Твари серого Дома или стая номер семь.

Рассветные лучи принесли с собой усталость, после бессонной ночи. Недавние раны саднили, запёкшаяся кровь на ободранных коленях трескалась при ходьбе, а пластырь, найденный в шкафу, мало чем помогал. Грязную одежду попытались отстирать в раковине общего туалета, но из этого практически ничего не вышло и было принято решение оставить всё в воде. Оторванные пуговицы с рубашки Мороза заменили на цветные, что Беркут нашёл в коробке старых вещей, пока хозяин рубашки пытался придумать, как скрыть ободранные ладони. Сам Беркут выпросил у вожака свитер с горлом, чтобы скрыть след от платка на шее. Пират всё утро искал что-то, чем можно было бы прикрыть расцарапанные руки, лишние вопросы от воспитателей им были не нужны. Буревестник, в свою очередь, пытался прикрыть синяк на переносице, полученный в драке. Пластырь, как назло, не получалось приклеить ровно. Перед тем, как идти на обед, Твари ждали ухода Хламовника, поглядывая на часы. За стеной копошились и переговаривались Дохляки, шум Хламовых приглушённо доносился до Седьмой. Хлопок двери об стену и громкая, привычная для Хламовника, ругань. Недовольный голос Спортсмена. Громкие шаги и отдаляющиеся голоса. Твари вышли из комнаты спустя пару минут, убедившись, что Спортсмен и его стая покинули коридор. Мальчишек, вышедших из общей комнаты, обдало прохладным воздухом, пахнущим пылью, краской и ещё чем-то непонятным. Их шаги слабым эхом разносились по пустующему коридору, мелкие частицы, разбитого во вчерашней драке, осколка также были размётаны по полу и тихо похрустывали под ногами. Вокруг было тихо. Подходя к столовой Твари замерли. Прислушались. Слишком шумно, чтобы можно было что-то разобрать. Голоса громкие, перекрикивающие друг-друга, стены и двери тонкие, не сопротивляющиеся. Секунда, чтобы оглядеть состайников. Молчаливое решение идти прямо в логово шума и безумия. В столовую. Она встретила Тварей привычно громко, криками и звоном посуды, шагами и ударами ложек о край тарелок. Секундный осмотр, поиск Хламовых, ожидание опасности. Буревестник встречается глазами со Спортсменом, его взгляд озлобленный, но устрашающе холодный. Твари отворачиваются, не замечая криков и взглядов, идут к одному из столов. Садятся, слишком тихо для столовой, слишком громко для Тварей. За соседним столом сидят несколько Чумных Дохляков. Буревестник следит за ними, скосив один глаз. Каждый обитатель комнаты, скрытой за дверью с рунами, почти физически ощущает на себе тяжёлые взгляды. Они давят, хочется вжать голову в плечи, обнять колени и сделаться невидимым, прозрачным. Слиться с пыльным полом и старыми стенами. Исчезнуть. Но они сидят ровно, прямо, склонив головы над тарелками, сжимая в руках вилки с погнутыми зубцами и не смотрят по сторонам. Знают, что стоит отвернуться от своих, как тебя тут же сожрёт ненависть и презрение, окружившие стол, сжавшие Тварей плотным пузырём, но не поглотившие их тела и души. Не добравшиеся до их сердец. Они сидят так до окончания обеда. Не поднимая голов и глаз, не обращая внимание на окружающий шум. Сидят так, пока Хламовник не покидает столовую. После встают и уходят. Тихо, молча, разрушая ореол тишины вокруг себя лишь шаркающими шагами. Выйдя из столовой дышать стало проще, по крайней мере, так показалось Буревестнику. Он наконец поднял голову и оглядел стаю, будто пересчитывая их, запоминая, отмечая. Мороз шёл рядом, белый, худой, одетый в, большую ему, рубашку. Такую же белую, с, выбивающимися из общей картины, криво пришитыми, цветными пуговицами. Белые волосы лежат на плечах, мягко и плавно стекая по ним вниз. Он идёт прямо и чётко, наступая на ноги твёрдо, уверенно. Буревестник оборачивается, натыкаясь взглядом на Пирата. Смотрит на него, подмечая, что повязка всё-таки не закрывает все шрамы, думая, что он не похож на Тварей. Слишком сильный, слишком озлобленный на мир, почти до самых костей закалённый Хламовником. Состайник, почувствовав чужой взгляд, скашивает здоровый глаз на вожака. Смотрит, за секунды отпечатывая в голове мельчайшую деталь, от усталых зелёных глаз и небольших мешков под ними, до синяка на переносице и криво приклеенного пластыря. Буревестник кожей ощущает, что его оглядывают, влезая глазами под кожу и норовя дойти до сердца. Отводит глаза и пытается найти Беркута. Обегает взглядом пыльные полы в поисках потрёпанных зелёных кроссовок. Находит их у стены. Поднимает голову и смотрит на состайника. Беркут идёт опустив голову, задевая плечом стену. Чувствует на себе чужой взгляд и скашивает глаза в сторону вожака. В светлом коридоре они, кажется, и правда напоминают золото, хотя, возможно, дело в освещении. Смотрит, вглядывается в лицо, ища в нём что-то, заметное лишь ему. Улыбаться, оголяя белые зубы, отворачивается и идёт дальше, всё также прислонившись плечом к стене. Буревестник идёт медленнее. Улыбка состайника отпечаталась где-то на подкорке сознания. Белые клыки, почему-то напомнили о вампирах. От этой навязчивой мысли долго не получалось отвлечься. Вампиры… почему он вообще о них вспомнил? Почему не волки или хотя бы собаки? Вожак ещё раз глянул в сторону стены. Беркут шёл почти не отрывая ног от земли и сверлил взглядом пол. Больше Буревестнику рассмотреть не удалось. Земля резко ушла из-под ног и угрожающе скалилась серыми ступенями. Сердце замерло на секунду и продолжало бешено биться, отдаваясь тупой болью где-то в виске. Вожак инстинктивно зажмурился. Страшно не было, это вышло само по себе. Но упасть не вышло. Чья-то рука подхватила мальчика за локоть, потянув к себе. Буревестник знал кто это и принял помощь, пытаясь встать. Выпрямившись вожак кинул взгляд за спину. Пират стоял прямо, сверля его взглядом. После улыбнулся и ушёл в сторону коридора, на ходу хлопнув друга по плечу. Буревестник продолжил стоять на месте, глядя на отдаляющуюся спину состайника. Спустя секунду мотнул головой и побежал за ним. В коридоре было прохладно. Шум Хламовых отчётливо слышался из-за двери. Твари тихо крались к своей двери, пытаясь не выдать себя. Из-за закрытой двери в комнату Дохляков доносились голоса. Прислушавшись, Буревестник услышал и гитару. До стаи доносились лишь фрагменты. Остановившись, вожак узнал голос. Тонкий, пронзительный, трагичный. Он знал только одного человека с таким голосом. Фокусник. Он пел что-то грустное, медленно перебирая гитарные струны. Дослушивать Буревестнику не хотелось и он прошмыгнул мимо, оставляя после себя лишь секундный шаркающий звук и мелкие частицы стекла, что остались на подошве его кроссовок.