Кровь Пламени.

Кровь пролилась, Искра зажглась, Сердце остановилось, И больше не билось.

Комбинезоны для турнира были одинаковы. Бархатно-чёрные штаны с тёплой, плотно облегающей тканью и водолазки, рукава которые заканчивались митенками. Я с удовольствием надела привычные, тёмные ботфорты. В Каленгдере я брала белые. На мой первый турнир мама подарила мне браслет на удачу. Золото переливалось на солнечных лучах. Надевала я его редко, боялась потерять. — Помоги-помоги! — в мою комнату вбежала Ила. Её водолазка висела на шее, не закрывая грудь в бюстгальтере. — Не можешь натянуть? — я посмеялась, поправляя свой хвост. Смотря на подругу, лишний раз натянула кофту пониже. — Я бежала к тебе на всех порах, прояви уважение! — Это я-то должна проявлять уважение? Ты ко мне в комнату ворвалась! — Ой всё. Помоги. Ила вытянула руки вверх. Я помогла рукавам оказаться на нужном месте и принялась натягивать водолазку на живот. Плотная ткань застревала на уровне груди. — Святая… — Только попробуй, — Ила резко оборвала вошедшую Азу. Любое упоминание Святой Каптелии вызывало у неё вспышку гнева. — Ты босиком, — Аза указала подруге на её ноги. — Ты бежала ко мне босиком? — мои брови нахмурились. — Я была обречена! — Ила вскинула руки. Я последний раз оглядела себя, когда подруга была готова. Кроме её ног. — Но ты, моя фея-спасительница, меня выручила! Спасибо! — девушка, придерживаясь за мои плечи, подпрыгнула и оставила звонкие поцелуи на обеих щеках. — К тому же, ботильоны я кинула на пол, когда вбежала в комнату. — Ты бежала по трём коридорам с неприкрытой грудью, водолазкой на шее и с ботильонами в руке? — спросила Аза, стараясь не засмеяться. — Вот не надо, я грудью не светила! Всё прикрыто, — Ила скрестила руки на груди, перед этим проведя контуры бюстгальтера. — Сочувствую всем прохожим, кто видел тебя, — я не сдержалась и засмеялась во весь голос. Аза, терпевшая, тоже разразилась смехом, сгибаясь, как я, пополам. Ила демонстративно прошла к своей обуви и, поочерёдно пнула ею нас с Азой в задницы. — Ой-йо-ой! — она закатила глаза и тоже рассмеялась. — Вот зачем тебе такие каблуки? Ладно я, я же низенькая, но ты! — Привыкла, — я пожала плечами и хмыкнула. — А где Вит? — Где-где, в цемдре купается! С друзьями своими обсуждает турнир. — Да ты что? — Аза скрестила руки на груди и боком опёрлась об стену. — Да! Представляете?! Нет, чтобы со мной побыть, он к своим дружкам побежал! Мы с Азой закивали головами, надув губы и часто моргая. — Нет, со мной другая ситуация! У меня тут цемдра окутала перед турниром, я была вынуждена сбежать от него к вам! — Ну, ко мне ты не бежала, — заметила Аза. — Конечно не бежала, ты же вообще за три версты, за три кезы! — Получается, ты побежала ко мне за помощью, а Вит, зная, что ты здесь задержишься, решил побыть со своими друзьями? — подытожила я. — Подожди, но, если ты убежала, как узнала, что он с друзьями? — подруга собирала чёрные волосы в хвост. — Вы что, их смех не слышите?! В окно выгляните! Я слегка приподняла подбородок, смотря на пейзаж за окном. Там и вправду стоял Вит со своими друзьями. Парни бурно что-то обсуждали при этом не забывая смеяться. Вит, заметив меня, шутливо поклонился в мою сторону. Я в ответ подмигнула ему и посмотрела на застывшую Илу, которая возилась со шнуровкой ботильонов. — Собралась у меня парня увести? — Да, мечтаю об этом. — У тебя есть при-и-инц, — протянула Аза. — Я резаться скорее начну, чем полюблю Длама, — я закатила глаза. — Но никому же не обязательно знать, что я уже режусь. К тому же, я человек слова. Сказала – сделала. — Ой, резаться она будет, конечно! — Ила рассмеялась. — А что в этом смешного? — Только люди со слабой волей начнут резаться, — подруга неуклюже обняла меня, уткнувшись подбородком в живот и посмотрела в глаза. — А ты, мисс-великан-большой-каблук, придёшь ко мне поплакать, я, как настоящая подруга, тебя утешу и зацелую. — Уверена, это правда, только вот я не приду к тебе плакать… Слишком слабовольная. Нужно менять имя на Слабовэллу. Аза помогла Иле завязать хвост. Я села на подоконник и посмотрела на Вита. Хотела посмотреть, но мой взгляд зацепился за стоящих сзади драконов. Чёрные доспехи, которые впитывают свет, закрывали колени на задних лапах, шею и морду сверху. На войне также закрывают крылья, но сегодня у нас турнир. Не исключено, что участники пойдут на подлость и вонзят что-то в дракона соперника. За шесть моих турниров на Геолуса нападали двадцать семь раз. Кинжал, нож, осколок. Множество предметов, которые легко спрятать в комбинезоне. — Ну вот почему тебе не нравится Длам? — начала допытываться Ила. — Делать предложение на виду у всех – своего рода давление, — ответила вместо меня Аза. — Это романтично! Не каждый мужчина решится на такое! Где тут давление? — Девушка может сказать «да» только из-за посторонних, потому что они будут разочарованы «нет». — Девушка не должна заботиться о мнении других. Тем более, посторонних! — Мы забыли, что я не могу отказывать королевской семье, если сама не королевской крови? — прервала их диалог я, вопросительно подняв бровь. — Ну вот поэтому я и спрашиваю! — Ила бесцеремонно плюхнулась мне на ноги, сев, напротив. — Тебе придётся с ним жить! Целоваться! Тр… рождать наследников! Нельзя же его постоянно ненавидеть. — Слышала бы ты наш разговор перед отбором, — я закатила глаза. — Что такое? — спросила Аза и села на наши ноги, оперившись о стёкла окна. — Он сказал, что ждёт от меня извинений за то, что я упомянула Каленгдере, когда смотрела на метку. А перед этим, он сказал, что я намерена развязать войну между Цемдарком и Каленгдере, и я, как невеста принца, не должна вести себя так. — Он кеза поел? — нахмурилась Ила. — Кто? Внезапно, окно за спиной Азы открылось. Девушку придержал Вит, который подлетел на своём драконе. — Ты! Тьфу! — мы втроём выругались. — Взяли, разлеглись здесь у окошка. Одна вообще, сидит, соблазняет. — Мне очень приятно, — я сладко улыбнулась и часто заморгала, притворяясь, что комплимент был адресован мне. Ила отвесила мне подзатыльник, перелезая оконную раму. Вит схватил её под мышки и аккуратно усадил рядом с собой. — Большое спасибо за то, что подбросил! — крикнула ему вслед Аза. Я лишь закатила глаза и перекинула ногу, становясь платформой ботфорта на выпирающий кирпич. Схватилась за деревянный водоотлив, ловко спрыгнула на землю и откинула волосы назад. Некоторые парни покраснели, глядя на меня. — Я могу помочь тебе надеть доспехи на Геолуса, — сказал один из смутившихся. — Буду очень благодарна за оказанную помощь. Я легко справилась бы и сама, но решила немного осчастливить парня. Он был младше меня на год, так же, как Аза и Вит. Не смотря на то, что Иле пятнадцать, она учится на третьем курсе, вместе с друзьями. Четвёртый курс последний, с учениками занимаются меньше, ведь те знают уже все техники. Потому я часто помогала учителям с их занятиями, ровно так же, как и мои однокурсники. Иногда казалось, что третий и четвёртый это один и тот же курс. Скоро должен был начаться турнир.

❁❁❁

Мои глаза вовсю искали Вилору, но не нашли. Участники ждали открытия. Поле для турнира было размещено в сердце столицы. Король с королевой ещё не явились к длинной, красной ленте, которую держали двое драконов с серыми чешуйками. Зрители сидели на высоких трибунах из чёрного камня: снизу первого ряда висели флаги Цемдарка, чередуясь с гербом. Участники в основном толпились в южной части поля, но несколько групп стояло и в других местах. Кто-то устал ждать и сел на стриженный, красный газон, кто-то протирал доспехи своему товарищу. Мы с Азой, Илой и Витом были в северной части; сзади нас лежали наши драконы и набирались сил перед турниром. Ила сидела, опираясь на Ционеса спиной, Аза разминала мышцы рук, а я с Витом стояли, скрестив руки на груди. — Главное не запутаться в островах Нея, — сказал Вит. Как и на всех участниках, его комбинезон был из бархатно-чёрной ткани, которая плотно облегала всё тело, включая его слегка накачанные мускулы. Парень предпочитал магию, не заботясь о физической форме. Его сапоги, чуть ниже колен со шнуровкой стучали пяткой, отсчитывая время до начала. — Легко, — я пожала плечами, вспоминая карту. — Надеюсь, Ционес выдержит полёт вверх по Вулкану Последнего Огня, — Ила нервничала так сильно, что сразу прогнала друзей Вита, чтобы они не видели её такой взволнованной. — Вы ведь помните слух аля-последний-дракон-с-пламенем? — в тоне Азы были издевательские нотки. — Бред, — не задумываясь, сказал Вит. Немного меньше, чем через две недели должен состояться праздник Последнего Огня. День, который празднуют все: Цемдарк, Святлай и Каленгдере. Победив Аефеяллу и навсегда истребив её народ и драконов, что извергали пламя, короли и королевы со спокойной душой выдохнули. Они были вынуждены защищаться от множества атак королевства огня. Король поставил себя и свой народ выше других. «Ваши святые убили своего дракона! Вы не заслуживаете жить в этом мире, и дорога вам в Небытие!» – кричали аефеяллцы. Пытаясь устроить геноцид цемдаркчан, святлайцев и каленгдерчанцев, правитель напоролся на собственный нож. — Главное – долететь назад без особых повреждений, — сказал Вит. — Подожди, ты говоришь, что победа – не главное?! — воскликнула Ила. — Он просто знает, что со мной у него нет никаких шансов, — я хмыкнула и улыбнулась уголком губ. — Лучше бы ты отбор прошла, — Ила закатила глаза. — Она не виновата в том, что её автоматически допускают к турниру, — Аза упёрла руки в бёдра и нахмурилась. — О, я тебя нашла. Я повернулась и облегчённо выдохнула, увидев, как Вилора направляется ко мне. Заключив подругу в объятия, моя рука потрепала её хвост из чёрных, кучерявых волос. От девушки приятно пахло лимоном, а над ней словно вилась бодрость. — Привет, — Аза с натяжкой поздоровалась с Вилорой. — Привет. Я видела тебя в списке на отборе, — ответила девушка. Она нервно пригладила свои штаны комбинезона, и я принялась теребить края минеток. — Мы тебя тоже видели, — воскликнула Ила. — Правда, в самом конце, но это неважно. Главное, что ты прошла. — Как настроение? Готова полетать, зная, что больше двадцати человек хотят проткнуть твоему дракону крыло? — спросил Вит. — Э-э-э, ну, о этом я стараюсь не думать… Настроение у меня победить. — О, ну за победу тебе придётся побороться с дочерью генеральши, — Аза подмигнула мне. Я читала в её взгляде насмешку над Вилорой. — Но ты же ещё очень долго не появлялась на литниях. Сможешь хотя бы на дракона сесть? — Э-э, ну да, я же лучшая… Была, по крайне мере. — Тебе бы стоило на тренировках появляться, а потом уже на турнир идти. — Ой, Вил, а ты же в этом году вроде уходишь, да? — Ила перевела тему, стараясь снять нарастающее напряжение. — Да, я хотела бы продолжить дело отца. — И чем он занимался? — Делал сёдла. Когда Аза зацепилась за мой взгляд, я едва заметно помотала головой: — Только попробуй высмеять дело её отца или саму Вилору. — И всего-то? Тебе не кажется, что ты достойна большего? — Аза издевательски выгнула бровь. — Что? — На этом много денег не заработаешь, людям давно уже не нужны сёдла и… — Тогда выкинь своё и лети без него, раз людям давно они не нужны, — я перебила подругу, не намереваясь терпеть её высмеивание Вилоры. — Ты чего? — девушка удивилась и немного растерялась. — Я же как лучше говорю. Ты обиделась на меня? — Вилора не просила твоего мнения, так что, оставь его при себе, — я положила ладонь на талию Вил и подтолкнула её уйти. Мы подошли к столику с водой в восточной части поля, где я взяла одну из бумажных бутылок. На глазах подруги появились слёзы. — Кезовая Аза, — Вилора быстро моргала, стараясь не заплакать — Прости. Она… пожалеет о своих словах и очень скоро. Сначала говорит, а потом думает. — Ты же помнишь о своём обещании? — Вообще-то я обещала подумать, — я вздохнула. — Мне тоже нужно выиграть турнир, Вил. Иначе я испорчу себе репутацию. Но я сделаю всё возможное, чтобы это выглядело естественно. — Спасибо. — Вилора! — рядом с нами возник Вит. — Аза умеет вести себя по-кезовски, но она уже сожалеет о сказанном! Если хочешь заниматься сёдлами – занимайся, супер, потрясающее дело, я поддерживаю тебя всеми руками и ногами! Вилора звонко засмеялась и забрала воду из моих рук. Я облокотилась о плечо Вита и улыбнулась парню: поддержать он умеет, как никто другой. Внезапно сотни стражей подули в шоферы, заставляя всех вздрогнуть. Король с королевой явились к красной ленте, которую держали драконы с серыми чешуйками. Посередине стоял Длам. На членах королевской семьи сияли серебряные доспехи; чёрная, как самая глубокая ночь, мантия, закрывала плечи и спины. Только на одном принце не было короны. Казалось, это его очень злило. Арка из мрамора над Да-Цеками начала окутываться лоскутами тьмы, а драконы по бокам встряхнули крылья. На их грудях красовался герб Цемдарка. — Рады снова стоять здесь, с вами, наши подданные! — начал король. — Ежегодный турнир, который заставляет нас задержать дыхание, ожидая нового победителя… — Я задержу дыхание, если правда будет новый победитель, — прошептал Вит. — Я новый победитель, — я скептически нахмурилась. — Нет, ты старый. Вот победит кто-то другой, вот тогда я задержу дыхание. — Ты не настроен выиграть? — спросила Вилора. — Я? Нет, куда мне там. Полетаю, прибью каждого, кто тронет моего дракона и со спокойной душой пойду праздновать ночью. Зачем волноваться? Я хмыкнула. — Ты не волнуешься, потому что всегда выигрываешь. Это другое, — Вит нахмурил брови. — Каждый мог бы меня выиграть, если захотел этого. Но все следуют «зачем волноваться?» и проигрывают. Ты хотя бы раз пытался по-настоящему меня обогнать? — я вопросительно подняла бровь. — Нет. Мне не нужна победа. — Всем нужна победа. — Тебе нужна победа. — Но если бы ты победил, то несомненно радовался, не так ли? Я приняла молчание парня за ответ. — …объявляю турнир открытым! — король взмахнул свои мечом и разрезал ленту. Драконы, державшие её по бокам, взлетели, закружились в вихре и резко распахнули свои крылья, улетая вдаль, по предстоящему маршруту. Мы втроём двинулись вперёд, сквозь толпу пробираясь к своим драконам. Ила уже сидела на Ционисе, а Аза на Кионесе. Я запросто перекинула ногу через Геолуса и потрепала его по шее. Дракон повёл мордой и приготовился к взлёту. Раздался первый горн. Все участники подвели драконов к белой полосе старта. Я находилась в самом центре, на самом лучшем месте. Слева от меня Аза разминала мышцы спины. Человека справа я не знала. Красные чешуйки на драконе обозначали жестокую борьбу за победу. Золотые доспехи прикрывали колени задних лап, шею и морду. Всадник, с зелёными, как листья мяты, глазами, взглянул на меня. Его взгляд прошёлся по моему спортивному телу, оценивая фигуру. Только затем он взглянул на Геолуса. Его тёмные волосы немного завивались, ниспадая до ушей. Парень ждал, и, наконец, зацепил мой взгляд. — Не каждый может оседлать такого жеребца, — я фыркнула, закатила глаза и отвернулась. Раздался второй горн. Драконы взмахнули крыльями, готовясь к полёту. Зазвенели доспехи, трибуны взвыли, предвкушая гонку. Я нашла маму, стоящую рядом с королевской семьёй. Она ободряюще подмигнула мне и улыбнулась уголками губ. — Кез, Вилора просила поддаться. Но мама… Я не хочу её разочаровывать… Раздался третий, последний горн. Я пихнула Геолуса в бок, и все участники турнира взлетели. Пришлось сразу же пригнуться от ужасного ветра, который бил по глазам. Геолус вырвался вперёд, покидая Цемиаду-Дерлинг. За мной выстроился небольшой хвост. Оглянувшись через плечо, я заметила линию тьмы, которая летела в крыло моего дракона. Резко надавив на правый бок, Геолус наклонился, избегая атаки. Смотря только вперёд, я показала назад средний палец. — Ускоряемся, Геолус, мы подлетаем к Вулканам Нея. Каждый участник сам выбирает, как обогнуть острова. Здесь можно легко запутать противника и обогнать его. Я слегка отстаю, пропуская других, а затем сворачиваю налево, пролетая над самым большим из островов Нея. Оглядываясь, не замечаю хвоста. Впереди уже виднеется малый Йоханс, в то время, как другие, максимум, огибают северный Нея. — Как всегда, мы впереди, Геолус. Следующий Вулкан Последнего Огня и обратно. Ветер играет с моей одеждой и волосами. Я лечу, сильнее сжимая поводья и наматывая их на кулаки. В далеке раздаётся чей-то крик. Видимо, один из участников ранил другого, намереваясь убрать противника. Я слегка поворачиваю направо, когда вижу Вулкан Последнего Огня. На самой вершине развивается чёрный флаг, который должен принести победитель. Губы расплываются в усмешке, предзнаменуя победу. — После моей победы я разрешу тебе дотронуться до моего флага. Оборачиваясь, я вижу парня, летящего на драконе с красными чешуйками. Его зелёные глаза направлены на меня, а чёрные волосы развиваются в надвигающийся буре. Он летит прямо на меня. — Мечтатели никогда не выигрывают! — кричу я ему в ответ и пинаю Геолуса навстречу вулкану. — Р-РА-РА-А-А! Злобное рычание раздаётся прямо над моим правым ухом. Я не успеваю опомниться, как дракон наваливается на Геолуса всем своим телом, сбивая его и меня. Мы летим прямо к вулкану, не переставая вертеться в агонии падения. Дыхание, которое до этого было спокойным, сбилось, сердце забилось чаще, а на лице отразилось гримаса ужаса. — А-А-А-А! Я кричу, когда Геолус задевает острый край кратера, и мы падаем в самое сердце вулкана. Последнее, что я вижу – это нахальная улыбка зеленоглазого кеза, держащего в руке флаг. Он подмигивает и улетает, оставляя меня одну. Руки покрываются ранами, из них стекает кровь, а мы продолжаем ударяться о камень, с каждым разом снижая скорость. Вскоре, эта пытка прекращается, и я со стоном сваливаюсь с дракона. Всё тело болит, в ушах гудит. Кожа на ладонях содралась, штаны потрепались в пыли и грязи. В некоторых местах ткань порвалась. Руки дрожат не в силах успокоится. Мой хвост развязался, браслет отлетел в сторону, а волосы запутались в неразбериху, смешиваясь с кровью на затылке и виске. Ещё одна струйка течёт прямо из моей разбитой губы, и я резко сплёвываю накопившийся во рту железный привкус. — Цемдра, — я озираюсь по сторонам: вокруг лишь чёрный камень вулкана, который, как кажется, дрожит, знаменуя скорое извержение. — Цемдра, цемдра, цемдра! Я почти ничего не вижу и просто опираюсь на одну из стен. Моя ладонь вся в крови красит её в багровый цвет. Такое ощущение, что опора становится мягче и кажется, дышит. Ровно, размеренно. Моё тело дрожит, но я нахожу силы вернуться к Геолусу и, с невыносимой болью во всем теле, перевернуть его с бока на живот благодаря специальному механизму на седле. — Давай, нам нужно лететь. После турнира Льюис позаботится о тебе. Дракон скулит, пытаясь встать. Я подбадриваю его, как могу. Со злостью скидываю все доспехи, которые всё это время были лишним грузом. Геолус всё же расправляет крылья, давая мне сесть. Задница отзывается болью, когда приземляется в седло. Я жалобно издаю стон, потирая повреждённый копчик. Дракон медленно, аккуратно идёт вперёд и встряхивает крылья, собрав всю силу в этот подъём. Мы с трудом взлетаем и покидаем Вулкан Последнего Огня. Вместо того, чтобы лететь через Йоханс и Нея, я сворачиваю вправо, значительно сокращая путь. Такое ощущение, что вместе с адреналином по моим венам течёт огонь, который готов испепелить зеленоглазого кеза. От боли в ушах невыносимо гудит, а сердце никак не может успокоиться, словно падение вызвало в нём невероятную силу. Пот струится по моему телу, смешиваясь с кровью, которая льётся с ран. Ужасно жарко, словно я выскочила из костра. Минуя Леанис, я ищу глазами красного дракона и его всадника, чтобы забрать флаг. Намереваясь ему отомстить, я сжимаю рукоятку кинжала, припасенного на запасной случай в моей обуви. Однако, никого не встречаю. Не знаю, сколько времени мы упустили в вулкане. Может, турнир и вовсе закончился. — ОТСОСИ ЦЕМДРЕ! — Нет, не закончился. Как некультурно. Наконец, передо мной появляются более десяти участников, готовых серьёзно покалечить каждого своего противника. По доспехам драконов стекает кровь, а сами всадники выглядят не лучше: потрёпанные комбинезоны, раны на щеках. У одного вообще обувь отсутствует. — Ага, как будто я тут первородная красавица. Ну у меня есть оправдание. В далеке я замечаю красного дракона. Немедля, пинаю Геолуса, приказывая ему ускориться. Если это он, ему не сдабровать. Ветер жжёт мои раны, и я сжимаю зубы от боли. Облака слегка скрывают меня от всадника и наконец, я догоняю его достаточно, чтобы рассмотреть. — Вот ты и попался, — шепчу я себе под нос. Глаза улавливают некое движение на кончиках моих пальцев. Я встряхиваю руки, слегка отпуская поводья. Непонятное чувство пропадает, и его сменяет новое. Как будто разгорелось пламя и его потушили, но тот оставил за собой дым, который вскоре развеется. Я достаю припасённый метательный нож (который, во время падения, оставил внушительную рану на моей ляжке). Чёрное лезвие впитывает в себя лучи солнца. Рукоять, состоящая из одной нитки, которой перевязали нижнюю часть, оставляет следы на моей ладони, когда я сжимаю её до белых костяшек. Беру нож за лезвие, и отвожу руку назад для замаха. Кидаю. Оружие рассекает облака, которые скрывали меня. Зеленоглазый кез вскрикивает и прикрывает своё бедро, оглянувшись на меня. — Ах ты служительница цемдры! — Утопись в ней! — я кричу ему в ответ. Каждое слово отражается болью, а повышать голос даётся непросто. Парень замахивается тьмой на Геолуса. Я лавирую его атаки и достаю ещё один метательный нож. Замахиваюсь и делаю бросок. Лезвие попадает ему в плечо. Я пинаю дракона лететь быстрее, обогнуть противника, забрав флаг. Мы оказываемся впереди и тогда резко сворачиваем влево, преграждая путь зеленоглазому кезу. — Флаг. — Я честно его забрал, — парень всё это время старался вытащить нож из своего плеча, но в полёте сделать это было практически невозможно. Потому он снова взял свои поводья, решая расправиться со мной и в таком виде. — Ты нечестно столкнул меня в вулкан, — я шипела сквозь зубы. — Какая кошечка. Ну же, поцарапай меня. После победы я разрешу тебе дотронуться до моего флага, — его губы расплылись в хищной улыбке. — Ты повторяешься. — А ты забываешься. Победа моя. Его дракон огибает моего. Краем глаза я замечаю, что мы в нескольких метров от поля. Трибуны кричат, флаги и герба Цемдарка лелеют по ветру, ожидая победителя. Арка из мрамора ожидала победителя. Двое драконов с серыми чешуйками ожидали победителя, зажимая в пасти по концу красной ленты. — Лети к полю, Геолус, и никуда больше. Не оглядывайся, — прошептала я, наклонившись. Затем, отпустила поводья и перекинула одну ногу ко второй. Поплотнее вцепилась стопой в стремя и прыгнула на крыло, вцепившись в кость. На корточках начала ползти к краю, стараясь не ранить Геолуса. Добравшись, приготовилась. Крыло красного дракона было в метре от меня по диагонали. Один прыжок, и зеленоглазому кезу от меня не улететь. — Цемдра, обещай, что твои воды будут не так холодны, когда я в их окунусь после своего падения. Я прыгнула. Дракон противника зарычал, затем заскулил. Он опасно наклонился вбок из-за моего веса. Я, сдирая ногти в кровь, цеплялась за щель между его костями и доспехами, ползла к наезднику. Тот ошарашено смотрел на меня в оцепенении. — Ненормальная девчонка! Мы сейчас разобьёмся! — Не разобьёмся, если ты отдашь мне флаг. — Только после моей победы! Я смотрела только на него, как и он на меня. Но мои руки уже во всю расстёгивали ремень седла, на котором сидел парень. Он направил палку флага на меня, намереваясь сбить с крыла. Я уклонилась и зацепилась за неё, потянув парня на себя. — Катись в цемдру! Мельком я заметила, что мы подлетели к полю. В следующий миг, пряжка ремня звякнула, а седло опасно заскользило. Зеленоглазый кез чуть не упал, успев в последнее мгновения схватится за флаг. Я палкой толкнула его, намереваясь сбить. Его дракон наклонился в другую сторону, и моё лицо чуть не столкнулось с лицом парня. Зеленоглазый кез повредил крыло. Мы камнем летели вниз. — Цемдра, цемдра, цемдра-а-а-а! Никто из нас не собирался разжимать рук. Коснувшись земли, я всё-таки упала на парня, и мы покатились по полю. Газон окутал наши комбинезоны и лица. Мне он попал и в рот, хотя, уверена, что парню тоже. Наконец, мы остановились. Я оказалась сверху, и, пока зеленоглазый кез приходил в себя, ударила его палкой по лицу. — Р-Р-А-А-А! — Геолус! Услышав рёв собственного дракона вся усталость и боль пропала. Я резко подскочила и заметила, что мой друг специально снизил высоту полёта для меня. Запрыгнув на него, облегчённо вздохнула, всё ещё сжимая мёртвой хваткой флаг. Геолус разорвал красную ленту, а я подняла флаг вверх. Драконы с серыми чешуйками, стоящие по бокам, взлетели, а трибуны взорвались, приветствуя победителя. Я посмотрела в сторону королевской семьи, ища взгляд маму. Она тоже искала мой взгляд. Ядвига улыбнулась и кивнула мне. Я кивнула в ответ. Еле встав с дракона, зрители в унисон охнули, подробнее рассматривая моё лицо. Мама подорвалась с места, стремительным шагом идя ко мне. Длам нахмурился и тоже пошёл ко мне, но ленивым шагом. За ним появились двое стражников. — Она отобрала у меня победу! Я обернулась на крик. Парень встав и, похрамывая (рана в бедро дала о себе знать) тыкал в меня пальцем. Казалось, что он начнёт плеваться ядом. Сократив расстояние между нами до метра, зеленоглазый кез остановился: — Ты отобрала у меня флаг и покалечила! — Ты покалечил меня не меньше, зеленоглазый кез! — Всё было в рамках дозволенного! — У меня – да, у тебя – нет, — я повернулась к маме, которая уже стояла рядом со мной. — Скидывать противников в Вулкан Последнего Огня дозволено? — Нет, — ответил вместо неё Длам. — Вулкан уже десять лет в ожидании извержения. Любое падение может разбудить его. А если, он начнёт извергаться во время турнира, то жизни других участников окажутся в опасности. — А участник, который стал жертвой падения и вовсе мертвец, — закончила мама. Я испепеляла зеленоглазого кеза взглядом. Он переводил взгляд с Ядвиги на Длама, удосужившись, наконец, взглянуть на меня. Парень с глухим стоном вырвал нож из своего плеча и кинул мне. Я схватила его за лезвие, оставляя два надреза на ладони. — Как тебя звать? — спросил Длам у моего противника, осматривая его. — Целин. — Целин, — принц перевёл взгляд на меня. — Как всё было? — Она смухлевала в маршруте турнира, — не дожидаясь моего ответа, сказал Целин. — И как же? — спросила меня мама. — Не мухлевала я. Вместо того, чтобы лететь через северные Нея и Йоханс, полетела через южные. Нигде не было указано, что это против правил. — Верно, — сказал Длам. — Ладно, сейчас одобрение мне очень кстати, — я сглотнула слюну, перемешанную с кровью и слегка прокашлялась. — Затем, когда я добралась до Вулкана Последнего Огня, Целин столкнул меня в его самое сердце. Где я и ушиблась. Пока Ядвига с Дламом обдумывали услышанное, я решила рассмотреть Целина, на чьём лице играли желваки: густые брови, как волосы, чёрные, словно сама цемдра. Зелёные глаза, оттенка болота. «Вот бы утопить его в этом же болоте» – я невольно усмехнулась своим мыслям. Редкие веснушки покрывали его щёки, а на небольшой скуле стекала струйка крови после моего удара. Финального, вроде. Его внешность кричала, что он цемдаркчан. — Это против правил, Целин, — нарушив тишину, сказал Длам. — Я дисквалифицирован? — спросил парень, сжав руки на груди, скрепя зубами. — Я должен это обсудить с королём и королевой. Ядвига? — Я присоединюсь к вам позже, — ответила мама. — Значит, позже, — принц намеревался уйти, но слегка потянул меня за локоть и прошептал: — Моя невеста не должна так выглядеть. — Я чуть не умерла. — Не умерла же. Жду тебя в лучшем виде на награждении. Длам удалился. Целин ушёл в раздражённом состоянии к столам с водой, видимо, ждать своих друзей с турнира. Мы прилетели первые и никто из участников не добрался до финиша. — Сильно больно? — спросила мама, коснувшись подушечками пальцев моей разбитой и распухшей губы. — Хоть зубы не покалечила, а другое заживёт. Ядвига обогнула меня, став за спину и начала распутывать мои волосы, обнаружив там засохшую кровь. Я заскрипела зубами, стараясь не стонать от боли. Из-за ран было трудно сжать кулак. — Он получил по заслугам? — спросила мама, смотря мне через плечо на Целина. — Пока нет. Но если его дисквалифицируют, то да, — я повернулась к ней, заглядывая в глаза. На каблуках я была выше её. — Только не прикладывай к выносу решения свою руку. Пожалуйста. Мне хватило отбора, в котором я не участвовала. — Сломала бы ему руку, — мама фыркнула. — Когда мои руки перестанут трястись от боли, с удовольствием. — Ладно, мне пора. Иначе они сочтут мою задержку за наглость. — Угу. Ядвига ушла к королю с королевой, а я направилась к столу с водой. Стала к самому краю, ведь Целин был с другого. Парень молча допивал уже третью бутылку. Я поморщилась, когда разбитые губы обожглись водой, но всё-таки выпила. Взяла ещё одну и не опускала её до последней капли. Третью взяла для того, чтобы промыть раны на лице и на видимых местах, где порвался комбинезон. — Так тебе и надо, — сказал Целин. — Отцепись уже. Турнир окончен, — я закатила глаза. — Ещё нет. Награждения не было. — Так хочешь полюбоваться медалью на моей груди? Или позволить себе без стыда смотреть на мою грудь? — Кому твоя грудь вцемдрилась. — По крайне мере, мне. Затянулась тишина, но парень снова её прервал: — Ты выиграла, только потому что дочь генерала. — Да, точно, это же подпитывает моего дракона лететь быстрее. Гений. — Твоя мамочка сделает всё, чтобы меня дисквалифицировали. — Да, сделает, только вот я попросила её о другом. — Иначе, как ты выигрывала все прошлые турниры? — Не представляешь, силой и смекалкой. — А может принц давал тебе победу из раза в раз, чтобы ты ему кое-что дала? — Цемдра, в чём твоя проблема? Зачем тебе победа? Неужели тебя так задевает проигрыш? — Это мой последний год в дренишале. — Прекрасно, он ещё мой однокурсник. — Я хотел выиграть хотя бы раз. — Цемдра! — Что? Тебе бо-бо? — Целин засмеялся. — Цемдра, цемдра, цемдра! Я совсем забыла поддаться Вилоре из-за этого кеза! — я вздохнула. — Но я же ничего не обещала верно? О-о-ох… Она, кез, как обидится. Сколько она просидит в комнате? Неделю? Две? Месяц? Год? Мы вскинули головы, когда раздались крики. Первые десять участников добрались до финиша и радовались своей небольшой победе. Я сощурилась, ища взглядом друзей. Вит летел рядом с другими тремя участниками, Аза была впереди их всех, а Ила сзади. Она лениво сидела в седле и о чём-то перекрикивалась с соперницами. — Кез… — прошептал Целин. — Что? Твои друзья не вошли в десятку? — я позволила язвительной улыбке расплыться на губах. — Знаешь ли ты, дочь генерала, что есть люди, которые добиваются всего сами без влиятельных родственников? — Знаю. У меня подруга и друг такие, — Ила и Вит показались у меня перед глазами. История Вита поистине ужасна, но Ила… Даже думать не хотелось. — Уверен, что они такие же млези, как ты. — Закрой свой рот раньше, чем я вырву тебе язык за такие слова. — За какие слова? Я обернулась в сторону, где Ила шла вприпрыжку ко мне. Сзади плелась Аза с Витом, явно измученные турниром. Взяв несколько бутылок с водой, направилась к ним, напрочь забыв о зеленоглазом кезе. — Цемдра поглоти, что с тобой?! — вскрикнула Ила. Её радость сменилась ошеломлённостью и беспокойством. — Если ты скажешь, что не выиграла, я упаду в обморок! — У меня уже гудит в ушах, — поддакнула Аза, показав на уши. — Я не в порядке, но в порядке, — поспешно ответила я, отдавая им воду. — Я бы с удовольствием посмотрела, как вы упадёте в обморок, а Вит потом будет вас нести в комнаты, но, к сожалению, или к радости, я выиграла, потому, в обморок вы не упадёте. — И кто тебя так? — спросил Вит, нахмурив брови. Я закатила глаза и кивнула на Целина сзади. Вит уже намеревался отправится к зеленоглазому кезу, но мои слова остановили его: — Если он ещё не лежит без сознания, значит, я так захотела. Помогать мне не нужно. Вит кинул последний, испепеляющий глаз на Целина и принял бутылку из моих рук, за один раз её опустошив. То же сделали и подруги. Я потёрла саднящие ладони о бёдра. — Кез, они же просто горят. Как больно, раньше такого не было. Словно не сожрала кожу, а обожглась. — Так что случилось? — спросила Аза и по-дружески обняла меня за талию. Её ладонь поглаживала мою спину, утешая. — Целин столкнул меня в кратер вулкана. Геолус зацепился за край, и мы упали, разбивая камень внутри. — Серьёзно камень разбили? — Вит скрестил руки на груди. — Конечно, нет. Это я так, в красках. — Вот же млезь! Придушила бы тьмой и с радостью посмотрела, как лопается его голова, — процедила сквозь зубы Ила, прожигая Целина взглядом. Парень словно не замечал испепеляющей нити, направленную на него. — Оказывается, он мой однокурсник. Может, на тренировке, нечаянно я задену его руку… — я ухмыльнулась, предаваясь раздумьям о мести. — Сначала отдохни, — сказала Аза, пригладив мои волосы, находящиеся в критическом состоянии. — Тебе ой-как не помешает ванная. — С разными вашими бутылочками и баночками? — Вит вопросительно поднял бровь и улыбнулся. — Конечно! — Ила всплеснула руками и начала перечислять: — Шампунь с лавандой, гель для душа с кокосом, с шоколадом, с корицей, маска для волос с апельсином, лимоном, бальзам, бальзам с увлажняющим эффектом, бальзам с объёмным эффектом, масло для волос, масло для волос с эффектом драконий чешуи, соль для ванны… — Всё-всё, хватит, мы поняли, — завопили мы в один голос, останавливая подругу. — Я надеюсь, у тебя всё есть из перечисленного? Я, кстати, ещё не закончила, — Ила скрестила руки на груди, ожидая моего ответа и отвела бедро в сторону. — Конечно, — не задумываясь, выпалила я. — Конечно, нет. Я запуталась сразу после геля для душа с кокосом. — Смотри мне. И тебе давно пора поменять свои духи с апельсином на что-то другое. Они даже не пахнут, если не принюхиваться! — Это не апельсин, а ваниль, — глаза машинально закатились. Никто до сих пор не смог запомнить запах моих духов. — А пахнет, как апельсин. Тебя в лавке не надурили? — Ой всё, хватит вам, — сказала Аза. — Когда там награждение? — О-ои-и-и! Меня же Длам просил к награждению привести себя в порядок. Кез! — А что ему в тебе не нравится? Выглядишь очень по-боевому. Наоборот, привлекаешь, — Вит пригнулся от подзатыльника Илы, но та добилась своей цели другой рукой. — Он со своими причудами «идеальной невесты». — Он тебя не заслуживает, — Аза провела кончиками пальцев по моим волосам. Было что-то в этом… интимное, нежное… Я сдержалась от наслаждающего стона: волосы — моя эрогенная зона. — Вроде ещё спина… Цемдра, Аза, только к ней не прикасайся, я же и так побитая здесь стою. Жар накатил моё тело, распыляясь внизу. Я сделала несколько глотков воды, пытаясь усмирить зародившийся огонь в моём сердце. Отошла от подруги и начала тщательно распутывать волосы и сдирать застывшую кровь. Ила помогла с волосами, а Вит одолжил мне свою накидку. Парню она доходила до бёдер, мне чуть ниже. Я была выше его, но торс Вита был больше моего в два, а то и в три раза больше. — Не знаю, каким чудом эта накидка ещё осталась у меня. Ила постоянно их забирает себе. — Ой, ничего такого! Проживёшь и без них. — У тебя своей одежды нет? — Твоя одежда, — Ила развела руки в стороны. — Бо-ольша-ая, в ней комфортно. — Так покупай одежду больше своего размера, — сказала я. — Не-е, это неинтересно. Кто тогда будет забирать одежду у Вита? — Действительно, — парень закатил глаза. Мы вздрогнули, когда прозвучал горн, зовущий всех на награждение. Все участники турнира уже прибыли назад. Я пробивалась сквозь толпу, ища Вилору. Девушки нигде не было. — Я сейчас приду, — сказала я друзьями, направляясь к берегу реки. На карте не отмечали реки. Так давно повелось, чтобы враги, в случае чего, не знали о предстоящей преграде. Только одна река протекала через Цемиаду-Дерлинг, беря начало у безымянных гор. Вытекала она где-то в Море Драконов. На береге толпилось ещё несколько десятков людей, которые не спешили на награждение, но начинали лениво оборачиваться в сторону, где должно произойти ежегодное событие. Река была очень глубокой и, по меркам картографов, узкой. Но я еле видела её противоположный берег. Подняла голову к небу, ожидая Вилоры. Если она ещё не прилетела, первое, что она пересечёт это реку. Я ждала, ждала и ждала. Люди уже начали уходить, а времени оставалось всё меньше. Наконец, в далеке, показался силуэт Вилоры и её дракона – Вионеса. Я помахала ей, улыбаясь. Подруга, завидев меня, уменьшила скорость, после чего, вовсе остановилась. Всадница парила над рекой в вертикальном положении, удерживая поводья, чтобы не упасть. Высота была слишком, слишком велика и падение окажется смертельным. — Вилор! Сейчас начнётся награждение! Давай садись уже на землю! Ты смогла, ты большая молодец! — я старалась приободрить подругу, пытаясь забыть, что она просила меня поддаться ей. — Вилор! — Я… Ян… — только сейчас я заметила, как девушка дрожала, нервно сжимая поводья. В её глазах проступили слёзы, которые последние месяцы почти и не исчезали. Вилора закусила нижнюю губу, а её брови изогнулись, концы потянулись вверх. — Вилор! Что такое? Не выиграла, ну подумаешь! Это не главное! — чтобы она меня слышала, приходилось кричать. — Ага, не главное, конечно. Девушка неотрывно смотрела на меня, в мои глаза. Её грудь вздымалась всё чаще и чаще. Вилора настолько истерзала губу, что по её подбородку пошла кровь. — Вилор! Вилор, у тебя кровь! Иди сюда, ко мне, я помогу! Я рядом, Вилор! Подруга вздохнула, собрав в себе силы и, наконец, сказала: — Я пыталась! — Что? Что, Вилор? — я приблизилась к воде. — Что пыталась! Вилорочка?! Иди сюда! Ко мне, Вилор! Из глаз Вилоры хлынули слёзы, а сама девушка… Отпустила поводья. Её хватка ног прекратилась, и подруга начала падать. Сердце замерло, тело застряло. Глаза расширились, но слёзы никак не хотели течь. На одном дыхании я выпалила: — Вилор! Я оцепенела. И только когда раздался жуткий звук, и только когда её тело ударилось о воду, и только когда Вионес взревел, я бросилась вперёд. Грязная, потная, вся в крови, я побежала вперёд, только вперёд, вперёд, к Вилоре. К подруге, которая решила покончить с жизнью. К подруге, которая утешила меня в нужный момент. К подруге, которая все время поддерживала меня и надирала всем зад. К подруге, которая была самым ярким лучом в моей жизни. Когда вода дошла мне до колен, я нырнула в жутко холодную воду. Но всё было неважно. Холод был несравним с горечью у меня внутри, с пламенем, обвившем сердце. Я плыла вниз, в самое ледяное царство, куда не доставал свет. Наконец, перед моим расплывчатым взором показалось обмякшее тело Вилоры, плавно опускающееся вниз. На самое дно. — Вилора! Пытаясь кричать я только захлебнула в рот воды, закашлявшись. Остановилась всего лишь на мгновение, но, поняв, что не смогу избавиться от кашля, пока не выйду на сушу, поплыла дальше. Дальше, ниже, ниже, к Вилоре, к моей подруге. Её глаза почти закрылись. Они смотрели на меня. Чёрные, как ночь, чёрные, как тьма, чёрные, как чешуйки самых сильных драконов. Я собирала все оставшиеся силы и делала гребки руками, приближаясь к подруге. Между нами остались считанные миллиметры. Я сделала ещё один гребок и схватила Вилору за локоть. Сил не было, как и воздуха в лёгких. Уши окружил звон, перед глазами всё плыло уже не из-за воды. Взор стал затуманиваться. Я сжала подругу, пытаясь вместе с ней выплыть на сушу. Кто-то резко схватил меня под мышки и потянул наверх. Моя хватка была не так сильна, чтобы забрать с собой Вилору. Я избивалась, старалась вернуться обратно, к подруге, но парень держал крепко. Кричала, набирала в рот ещё больше воды, старалась помочь Вилоре. Она ещё жива. Она жива, она смотрела на меня, я могла её спасти, схватить покрепче и потянуть за собой! Я сделала большой вдох, когда голова вынырнула из воды, ещё больше закашлявшись. Била парня, держащего меня, извивалась, как змея, которая угодила в ловушку, пыталась обратно вернуться за подругой. — ВИЛО-О-О-ОРАА-А-А-А! Закричала. Закричала, выкрикивая её имя. Парень, не замечая моих сопротивлений, потащил меня на берег. Я укусила его за руку, кричала, обзывала. — ВИ-И-ИЛО-О-ОРА-А-А! ОТПУСТИ МЕНЯ, МЛЕЗЬ! ОТПУСТИ! Я мотала головой, старалась ударить его, но всё было тщетно. Звон в ушах усилился, перед глазами всё плыло, становясь темнее. Парень вытащил нас на небольшой причал. Я подняла глаза к небу, пытаясь что-то увидеть. Краски плыли перед глазами: голубой, оранжевый, жёлтый, розовый, всё смешалось в кучу. Опустив голову, я увидела, как Целин со своим другом достают из реки Вилору. Сердце остановилось, я наконец закашляла, выливая из себя воду, которая тут же окрасила доски причала в тёмный оттенок. — Вилора! Вило-о-ора-а-а! Парни аккуратно положили её на самый край, подтягиваясь выходя из воды сами. Я тут же прижала подругу к себе, положила её холодное, бледное тело себе на ноги и склонилась над нею. — Вилора… Вилорочка… Вил… Вилора-а… — голос дрожал, как и руки, как и всё тело. Я аккуратно, словно держу хрусталь, который вот-вот разобьётся, заправила её чёрную, волнистую прядку волос за ухо. Её губы посинели. Как у мертвеца. Последний огонь, который появился в Каленгдере, угас. — Вилора… — я прижала подругу к себе. — ВИЛО-О-О-ОРА-А-А-А-А-А-А-А-А! Я закричала из последних сил. Её имя превратилось в крик. — А-А-А-А-А-А-А-А! Слёзы, которых так давно не знали мои глаза, хлынули, спускаясь по щекам, капая на голову Вилоры. Я обращалась к небу, молила его о пощаде, молила его о спасение. Молила, молила, молила. Больше мне ничего не оставалось. — А-А-А-А-АХА-АХА-ХА-ХА! ХА-ХА-ХА-ХА! Крик превратился в истерический смех, который не хотел прекращаться. Он рвался наружу, копил себя все эти годы, наконец, вырвавшись. Лезвие. Я хотела одного. — АХА-ХА-АХ-АХА-АХАА-А-А-А-А-А-! Даже своим неясным взором я заметила толпу, которая собралась в стороне. Я искала, искала, искала и нашла. Тот парень. Тот парень, что вытащил меня из воды. Тот парень, из-за которого я не смогла спасти Вилору. Я резко поднялась, не обращая внимание на дрожь в теле, на ватные ноги. Парень стоял вместе со всеми, надеялся скрыть, но у него не вышла. Когда я подошла ближе, люди, стоявшие рядом, отошли в сторону. — Ты! Между нами остался метр. — Ты, кезовая млезь! Ты! Это ты! Я толкнула парня в грудь, вынуждая парня отойди назад на несколько шагов. — КТО ТЕБЯ ПРОСИЛ, СЫН ЦЕМДРЫ?! ДУМАЕШЬ, СПАС МЕНЯ?! — толкнула его ещё раз, и парень опять отошёл. — ТЫ, СЫН ЦЕМДРЫ. Толпа ахнула, когда я влепила ему звонкую пощёчину. Затем ещё одну и ещё одну. Толкнула. Ударила кулаком грудь, выплескивая гнев, обиду, всё, что скопилось у меня внутри. Огонь бушевал в душе, я хотела убить парня. — ТЫ НИКОМУ НЕ ВКЕЗИЛСЯ, ТЫ, МЛЕЗЬ! ТЫ НЕ ДОЛЖЕН БЫЛ ЛЕЗТЬ НЕ В СВОЁ ДЕЛО! ЕСЛИ НЕ ТЫ, Я СПАСЛА БЫ ЕЁ! ТЫ ЕЁ УБИЛ! ТЫ! ТЫ! ТЫ! ЛУЧШЕ БЫ ТЫ УМЕР, КЕЗ! ОКУНИСЬ В ЦЕМДРУ, ОТСОСИ У НЕЁ, ТРАХНИ, МНЕ ПЛЕВАТЬ, ПРОСТО ВЕРНИ МНЕ МОЮ ПОДРУГУ! Я колотила его по груди, сыпала оскорбления и била по лицу. Пропавшие слёзы снова вырвались наружу. Всхлипы, крики, всё перемешалось. Кто-то из стражи старался отвести меня; Длам что-то кричал, мама звала меня, а я ничего не слышала, кроме звона в ушах. Резко отпрянула от парня, на каплю успокоившись. Процедила сквозь зубы: — Думаешь, прилетел в Цемдарк и будешь спасателем? Будешь сердца завоёвывать? — я плюнула ему под ноги. — Ты никому не нужен здесь. НИКТО. ТЕБЕ. НЕ. РАД. УБИРАЙСЯ ОТ СЮДА, ТЫ, ЖАЛКИЙ СЫНОК ЦЕМДРЫ! Я толкнула его в последний раз и убежала, через поле, через коридоры, скорее, быстрее, только бы оказаться у себя, в своей комнате, пожалуйста. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Закрыть дверь и не открывать, плакать, плакать, плакать, не останавливаясь. Держать в руках холодное лезвие, а не мёртвое тело подруги. Скорее, пожалуйста… Дверь захлопнулась настолько сильно, что затряслись стены. Я медленно, закусывая нижнюю губу, плача, сильно зажмурив глаза, скатилась вниз, касаясь двери. Еле-еле положила руки на колени и в следующее мгновение начала царапать свою кожу, пытаясь унять боль. Дрожа, на корточках, я доползла до ванной. Я впервые возненавидела свои каблуки. Собрав все силы, встала и взяла в руки лезвие. Холодное. Маленькое. Одна-единственная слеза капнула прямо на него. Я замахнулась, предвкушая облегчающую боль.