Необузданный

Остаток дня они провели вместе. Расслабляясь, обмениваясь клятвами любви, дразня друг друга и играя в игры на телефонах. Ибо поддался Сяо Чжаню несколько раз, всегда следя за тем, чтобы тот не понял, что он нарочно проиграл. Иногда это срабатывало, иногда, нет. Обычно, когда Сяо Чжань подозревал Ибо в поддавках, все заканчивалось тем, что они ссорились. Но не в этот раз. Они были настолько поглощены друг другом, что Сяо Чжаню было все равно, выиграет он или нет. Просто быть вместе после такой долгой разлуки уже было достижением. Они не собирались ссориться из-за ерунды. Ибо сделал ему сюрприз, подарив персонализированную гитару, отделанную в стиле «Маленького принца», на которой неброско было написано WANGXIAO и знаменитая цитата из их любимой книги: «Настоящая любовь никогда не изнашивается. Чем больше отдаешь, тем больше имеешь». Сяо Чжань был тронут до слез. — Спой мне. Я так скучаю по твоему пению. Запретить тебе петь, было очень жестоко. — сказал Ибо, поглаживая его волосы. Сяо Чжань перебирал пальцами струны гитары. Ему на самом деле очень не хватало пения. Иметь возможность исполнять песни со сцены всегда было для него чем-то особенным. Петь для себя или для семьи было далеко не то же самое. Размышляя о том, как он страдал вдали от Ибо столько лет, он начал наигрывать аккорды A-Lin, A Kind of Sorrow . Он запел мелодичным, хорошо поставленным голосом. Он был так сосредоточен на пении, что не обратил внимания, как на это отреагировал Ибо. В его миндалевидных глазах была меланхолия и неисполненные мечты. Эта песня всегда заставляла Сяо Чжаня думать об Ибо и обо всем, что они пережили, ведь расставание с Ибо, действительно, оставило в его сердце грусть, которую он так и не смог преодолеть. Сяо Чжань чувствовал, как слова песни затрагивают его душу, и он закончил петь дрожащим голосом и со слезами на глазах. Он чуть не выронил гитару, когда Ибо крепко обнял его. Его сердце словно разбилось на тысячу осколков, когда он почувствовал, как его рубашка пропиталась слезами Ибо. Сяо Чжань осторожно отложил гитару и так же крепко обнял Ибо, пытаясь передать ему свою уверенность, что он больше никуда не уйдет. Он усадил его к себе на колени и стал осыпать поцелуями мокрое от слез лицо, пока не наткнулся на его припухшие губы и лизнул их языком, прося приоткрыться. Ибо немедленно подчинился, и вкус их слез смешался в поцелуе, наполненном сожалением о прошлом, но полным надежды на будущее. — Бобо, я никуда не уйду. — прошептал Сяо Чжань ему в рот. — Попробуй только оставить меня опять. — с полуулыбкой прошептал Ибо в ответ. Они продолжили медленно целоваться, наслаждаясь моментом и вкусом друг друга. Вздремнули немного, а когда проснулись, медленно занялись любовью. Раньше ими руководил страх, что каждый раз мог быть последним, а также отчаянное желание почувствовать друг друга после такой долгой разлуки. Но на этот раз Сяо Чжань не хотел торопиться. Он осыпал поцелуями все тело Ибо, нежно прикасаясь к нему, постепенно усиливая напор. Руки Ибо также с благоговением блуждали по всему телу Сяо Чжаня, иногда зарываясь пальцами в его черные волосы. Они неторопливо целовались, медленно сплетаясь языками, долго смаковали вкус друг друга. И когда Сяо Чжань, наконец, вошел в него, их движения были медленными, они пытались растянуть удовольствие, насколько возможно. К более серьезным делам они вернулись только после ужина. Сяо Чжань высказал сомнения в помолвке Ибо, на что тот сразу же ответил: — Ли А-Кум и я помолвлены только для удобства, ничего больше. — А что, если она захочет продолжать этот фарс до бесконечности? Что, если она действительно хочет выйти за тебя замуж? — Этого не случится. — Как ты можешь быть так уверен? — настаивал Сяо Чжань. — Поверь мне, Чжань-Чжань. Она не любит меня. У нас с ней договор, вот и все. И хотя Сяо Чжаню хотелось иметь больше подтверждений этого, он был уверен, что Ибо не лжет ему. Тот факт, что он не особо вдавался в подробности, объяснялся тем, что дело касалось не только его, но и Ли А-Кум. В любом случае, ему нужно было доверять Ибо. Тем более, что у них была другая проблема, с которой им нужно было справиться. — А что мы будем делать с Дай Ю, Айгуо Баем и их агентством? Я не могу смириться с мыслью, что они собираются шантажировать тебя. Когда истекает твой контракт? — Через два месяца. — Ибо нервно заломил руки. — Я нанял детектива, чтобы найти что-нибудь, что можно использовать против Дай Ю и Айгуо Бая, но она сильный противник. Чтобы ее сын не натворил, она всегда покрывает его. Я подумываю устроить ему ловушку… Сяо Чжань нахмурился, уже подозревая, что задумал Ибо, и ему совсем не нравилось направление его мыслей. — Что за ловушка? — спросил он. Ибо избегал его взгляда. Это только доказало Сяо Чжаню, что он был прав в своих подозрениях, и Ибо задумал что-то, что могло ему не понравиться. — Я должен остаться с ним наедине… — Ни за что. — прервал его Сяо Чжань, не дав договорить. — И я бы записал все произошедшее. — продолжил Ибо. — Нет. Ты не останешься с ним наедине. — Я не буду совсем один, Чжань-гэ. Ки Чжэн будет неподалеку, на случай если ситуация выйдет из-под контроля. Сяо Чжань продолжал качать головой. — Нет. Это слишком рискованно. Он опасен. Кто знает, что он может с тобой сделать, особенно, если почувствует себя загнанным в угол. Защитный инстинкт Сяо Чжаня обострился. Он ни за что бы не позволил Ибо находиться в одной комнате с Айгуо Баем. Он сжал кулаки в гневе. — А что, если другого выхода нет? — Давай поищем другой способ. — Сяо Чжань, я действительно думаю, что это единственный способ... — Нет! Возможно твой детектив что-нибудь найдет против него. Не может быть, чтобы против него ничего не было. Что-нибудь должно найтись. — А если нет… — Я знаю, что не имею права указывать тебе, что делать, потому что он будет использовать меня против тебя, также, как они сделали со мной. Но Ибо, я не хочу, чтобы ты находился рядом с ним даже в помещении, полном людей. И поскольку я знаю тебя, и знаю, что если ты действительно собираешься это сделать, ничто не сможет изменить твое решение. Поэтому пообещай мне, что предупредишь меня. Если ты собираешься сделать это, а я умоляю тебя не делать этого, то я хочу быть с тобой в этот момент. Ибо переплел их пальцы вместе. — Обещаю. Зная, насколько упрямым был Ибо, Сяо Чжань решил присматривать за ним и попросил Ки Чжэна помочь. Телохранителю также не нравилась идея оставить Ибо наедине с Айгуо Баем даже на мгновение, но его работа заключалась в том, чтобы подчиняться своему боссу. Но даже если Ибо решит воплотить свой план в жизнь, Ки Чжэн заверил Сяо Чжаня, что, если придется, отдаст за Ибо жизнь. Сяо Чжань вернулся в Чунцин с болью в сердце из-за того, что ему пришлось покинуть Ибо, но у них обоих были обязательства, которые нужно было выполнить. Они пообещали друг другу поддерживать связь каждый день, и Ибо снова начал постить скрытые признания в любви на Weibo. Частое упоминание о них в социальных сетях заставило Сяо Чжаня волноваться, как на это может отреагировать Айгуо Бай. — Ты выглядишь обеспокоенным, Лао Сяо. — сказала Чжи Руо, когда они рассматривали предложения о сотрудничестве. — Я в порядке, Чжи Руо. Конечно же, он врал. Прошла всего неделя, а он уже истосковался по Ибо. К сожалению, у них не было возможности встретиться до конца месяца, когда должен был начаться третий этап рекламной кампании бренда Сяо Чжаня. На второй неделе их разлуки, Ибо принимал участие в мотогонках, которые транслировались по телевидению. Сяо Чжань не отходил от телевизора. Вид стройного тела Ибо в оранжевом комбинезоне и темных очках, его светлые волосы, сияющие на солнце, все это вызывало у Сяо Чжаня повышенное слюноотделение. Ибо позировал на мотоцикле для фотографий, рядом с двумя красивыми девушками, и Сяо Чжаню оставалось только ревновать. На протяжении всей гонки Сяо Чжань сидел, как на иголках. Он не настолько увлекался экстремальными видами спорта, как Ибо, но всегда беспокоился об опасностях, подстерегающих его во время гонок. Однако Сяо Чжань знал о способностях Ибо, и никогда бы не пытался запретить ему делать то, что ему нравится, только потому, что у него самого были проблемы с этим. Во время каждого поворота он нервно сжимал руки. Ибо лидировал в гонке. Но на последнем круге его мотоцикл занесло, и он слетел с трассы. Сяо Чжань вскочил с дивана, напугав Орешку, его сердце почти остановилось. Он ждал, когда Ибо встанет, но тело, лежащее на земле, не двигалось. Отчаяние охватило Сяо Чжаня. Спасательная команда быстро прибыла на место происшествия, но новости о его состоянии были не утешительные. Ибо был без сознания. Недолго думая, он позвонил Чжи Руо, взял ключи от машины и помчался в аэропорт. Он уже собирался войти в терминал, когда зазвонил его телефон. Это был неизвестный номер. — Приветствую. — ответил Сяо Чжань. — Это телефон Сяо Чжаня? — сказал мягкий женский голос. У Сяо Чжаня было ощущение, что он знает, чей это голос, и он не ошибся. — Да, это я. — Это Ли А-Кум. Вся краска спала с лица Сяо Чжаня. Он поспешил сесть на ближайший стул. У него перехватило горло и он не мог выдавить ни слова. — Сяо Чжань, извините за внезапный звонок. Но это была просьба Ибо. Сяо Чжань не мог не заметить, что она назвала Ибо по имени. — Он в порядке. — продолжила она. — Пришел в себя. Больше испугался, чем пострадал. Но он попросил вас оставаться на месте. Я имею в виду, если вы решили приехать… не надо. Здесь все… слишком хаотично. Вы понимаете? Сяо Чжань крепко сжал телефон в руке. — Как только будет возможность, он свяжется с вами, хорошо? До этого самого момента Сяо Чжань не сказал ни слова. Он не знал, как ему реагировать. Он испытал облегчение, узнав, что с Ибо все в порядке. Но с другой стороны, пытался понять тот факт, что ему позвонила Ли А-Кум, и что она называла Ибо по имени. Она была рядом с ним в больнице, а не Сяо Чжань. Она была официальной невестой. — Сяо Чжань? — она снова позвала его, когда не услышала от него ответа. — Извините. Я все понял. — он заставил себя ответить. — Спасибо. Повисла неловкая тишина. — Хорошо... тогда я прощаюсь. — Ли А-Кум повесила трубку. Сяо Чжань долго смотрел на экран своего телефона, пытаясь привести свои чувства в порядок. Напрасно пытаясь убедить себя, что все в порядке. Ибо был в порядке. Ли А-Кум была с ним. Ли А-Кум, а не Сяо Чжань. Его охватило ужасное чувство собственничества и ревности. Он вернулся домой словно в трансе. У него было желание крушить все вокруг, но он сдерживал себя. Он старался не поддаваться паранойе, но все, о чем он мог думать, это то, что, возможно, Айгуо Бай был не единственным препятствием между ним и Ибо. И что, возможно, сам Ибо даже не осознавал этого. Внезапно Айгуо Бай перестал быть единственной проблемой. Была еще Ли А-Кум. Однако в данный момент ему ничего не оставалось делать, кроме как верить в чувства Ибо к нему.