Слезы и кровь

"Влечение... — странная вещь. Вроде бы оно наше, но мы перед ним не властны. Вроде бы мы решаем, как нам поступать, но, на самом деле, влечение часто решает за нас, толкая на самые странные, безумные поступки."

(с) Крем.

Вечером Аканэ пришла к уже знакомой гостинице с горячими источниками, где проживало четверо братьев со своими Евами. Последнюю пару дней она была занята тем, что общалась с Хайдом и Лили, узнавая их поближе, со вторым они вместе коротали обед или ужин, а с Жадностью выбирались на небольшую прогулку. Обжорству пока был поставлен ультиматум: пока этот парень не научится кусаться так, чтобы ей не было больно, она будет передавать ему кровь в пакетах. Как он это сделает - не ее проблемы, хоть у Хайда пусть уроки берет. Сегодня было время Лили принимать первую порцию крови, так что вампир уже встретил ее на пороге, тепло улыбаясь, провожая в свою комнату, пока путь не преградил Мисоно. - Лили, - взгляд скользнул по незнакомой ему девушке, облаченной в красное короткое кожаное платье. - Кто это? - Арисуин до сих пор волновался за своего сервампа, хоть тот и утверждал, что излечился, беспокойство паренька это не уменьшало. - Его лечащий врач, - Руби усмехнулась собственным словам, направляясь следом за Похотью в его комнату, который сбивчиво и торопливо объяснил Мисоно, что она его близкая знакомая. - Хм-м, между ними точно что-то есть, - послышался голос Гордыни, который заинтересовался новым голосом и выглянул посмотреть, кого еще принесло в их обитель. - Что... есть? - с нехорошим подозрением переспросил Мисоно, еле оторвав взгляд от дверного проёма, за которым скрылась эта парочка. Девушку он уже видел мельком в прошедшие пару дней: сталкивались в коридорах после обеда или перед ужином. К слову, в это же время Лили очень внезапно решил есть не вместе с Арисуин, хотя обычно от него не отходил далеко и надолго, словно нянька. «Он обедал с ней? - задумался парень, невольно вспомнив облик этой незнакомки. Короткое кожаное платье, туфли, насмешка на губах, слова о том, что она его лечащий врач... - Это что за... ролевые игры?! Лили!» - Мисоно вспыхнул, буравя взглядом дверь, и вдруг сорвался с места, убегая, чтобы не дай бог не услышать сейчас поток стонов и скрипов. «Но у этой девушки аура очень похожая на сервампов... - Гордыня нахмурился, напряженно всматриваясь в закрытую дверь. Не вламываться ведь сейчас к Похоти? Вдруг он действительно решил сбросить пар? Недаром его любовником зовут, на него девушки всегда вешались, да и он умел доставить удовольствие, как заправский Дон Жуан. - Надо будет с ней потом поговорить. Попрошу Тэцу привести ее». В это же время Аканэ уже была в комнате седьмого сервампа, убирая сумку на комод и снимая с ног туфли на высоком каблуке тут же становясь еще ниже Лили, недовольно на это цыкая. - Итак, пришло время тебе начать восстанавливаться, - девушка внезапно ощутила себя немного неловко. - Условия, как и говорила, чтобы мне не было больно от укуса, и чтобы остановился по первому же слову. Впрочем, Жадность укусил меня очень нежно, так что я даже забылась и остановила его чуть позже. - В таком случае постарайся держать голову трезвой, - улыбка у Лили вышла немного натянутой и нервной. Во-первых, его тревожил Мисоно, встретившийся по пути и наверняка заволновавшийся, но раз он не залетел в номер сразу же, значит не зайдёт и теперь. Оставалось лишь надеяться, что он там стоять под дверью не будет, но поговорить и объяснить кое-какие детали с ним нужно будет обязательно. Похоти и так повезло не умереть в момент ранения и подрыва доверия, так что сейчас он над этой хрупкой вещью трясся как над священной. Во-вторых, слова Аканэ о том, что она от Хайда потеряла голову, радости не прибавили. У Лили по природе был свой сногсшибательный шарм, прибавить к этому умение обращаться с дамами, и он почти был уверен, что останавливаться придётся самому. Оставалось только надеяться, что он сможет это сделать. - Готова? - решил на всякий случай спросить вампир. - Давно. Мне платье самой снять, или ты предпочтешь это сделать самостоятельно? - Аканэ показательно расстегнула первую кнопку, что была под горлом, открывая на обозрение бледную кожу. Девушке было интересно, как именно решит поступить Лили? Будет ли он кусать ее за руку, как это сделал Беззаконие, или укусит ее в шею? Девушка в этом плане доверяла всем братьям, в конце концов, Мария сделала ее неубиваемым щитом, который может лечить и защищать дорогих ей людей. Ну или сервампов. Лили этот вопрос заставил приостановиться и задуматься. А ещё окинуть фигурку девушки взглядом, понимая, что платье придётся снимать целиком, если кусать именно в шею, и Руби это, похоже, ни капельки не волновало. Тем лучше, зажатая от смущения жертва, конечно, прелестна на вкус, но с такой свои трудности, нужно себя контролировать и не давать кусаемому человеку впадать в панику, а наоборот, тонуть в этом запретном акте кровопролития. - Позволь мне сделать всё самому, - нежная приятная улыбка, Лили всё ещё было немного неловко от того, что нужно кусать не Мисоно. Несмотря на своё первородное имя Похоть, он был самым верным сервампом, от начала до скончания времён служащим только одному роду. Но Аканэ вместе с Хайдом убедили его, что так надо, и Арисуин, знай он об этом, сказал бы то же самое, что и они. Сделав пару шагов, Похоть коснулся кончиками длинных пальцев ряда клепок на платье, нисколько не скрывая и не испытывая дискомфорта, что его ладонь легла точно на девичью грудь. Он отслеживал реакцию Аканэ, чтобы ей не было неприятно, и он ненароком не перешёл одну ей известную черту, но тут девушка среагировать попросту не успела. Вторая рука легла ей на талию, скользнула, словно привлекая к мужскому телу партнёршу в нежном танце, а дальше всё случилось быстро. Лили приподнял вампиршу, пронёс несколько шагов и усадил на комод, сглаживая их значительную разницу в росте. В этот же момент одна ладонь уже скользнула под алые волосы, приласкала кончиками пальцев ушко, тут же опалила его влажным дыханием. Вырвавшийся шумный вздох казался не то голодным, не то нетерпеливым, Аканэ повезло не увидеть, как порочно выглянули клыки вампира из-под приоткрывшихся и пересохших от жажды губ. Эта жажда уже несколько дней сдавливала ему горло, велела впиться в шейку Руби немедленно, припасть как умирающему путнику в пустыне к роднику. Но Лили держался, контролируя себя, однако дыхание выдавало, вырываясь из грудной клетки с боем и врываясь обратно жадными вздохами, словно мужчина хотел забрать весь аромат девушки себе. Поцелуй, сначала такой же невинный, как у Хайда, но тут же усилившийся до ощутимого прихватывания губами, слившийся со звуком пары расстегнувшихся застёжек на платье. Следующий шаг был ниже пояса, когда Лили уверенно, но каким-то образом не бесцеремонно, а просто с властью более опытного мужчины встал между девичьих коленок, которые сам же и развёл, чтобы подойти ближе. Рука интимно прижала к торсу вампира, заставила быть ближе и ощутить запах его тонкого парфюма, почувствовать мягкие золотистые волосы у лица. Аканэ и не заметила, когда Похоть успел стянуть с её плеч платье, не став расстегивать ниже талии, ведь он будет аккуратен. Тот единственный поцелуй на шейке уже стал влажным, язык и губы довели кожу докрасна, заставив прилить кровь и немного занеметь кожу, отчего клыки вошли безболезненно и легко. Глубоко, но медленно, как при первом проникновении в девушку в постели, чтобы она прошла все краски прикосновения. Аканэ невольно охнула, прикусывая нижнюю губу и стараясь подавить стон, который едва не вырвался из горла. Как и говорил Хайд, Лили действовал очень умело, делая так, чтобы она не ощутила боли и только безграничное удовольствие. Сердце в груди забилось быстрее, дыхание сбилось, став неровным, хотя Руби еще как-то старалась себя контролировать, не давая разуму уплыть окончательно, иначе возможны два варианта: первый, она возбудится и попытается получить желаемое от Лили, и второй, он ее попросту выпьет до такого состояния, что она потеряет сознание. Так что девушка старалась еще как-то держать себя в это мире, слушая шумные глотки, чувствуя, как горячая кровь бежит мимо, стекая по коже горячими каплями, рисуя дорожки. Пришлось одной ладонью накрыть рот, прикусывая указательный палец собственными клыками, а вот вторую кладя на голову Любовника, зарываясь пальцами в светлые пряди, надеясь, что ему будет приятно и он тоже получит от процесса удовольствие. Лили не мог не получать от этого свое собственное изощренное наслаждение, буквально вкушая удовольствие девушки, чувствуя его на языке, как неожиданный сладкий джем внутри пирожного. Он пил медленно, чуть вытащив клыки, чтобы крови лилось в рот больше и не приходилось ее с силой высасывать, грозя оставить Аканэ след на шее. Он довольно быстро пройдет, но все же не хотелось клеймить девушку. Не отрываясь от шеи, Лили повел плечами, и собственная одежда заскользила по рукам вниз. Пиджак, а следом и без того застегнутая на одну пуговицу посередине рубашка бессовестно покидали рельефные плечи, обнажали верх лопаток, спускались в сгибы локтей. Объятия стали теснее, порывом прижав Аканэ к прессу, заставив шире раздвинуть бедра, одна ладонь легла на шейку, позволяя уронить от бессилия голову, большим пальцем нажимая под ушком и тем самым заставляя безвольно запрокинуть затылок назад и чуть вбок, лишь больше подставляясь под клыки. Кровь в сосудах от такого выплеснулась вампиру в рот и тут же скользнула в горло, пробежалась горячей струёй по пищеводу и осела теплом где-то внутри, приятным и насыщающим. Лили невольно издал удовлетворенный стон, зависнув над девушкой. Руби уже не могла себя контролировать, разум бессовестно помахал ручкой, оставляя только удовольствие и горячее возбуждение, в которое ее так неосторожно поместил Любовник. Сердце стучало в груди заполошно, тело казалось легким, невесомым, словно и не принадлежало своей хозяйке. Из горла сами собой рвались шумные вздохи, красные глаза прикрылись, только еще больше растворяясь в ощущениях. - Лили... - имя сервампа сорвалось с губ возбужденной молящей нотой вместе с новой порцией крови, что скользнула ему по горлу. Аканэ сама не заметила, в какой момент вытащила руки из рукавов платья, оставляя его болтаться на талии ненужной в данной момент тряпицей, ножки были раздвинуты шире, а затем, словно капкан, сошлись на ягодицах вампира, прижимая его ближе, теснее, чтобы хоть как-то облегчить пылающий ад внизу своего живота. Ладони заскользили по точеной спине, лаская обнаженную кожу, иногда переходя вперед на крепкую грудь или зарываясь пальцами в волосы. Вампир был искушенным в подобных ласках, но горячая, наполненная возбуждением кровь девушки здорово била по мозгам и выдержке, вынуждая шумно вздохнуть. Подавлять и скрывать собственное возбуждение Похоть не стал: не было ни сил, ни тем более желания, его, наоборот, тянуло к вампирше со страшной силой. Качнув бедрами вперед, он прижался плотнее, руками сжимая девичью талию, словно пытаясь разорвать несчастное платье, вытащил из шеи клыки. Но пытка для Руби на том не закончилась, вампир принялся собирать кровавые подтеки, слизывать небольшие струйки с особенным удовольствием, не преминув пару раз и оставить на коже новые поцелуи. Легкие и невинные на фоне того, что происходило между ними и каков был градус жара их тел. Лили специально не стал запирать дверь и сейчас не знал, жалеть об этом или хвалить себя, когда она открылась. Он лишь услышал топот в коридоре, затем шорох и, не успев перевести затуманенный взгляд, оглушительный крик: - Я так и знал, что этим все кончится! - Хайд тут же подлетел к почти что спаривающейся парочке, оттаскивая Лили от Аканэ, как дворового кобеля от породистой выставочной собачки, толкая на футон с такой силой, что вампир не удержался и приземлился на мягкое место, хватаясь одной рукой за голову. Аканэ все еще была в странном состоянии. Возбуждение плескалось в крови, сердце заполошно стучало в ушах, перед глазами все выглядело размыто. Кажется, сегодня она окончательно утратила контроль над ситуацией, полностью передав себя в руки вампиру. Ей казалось, что Лили выпил не так много, но это выглядело так только из-за сильного возбуждения девушки. Ранки на шее еще не затянулись, и кровь из-за быстрых толчков сердца продолжала сочиться, хотя боли не было. - Хайд... - пришлось потратить немного времени, прежде чем удалось более-менее вернуть рассудок на место. - Лили, прости, - стало неловко, девушка виновато смотрела на седьмого сервампа, пытаясь слезть с комода, но ноги отказались держать тело ровно, подгибаясь, голова отозвалась головокружением, а еще чувствовалась сильная жажда. Но не крови. - Ничего, я тоже виноват, - Лили просто не мог позволить даме взять всю ответственность на себя, тем более что последние несколько минут и ему самому начало сносить тормоза. Если бы не Хайд, кто знает, остановился бы он сам и не выпил бы девушку досуха, параллельно еще и доведя до парочки оргазмов. - Вы двое! Питаться впредь будете только под моим надзором! - видя возбужденное состояние Лили, Беззаконие не стал его тормошить и оставил сидеть на футоне и приходить в себя, а вот Аканэ нужно было увести. Вампир помог ей надеть платье обратно, наклоняясь и коротко слизывая немного подтекшую кровь на шее, застегнул клепки и приобнял за талию. Только когда дошел до выхода из комнаты и подхватил женские туфли, поднял Руби, усадив себе на одну руку, оказавшись для девушки неожиданно сильным и крепко сложенным. Она даже в не слишком вменяемом состоянии и сквозь одежду почувствовала твердый бицепс. Руби все еще дышала довольно тяжело и прерывисто, в голове было пусто, тело словно кинули в огромный, пылающий нестерпимым жаром костер. - Ты был прав, говоря, что Лили кусается настолько приятно, что мне полностью снесет голову. Боги, стыдно как, я так возбудилась, что полезла к нему, - девушка говорила тихо, но Беззаконие слышал каждое слово, а еще отчетливо видел, как ей неловко и стыдно за собственное поведение и что она попросту не знает, что делать дальше. Руби все больше приходила к мысли, что когда она немного оклемается, то нужно будет обязательно переговорить с седьмым сервампом. - Не кори себя так, ты не одна там возбудилась, - Хайд уж не стал озвучивать, что сложно было не заметить эрекцию у Похоти, когда тот упал на футон. Лили - мальчик большой, поэтому о себе сам позаботится, а вот Аканэ опять ему выхаживать придется, теперь еще и следить за этой парочкой, чтоб ненароком не сожрали друг друга. - Могу предложить тебе сходить в душ, чтобы остыть, - парень очень быстро добрался до своего номера, закрывая за собой дверь, скидывая туфли Руби на пол. Аканэ на это помотала головой, возбуждение в теле постепенно сходило на нет на фоне того, сколько крови у нее Лили выпил. По ее ощущениям, он выпил дозу примерно трех приемов пищи, даже, кажется, добрался до тех джиннов, что она еще не успела очистить. - Мне надо просто отдохнуть, - девушка мягко погладила явно обеспокоенного вампира по волосам, задела кончиками пальцев одну из темных прядок, едва улыбнувшись, ладонь пошла дальше на щеку, прижимаясь к теплой коже. - Извини, что заставила волноваться. Ты просто замечательный, Хайд, - губы невесомо коснулись лба парня, оставляя прикосновение. Руби смотрела на него с какой-то особенной нежностью, трепетом и теплом. Он так давно не видел подобного взгляда. Все выбранные им Евы после Офелии были гордыми и использовали сервампа в корыстных для себя целях, Лихт и вовсе не скупился на вечные тычки и пинки, от него слова доброго было не услышать. Братья хоть и были к нему добры, но все это выглядело не так. А тут вампиру даже показалось, что к нему только что спустился самый настоящий ангел, которыми так восхищался его хозяин. Невольно в голове всплыли воспоминания о том болезненном периоде, когда Беззаконие сначала лишился Офелии, а потом судьба добила его, забрав и создателя. Тогда-то что-то и перемкнуло в душе вампира, он стал озлобленным на мир, и ему более казалось, что никакая жизнь на земле не имеет значения. Всё бессмысленно и серо, потому что сердце глубоко и жестоко ранено, ведь он любил Офелию. Не как замечательную Еву, которая единственная относилась к нему хорошо и искренне, даже спасла его от участи позора и забрала к себе, а как возлюбленную леди. Тогда ему не хватило духу оправдать своё имя Жадности и забрать Офелию с собой, спасти из лап предателей, ведь он так боялся пойти против её воли, что в итоге просто потерял. - Любовь слепа и нас лишает глаз. Не вижу я того, что вижу ясно. Я видел красоту, но каждый раз... понять не мог, что дурно, что прекрасно, - печальная улыбка отразилась на губах Хайда, непонятная Аканэ, ведь она не могла знать, о чем он размышлял, какие струны его души она нечаянно задела. Внутри всё заныло от слов Руби, мягкого жеста по волосам и остаточного тепла на лбу, и улыбка превратилась в прикус, захват нижней губы клыками. Девушка только недоуменно склонила голову на бок, всем своим видом показывая, что она не понимает, что хотел этими словами сказать Беззаконие. Стало неловко, глаза тут же захотелось отвести в сторону. Было непонятно, было ли ему приятно от внезапного проявления нежности, или наоборот он таким образом мягко намекнул девушке, что она переступает грань дозволенного. - Извини, - Аканэ на всякий случай руку тоже поспешила убрать, завозилась, слезая с рук парня, вставая рядом с ним на пол в комнате. Слабость все ещё чувствовалась в теле, и ноги отказывались стоять ровно, так что девушка отошла к диванчику, буквально падая на него, откидываясь на мягкую спинку, даже немного запрокидывая голову назад. - Надеюсь, у тебя на сегодня не было запланировано никаких дел, потому что ты явно в состоянии только лежать и восстанавливаться, - пронаблюдав за тем, как Аканэ с видом новорождённого оленёнка добиралась до дивана, Хайд покачал головой и сложил руки на груди, оставшись стоять напротив. Он даже не знал, чем помочь будет быстрее и эффективнее: едой, кровью? Или просто дать девушке поспать, как в прошлый раз? - Планы были, но их всегда можно передвинуть. Эта выставка будет в Токио ещё несколько дней, так что успею украсть те экспонаты, что меня интересуют, - Аканэ едва улыбнулась. Пока в её планах была цель посетить выставку редкого жемчуга, чтобы пополнить свою коллекцию новыми предметами искусства и драгоценностей. Но все это можно сделать и потом, после того как она восстановится. - Мне просто надо попить воды, поесть... - Аканэ ненадолго замолчала, массируя пальцами переносицу и лоб, словно у неё разболелась голова. - Самым быстрым вариантом будет выпить крови, ну или съесть десяток-другой мелких джиннов или одного крупного. Странная у меня диета, не находишь? - на губах появилась кривоватая улыбка. Она слишком отличается от всех остальных сервампов, и пока непонятно в лучшую сторону или худшую. - Если исходить из того, что джинны - это энергия, и что та же самая еда тоже энергия, то всё начинает выглядеть более чем нормальным, - теперь была очередь Хайда потрепать девушку по голове и улыбнуться ей, заботливо и тепло. - Насчёт крови... Если моя подойдёт, могу поделиться, - он был не уверен, что в этом есть какой-то смысл, если учесть, что он сам находился на восстановлении. Забирать джиннов и кровь у Руби, чтобы теперь, хоть и малую часть, отдать обратно... Но ради приличия предложить стоило. - Ты можешь помочь иначе, Хайд, - девушка улыбнулась, тепло и ласково, напоминая котёнка, который греется на солнышке и мурчит, забавно жмурясь. - В этой гостинице живёт четыре сервампа, и в гости пришёл пятый. Думаю, крупных джиннов, которые тащат к вам людей для вашего питания, по округе должно быть очень много, - девушка частенько видела, какое количество людей одержимы этими существами в этом районе, так что найти пару-тройку крупных проблемы не составит. - Ты можешь привести ко мне одержимого человека или снова взять меня на руки и побродить вместе со мной по округе, пока мы не наткнемся на крупную добычу. Может, я и сама бы справилась, но мне кажется, больше шансов, что я просто потеряю сознание. Ну или просто вызвать мне такси, и я вернусь домой, где буду отлеживаться. О том, что при таком раскладе она скорее позовёт на помощь Мари, девушка решила умолчать. - Тогда лежи здесь и никуда не уходи, - Хайд довольно быстро принял решение. Отпускать Аканэ просто так он опасался, не доберётся ещё до дома и действительно потеряет сознание в какой-нибудь подворотне, он потом винить себя будет пару тысяч лет. Притащить ей джинна покрупнее - не вопрос, почувствует себя охотником и добытчиком, ну а с собой брать её зачем, только внимание привлекать тем, что он её на руках таскает. - Можешь перелечь на футон, если хочешь, но не думаю, что я буду долго пропадать. Беззаконие договаривал уже на пути к выходу из комнаты, махнул рукой и исчез за дверью, Руби даже слышала его удаляющиеся шаги по коридору. Вернулся парень и правда скоро, притащив за собой и двух крупненьких джиннов, взявших в заложники влюблённую парочку. Очевидно, решили уединиться в саду, да только попали в лапы этих низших вампиров. Аканэ, приняв звериный облик, лежала на том же самом диване, услышав шаги и возню, приоткрыла один глаз. - О-о! Ты прямо охотник хоть куда, Хайд. Отборных принёс, - панда слезла с дивана, наблюдая за тем, как джинны пытаются скормить парочку людей Беззаконию, а тот показывает на неё и говорит, что кормить надо Руби. Девушка забавной походкой приблизилась к людям, изучая джиннов с видом гурмана, которому принесли изысканное блюдо. Она была очень голодной, уже начиная понемногу поглощать энергию. Джинны, которые налипли на людей и даже приняли что-то вроде разумной человеческой формы, готовы были броситься в рассыпную, вот только у тех, что облепили девушку, этого не получилось. Аканэ, словно пылесос, быстро втянула паразитов, довольно облизываясь, примеряясь теперь к тем, что облепили парня. Джинны, явно почувствовав угрозу, решили броситься врассыпную, но большую часть панда смогла съесть, запрыгнув несчастному юноше на плечо. А после этого начались салочки по комнате. Девушка бегала минуты три, пока Хайд, глядя на эту картину, давился смехом, окончательно не выдержав, когда последний явно решил покончить жизнь самоубийством и бросился в лобовую атаку. Руби на это удивлённо пискнула, как и положено представителям своего звериного вида, от испуга вставая на задние лапы, передние вытягивая вверх, стараясь стать больше. Хайд был под угрозой смерти от приступа умиления и смеха. Красная панда сама по себе выглядела очаровательно и так и манила к себе с объятиями, а смотреть на то, как зверёк носится по комнате и гоняет перепуганных духов, оказалось забавно до слез. Финальным аккордом стало то, как пандочка встала на задние лапки, показав свой чёрный животик, и вампир не выдержал, засмеявшись в голос, прикрывая рот кулаком. Аканэ забавно отряхнулась, смотря на парочку, которая теперь лежала на полу комнаты без сознания. Резерв немного восполнился, так что она уже не грозилась потерять сознание от истощения, но позвать в гости Марию, чтобы она прикормила её парой капель своей крови, не помешало бы. - Спасибо. Теперь я чувствую себя лучше, - девушка приняла обратно человеческий облик, смотря на красного от смеха Хайда, которого все ещё душила истерика. Ему даже жалко стало, что он не снял это на видео и не выложил в интернет. Ролик наверняка бы стал вирусным. - Теперь... скорая истерическая помощь нужна мне!.. - всё ещё смеялся парень, с трудом выпрямляясь и утирая указательным пальцем уголок глаза. Ещё пара минут и он с шумом выдохнул, наконец придя в себя, окинув Аканэ взглядом. Выглядела она и правда так, будто уже не находилась при смерти, поэтому парень достал телефон, чтобы вызвать Кранца отвезти девушку до дома, но замер и поинтересовался: - Поедешь домой? - Хм-м, дел у меня тут не осталось, так что можно. Но я бы сначала зашла к Лили, да и этих людей стоит вытащить на улицу. Нечего им в твоей комнате делать, - Воровство ещё раз окинула взглядом лежащую на полу парочку. После чего внезапно подошла к Хайду, обнимая его за пояс, показывая, что она очень признательна ему за помощь сегодня и вообще. Почему-то этот сервамп был ей ближе всего из братьев, самый добрый, и вообще белый и пушистый, хоть и еж в своём зверином облике. - Их я отнесу в медпункт, - с этими словами Жадность присел на корточки рядом с людьми и закинул на одно плечо парня, а на второе - девушку. Это при своём среднем росте и ослабленном состоянии здоровья он такое вытворял с лёгкостью, выпрямляясь и кивая головой на дверь, показывая, что они могут идти. - Эти двое скорее всего постояльцы отеля напротив, но туда я не пойду, чтобы не выглядеть подозрительным. Оставлю здесь, проснутся и сами дорогу назад найдут. - Тебе виднее, как лучше будет поступить, - девушка улыбнулась, открывая дверь, чтобы Жадности было удобно, тут же сталкиваясь со знакомым пареньком. Мисоно как раз собирался идти на ужин и попробовать позвать с собой Лили, как поперхнулся воздухом, во все глаза смотря на вампиршу, что по его предположениям должна была выйти из комнаты Похоти, а она появилась из комнаты Беззакония. - Как это понимать? Ты и Лили... Вы ведь... - паренёк явно пытался сформировать мысли в голове, но они отчаянно не хотели укладываться в нормальные строки, из-за чего он путался, краснел и негодовал, считая, что эта девица разбивает его сервампу сердце и водит за нос, встречаясь сразу с двумя!!! Аканэ на это поморщилась и тяжело выдохнула, массируя лоб, словно у неё разболелась голова. Она всячески оттягивала этот момент, предпочитая оставаться в своём амплуа Неизвестной, но судьба сегодня красноречиво ткнула её носом, показывая, что больше бегать у неё не получится. - Хайд, можешь отнести этих ребят куда планировал и собрать всех в какой-нибудь комнате? - взгляд красных глаз был наполнен волнением, тревогой и даже лёгкой паникой, Беззаконие видел, как немного дрожат пальцы девушки. - Кажется, больше скрываться я не смогу.