Слезы и кровь

"Хороший друг хранит секреты. Лучший друг рассказывает их в нужный момент."

(с) Лорен Оливер. Прежде чем я упаду.

Мария стояла в зале дорогущего лайнера, понимая, что организатор аукциона на шик, блеск и помпезность не скупился. Множество сверкающих люстр, башни из бокалов, наполненные изысканными напитками, роскошные деликатесы. Дамы и джентльмены в своих самых лучших вечерних нарядах и украшениях. Актеры, музыканты, певцы, бизнесмены, политики - все они собрались ради главного лота сегодняшнего вечера - бриллианта счастья весом почти триста карат. - Жду не дождусь начала аукциона, - Аканэ стояла рядом, покачивая в руках бокал с шампанским, при этом довольно облизываясь то на фуршетный стол, то на драгоценности, которые тут и там сверкали в ушах, на шее и пальцах проходивших мимо гостей. - Выпустили лисицу в курятник, - глядя на горящие алые глаза подопечной, Араи не смогла сдержать усмешки. Свистопляска с аукционом на лайнере началась несколько дней назад. Сначала Аканэ окучивала Марию, скидывая статьи из интернета с намёками из разряда «Смотри, какой классный камушек», потом почему-то подключилась и менеджер Араи. Уж подкупила её Руби, или у неё был свой резон - осталось неясным, но эти двое в оба уха девушке трещали о лайнере. Одна соблазнилась драгоценностями, а вторая - потенциальными спонсорами для певицы, и на этой почве эти двое сдружились и упрашивали пару дней Марию, чтобы та согласилась пойти и даже выступить. А ведь последние дни и так выдались насыщенными, Араи всё ещё восстанавливалась после кормёжки Цубаки и сидела на гранатовой диете. Но её всё же уломали, и вот она здесь, подальше от остальной толпы до начала мероприятия. - Скорее Воровство на закрытый аукцион, - Аканэ соблазнительным, немного хищным жестом облизнула накрашенные алой помадой губы, цепляя из бокала с соусом креветку во фритюре, отправляя её в рот. - Да и разве плохо? Хорошая компания, - взгляд выразительно прошёлся по Марии, - вкусная еда и выпивка. Да и люди тут все как с картинки. Араи не могла не согласиться. Красивые дамы в платьях, солидные мужчины в костюмах, все при параде, холёные и ухоженные, такие элегантные. Словом, сливки общества. Девушка смотрела с балюстрады чуточку равнодушно, лишь отмечая краем глаза прибывающих людей, как вдруг заметила знакомые лица. - О? - губы сначала округлились, а потом расплылись в усмешке, - Ну конечно, его не могли не пригласить. И, похоже, не я одна здесь провожу компаньона зайцем. Аканэ слов Марии не понимала, пока не посмотрела туда же, куда был направлен взгляд серых глаз. В толпе появилось двое молодых людей, одетых с иголочки, один из которых - известный молодой пианист Лихт Джекилл Тодороки, приглашенный для выступления. А второй - его таинственный компаньон, пленяющий девичьи сердца удивительно очаровательной улыбкой. Такой нежной, словно он благородный рыцарь, в то же время с долей радости, наверняка она озаряла светом душу девы, которой была подарена, и била в самое сердце. Чёрный классический смокинг, белая рубашка с галстуком, в руках, облаченных в белоснежные перчатки, была трость, а на лице отсутствовали очки. Мария не знала нынешнего имени этого сервампа, но чувствовала, что это Беззаконие. - Надо же, какая встреча, - Аканэ усмехнулась, осознавая извращенное чувство юмора злодейки-судьбы в который раз за свою жизнь. Довольно короткую для сервампа, но при этом достаточно длинную для человека. Эта парочка её планам обогатиться не помешает, все продумано до последних мелочей: среди персонала есть несколько мафиози и подклассов Обжорства, которые получат свою долю, после того как все, что она тут украдёт, будет переправлено в её жилище. Да и тем более Пылающий Ликорис уже дал знать о том, что навестит данный аукцион, чтобы не расслаблялись тут всякие. Поэтому охраны на каждом периметре было очень много, смотрели цепко, внимательно. Но, как говорилось в одном фильме: чем внимательней смотришь - тем меньше видишь. Девушка, однако, здороваться и вообще показывать, что она тут, не спешила, поворачиваясь спиной, демонстрируя просто умопомрачительный вырез сзади, доходящий до поясницы, принимая у официанта новый бокал с шампанским и незаметно стягивая красивый браслет с запястья стоящей рядом дамы. - Дорогая, прогни спинку, чтобы у Жадности совсем уж челюсть отвалилась, - раздался насмешливо-ехидный голос Марии, - он ведь смотрит прямо на тебя. Беззаконие и правда каким-то непостижимым уму образом обратил взгляд на балюстраду, выцепляя знакомую фигуру. Вернее, с тыла она только могла выглядеть как знакомая, но внутреннее чутье вампира не обманывало, что, помимо него, тут обретается ещё один сервамп. Вдобавок тот факт, что он пил кровь у Аканэ, усиливал их связь, ранее призрачная ниточка, тянущаяся между ними, теперь была отчётливой и сработала как по маслу, выдавая присутствие девушки. Клыкастая, но довольная ухмылка, Беззаконие бросил взгляд на своего хозяина, рассчитывая момент, чтобы улизнуть от него и потом не огрести по шее. Вообще, он в первые минуты был удивлён обнаружить здесь Руби, а потом мимо него прошла дама с россыпью бриллиантов на шее, он вспомнил слова Кранца об аукционе, и картинка в голове сложилась. - Мне кажется, у него челюсть не отвиснет, даже если бы у меня разрез на спине был ниже копчика, - Аканэ усмехнулась, залпом осушая ещё один бокал. Шампанское, конечно, было вкусным, но она предпочитала напитки покрепче. Все равно её алкоголь почти не брал. Девушка почти не удивилась, поворачиваясь к Жадности лицом, посылая ему игривый воздушный поцелуй и подмигивая, словно она уже была навеселе и готова была пойти склеить приглянувшегося ей молодого человека. - Кстати, я заметила, что ты, в отличие от меня, последнюю пару дней более чем удовлетворенная. Неужели-таки нашёлся хороший любовник? Даже завидую, - девушка наигранно вздохнула. Братья продолжали её кусать, но Руби каждый раз невольно заводилась, а собственноручно доставленное удовлетворение понемногу переставало спасать. Мария закусила нижнюю губу и очень подозрительно отвела взгляд, словно где-то нашкодила и причём по-крупному. О произошедшем с Унынием она Аканэ не рассказывала во избежание шока у последней, но своего действительно довольно-удовлетворенного состояния скрыть не могла. Сытая в плане секса женщина - добрая и ласковая женщина. - Ты просто не знаешь, о ком говоришь, - Мария пригубила вино, стараясь не тянуть губы в проказливой насмешливой улыбке. Красное полусладкое, кстати, тоже отлично подходило жертве голодного вампира, и Араи даже грешным делом подумала с сока перейти на него. - Ну, ты ведь не говоришь, видимо, реально в этот раз отхватила какую-то зубастую акулу, - Аканэ вздохнула. - Даже немного жаль парочку Жадности. Его Еве не светит сегодня блистать на вечере, - тонкая усмешка. Сначала была первая часть шоу, среди выступающих в самом конце затесалась и Араи, потом аукцион, а затем поднимется такой переполох, что будет просто не до второй части концерта. - У них будет другой гвоздь программы. - Если ты обо мне, то я и тебя сегодня удивлю, - Мария выдержала паузу, - спою кое-что новенькое. Мой недавний случайный любовник удивительным образом натолкнул меня на вдохновение, - девушка прямо-таки светилась от удовольствия. Последние пару дней были более чем плодотворными и утомительными, внезапный прилив желания писать песни наложился на весть об этом закрытом аукционе. Пусть соглашалась участвовать Араи долго, она сразу рассматривала возможность представления какого-нибудь эксклюзива из её репертуара, поэтому написать текст, музыку и прогнать песню пару раз пришлось в считанные дни. Благо, в инструментальной части решили обойтись эффектным минимумом, и петь Мария сегодня будет не под живой звук, но используя немножко магии своего голоса. Тогда тут точно начнётся вакханалия, и Аканэ сможет хоть целиком лайнер украсть. - О-о! - Руби даже брови от удивления подняла. Видимо, любовник действительно попался отличный во всех смыслах этого слова, раз к Марии даже вдохновение пришло. Девушка завидовала, но по-доброму, ведь нет ничего лучше, когда создательница находится в столь прекрасном расположении духа. Да и гимнастика в постели всегда хорошо влияла на гормональный и душевный фон. Воровство, однако, грустить не думала, у неё сегодня цель утащить главный лот прямо с розыгрыша и ещё кучу драгоценностей, которых бы хватило набить наволочку подушки. Так что у неё сегодня своя собственная развлекательная программа. Ну, а Хайда, как и обещала, она покормит завтра, когда придёт в гостиницу. Мария посмотрела на свою немного повесившую нос подопечную, не удержалась и погладила её по голове, как маленькую. Пока та недоуменно смотрела на неё, вытащила из клатча портсигар, засунула в рот сигарету и зажгла её кончик. Немного поразмыслила и, заметив краем глаза поднимающуюся к ним фигуру в чёрном смокинге, подумала, что момент для признания удачный, чтобы Аканэ не успела накинуться на Араи с удивленными криками. - Мой недавний любовник - это Цубаки, - чуть вздернув подбородок, Мария посмотрела на Аканэ, обхватывая себя одной рукой за талию, вторую, в которой элегантно держала сигарету, примостив локтем на ладонь первой. Позволила себе хитро прищуриться и тут же перевела взгляд, а за спиной Руби раздался знакомый голос: - Добрый вечер, леди, - вот только интонация была какая-то другая, бархатистая, раскатистая, ласкающая слух так же, как вельветовая перчатка кожу. А ведь Аканэ только хотела удивлённо вскрикнуть, хватая создательницу за плечи и требуя немедленных подробностей! Мария несколько дней засыпала девушку двусмысленными СМС, и сервамп уже давно отчаялась, считая, что той просто нравится эта игра. А тут внезапно выясняется, что она спала с Цубаки и Уныние оказался очень даже хорош в постели! Чего от него никак нельзя было ожидать. - Добрый вечер, - Руби не сомневалась, что Беззаконие на её маленькую шалость отреагирует и поднимется к ним. Девушка картинно прислонилась поясницей к перилам, складывая руки под грудью, только ещё больше увеличивая обзор и ложбинку между аппетитными полушариями в декольте. - Не думала, что ты будешь тут, Хайд. Что ж, думаю, это неплохой повод представить мою создательницу. Знакомься, Мария Араи, - ладошка изящным жестом показала в сторону второй девушки. Представленная персона томно выдохнула изо рта сизый табачный дым и с мягким хлопком ресниц посмотрела на вампира. Она стояла к нему полубоком, в облегающем платье с чёрным корсетным верхом, расшитым бриллиантами, и красной юбкой в пол. Красивый силуэт песочных часов, фарфоровая кожа, серебряные локоны шёлковым водопадом спускались за спиной. Белый мех покоился на локтях, руки до локтя упрятаны в перчатки, в целом Мария создавала образ женщины величественной и манящей, как запретный прекрасный плод. Потому Хайд был даже не удивлён теперь тем, в кого пошла Аканэ некоторыми своими замашками. Яблоко от яблоньки, как говорится... Однако сервамп понял, что они с Араи уже встречались. Это же была та самая Мария, с которой предлагали совместно выступить Лихту! Подумать только, ещё в тот день они могли встретить человека, которому удалось создать нового сервампа! - Рад познакомиться... - не сразу ответил Хайд. На его лице вообще проступила интересная смесь эмоций, начиная от оценивания и заканчивая натуральным удивлением. Видимо, он её вспомнил и узнал. - Пятый сервамп, Беззаконие, - он чуть поклонился, теперь его лицо было немного напряжено. Только сейчас он мог разобрать, что за чувство опасности сосало у него под ложечкой, ощущение было очень похоже на ауру отца первых восьми сервампов. Словно сам граф сейчас перед ним и стоял, только замаскировавший свою истинную ауру, и только вампир хотел начать задавать вопросы, как Мария заговорила первой: - Вот кому я доверю сегодня сопровождать и развлекать тебя, Аканэ, - улыбка девушки Воровству не понравилась совсем, но останавливать Араи было уже поздно. Она приобняла напустившую на себя серьёзный вид Руби, чуть подтолкнула, заставляя по инерции сделать пару шагов вперёд и столкнуться с Хайдом. - Она такая суровая в последнее время из-за того, что неудовлетворенная. - Неудо?.. - А ты не знал? - не дала договорить Мария, постучав по сигарете ноготком, стряхнув пепел в бокал с оставшимся в нём глотком вина. - Вы, мальчики, её ласково кусаете, моя девочка не привыкла к такому обращению и поэтому плывёт, как пломбир под июньским солнцем, от вас обоих. Пора бы уже что-нибудь придумать, не вечно же ей терпеть. Аканэ от этого хотелось провалиться под пол и рухнуть в ледяную воду залива, чтобы хоть немного остыть и согнать с лица малиновую краску смущения. Братья знали, что ей нравится, как они её кусают, что она возбуждается не на шутку. Чувствовали это во вкусе её крови и видели по состоянию дрожащего от возбуждения тела и подкашивающихся коленок. Но чтобы Мари взяла и столь бесстыдно спалила её перед Беззаконием, представив все так, словно он должен немедленно вести её в сторону ближайшей каюты... Такого она от собственной создательницы и лучшей подруги не ожидала. - Беззаконие, не слушай её, - девушка все ещё выглядела так, словно её поймали с поличным. - Нет, слушай, - возразила Мария, и голос её стал на удивление резким, а выражение лица серьёзным, - такие частые кормления, ещё и двух с половиной сервампов сразу даже на бессмертном и приспособленном организме сказываются. Я создавала её не с расчётом, что ей на шею сядут сразу трое нахлебников. У организма стресс, плюс всё это шлифуется женским неудовлетворением, которое само по себе уже страшная штука, и со временем этот вопрос встанет слишком остро. Так что вам всем стоит подумать о решении, - строго наказала Мария, посмотрев теперь и на свою подопечную. Она впервые имела дело со своим истинным предназначением и относилась слишком несерьёзно к факту, что спрос превышает предложение. Хайд чувствовал себя сейчас странно, как-то пристыженно, что ли. Невольно он сравнил себя с молодым человеком юной леди, у которой первые в её жизни серьёзные отношения, и вот первая встреча с её родителями, и чужая мама отчитала его как какого-то мальчишку за то, что привёл её драгоценную дочь поздно домой. Наверное, поэтому внутри резко появилось желание защитить девушку даже от собственной создательницы, а все проблемы взять на себя. - Я вас понял, - вампир выглядел серьёзным, даже очень, словно хотел казаться надёжным. Приобнял Аканэ за талию рукой, удобно разместив запястье на пояснице, а пальцами деликатно, но крепко ухватив за бок. Нажим небольшой, но достаточный, чтобы Руби сделала неловкий шаг к нему, прислоняясь туловищем к крепкому торсу вампира. Аканэ все ещё было слишком неловко. Что Лили, что Хайд хоть и пили её кровь и относились к ней довольно тепло, она не могла представить себе картину, в которой она бы легла хоть с кем-то из них в одну постель. Точнее, могла бы и не только это нафантазировать, но все это казалось каким-то аморальным и неправильным. - Мария, вот ты где! - перед девушкой появилась её менеджер, облаченная в изысканное, но довольно простое вечернее платье. - Идём, через полчаса будет твоё выступление. Тебе надо подготовиться. Араи удалилась, на ходу докуривая сигарету, и атмосфера стала чуточку менее напряжённой. Даже Хайд не скрыл шумного выдоха, прикрыл ненадолго глаза, зацепляя двумя пальцами галстук и оттягивая немного с горла. Вид у него при этом менее солидным не стал, а вот капелька бунтарской небрежности заставила только больше глазеть на вампира. - Не знал, что тебе настолько тяжело, - Беззаконие, к удивлению Аканэ, её не высмеивал и не считал, что Араи говорила вульгарные глупости. Он и сам прекрасно как видел тогда с Лили, так и чувствовал, что Руби нравятся укусы, когда они нежные и с девушкой обращаются как со священным Граалем, её возбуждение ему ощущать на языке не доводилось, но удовольствие он пробовал. Вдобавок многие юные леди романтизировали укусы, представляли себя в руках любовника-вампира, и момент кормления действительно был чем-то интимным. Так что понять появляющиеся у Аканэ фантазии и желания он вполне мог. Другой вопрос, что с ними делать. - Давай не будем об этом говорить? В самом крайнем случае, если мне станет совсем тяжело, я пойду в клуб и поищу себе неприятности на место пониже спины, - девушка красноречиво показала глазами себе за спину. Неловко улыбнулась. - Извини, я не хотела грузить этим тебя, Лили и Илдио, - тонкие пальцы коснулись чёлки, не то поправляя её, не то ещё больше лохматя. - Но ты и Лили действительно кусаетесь так, что у меня земля из-под ног уходит. Если что, то это не осуждение, а комплимент! Ведь я не знала, что укусы бывают настолько сладкими, - Руби прикрыла глаза, словно таким образом старалась хоть как-то составить мысли в нормальную цепочку. - Постарайся не грузить тебе этим голову. Я все-таки здравомыслящая девочка и не стану припирать тебя или Лили к стенке, в момент очередного распития у меня крови. - Ты-то, может, и не станешь, - голос Хайда почему-то стал ниже, в нём слышались гортанные вибрации, от которых уже всё сладко сжималось в паху и сводило друг к другу коленки, - но за себя я не ручаюсь, - неожиданно признался он. Медленно и демонстративно прошёлся взглядом по утянутой в красное платье фигурке, оно сидело так эффектно, как влитое, запаковав женские изгибы как в подарочную упаковку. Так и хотелось повторить их ладонями, ухватиться за стройную талию, провести по открытым плечикам, прижать девичью грудь к своей. Беззаконие согнул свою руку на пояснице Аканэ сильнее, крепче впившись пальцами в выступающую тазовую косточку, чуть наклонил голову вперёд, приближаясь к лицу вампирши с опасной усмешкой. - Раз уж ты такая чувствительная, боюсь, когда я войду в тебя, - здесь он сделал намеренную двусмысленную паузу и прикоснулся пальцами к месту, где бешено бился пульс на шейке, - клыками вот здесь... - невинно продолжил он, - то могу не устоять перед соблазном. Тем более что ты и сама не против. Аканэ от такого заявления опешила, удивлённо хлопнув глазами. Она ожидала чего угодно, кроме этих слов, готовилась извиняться и успокаивать парня, говорить, что он не виноват в том, что она заводится с полуоборота, стоит клыкам проникнуть нежно в её шейку. - В таком случае я не понимаю, почему ты решил прервать нас в прошлый раз с Лили? - алые глаза немного сощурились, руки опять были недовольно скрещены под грудью, только ещё больше выделяя аппетитные полушария на фоне алой, как кровь, ткани. - Я думала, что у вас, в отличие от меня, такой вот неправильной, развито чувство семьи, и ты бежал Любовнику на подмогу, чтобы остановить грозящий случиться в твоих или его глазах инцест. Хайд в ответ на такой выпад задумался, чуть наклоняя голову и скользя взглядом по девичьей шейке, спуская его в выразительное декольте, раз уж она его так призывно подчеркнула. Грудь у девушки была аккуратная, не слишком большая, не слишком маленькая, прямо золотая середина, заключённая в глубокий вырез и обрамлённая тонкими стрепами, рисующими своеобразный узор между полушариями и ключицами. Беззаконие даже и не скрывал, что смотрел туда, пока раздумывал над ответом. - А ты что хотела, - проказливо усмехнулся парень, показывая клыки, что были гораздо крупнее, чем у того же Лили. Наклонился ещё чуть ближе к девушке, вынуждая её уже немного прогибаться в спине, если она хотела сохранить более-менее комфортное для неё расстояние между их лицами. - Я же Жадность. Простое и честное признание, без всяких увиливаний. Да, было в нём это собственническое чувство, что если и достанется что-то кому-то, то непременно ему. Если в порядке очереди, то ему первому. Возможно, в тот момент разгоревшаяся страсть между Похотью и Воровством и показалась ему капельку неправильной, а может он приревновал, пожадничал, позавидовал или вообще всё вместе. Какая уж теперь разница? Руби казалось, что с каждой секундой этого разговора ее глаза становятся до неприличия большими. Она ожидала любого ответа, кроме этого. Мотнула головой, еще раз прокручивая в голове слова Беззакония, понимая, что вот наконец-то и показалась его настоящая натура, которая ей... Нравилась? Интриговала? Или и вовсе заставляла с любопытством прильнуть ближе, закидывая тонкие ручки парню на шею, немного поднимая ножку, скользя по приятной ткани брюк парня, но не закидывая ее ему на бедро. - А я думала, что ты скажешь, что не мог допустить инцеста, - Аканэ умолчала о такой маленькой детали, которую уже говорила братьям и их Евам о том, что сама она в первую очередь видит в них мужчин и только потом тех созданий, которые созданы по одной технологии. - Дорогая, второе мое имя - Беззаконие, - Хайд уже просто рассмеялся на приводимые девушкой доводы. Это даже аргументами сложно было назвать, да и не видел он на ее лице сомнения, не слышал в голосе страха, что все это неправильно. Она словно проверяла, может ли еще хоть что-то его остановить, но природа дарованного ему создателем греха позволяла творить любые бесчинства и объяснять все просто: ему не писан закон. - Но если тебе так важно, в чем я оч-чень сомневаюсь, - он наклонился вперед, заставив Аканэ сильнее прогнуться и слегка нависнуть над полом, словно они выполняли танцевальное па. Рука вампира легла на нижний край юбки, прихватывая бедро, но не забрасывая на ногу парня до конца. - То утешь себя тем, что на самом деле мы все совершенно разные люди и в нас ни капли одинаковой крови. В конце концов... - Хайд оставил на шейке даже не поцелуй, а легонько и дразняще царапнул клыками кожу, смазав ощущение прошедшейся следом влажной губой, словно запечатлевал свое негласное обещание непременно не обделить вниманием это местечко в следующий раз. И негромко, как секрет, произнес: - Я тебя сестрой и не считал. «Даже так?» - Аканэ от этих слов ни капли не расстроилась. Наоборот, до этого она еще старалась держать себя в рамках, стать хорошей сестрой, чтобы ее приняли как равную себе. Но эти слова красноречиво дали показать, что по крайне мере один сервамп не против отношений в других оттенках и ракурсах. - Интересное заявление, - девушка чуть сильнее наклонила голову, позволяя алым коротким волосам скользнуть словно завесе, открывая больше, соблазняя видом бьющейся под бледной кожей жилки, где бежала горячая, наполненная силой кровь. - Что ж, я запомню, что в следующий раз, когда ты решишь войти в меня и ощутить распирающее давление, - играя картами Беззакония, Воровство выдержала небольшую паузу, - на своих клыках, я могу не сдерживать себя и не бояться ранить твои чувства. - С нетерпением буду этого ждать, - охотно поддержал Хайд, с садисткой улыбкой выпрямляя свою руку и отпуская Аканэ лететь вниз, но ловя второй у самого пола, словно перебросил с левой на правую. Круто поднялся на ноги, словно они и правда танцевали резкое танго, скользнул рукой по боку, животу и на локоть девушки, по предплечью, ловя в плен запястье. Оставил на пальчиках галантный позёрский поцелуй, намеренно уколов клыками, и отпустил. - Как бы ни хотелось остаться, мне пора освободить прекрасную леди из своего плена. Не хочу мешать охоте очаровательных панда-воришек. - Ждать придется недолго. Завтра твой черед получать свою порцию, - Аканэ кокетливо взмахнула алыми очень длинными ресницами, поймала парня за галстук, привлекая к себе и оставляя короткий поцелуй в уголке губ. Смазанное движение в сторону центра, тонкое и почти неуловимое, оставшееся легким теплом, словно ничего и не было, и девушка изящной походкой от бедра удалилась с балюстрады. Аукцион должен был начаться через несколько минут, а она не прогнала еще раз план с другими вампирами и мафией, которые сегодня помогали ей. Беззаконие очень сильно пожалел, что не имел возможности закинуть чертовку прямо сейчас на плечо и проучить как следует, а мог лишь голодно облизнуться вслед, поправляя немного вытянувшийся галстук. Не думал он, что на сегодняшнем аукционе все так круто повернется, и мысли о завтрашней встрече будут такими... непристойными. Вообще, увидев Аканэ на балюстраде, он думал попросить дать крови ему сегодня, но все карты спутала Мария, и понеслось. «Кстати о ней...» - вспомнил вампир про интригующую личность и поспешил вернуться к Лихту. Не затем, чтобы рассказать ему о том, кем является эта женщина. По крайней мере, не сразу. Сначала он хотел посмотреть, что она исполнит, и лишь потом, если Тодороки будет под впечатлением, добить его неожиданной правдой. Пианист нашёлся быстро: общался с каким-то бизнесменом, который слёзно на пару с менеджером уговаривал его дать концерт в одном из самых знаменитых театров Йокогамы. Они настолько были увлечены, что даже не обращали внимания на выступление одной из гостей, играющей на сямисэне. Красиво, необычно для него, как не японца, и до мастерства Лихта как до Марса пешком. Девушка закончила, словила редкие аплодисменты от тех, кого интересовала подобная музыка, и удалилась со сцены. Впрочем, он уже заметил, что почти все, кто здесь собрался, обсуждали предстоящий аукцион и появление знаменитого на весь мир вора. Музыка была в основном инструментальная и служила не более чем фоном для светских бесед, исполнители удостаивались аплодисментов в основном из-за этикета, и мало кто мог завоевать внимание аудитории, находящейся в ажиотаже перед предстоящим событием. Была и парочка певиц, у одной из которых был сильный и чистый голос, Хайд даже заслушался, вспоминая различные оперы по Шекспиру. Последней в первом акте выступала Мария, однако перерыв между приглашёнными артистами на сей раз отчего-то затянулся, Беззаконие и не заметил бы, что выступление уже началось, если бы не чуткий слух Лихта. Тот обратил внимание на играющую из динамиков лайнера музыку, мрачную и навевающую мысли о тумане, каком-нибудь вечернем лесу и сгущающихся сумерках. Чьё-то дыхание, и вдруг ударил инструмент, все гости не могли не повернуть головы в сторону сцены, на которой никого не было. - Ве-ечер бессильно угас, и ему не помо-очь, - сладкий голос раздался неожиданно сверху, и все подняли взгляды на балюстраду, - гре-ешных и праведных жде-ет очень долгая но-очь... - Мария сидела одним бедром на парапете, напевая словно призрак в древнем заброшенном замке, знающий какую-то страшную тайну. Перелив обработанного аккорда, звуки фортепиано прозвучали как бой напольных часов, и девушка медленно поднялась, делая шаги к лестнице, смотря сверху вниз на своих слушателей с видом существа потустороннего и возвышенного, знающего ужасающие тайны этого мира. «Прямо сейчас, втайне от вас, это происходит, и вы ничего не можете с этим сделать», - вот что говорил её вид и голос, каждое её движение и даже сама музыка. - Стрелки смыкаются, полночь спускается, тени смыкаются, тьма-а разверзается! Страсть подбирается, ко-ожи касается, ды-ышит и плавится... расползается... - она перешла на сокровенный шёпот, удар басов, и голос приобрёл силу, долготу. Мария тянула ноты и одновременно пела с властью, погружая всех в благоговейный страх перед чем-то надвигающимся. - Закипа-ают ве-ены, рвётся стра-асть и де-емон... из земно-ого тлена, из былого плена! Тьма скользи-ит поро-очно... по тела-ам и ли-ицам... Этой су-удной но-очью всё должно случиться! Лихт слушал внимательно, вдумчиво, пропуская музыку через себя насквозь. Сильный голос, очень властный, эта девушка стояла с ним на одной ступени, он мог повелевать мелодией, а она - словами. Теперь ему становилось понятно, почему его менеджер слёзно уговаривал его несколько дней принять участие в коллаборации с этой Марией. Он - ангел, она - демон, и вместе их выступление было бы и вовсе чем-то запредельным. Однако было ещё что-то, что беспокоило парня. Необычное ощущение, которое он испытывал, смотря на эту певицу. Словно она и не была человеком. Все-таки длительное общение с сервампами и их Евами обострило его чувства, помогая все лучше отличать всякую нечисть от простых людей. Хайда и вовсе бросило в странное состояние. Вроде и трепет перед создателем, а вроде и напряжение, она словно обещала, что на них движется что-то плохое, и оставалось лишь надеяться, что это просто текст и атмосфера песни такая. Но он чувствовал магию в голосе, которая прошибала насквозь, вызывая у слушателей от восторга до вожделения и даже страха. Мария стала спускаться по лестнице, медленно и плавно, перед ней расступались люди, как перед проклятой королевой. Она скользила по ним взглядом, но не задерживалась, словно никто не стоил и крупицы её внимания. Песня продолжала литься, течь как вязкий поток и клубиться как туман во мраке ночи. Тягучий куплет с таинственной хрипотцой и мощный припев, последние строки Араи пела с надрывом, окончательно устрашив перед своим величием, и резко музыка закончилась, ознаменовав конец её выступления. Зал тут же взорвался аплодисментами, гостям дали минут десять на то, чтобы остыть, собраться с мыслями и взять в руки номерки для аукциона. Наконец-то начиналась главная часть ночи, ради которой и собрались здесь сливки общества. Мария отошла в сторонку, смотря, как люди присаживаются на стулья, смотря на сцену, где софитов стало в несколько раз больше, а ведущий уже заливался соловьем насчёт представленных редкостей. - Добрый вечер, - раздался сбоку мягкий бархатный баритон, заставив повернуть голову и увидеть перед собой высокого очень красивого молодого человека. Лет тридцать на вид, мягкие каштановые волосы немного вились, красновато-карие глаза смотрели с любопытством и даже оцениваем. Дорогой костюм с почти незаметной вышивкой и шейным платком, а вот перстень на пальце стоил целое состояние. Белое золото, сапфиры, бриллианты, Аканэ наверняка бы оценила. - Добрый, - Мария хотела понаблюдать за аукционом с балкончика напротив сцены и в уединении с бокалом вина, поскольку сегодня драгоценности её не интересовали. Свою часть на этом вечере она выполнила и причём с успехом, надо будет позже добавить эту песню в какое-нибудь эксклюзивное издание дисков. - Вы решили составить мне компанию? Теперь девушка пробежалась взглядом по подошедшему к ней мужчине. Молодой и явно успешный бизнесмен, да ещё привлекательный и уверенный в себе, раз появился так скоро после конца выступления. Араи даже заинтересованно усмехнулась. - Если Королева позволит, - тот отсалютовал стаканом с виски, продолжая медленно изучать её взглядом. Не похотливо, просто оценивал с видом эстета, который смотрит на произведение искусства. - Ваше выступление было невероятным. Мне даже показалось, что вы открыли врата в саму преисподнюю, - тонкая усмешка, скрытая за глотком. - О-о, такое я и правда умею, - улыбка стала филигранно насмешливой. Просто человек, что он может знать о том теневом мире, что сосуществовал с ему привычным? Этот мужчина понятия не имел об оборотнях, магах, вампирах и сервампах, уж тем более о тех, кто их создаёт. Так что да, перед ним сейчас стояла королева. Королева проклятых. - Мария, - внезапно представилась Араи, подавая незнакомцу руку в чёрной перчатке. Она предположила по внешности и акценту, что он европеец, а значит не должен удивиться тому, что было озвучено лишь имя. - Даниэль, - мужчина аккуратно взял пальчики в свою ладонь, оставляя на тыльной стороне мимолетный поцелуй. Эта девушка была поистине редким сокровищем среди той серой массы на аукционе, он даже подумал предложить контракт ей, а не Тодороки, что должен выступать во второй половине шоу. А может, и им обоим. На мальчишку ещё стоило посмотреть и оценить. - Заранее прошу прощения за мою прямолинейность. Не люблю ходить вокруг да около. Смею сказать, что вы неповторимы, и это не лесть и не дежурный комплимент, просто факт. И я хотел бы предложить вам выгодный контракт. Бровь Марии немедленно удивлённо вздернулась. Да, менеджер потому и отправляла её сюда, что тут можно было найти заинтересованных людей, ну или просто богатых спонсоров, захотевших неожиданно приобщиться к музыке, но скепсис Араи обуславливался одним фактом. Она не оперная певица, даже наоборот. Да, голос был сильный и красивый, девушка могла при желании спеть что-то красивое и светское, но у неё не было такого желания. В своих песнях она напрямую признавалась в грехах, которые совершила ради создания сервампа, затрагивала темы вампиризма, демонизма и ведьмовства. Потому и музыка была мрачной, в жанре рок, а сама солистка прибегала к экстремальному пению. А это для довольно специфической аудитории. - Боюсь, вы не знакомы с моим творчеством, Даниэль, раз предлагаете такое, - взгляд снова пробежался по мужчине, и улыбка Марии стала даже дружелюбной, - на хозяина БДСМ-клуба вы не похожи, чтобы заказывать у меня музыку для какой-то аудитории. И вряд ли у вас в подчинении ведьмы и демоны, которым было бы интересно послушать мои песни. Тот не расстроился, улыбаясь не менее соблазнительно и интригующе. Он собирал информацию на всех в этом месте, многих приглашал лично, в том числе и Араи. - Не так давно радиосигнал принёс мне ваш голос, - новый глоток и бокал был поставлен на ближайший столик. - Я слышал ваши песни и предлагаю на полном серьезе. Вы в Японии, дорогая Королева, и здесь вы можете собрать целый зал публики, которая ради ваших песен и пары минут общения с вами с шансом прикоснуться к святыне будет готова на что угодно. Тихий голос, уверенный, твёрдый, словно демон, который явился на зов и нашептывает жертве сладкие речи, желая как можно скорее заполучить свою плату. Полноценно от скепсиса Марию это не избавило, но она явно смягчилась и даже стала рассматривать предложение молодого человека, параллельно решив закурить. Вытащенная тонкая сигарета, чиркнула зажигалка, осветив на пару секунд личико девушки, когда она прикуривала сигарету, и выпущенный изо рта в противоположную сторону от собеседника дым. - Что ж, вы можете направить своё предложение в моё агентство, - она взяла у мимо проходящего официанта бокал шампанского, чтобы стряхивать туда пепел, - я передам своему менеджеру, чтобы она его ждала и обработала вне очереди. Это не значит, что я согласна. Мне нужно будет подумать и обсудить это с ребятами из группы. - С нетерпением жду нашей следующей встречи, Королева Мария, - ещё один поцелуй на изящной ручке и взгляд скользнул в сторону сцены, где как раз закончился один из торгов и выносили предмет для следующего, пока ведущий зачитывал описание предмета. Пару часов все было тихо, аукцион шёл своим чередом, многие начали перешептываться, говоря, что сегодняшний случай с Ликорисом просто уловка газет, чтобы привлечь побольше внимания. Пока внезапно не погас свет. Коротко, всего на десяток секунд. Раздался выстрел, звон бьющегося стекла, кто-то закричал, кто-то упал в обморок, паника еще не успела охватить зал. Освещение вернулось, вот только на бархатной подушке, где недавно находился главный лот аукциона, лежала алая японская лилия - символ неуловимого вора Ликориса. Засуетилась охрана, приказывая всем оставаться на местах, гостей просили сохранять спокойствие, краем уха Араи услышала, что пропали почти все украшения из соседней комнаты, где они хранились, понимая, что сегодня её подопечная повеселилась на славу. «Жаль, конечно, прежнего владельца этих камушков», - про себя усмехнулась Мария, преспокойно пребывая в своей ложе на балконе и поедая виноград. Занятно, что Аканэ получала искреннее удовольствие от краж и пополнения своей драгоценной коллекции. Да, она носила имя Воровства, но оно не обязывало её к такому ремеслу, лишь давало навыки. Хотя если вспомнить, кем была эта девушка раньше и как жила, то Араи удивлял лишь один факт: как удачно она попала тогда к ней на операционный стол.