Слезы и кровь

"Ты не знакома с моей семьей. Ты даже не представляешь, во что ты ввязалась!"

(с) Секс по дружбе. Дилан Харпер.

- Не переживай ты так, Лень с Гордыней на тебя не набросятся. Первый оправдывает своё имя, а второй... - «не станет выдавать себя», - закончил мысленно фразу Жадность, но вслух произнести свои подозрения не осмелился. Все-таки он не до конца уверен, а быть яблоком раздора в и без того шатком мире между сервампами не хотелось, вдобавок прямо сейчас была проблема поменьше, но посерьёзнее. - Мисоно, ты тоже расслабься, - перевёл взгляд на парня Хайд, - ты там явно что-то лишнее думаешь, - хотя если вспомнить, в каком состоянии вампир парочку Лили и Аканэ застал не так давно, то испорченные фантазии Арисуин могли и воплотиться в реальность. Но объяснений Мисоно явно заслуживал, чтобы не схлопотать инфаркт, он же так сильно переживал за Лили, он только вроде бы пошёл на поправку, а тут какая-то вертихвостка нарисовалась. Арисуин до сих пор прожигал девушку ненавидящим взглядом, решив в конечном итоге собрать всех в столовой. Было как раз время ужина, тем более Махиру сегодня очень постарался, и карри с говядиной было выше всяких похвал, наполняя ароматом специй часть отеля. Аканэ зашла, буквально чувствуя кожей взгляд Мисоно, который требовал немедленных объяснений, недоуменный Лени, напряжённый Гордыни, Похоти явно было неловко, как и девушке из-за того, что они оба слишком возбудились в момент лечения и едва не занялись сексом. - Ты кто? - Куро следил за тем, чтобы Махиру не жалел ему мяса в тарелку, хотя тот пытался убедить вампира, что у всех будет поровну. - Вертихвостка, - озвучил-таки свою мысль Мисоно, прожигая девушку злобным взглядом. - Лили, она была в комнате Жадности, она изменяет тебе, - Арисуин решил сразу высказать все, что думает, и предупредить своего сервампа, чтобы тому не было больнее. - Молодой человек, - Аканэ массировала виски пальцами, присаживаясь за стол, стараясь держать руки при себе и ни у кого ничего ненароком не украсть. - Во-первых, вы далеки от реальности, а во-вторых... - А тебе, изменщица, слов не давали! Как ты только посмела водить Лили за нос?! - В таком случае коротышкам слова тоже не давали, - Руби уже начинала злиться, с такой силой сжав бокал в руке, что он треснул, расплескав воду по столу. - Кто коротышка? У меня нормальный рост для своего возраста, и я ещё вырасту! Чего не скажешь про тебя, - Мисоно окинул взглядом девушку, что была с ним вроде как одного роста. - Мисоно, - наконец улучил секунду и влился в перепалку Лили, положив ладонь на плечо своего хозяина. Парень волновался за него, это приятно, но больше неловко перед Аканэ и даже обидно за неё, что ей пришлось выслушивать такие нелестные обвинения. - Успокойся, ты всё не так понял. Мы с Аканэ не любовники, она наша... сестра, - после секундной паузы и взгляда на девушку Похоть решил все-таки озвучить этот факт. Раз она пришла сама на ужин, где присутствовали и Лень, и Гордыня, то, похоже, хотела представиться и всё всем рассказать. - И это она починила мои часы. - И мой медальон. Сначала они пропали, вернее их украли, - взгляд Беззакония упал на Воровство, - а потом вернули отремонтированными, и мы стали выздоравливать, - поддержал Хайд объяснения брата, чтобы остальные понимали важность Руби. Однако кое-чего сервамп не учёл и внезапно полетел с дзабутона вбок, получив мощный пинок в рёбра от Лихта. - Так ты, тухлый еж, посмел потерять жетон с моей гравировкой ручной работы?! - Он его не терял. Я его украла, а это вещи разные, - Аканэ положила ладонь Лихту на плечо, прожигая парня отнюдь не дружественным взглядом. Глядя на отношения этой парочки, создавалось ощущение, что они оба поголовные психи, раз вечно дерутся и огребают друг от друга. Даже возникла идея предложить Жадности разорвать их контракт, что вполне могла устроить Мария. Но, кажется, пятого сервампа все более чем устраивало, судя по тому, как он вскочил и пинком повалил Тодороки на спину, надавливая в районе солнечного сплетения, вызывая боль. - Так, за столом не драться! - Махиру поставил напротив девушки порцию горячего карри и помог убрать осколки от стакана и пролившуюся воду. - Кстати, я хоть и мало знаю о сервампах, но мне казалось, Цубаки последний. - Именно, - поддержал Гордыня, показывая ложкой на Аканэ, которая как раз заставляла Лихта и Хайда помириться. - Вы думаете, мы врём? - спросил Лили, мельком взглянув на Махиру, больше внимания уделив второму по старшинству брату, не понимая, почему он так напряжён и не хочет верить. Хотя сам Цубаки говорил, что был последним, кого создал граф, и жил с ним до момента его смерти в лице Лени. Если бы Сен-Жермен и создал кого-то девятым, Уныние точно был бы в курсе и не стал бы скрывать этот факт, ведь он любил показуху. - Девятый сервамп Воровство был создан другим человеком, - Похоть не стал говорить что-то более конкретное, хотя и сам знал не так уж много. О своём создателе Руби умалчивала и всем видом показывала, что расспрашивать бесполезно. Единственное, что понял вампир, это что её создатель всё ещё жив и даже находится здесь, в Токио. Но об этом он решил помолчать, чтобы не ставить под удар. - И как Цубаки был создан, чтобы убить тут всех нас, она создана, чтобы не дать этому случиться, - Хайд, понимая, что Лихт не прекратит драку, пока последний удар не будет за ним, ловко вывернулся, взметнув полами шарфа, и отошёл за спину Аканэ, догадываясь, что миленькую девушку его суровый хозяин не тронет. В крайнем случае если Беззаконие ошибся, то увильнуть вместе с Руби сумеет, ловкости ему было не занимать, как фехтовальщику. - Кажется, братья уже все рассказали за меня... - Аканэ скрестила руки под грудью, сурово глядя на Лихта, который ещё пару раз рыпнулся, пытаясь достать до Жадности, но тот ловко уворачивался, держась за девичьи плечики и довольно усмехаясь. - Спрятался за женской юбкой, чёртова крыса, - недовольно бухтел Тодороки, наконец-то усаживаясь на свое место, прекращая творящийся балаган. - К слову, очень необычное свойство для сервампа, - Гордыня явно чувствовал себя неуютно, пересекаясь с девушкой взглядами. Аканэ на эту формулировку послала ему улыбку и взгляд из серии: «Я знаю, что ты знаешь, что я знаю... и этим все сказано». Древнее дитя мог не волноваться, она готова была подыграть ему и вообще оставаться в тени, будучи просто врачом для всех них. Тем более, когда Цубаки оказался под присмотром Марии. Теперь Руби была уверена: если Уныние вздумает снова начать чудить, та сможет быстро усмирить его и поставить на путь истины. - Ну, мой создатель улучшил формулу Сен-Жермена. Да и вообще, мне кажется, в момент моего создания вмешалась природа, которая любит равновесие. Если кто-то получает силу огня, то должен появиться лёд, если кто-то создан убивать, то появляется тот, кто может лечить, - убедившись, что все уселись на свои места и приступили к трапезе, девушка взяла в руки ложку, пробуя на вкус карри, тут же хватая стакан с водой, жадно запивая. - Какое острое... - А... - вдруг опомнился Махиру, растерянно глядя то на девушку, то на Гордыню с Ленью, который в разговоре вообще почти не участвовал и обречённо положил голову на стол, почти что уснув. По его постному выражению лица даже непонятно было, взволновало ли его хоть как-то появление ещё одного младшего родственника и, что более важно, человека, создающего сервампов. Ведь в своё время ему пришлось принять ответственное решение и нести сто лет тяготы его последствий, как физически, так и морально. - Есть один вариант, он сладкий. Подожди немного! Широта тут же исчез, чтобы положить Аканэ другую порцию. Он специально для Гордыни, Лени и Мисоно готовил не острый вариант, чтобы эти трое не мучились и не давились слезами. Аканэ наоборот, немного уняв жгучее чувство во рту, внимательно смотрела на самого первого сервампа. На вид где-то лет двадцать, светлые волосы, красные глаза, при жизни, да и сейчас, выглядел очень симпатичным молодым человеком. - Сонный дьявол, - девушка аккуратно обратилась к парню, заставив слегка приподнять голову над столом, смотря на неё нечитаемым взглядом. - СЗ вот уже больше трех десятков лет считает меня опасным сервампом наравне с Цубаки, который сбежал из организации, перед этим убив собственного создателя. - Что ты сделала? - Мисоно даже своей порцией подавился, во все глаза смотря на Воровство. - Все не так, как ты подумал. Мы просто инсценировали смерть. На самом деле я никого не убивала, - Аканэ благодарно улыбнулась, когда Махиру поставил перед ней новую порцию карри без добавления гарам масала. После поднятой темы убийства повисла неудобная для многих тишина. Сервампы старались всячески обтекать эту тему и не вспоминать тот случай, когда дети собрались решить, убить им своего родителя или нет. Только Беззаконие не стеснялся говорить об этом открыто и вслух, до недавнего времени специально давя на давнюю рану Лени, но, к счастью, относительно недавно они разрешили этот конфликт. - Я не собираюсь ничего делать, - в конце концов ответил Куро, не меняясь в лице и пофигистичном настрое. Ну создал кто-то сервампа, как будто после графа никто не пытался этого сделать. Те же С3 не оставляли попыток, и, похоже, им наконец-то удалось это, раз Воровство сидела перед ними. - А чего ты вдруг решила бескорыстно помочь Беззаконию и Похоти? - подозревающий тон и взгляд Гордыни внезапно добавили ложку яда в атмосферу. Аканэ бросила на него такой взгляд, что паренёк сразу понял, что ему лучше бы молчать и не отсвечивать как можно дольше. Она и так не стала выдавать, что он и Зависть - два предателя, которые работают в одной связке с Цубаки. А узнав историю от Обжорства, Жадности и Похоти о том, как именно они лишились своих сил и как их ранили, поняла, что к ранам Беззакония и Конца света именно Старое дитя приложил свою руку. - Я знаю, насколько странно это прозвучит, но я ощущаю каждого из восьми сервампов как себя саму. Я чувствую вашу силу и боль, и, поверь, ощущение, что те, с кем ты связан, сначала испытали жуткую боль от ран, а потом стали слабеть, выпуская на свободу сидящих внутри демонов, не самая приятная штука, - голос был холодным и твёрдым, а взгляд красноречиво обещал Гордыни множество проблем, если он продолжит в том же духе. - Странное у твоего создателя получилось существо, - буркнул Гордыня, нахмурившись и скрестив руки на груди. Злобные взгляды девушки ему не нравились и эти её ощущения - тоже. - Мы все тут странные, - неожиданно высказался Куро. Вряд ли он пресекал неодобрение к младшей и отделение её от первых восьми сервампов, просто они и правда все тут одинаковые - бессмертные кровососущие существа, которые были задуманы отнюдь не природой. - Кхм, ладно, - прервал завернувший немного не туда диалог Мисоно, прокашлявшись в кулак и закинув ногу на ногу, подняв глаза на Аканэ с видом самого настоящего взрослого. Послушав объяснения, он понял, что нафантазировал себе лишнего и неоправданно обидел девушку, поэтому: - Прошу прощения за своё поведение. Я подумал, что у Лили появилась возлюбленная, и хоть для меня это был шок, я не вправе запрещать ему кого-то любить. Но потом я увидел тебя с Жадностью и запереживал, что Лили изменяют. - Мисоно, - Лили явно растрогали эти слова. Все-таки подорванное доверие сильно отразилось на вампире, который до сих пор боялся, что хозяин не смог его простить до конца за столько лет обмана. Но сейчас, кажется, все страхи и сомнения улетучились окончательно, позволяя свободно дышать. - Какие вы все милые, - Аканэ улыбнулась, протянув Арисуин ладонь и пожав её. - Не переживай, я только лечащий врач. Хотя, - взгляд скользнул по Любовнику, перешёл на Сонного демона и остановился на Беззаконии. - Может, я и являюсь девятым сервампом, но меня создавал другой человек, так что кто знает, как однажды сложится судьба. Может, однажды у меня и кого-то из ребят появятся друг к другу чувства. Мисоно с Лили на такое заявление удивились, но, если первый зарделся, второй - задумчиво улыбнулся. Махиру некультурно удивился, Куро с Лихтом и Тэцуей оставались непричастными к разговору, поглощая ужин, а Хайд поперхнулся соусом. И неожиданно, и как-то странно, и... сложно в это было поверить, ведь они все столько лет уже прожили, тяжело было прикипеть к кому-то настолько, чтобы впустить в своё израненное сердце. Хотя Беззаконие и Похоть в этом плане от других братьев отличались, влюбляясь, даже когда уже были бессмертными существами, добровольно обрекая себя на страдания.

* * *

После ужина Аканэ вызвала себе такси, добираясь до дома. Как ни странно, остаток беседы прошёл вполне непринуждённо. Широта пытался уговорить её присоединиться к ним в битве с Цубаки, на что Руби открещивалась как могла, пообщалась с другими хозяевами братьев, с Гордыней они просто переговорили с глазу на глаз. Девушка убедила его, что палки ему в колеса ставить не будет, он объяснил, почему ему пришлось так поступить. В общем, день выдался более чем плодотворным. Ещё по дороге домой Воровство написала Марии с просьбой приехать к ней. Все-таки в её способности было слишком много уязвимых мест. Хоть она и подпиталась, слопав двух крупных джиннов, это не особо помогло, резерв заполнился ненамного, а очищать тех нужно было как минимум сутки. У людей бы это назвали медленным метаболизмом, когда ешь и очень долго перевариваешь съеденное. Так что пришлось звать на помощь Араи, которая приехала минут через двадцать после того, как девушка оказалась дома. - Видно, тебя сильно опустошили, раз ты даже к моей помощи прибегла, - с порога заявила Мария, смотря на ослабленную подопечную. Она рассказывала, что в последнее время отсылает Обжорству пакеты с кровью, пока тот не научится кусаться не больно, но, похоже, более обходительные Жадность и уж тем более Похоть выпивали все соки из Аканэ так, что она и не сопротивлялась. В голове Араи эти сцены вообще выглядели граничащими с эротикой, а порой она невольно представляла Руби в окружении сразу двух, а то и всех трёх братьев, словно госпожу со своими фаворитами. Даже сейчас, мельком подумав об этом, Мария не сдержала лукавую ухмылку. - Так получилось... - Аканэ с неохотой приподнялась на диване, спуская ноги на пол. Состояние все ещё было ниже плинтуса, а с учетом того, что ей через два дня отправлять Концу света новую порцию крови, следовало поправиться в кратчайшие сроки. - Я сегодня Любовника кормила, - девушка произнесла только это, надеясь, что Мария сама все поймёт и ненужные вопросы отпадут сами собой. Руби, скрипя, сопя и пища, поднялась с тёплого места, заворачивая в кухню и вытаскивая из шкафа бутылку с ликером. - О-о... И как тебе? - Араи, к неудовольствию вампирши, её надежд не оправдала по поводу незадавания ненужных вопросов. Как же можно было не узнать, как всё прошло? Мария не сомневалась, что Руби всё понравилось, но хотелось услышать о её ощущениях и посмотреть на миловидную смущающуюся мордашку. Пройдя вслед за девушкой на кухню, Араи вытащила бокалы, один из них поставив на дно раковины, взяла из ящика нож. Хирургически точное движение и острый кончик, словно кисточка, нарисовал на женском предплечье тонкую алую полоску, засочившуюся кровью прямо в сосуд. - Говоря честно, это было охрененно, - Аканэ наполнила один из бокалов, смотря на то, как второй наполняется кровью. Что показалось ей довольно странным, последние два десятка лет Мари очень редко прикармливала её в случае необходимости кровью не из шеи. - Правда, все бы закончилось сексом в горизонтальной плоскости, если бы не зашёл Беззаконие. Он тут же оттащил от меня Любовника, ну и сказал, что кусать тот меня будет только в его присутствии. - О-о, так может, Беззаконие хочет быть третьим? - засмеялась Мария, убирая бокал из раковины, только когда он наполнился её кровью почти до краёв. А руку пришлось сунуть под холодную воду, чтобы остановить кровотечение быстрее, и рана начала заживать. - Или ему нравится наблюдать за таким со стороны? Действительно беззаконно, - продолжала пошло мыслить вслух девушка, давя весёлую и в то же время ехидную улыбку. - Ну, наблюдать он будет за следующим уксусом точно. Хотя кормить кровью сразу двоих слишком опасно, как бы дело в таком случае реально групповуховой не кончилось и позой бутерброда, - Аканэ быстро уловила настрой своей создательницы, рисуя в голове, как эта парочка вампиров вопьется в её шейку клыками с двух сторон, и ощутила сладкую вспышку возбуждения. - Держите себя в руках, леди, - заметив, как сомкнулись коленки Аканэ, Мария не могла перестать улыбаться с видом главной похотливой демоницы. Протянула бокал своей крови девушке, себе забрав тот, что с ликёром. - А то ведь я завидовать начну. - Чему завидовать? Тому, что меня три сервампа кусают? Так у тебя самой там вроде все цветёт и пахнет, - девушка постучала аккуратным ноготком по экрану своего мобильного телефона, забрав бокал с горячей кровью. - Кто мне ночью прислал сообщение, что собрался с Унынием кино смотреть? - И что? Ничего такого не было и не намечалось, Цубаки заинтересован лишь в одном - в плане своего Учителя, - Араи с лёгкостью отбила подачу Аканэ. Она вчера просто была немного навеселе из-за алкоголя и решила слегка шокировать свою подопечную, что находилась по другую сторону баррикад и до сих пор не знала Цубаки, считая его злодеем-психопатом. Потому и представить, что такой может совершенно спокойно с кем-то сидеть, есть мороженое и смотреть фильмы, было очень сложно. - Но зато какой очаровательный из него лис, - улыбнулась Мария. - Ась? - Аканэ только поднесла к губам бокал с кровью, как тут же недобро прищурилась. - А из меня панда не очаровательная, что ли? - взгляд красных глаз отчётливо наполнился недовольством и ревностью, губы поджались, и вообще девушка походила теперь на надутую булочку, которая готова в любой миг вцепиться в маму всеми руками и ногами и кричать, что никому её не отдаст. - Оя, ты ревнуешь меня к другим плюшевым зверюшкам? - Марию же этот недовольный взгляд не пронял, наоборот повеселил. И, поставив свой бокал на столешницу, девушка подошла, протягивая руку и касаясь пальцами алых волос, запуская ноготки в прядки и почесывая за ушком, чтобы на неё не дулись. Что поделать, Мария любила мех, особенно живой - то есть всяких мягких неубитых зверей. И лис Цубаки вчера застал её врасплох, жаль только, что в руки не дался, тут же приняв человеческий облик. - Имею право, - Аканэ дулась, однако недолго, быстро подобрев, прикрыв глаза и наслаждаясь столь приятными для неё прикосновениями. Однако решила заполучить побольше внимания. Кровь была выпита, бокал отставлен в сторону, и уже через миг девушка стояла перед Мари на задних лапках, обнимая её за ногу передними в образе пушистой панды. - Можешь тискать сколько влезет. - Решила на всякий случай обогнать Цубаки в соревновании, кому достанется больше моего внимания? - хохотнув, Араи протянула вниз руку, помогая панде забраться по телу вверх, словно по дереву, и направилась вместе с ней и бокалом в комнату, по пути прихватив чесалочку для шерсти, решив восполнить потребность Аканэ в ласке по максимуму. Разместилась на диване, бокал пристроив на твёрдом подлокотнике, уселась и уложила пандочку себе на бёдра, расчесывая шерсть на животике.

* * *

Ночевать Мария осталась у Аканэ, а в номер Цубаки вернулась лишь на следующий день ближе к вечеру. Сегодня по работе было только интервью для журнала, после чего мальчики из группы решили оторваться в баре и позвали с собой свою солистку. Но девушка тактично отказалась, подумав, что пить третий день подряд ей не позволит совесть, и отправилась в свой новый дом. Дверь открылась, Араи успела даже разуться, а все еще не услышала ни звука. Цубаки где-то пропадал? Вполне возможно, но голос интуиции привел девушку к дверям его спальни, заставив постоять и посверлить ее взглядом несколько минут. Поначалу слышалась лишь тишина, но нет, в комнате кто-то был. Кто-то шумно и тяжело дышал, как в горячке. Мария тут же постучалась. - Цубаки, у тебя все нормально? - с подозрением протянула девушка, размышляя, могли ли вампиры болеть. Вроде бы нет, но может, он ранен? Серьезно ранить было возможно, тогда такое тяжелое дыхание объяснялось. Вряд ли он там упражнения выполнял. Ответа с той стороны не последовало, потому что вампир в этот момент так некстати проклинал перестройку своего организма. Он поглотил силу трех братьев, и теперь она приживалась в его теле, вызывая боль и безумную жажду крови. Цубаки поэтому и отослал своих подклассов подальше от него. В такие моменты он себя не контролировал от слова совсем, запираясь в комнате и страдая в одиночестве. Небольшая цена за то, чтобы в будущем воскресить самого дорого ему человека. - Все... Нормально... - прохрипел вампир, сжимаясь в комок и зажмуривая глаза. Клыки закусили губу до крови. Он очень надеялся, что этих слов Араи хватит, для того чтобы она не вздумала соваться к нему в комнату. Но надежды не увенчались успехом. К своему ужасу, вампир услышал, как ручка двери поворачивается, и девушка входит в комнату, останавливается на пороге. Сейчас Цубаки проклинал себя за то, что не запер спальню изнутри, он не думал, что Мария вернется сегодня рано, вчера она вообще не вернулась домой ночевать. - Да где же это нормально? - Араи остановилась у кровати, к удивлению обнаруживая, что следов крови ни на постели, ни на Цубаки нет. Значит, он не ранен, но его трясло как от высокой температуры, и даже на лбу выступил пот. Однозначно, что-то было не так. - Что с тобой происходит? - Уйди... - Цубаки еще хоть как-то старался держать себя в руках, сжимаясь в комок, с силой обхватывая себя за плечи руками. Он так старался сдерживаться, контролировать сою силу, ни на кого не набрасываться, терпя все в это в одиночестве. Он делал все возможное, чтобы никого не убить пробуждающимися новыми способностями или жаждой крови. Каким бы чокнутым психопатом его не считали, даже у него были четкие границы, которые не следовало переступать. Пальцы дрожали, с силой вцепляясь в собственные плечи, бросало то в жар, то в холод, он отчетливо слышал стук чужого сердца, который был совсем рядом. Всего несколько шагов и он может облегчить свою ношу. Но он должен справиться с этим сам, ему нужно меньше чем за месяц научиться контролировать собственную силу, которая сейчас напоминала воду, что заполняла воздушный шар до тех пор, пока он не лопнет. Мария вздохнула, этот вампир такой упрямый иногда. Она же волнуется, вдруг он умирает прямо сейчас, ему плохо, а она может помочь? Хотя скорее всего может, на все недуги вампиров, будь они ранены, отравлены или еще что, одно лекарство - кровь. А ее кровь так вообще была убийственным концентратом сил. - Отвечай мне, - не хотела она, но пришлось применить силу своего голоса на Цубаки. Стоит ей захотеть и отдать приказ - никто не сможет избежать его выполнения, ни вампир, ни человек, ни даже предмет. Захочет она, чтобы дом рухнул - он рухнет, как только она повелит ему это. - Что с тобой? Тот скрипел зубами, старался сопротивляться, но все это длилось буквально доли секунды. Он не хотел говорить, что с ним происходит, так как понимал, что в этом случае Мария решит напоить его своей кровью. Фантазия тут же рисовала, как он вопьется клыками в тонкую шейку, как они проткнут кожу, попадая в артерию, как в рот хлынет горячая кровь, как он обхватит место укуса губами, не давая и капле пролиться мимо, или наоборот, решит выпустить как можно больше, чтобы насладиться прекрасным зрелищем. Но нельзя! Что-то внутри кричало буквально до хрипоты о том, что кровь этой девушки не так проста, и он даже не догадывается, какие последствия это вызовет и чем в итоге все обернется. А разгребать их потом явно придется очень долго. - В моет теле происходит перестройка после поглощения слишком большого количества силы, - Уныние противился как мог: скрипел зубами, хрипел, но не мог противиться прямому приказу, поэтому приходилось отвечать как есть, не утаивая и не лукавя. - Ясно, - Мария ответила довольно спокойно и замолчала, Цубаки даже выдохнул, понадеявшись, что ошибся и она не надумает предлагать ему помощь. Но девушка сделала гораздо хуже, присев на край кровати и протянув без малейшего опасения к вампиру руку, убрав со лба черные волосы. Сейчас Уныние и правда напоминал больного в лихорадке, бедного ребенка, которому некому помочь, и приходится справляться лишь одним способом - перетерпеть. Если так подумать, он недавно поглотил силы троих братьев, это действительно много для одного, и организму требовалась энергия на усваивание и превращение чужих сил в свои. Цубаки сейчас запросто мог выпить досуха человек тридцать, но кровь, что текла по жилам Араи - совсем другое дело. - Хочешь крови? - Мария сделала акцент на первом слове и спрашивала спокойно, не прибегая к магии голоса, - Ты можешь сказать честно, и я помогу, незачем переживать все в одиночку. - Я выпью тебя досуха и после этого устрою в этом отеле самую настоящую бойню, - Цубаки теперь даже дышать старался через раз. Какого черта его выдержка трещала по швам рядом с этой девушкой? Почему он так трепетно к ней относится? Потому что она потомок Учителя? Потому что является сосудом для его плана? Или тут начинает замешиваться что-то еще? Откуда она столько знает о нем? Почему постоянно переворачивает его мир с ног на голову, сея смуту в душе и разуме? Зачем он вообще решил поселить ее с собой? Голова пухла от многочисленных вопросов, горло пересохло от лютой жажды, пряди на лбу и возле лица намокли от пота и стали завиваться, прилипая к коже. Наверняка во всем виновата перестройка организма и больше никак. - Если ты выпьешь меня досуха, то просто умрешь сам. Твой организм не справится с энергией, что даст тебе моя кровь, тебя буквально разорвет, - Мария оставалась безмятежной, даже снисходительно улыбнулась вампиру, совсем как его драгоценный Учитель когда-то. Коснулась прохладной ладонью горячего лба мужчины, стирая тыльной стороной пот. - А если выпьешь эквивалентно потребности, то скорее всего заснешь и примешь облик зверя, в нем проще переживать все нестабильные состояния. Возможно, ты меня ослабишь, но не опустошишь, ты же не всех семерых сервампов поглотил. Поэтому и насыщение придет раньше, а если боишься, то я тебя остановлю, ты сам прекрасно знаешь, что подчинишься моему приказу. Ну так что, мне раздеваться?