Как пожелаешь

Майк медленно открыл глаза. К векам словно привесили по грузилу. Он попытался сосредоточиться, понять, где это он находится. Он явно был в какой-то светлой комнате. По легкому цветочному запаху от простынь он догадался, что лежит на своей кровати: так пах его смягчитель для ткани. Пользоваться им научила его мама, причем сразу же, как он подрос и смог самостоятельно стирать вещи в машинке. Твоя будущая жена скажет мне спасибо. Смягчитель ткани очень важен при стирке. И она была права: смягчитель оказался просто спасением, когда дело касалось комфортного белья, а также увеличения срока службы одежды. Денег вечно не хватало, они уходили на плату за обучение, книги, художественные принадлежности, еду, и, разумеется, вечеринки. Но как-то их слишком много, этих вечеринок, подумал Майк и от души зевнул. Во рту пересохло, словно он наелся ватных шариков. Майк рассеянно оглядел свою общежитскую комнату. Его взгляд приземлился на Джо Хана, который вот уже три года был его соседом. Джо сидел за столом у окна (единственного, какое было в комнате). Как и у Майка, его основной специальностью было изобразительное искусство, но, кроме этого, он изучал фотожурналистику. Он был американцем корейского происхождения во втором поколении и, как и Майк, пытался освоиться в этой роли. Они как не надо лучше подходили друг другу в качестве соседей по комнате. Впрочем, порой Джо хотелось, чтобы хотя бы один из них оказался гением, чтобы было проще справиться с невероятно тяжелым учебным годом и наконец-то закончить вуз. Майк смотрел, как Джо что-то пишет, поглядывая то в раскрытую книгу на столе, то в тетрадь. Мгновение спустя он бросил взгляд на Майка и расплылся в улыбке. - Проснулся, - прокомментировал Джо и, не выпуская карандаша, развернулся на стуле. Он был одет в темную футболку и широкие штаны. Ни носков, ни кроссовок на нем не было, лишь сандалии, но Майк смекнул, что, раз уж Джо успел переодеться из пижамы, значит, давно пора вставать. – Я уж сомневаться начал, жив ли ты там, - с легкой тревогой добавил Джо. – Во сколько ты вчера пришел? Майк прищурился, пытаясь найти в голове ответ на вопрос, но все, что вчера случилось, перемешалось в какую-то кашу. - Да кто его знает, - ответил он, приподнял голову с подушки и окинул себя взглядом. Он лежал на покрывале в той же одежде, в какой ходил вчера. Он почувствовал, что от него мощно несет скотчем, а еще, кажется, блевотиной. Увидев на футболке отвратительное желтое пятно, он недовольно замычал. Майк попытался сесть, спустил ноги с кровати, стараясь не упасть, и тут почувствовал резкую боль. Болело все: руки, ноги, голова, даже спина, словно вчера его сшиб грузовик. - Блин, дружище, - хихикнул Джо, глядя, как Майк наконец-то усаживается на скрипнувшей под его весом кровати, - ну и дерьмово же ты выглядишь. Майк потер лоб. - Чувствую себя тоже дерьмово, - пробубнил он. – Который час? – Он посмотрел на наручные часы, прежде чем Джо ответил, что десять минут девятого. У него было сорок минут, чтобы успеть на первую пару. Он поводил головой из стороны в сторону, потянул шею, стараясь размять мышцы. - Во что ты, блин, вчера влип? – спросил Джо. - Я пошел в бар выпить. Завалил вчера экзамен, - признался Майк, уткнувшись взглядом в светлый паркет, который давно надо было бы натереть. Но едва ли в ближайшие планы вуза входила оплата этой процедуры. Джо покачал головой. - Мне жаль, чел. Знаю, ты изо всех сил к нему готовился. – Ему было обидно за друга. Майк провалил уже третий экзамен. Еще немного, и ему придется проходить семестр по второму кругу, а это было бы неважной перспективой для кого угодно. - Да, - надувшись, подтвердил Майк. – А после того, как я его завалил, мне захотелось выпить. – Он медленно покачал головой. – А потом… потом я познакомился с парнем… Джо вытаращил глаза. - С парнем? – Он знал, что Майка привлекают и девушки, и парни, но о последних он давно ничего не рассказывал. В последнее время его, казалось бы, не интересовал никто, кроме Анны Хиллинджер, студентки второго курса. Она специализировалась на писательском мастерстве. В последний раз, когда Майк набрался смелости заговорить с Анной, та ухитрилась случайно облить его кофе, после чего назвала его Миком Синодой. - Да, там в баре был парень… - сказал Майк, перебирая воспоминания. – Очень симпатичный, даже более чем, - признался он, вспомнив лицо парня, с которым вчера познакомился. - Сексуальный. Стройный такой, с узкими бедрами, большими карими глазами, улыбкой, от которой все лицо у него так и светилось. И у него потрясающие тонкие губы. А голос – прямо как музыка. – Майк осознал, что произносит все это вслух, и потряс головой. Джо уставился на него во все глаза, и Майка это вовсе не удивило. Он прочистил горло. – В общем, неважно. Он… в общем… странный немного. - Странный? – улыбнулся Джо. – У меня такое ощущение, что он тебя соблазнил одним махом. Как его зовут? Как же его зовут... Майк задумался, сжав губы. Его имя. Как же его зовут? Что-то необычное… и такое же очаровательное, как он сам. Его зовут… - Честер, - наконец вспомнил Майк, - его зовут Честер. Фамилию я не уловил. - Честер? – Джо рассмеялся. – Ну и странное же имечко. Майк кивнул. - Ага. Сроду не встречал никого по имени Честер. Вчера вот впервые встретил. - Он студент? Майк потер щеку. Голова по-прежнему раскалывалась. - Не знаю, - честно признался он. - Ну а лет ему сколько? Майк закрыл глаза. - И этого не знаю. С виду наш ровесник. - Как это так? Ты ничего о нем не знаешь? Майк посмотрел на Джо, внезапно раздражаясь. - Не знаю я, как, - бесцветным голосом сказал он. – Мы с ним говорили… кажется, целую вечность. Вроде… вроде, все время только обо мне. Да, - добавил он, почувствовав, что туман в голове рассеивается. – Он все время меня обо мне расспрашивал. - Такое чувство, что он пройдоха какой-то, - проговорил Джо, вновь повернувшись к своему учебнику. – Надеюсь, ты ему денег не давал. - Нет, - Майк снова уставился в пол. – Не давал. – Он приложил руку к груди, внезапно ощутив крепость собственного тела: мускулов, костей, кожи. Тяжело сглотнув, он задумался о том, что же случилось на самом деле. Честер не денег у меня просил, а мою душу. И что, я ее ему отдал? Нет, я ведь по-прежнему жив, значит, она при мне. Он коснулся запястья, нащупал пульс. Может, он и правда всего лишь обманщик. Может, ему просто секса по-быстрому захотелось. Он так охотно мне минет делал. Но я потерял сознание. Боже мой… он что, сделал что-нибудь со мной, пока я был в отрубе? Майк оглядел себя, похлопал себя по груди, по животу, ногам. У него все ныло, в точности так, как должно быть после отвязного секса с таинственным незнакомцем. Нет, нет, ничего он мне не сделал. Наверное, домой меня довел. Но откуда он узнал, где я живу? У Майка холодок так и пробежал по всему телу. Каким бы странным ни был Честер, он явно что-то знал о Майке еще до того, как они познакомились. Так что ничего удивительного, что он был в курсе и того, где тот живет. Майк вскинул голову, посмотрел в окно. Утреннее солнце сияло, заливая тетрадку Джо ярким светом. Все в порядке. Мы на третьем этаже живем, так что он явно не в окно подсмотрел. Мне надо успокоиться. Успокойся, блин. Майк сделал несколько глубоких вдохов, из-за чего Джо молча покосился на него. Честер – вовсе не сталкер, он просто хорошо умеет слушать, убедил себя Майк и встал с места. Тут же он схватился за бедро. Что-то так и обожгло его болью с внутренней стороны. - Бляяя, - воскликнул он и повалился обратно на кровать. – Ну точно ведь. Он, мать его, укусил меня! Тут же позабыв об учебе, Джо крутанулся на стуле, вытаращив темные глаза. - Укусил? Чем вы с ним занимались, блин? Майк потер ногу. Щеки у него пылали. - Он вывел меня из бара и… мы… он предложил сделать мне минет, - признался Майк. Тут же ему захотелось забрать слова назад. Они с Джо не скрывали друг от друга подробностей интимной жизни, вернее, ее отсутствия в последнее время. Но Майк понимал, что не очень-то мудро с его стороны рассказывать о минете от незнакомца. Венерические болезни были животрепещущей проблемой, особенно среди студентов. Опасно было развлекаться с людьми, о которых ничего не знаешь. Разумеется, это гарантировало ему лекцию от Джо. - Ты ему позволил тебе отсосать? Ты хоть презерватив надел? То есть, блин, Майк, кто его знает, что у него там за микробы во рту… Майк поморгал, чувствуя, как здравый смысл так и вопиет в нем. Нет, не надевал он никакого презерватива. Даже не подумал об этом. - Нет, - прошептал он стыдливо, - но он не… он немного успел сделать. Он… мы только начали, и тут он меня укусил. За ногу укусил, - пояснил он, указав на бедро. – А что было потом, не помню. Джо снова повернулся к столу. - Он, кажется, с приветом. Но зато он довел тебя до дома. Я бы на твоем месте ногу чем-нибудь протер, - высказался он, записывая что-то в тетрадь. – Так, на всякий случай. - Да, надо так и сделать, - согласился Майк и медленно встал на ноги. Приглушенно выругавшись, он нетвердо дошел до своего письменного стола, который стоял в изножье кровати. Проверил, который час: у него оставалось тридцать минут на то, чтобы успеть на занятие. Вот блин. Майк поворошил свои бумаги, запихнул их в стоявший на стуле черный рюкзак вместе с двумя учебниками. Застегнув рюкзак, он, прихрамывая, направился к комоду. Достав оттуда джинсы, белую рубашку поло, чистые носки и трусы в синюю клетку, он схватил одежду в охапку и подобрал с пола красную сумку, где лежало полотенце и туалетные принадлежности. - Пойду в душ, - объявил он. Джо поднял руку, чтобы показать, что он понял, но не оторвался от своего занятия. Майк кивнул, не без труда вышел за дверь и зашагал по коридору. **** Майк толкнул дверь в общую ванную. Вдоль стены выстроились раковины и зеркала, а напротив находилось такое же количество душевых кабинок, каждая с занавеской. В дальнем конце были писсуары и три туалета. Майк постоял у двери, прислушиваясь. По меньшей мере два душа были заняты, но больше в ванной никого не было. Майк отошел от двери, и она тяжело затворилась за ним. Таща рюкзак на плече и удерживая чистую одежду под мышкой, он подошел к писсуару, расстегнул и чуть приспустил джинсы. Закрыв глаза, он почувствовал, как наступает облегчение. Закончив свои дела, он направился к первой же свободной душевой кабинке и снял ботинки и носки. Обычно он брал с собой специальные туфли для душа, но в то утро на возню с ними не нашлось времени. Положив одежду прямо на плиточный пол, он расстегнул сумку, достал гель для душа и шампунь и прошел за занавеску. Сняв заляпанную блевотиной футболку, он бросил ее на пол, и туда же полетели джинсы и белье. Он опустил взгляд на бедро. - Бля, - прошипел он, проводя пальцами по темному, ноющему синяку. Он был с фиолетовым отливом и очень болел. Его очертания напомнили Майку о губах Честера, и он улыбнулся. Наверное, я его никогда больше не увижу. Вся эта болтовня о бесах, о том, что он заберет мою душу… Да пофиг вообще. Он просто клеил меня. Наверное, укусы его заводят. Фетиш у него такой, решил Майк, включил душ и приступил к делу. Вот что это было. Задвиг на укусах. Если когда-нибудь еще с ним увижусь, надо будет сделать ему так же. **** Семь минут. У Майка оставалось семь минут на то, чтобы дойти до кабинета. Он проверил время по наручным часам и прибавил шагу. Он шел по главному коридору Итан-холла. История искусств была его наименее любимым предметом. И именно по этому предмету он вчера завалил экзамен. И сейчас, для полного счастья, опаздывал. Миссис Харрис меня прикончит. Наверное, срежет мне балл за опоздание. Он припустил еще быстрее, пролетая мимо закрытых дверей кабинетов и студентов, завернул за угол и принялся подниматься по лестнице. Огромное окно в пролете лестницы было ярко освещено, и, прикрыв глаза рукой, Майк одолел примерно дюжину ступенек… и внезапно остановился. Раскрыв рот, он застыл на ступеньке, уставившись на парня, стоявшего у окна. Тот стоял спиной к Майку, но он сразу узнал его короткие волосы и черные с серебром плаги в ушах. На нем была черная толстовка с изображением скелета прямо по центру. Капюшон был оторочен белым пухом. Майк спустился взглядом вниз и засмотрелся на его маленькие ягодицы и стройные бедра. Майк сглотнул. - Честер?.. Парень развернулся. Глаза у него сияли в солнечном свете. - Салют, - улыбнувшись, сказал он. Казалось, он улыбается даже глазами. Майк почувствовал, как у него сперло дыхание, и не только. Честер выглядел еще прекраснее, чем в его воспоминаниях. Светлая кожа у него была чистой и гладкой, просто безупречной. Таких манящих губ, которые так и хотелось поцеловать, Майк еще ни разу не видел. Ногти у него были покрашены черным лаком, как у настоящего панка, и это невероятно заинтриговало Майка. Толстовка была расстегнута, и под ней виднелась розовая футболка. Она едва прикрывала пояс с заклепками. Тугие джинсы обтягивали фигуру. На ногах вместо черно-белых кроссовок были упругие черные ботинки с блестящими розовыми шнурками. Он выглядел просто потрясающе. И так и притягивал к себе Майка. - Что… что ты тут делаешь? – спросил Майк, бездумно шагнув к нему навстречу. Не успел он оглянуться, как уже стоял перед Честером. От него сладко пахло медом и коричным печеньем. Было такое чувство, словно Честер только что вышел из пекарни. - Пришел с тобой повидаться, конечно же, - ответил Честер. - А я… не думал даже, что снова тебя увижу, - признался Майк. Он стоял на самом солнце и почувствовал, что начинает потеть. Прочистив горло, он решил не показывать заинтересованности, хотя сам только и думал, что о том, куда ему хотелось бы укусить этого сексуального парня. – Ты ведь мне не дал свой номер, - пожал он плечами, - так что я не думал, что мы снова встретимся. - Ерунда, Майкл, - отозвался Честер. – Нам еще дела надо обсудить. Ну и жалким бесом бы я был, если бы не довел дело до конца. Бесом. Майк сделал шаг назад, и внезапно нога у него заныла в два раза сильнее. - Да ладно тебе, - сказал он, стараясь говорить уверенным тоном, - будет тебе меня убалтывать разговорами о бесах. Я ведь уже тобой заинтересовался, - заверил его Майк. Вчера вечером поболтать о сверхъестественном было занятно, но встало солнце, алкоголь выветрился, и настало время возвращаться к реальной жизни. Честер склонил голову и улыбнулся. - Я знал, что с тобой будет занятно, - сказал он, глядя на Майка так, словно тот был неким экспонатом, а не человеком. – Думаю, мне стоит тебе напомнить, о чем мы вчера говорили. – Он подался вперед, а Майк попятился, пока не уперся в стену. Честер встал прямо перед ним, погладил его по груди, коснулся бедра. – Я на тебе вчера метку оставил, - шепотом проговорил он, овевая губы Майка своим дыханием с ароматом печенья, и прижал руку к тому самому месту на бедре. Майк пискнул, отчасти от того, что Честер задел чувствительное место, а отчасти от того, что все это его заводило. - Помнишь наш уговор? – спросил бес и коротко лизнул Майка в щеку. – С тебя душа, с меня – все, чего бы ты ни захотел. Любое желание выполню, - прошептал он и мягко чмокнул Майка в губы. – Все будет твоим. Скажи «да». Скажи, что согласен, и я навсегда эту метку запечатлею. – Он прижал пальцы к ноющему месту на ноге Майка, и тот напрягся. - Метку? – переспросил Майк. Все тело подрагивало, а чем ближе к паху была ладонь Честера, тем больше росло напряжение. – Ты меня укусил, - констатировал он. - Извини, если больно, - сказал Честер сопереживающим тоном, - но без этого не обойтись. Как только я ее припечатаю, она там останется навсегда. Станет знаком того, что мы с тобой заключили сделку. Представь себе, что это спайка такая. От упоминаний сделок и укусов, следы от которых останутся у него навсегда, голова у Майка пошла кругом. Каким бы сексуальным ни был Честер, все это начинало пугать его. - Это вряд ли, - сказал он, подняв руки, и оттолкнул Честера. – Мне надо на занятие. Если захочется довести тот минет до конца, обращайся. – Он бросил взгляд в пролет лестницы, на ступеньки, которые вели на второй этаж Итан-холла, но там никого не было, кроме них двоих. Он отошел от так называемого беса, но Честер развернулся и схватил его за запястье. - Не уходи, - попросил он. – Пожалуйста. И тогда я тебе напомню обо всем... - Я… я не могу, - сказал Майк, чувствуя, что сердце забилось сильнее. – Мне надо на занятие. - Не переживай насчет занятия, - сказал ему Честер, - все будет в порядке. - Ты так говоришь, потому что не знаешь миссис Харрис. И не рискуешь своими баллами. - Баллами, - рассмеялся Честер, закатив глаза. – Прими мое предложение, Майкл, и тебе вообще больше о них не придется беспокоиться. Только что Майку хотелось как можно быстрее убраться, но тут он замер, вспомнив все то, что видел вчера: будущее, которое Честер показал ему в стакане скотча. Майк почесал в затылке. Должно быть, ему это все привиделось. Или Честер подсыпал ему в напиток какой-то галлюциноген. - Хочешь снова посмотреть? – спросил Честер, отпуская его руку. – Мне вот никогда не надоедает на это любоваться, - заявил он и щелкнул пальцами. Майк посмотрел в ту сторону, и весь воздух вышибло у него из легких. Он увидел самого себя в потоке яркого света, лившегося из окна. Все было так же, как и вчера вечером. Он увидел, как сдает все предметы на высшие баллы, заканчивает колледж, становится успешным художником-фрилансером, работающим из дома. Очень комфортабельного дома. Увидел родителей, которые им гордились. Прижав руку ко рту, Майк смотрел, как отец приобнимает его за плечи и поздравляет его. Он увидел Анну, стоявшую под руку с ним. Они были вместе, и Майк лучился счастьем. У него все было хорошо. - Все это может быть твоим, - прошептал Честе прямо Майку на ухо. – Цена вопроса – твоя душа. Скажи, что согласен. Скажи, что хочешь этого замечательного будущего, и оно станет твоим. Майк слышал собственное тяжелое дыхание, словно пробежал марафон. Воздух то и дело то входил, то выходил из легких. - Почему?.. – спросил он, закрывая глаза, чтобы не видеть всего этого. – Почему именно я? Почему ты именно мне все это предлагаешь? Честер щелкну пальцами, и, когда Майк вновь открыл глаза, образов его будущего как не бывало. Остался лишь солнечный луч. - Просто ты мне нравишься, - ответил Честер и встал прямо перед ним, чтобы смотреть друг другу в глаза. – Я за тобой наблюдал, и тебе явно нужна моя помощь. Майк недоверчиво взглянул на него. Честер пожал плечами. - Я бес, Майк, - непринужденно сказал он. – Этим я и занимаюсь. Собираю души. Такая у меня цель в жизни, моя работа. Мое призвание. То, для чего я создан. - А если я откажусь? – спросил Майк. – Тогда что? Обратишься к... к кому-то еще? Честер шагнул к нему, провел рукой ему по щеке, придвинулся ближе. - А ты не отказывайся. - Но… но это же душа. Куда я без нее? – проговорил Майк. Ему становилось как-то не по себе… несмотря на то, что он уже успел положить руку на стройное бедро Честера. - Я ее не буду забирать, пока время не придет, - пообещал Честер. – Не заберу, пока не дам тебе все, что тебе нужно. До тех пор я ее буду оберегать. Оберегать. Майк не понимал, что это означает, и ему не особенно хотелось знать. Он покачал головой и шагнул прочь от Честера. - Мне надо на занятие, - сказал он и развернулся, чтобы уходить. Тут Честер окликнул его. - Майкл, - сказал он низким, зловещим тоном, - может быть, тебе стоит еще раз посмотреть вот сюда. – Он повернул ладонь, щелкнул пальцами, и будущее Майка вновь вспыхнуло в лучах солнца. Майк бросил взгляд на картинки, собираясь уже отмахнуться от них, но застыл на месте. На этот раз его глазам предстало нечто иное. Он увидел, как заваливает экзамены, как оказывается не в состоянии закончить вуз. Никаких празднеств его тоже не ждало. А потом он увидел, как работает в офисе, в тесном помещении, где его творческой энергии было негде развернуться. А родители… Отец разочарованно качал головой. И все это выглядело таким настоящим, что Майку казалось: протяни руку – дотронешься. Он ощущал холодный, пробирающий до глубины души взгляд отца, который смотрел на него, как на неудачника. А Анна… она была замужем. За другим. - Вот такой будет твоя жизнь без меня, Майк, - сказал Честер. – Этого ты хочешь? Майк закрыл глаза, чтобы спрятаться от будущего, представшего его глазам. Он сам понимал, что это правда, и, если он будет продолжать в том же духе, все то, что показал ему Честер, сбудется. - Нет, - прошептал он. - Тогда соглашайся, - шепотом ответил ему бес. Майк почувствовал, как Честер придвинулся к нему. – Скажи, что согласен, Майк, и я дам тебе все, чего ты хочешь. Майк с трудом сглотнул и кивнул. - Ладно. - Как пожелаешь, - промолвил Честер и мгновение спустя прижал Майка к стене. Рюкзак Майк уронил на пол. Честер казался хрупким, но был силен. Гораздо сильнее, чем казалось Майку. - Что… что ты делаешь? – спросил Майк. Он почувствовал, как Честер расстегивает ему ремень, и голова пошла кругом. - Закрепляю метку. Расслабься, Майк, тебе понравится. – Честер сдернул с него джинсы, опустился на колени, потерся носом о самые чувствительные места и провел ладонями по ноге Майка. Он поцеловал его в бедро, и его губы были такими мягкими, влажными. Майк застонал, вскинул голову, обвел взглядом пространство, но они по-прежнему были одни. - Чез… Честер, - едва выговорил он, и тут Честер коснулся его члена, прикрытого одеждой. Он прижался губами к бугорку под бельем, пососал через повлажневшую ткань, перешел поцелуями на подрагивавшее бедро. След от укуса опахнуло горячим дыханием Честера. Майк положил обе ладони ему на голову, ощутив под пальцами его короткие волосы, очертания ушей. - Хочу тебя, - вырвалось у него. Откуда-то из самой глубины существа. Честер облизнул след от укуса и улыбнулся. - А я – тебя, - ответил он и укусил его. Майк напрягся, вытаращил глаза, крепче схватился за его голову и распахнул рот. Ему хотелось заорать, но он не мог. В груди все сжалось, он не мог сделать вдох. По щеке скатилась слеза, и тут он почувствовал, что Честер его отпустил. Поцеловал его в бедро, в покрытый одеждой член, в живот, в грудь, шею и, наконец, в щеку. - Ты теперь мой, - промурлыкал Честер, словно был наполовину котом. – Я с тобой до конца, Майкл. Нашу связь не разорвать. Майк всхлипнул, вытер глаза, смахнув слезу. Нога слегка занемела, но в остальном он чувствовал себя как обычно. - А теперь что? – спросил он. Честер вновь подтянул его джинсы наверх. - Да ничего, - хитро улыбнувшись, ответил он. – Иди в класс. Увидимся позже. - В класс… - повторил Майк, возвращаясь в реальность. – Блин, я же опоздал! – Он опустил взгляд на свои джинсы, по-прежнему расстегнутые. Быстро задернув молнию, он застегнул ремень. – Мне конец, - проворчал он. – А время вспять ты поворачивать умеешь? – спросил он, поглядев на часы. Он опоздал на историю искусств на двадцать минут. – Пожалуйста, поверни. Ну или я тебе повелеваю. Ну или как там говорить надо, - сказал он и поднял с пола рюкзак. – Это же так и работает, да? У Честера отвисла челюсть, после чего он расхохотался. Буквально затрясся от смеха. - Ты такой смешной, - пробормотал он. Его глаза так и сияли на солнце. – Иди в класс, Майк. Все будет хорошо. Обещаю. Поверить в это было сложно. Но, когда Честер, сунув руки в карманы толстовки, принялся насвистывать какой-то знакомый мотивчик и двинулся вниз по лестнице, Майк сдался. Сердито вздохнув, он направился вверх по ступенькам. Что за бес такой? Даже время вспять повернуть не умеет. Вот же блин. Майк поспешил по коридору. Нога уже почти не болела. Последние несколько метров он одолел чуть ли не бегом, и вот уже оказался перед закрытой дверью в кабинет истории искусств. Остановившись, он сделал глубокий вдох и чуть приоткрыл дверь, надеясь прошмыгнуть незаметно. Но там вовсе не стояла тишина, как обычно бывало на лекциях миссис Харрис. Доносились звуки болтовни. Майк зашел и огляделся. Аудитория, где полумесяцем выстроились сиденья, была полна народу, и все разговаривали. Никто не убирал телефоны, и студенты что-то обсуждали. Майк посмотрел туда, где во всю стену тянулась белая доска, а перед ней стоял стол миссис Харрис. Но преподавательницы там не было. Ничего себе. Ну и ладно. Майк прошел через аудиторию, сел на место. Он поверить не мог своей удаче, тому, что преподавательница куда-то вышла. Может, она и не заметила, что меня не было. Улыбнувшись своим мыслям, он пошарил в рюкзаке, собираясь достать учебник и тетрадь, и тут дверь аудитории открылась. Все замолчали. Вошел мистер Рэндалл. Пожилой, седой мужчина в старомодном костюме прошел к преподавательскому месту и повернулся к студентам, которые внимательно смотрели на него. Он был очень строгим, и его боялись больше всех преподавателей. - Сегодня занятие буду вести я, - объявил он грубоватым старческим голосом. – К сожалению, вынужден сообщить, что у миссис Харрис утром случился сердечный приступ.