?! Сколько ещё нам нужно это терпеть?! — Я задавал вопросы, на которые не ждал ответа, направляясь на кухню быстрым шагом. Родители затихли, поэтому я мог спокойной выражать своё недовольство — Ладно ещё я, мне уже 16, я давно свыкся с вашими ссорами, но Оля каждый раз рыдает, когда слышит вашу ругань!!! — Выпускал я свой гнев уже в лицо удивлённым родителям, стоя в проёме двери кухни. — Хватит. Ругаться. Каждый. Божий. День!!! — Выкрикнул я настолько громко, насколько мог напоследок и сделал паузу, чтобы отдышаться. — Антон. Ты… — грозно сказал папа и видимо собирался продолжить, но я его оборвал. — Я прекрасно понимаю, что вы взрослые люди и, конечно же, сами разберётесь, но, пожалуйста, делайте это не так заметно — уже спокойнее сказал я — Оля плачет каждый день, это вредно для здоровья. Мне лично абсолютно плевать, какие проблемы вы решаете, потому что я беспокоюсь только за Олю — На выдохе произнёс я и уже собирался уходить, как мама решил переключиться с папы на меня. — Антон, почему ты не в школе? — раздражённо произнесла она, явно ожидания слёзных объяснений и извинений. «Пф, не дождётся» — пронеслось в моей голове, и я был тогда абсолютно с этим согласен. — А что, мне надо было бросить младшую сестру в истерике пока вы заняты руганью друг с другом? — как можно более невинно поинтересовался я и, увидев как мама начинает вскипать от злости, невольно ухмыльнулся — Мне должно быть настолько же плевать на неё, как тебе? Или тебя только мои успехи в учёбе беспокоят, а не я сам? — Я продолжал и удовольствие всё больше растекалось в моей душе, как только я видел мамино злое лицо. — Не смей так разговаривать с матерью!!! — не выдержав опять, начала орать мама — Я тебя вырастила, образование дала, всё тебе дала, а ты так со мной разговариваешь?! Неблагодарный!!! — я настолько часто слышал подобные слова, что уже никак не реагировал. Но всё же надо было что-то ответить, потому что терпеть как раньше я уже не собирался. — За что мне надо быть благодарным? За то, что ты меня родила? Я тебя рожать меня не просил, это было твоё решение — спокойно начал я — И ответственность за все мои поступки лежит на тебе и отце. Вы меня так воспитали. — обычно в таких ситуациях говорят: «Сказал, как отрезал», потому что после моих слов воцарилась полная тишина. На мамином лице отразилось недоумение смешанное со злостью, ведь она явно не знала как на это отвечать. А отец не выражал никаких эмоций, просто стоял в стороне и смотрел в окно, ожидая конца этого разговора. — Раз тебе нечем ответить, то я пойду. — оглянув комнату ещё раз и не дождавшись ответа, сказал я. — Мне надо остудить голову. Можете не ждать меня до вечера. — уже из коридора громко сказал я, надевая самую тёплую куртку и ботинки. Я же не хотел окоченеть, пока буду ходить по этому странному посёлку до вечера. Уже открыв дверь, я вспомнил кое-что важное — А, и кстати. Оля спит в моей комнате, лучше её не будите. Если она проснётся, скажите, что я ушёл гулять и к вечеру вернусь — крикнул я в дом напоследок, попутно закрывая за собой дверь.       «Вот, ты наконец сделал это. И было намного легче, чем казалось.» — пронеслась мысль в моей голове. И правда, было очень странно, что всё так быстро кончилось. Они даже не стали меня останавливать и делать выговор. Ладно ещё папа, но от матери я такого не ждал. Я рассчитывал, что один раз мне по лицу точно прилетит, однако этого не случилось. «Может, у меня действительно получилось заставить её задуматься нам моими словами?» — промелькнула надежда у меня в башке, но верить ей я не стал. Просто уже давно разочаровался в маме и знал, что скорее всего мои слова снова не воспримут всерьёз, а как только я вернусь, накричат и отнимут альбомы и карандаши для рисования. Знают же, что для меня рисование очень важно, поэтому и наказывают, отбирая всё самое любимое. Но я уже давно научился с этим мириться, тем более несколько альбомов и карандашей у меня всё равно запрятано по всему дому на такой случай.       Идя по заснеженной тропинке, я невольно задумался о новой школе. О новых одноклассниках, с которыми завтра мне уж точно предстоит встретиться. Любопытство брало верх и я решил дойти до школы и хотя бы посмотреть на этих людей издалека. Я конечно уже видел несколько ребятишек пока наша семейка ехала в новый дом, но это были пацаны из младших классов. А вот ребят своего возраста я ещё не встречал. И было крайне любопытно взглянуть на них хотя бы одним глазком. Очень любопытно.