Заточённый в бункере

Стук в дверь. - Кто там? – спрашивает женский голос. - Это Максимка. Крашенная в кирпично-красный цвет металлическая дверь открывается. Нас встречает покрасневшее опухшее лицо матери нашего пленника. Знакомьтесь – на арене цирка, который устроила наша компания, выступает Александра Владимировна Лебедева – аплодисменты! - Костя уже несколько дней не выходил на связь. Что с ним? – безо всякого выражения оттарабанил заученный текст Максим. Как всегда, пофигист. Хоть бы сыграл беспокойство! Я ткнул ему кулаком в спину. Но кажется, этой семье не до чужих эмоций – своих хватает. - Ах, Макс-Макс. Уехал ваш друг в Турцию, без связи толком, там дорогая слишком, скоро вернётся, - тихо произносит несчастная родительница. - А это кто с тобой? - Мой друг - Олег. А почему Костя нас не предупредил, что поедет? Мать Кости разворачивается и уходит вглубь участка. Но затем что-то в ней меняется: - Мальчики, проходите. За чаем всё расскажу. Не уехал он в Турцию… - мертвенным голосом произносит рыжеволосая женщина с потухшими круглыми глазами. Они так похожи на Костины! - Какие-то уроды похитили нашего мальчика! – всхлип. – И требуют выкуп. Вот, читайте! – с этими словами она протягивает нам нашу записку. Дружище, ну хоть сейчас изобрази интерес, как будто ты не знаешь, что в ней! - Пять миллионов требуют? – изрекает Макс, ещё не взяв бумажку в руки. Меня аж Кондратий хватил! Больше всего в эту секунду мне хочется взять моего товарища за шкирку и окунуть лицом в недавно приготовленный пирог, стоящий на столе. Я, дрожа от ужаса, ожидаю реакции. Но в конце концов просто решаю резко отвлечь внимание и не придумываю ничего умнее, кроме как, схватив записку, откинуться на спинку стула и с грохотом упасть на паркет. Ай, спина! - Олег, ты в порядке? – волнуется Костина мама и вскакивает со стула. Кажется, сработало. - Ай.. Всё окей, не волнуйтесь, Александра Владимировна. - В общем, поисковые отряды сейчас прочесывают лес. Вообще говорят, там где-то очень далеко бомбоубежище есть. Его тоже сегодня будут обыскивать, вдруг он.. Нежив и его туда… - мать тихо всхлипывает и вытирает лицо рукавом. Я поворачиваю голову к Максу. Он смотрит на меня остекленевшим, немигающим взглядом. - Ну что вы, его ведь похитили, им нет никакого смысла его убивать, - мои губы улыбаются, но вот за глаза я не готов поручиться! Сашенька (ну как-то не хочется звать мать Кости по имени-отчеству, слишком уж молодо выглядит, несмотря на своё горе) немного оттаивает: - Спасибо, мальчики, мне сейчас очень тяжело. Заходите ещё как-нибудь. - Я уверен, Костю обязательно найдут, не переживайте, мы тоже по нему очень скучаем, - я подхожу и осторожно приобнимаю недавнюю знакомую за плечо. Рискованный жест… На удивление она тоже обнимает меня. Видели бы вы лицо Макса! Тем временем он опустил глаза под стол, и оттуда полилась дивная песня : - Еду в магазин Гуччи в Санкт-Петербурге. Она жрёт мой.. - на этом моменте мелодия затихла, к моему великому облегчению. Максим вытаскивает из кармана телефон и якобы отвечает на звонок: - Алло.. Да. Сейчас приду, - он поворачивается к Саше. - Мать зовёт помогать на огороде. - Я тоже пойду. Я обещал помочь Максу с работой. - Хорошо, мальчики. Спасибо, что пришли, заходите ещё, у меня столько рецептов пирогов! Кажется, несмотря на обилие соседей, ей тут очень одиноко. - Обязательно зайдём. Ваш сын вернётся, даже не сомневайтесь, - говорю я на прощание. Когда калитка за нами закрывается, я быстро хватаю телефон и пишу в групповой чат в Телеграме. - Мигель, Вурдалак (он же Сергей), уносите немедленно вещи из бункера к себе домой, мы сейчас подойдём! Менты придут. Мигель, возьми снотворный укол. Бункер будут обыскивать. Лес уже близко. О, боже, как же нам далеко бежать! Мы бежим среди елей уже где-то минут двадцать, ещё нестись кучу времени. Переходим на шаг. - Макс, это что было сейчас в гостях? - Да ладно тебе, я прикалывался. - Доприкалываешься однажды! Когда мы входим в бункер, мы застаём его уже полностью очищенным от следов пребывания пленника. Остаётся только сам Константин. Его крепко держит Сергей. Впрочем, зря, он все ещё в кандалах, а ключ у Максима. Мой нервный голос пытается внести в неразбериху хоть какую-то ясность: - Уводите его. Сейчас усыпим и возможно донесём до моего дома. Действуй. - Вы слышите это? – спрашивает Макс. Сверху доносятся десятки шагов. Это они. Пришли. Мама… Я рефлекторно зажимаю рот Константину. Как негласный лидер нашей банды, я обязан спасти даже такую дерьмовую ситуацию : - Без паники. Вы с-садитесь тут, как будто.. Хотя нет, лучше п-прячьтесь среди местных шкафов! А я к воде с Костей. Вдвоём мы за шкаф не влезем, а отпустить я его не могу. - Ты что его утопить решил Стук?! – улыбается Сергей. - Нет. Макс, кинь камень в воду как только они уйдут. Я услышу под водой. Мы сразу вынырнем. - Олег, ты спятил?! - Другого пути нет. Да и обсуждать некогда. Хорошо, что вы его предварительно связали. Я увлекаю Константина вглубь бункера. Возле люка есть низкое помещение, словно бассейн. Те самые стоячие воды, в которые я в детстве наступил и схлопотал от мамки. О, там какая-то плита! Под неё и занырну. Этот бункер очевидно, недостроен. Из воды торчат толстые ржавые куски железа. Это место, где бункер явно пострадал от времени Голоса начинают слышаться отчётливо. Шаги приближаются. Я встаю на край. Падаю в мутную жижу, прижимая к себе Костю. Ныряю до самого дна. Заплываю под плиту. Тишина. Снаружи еле слышатся голоса. Хрупкое тело слабо бьётся в моих руках. Усыпить его сейчас – значит обречь на гибель. Эх, только силы тратит. Воздуха ещё достаточно. Что там наверху? Вроде не замечают. Кажется, что прошла уже целая вечность. А камня все нет и нет. Мне начинает не хватать воздуха. Константин обмяк в моих руках. Скоро захлебнётся.. Я не могу этого допустить. Но и себя выдать не могу. Но как я лишу жизни его? Я ведь.. Я не могу. Я.. Люблю его? Что?! Мне вдруг резко представился труп. Холодные безжизненные рыбьи глаза. Руки, что больше не смогут держать учебник. А, чёрт! Да пошло оно всё! Не дожидаясь камня, я всплываю на поверхность. И встречаюсь взглядом с оперативником. На меня смотрят два округлившихся карих глаза. Боже.. Адреналин подскакивает. Нога в камуфляже делает шаг.. - Не оказывайте сопр.. В ту же секунду фигура в камуфляже резко падает и напарывается шеей на кусок железяки, который торчит из воды, а за ней я вижу Макса. Его лицо спокойно, хоть и заметна небольшая отдышка. Затем появляется улыбка. Рана насквозь. Кажется, опер уже больше не пошевелится. - Есть! - подскакивает Макс, победно вскидывая руку, зажатую в кулаке Длинная чёлка прилипает ко лбу. В голове один лишь адреналин, адреналин, адреналин… - Что ты наделал?! - Спас твою шкуру от разоблачения. Я ни слова не говоря отвешиваю Максу звонкую пощёчину. Не могу отдышаться. Сердце стучит как бешеное. Да как у него рука поднялась?! Кто бы мог подумать, что Макс, обычный с виду паренёк на такое способен? Правильно говорят, опасаться нужно всех, а в тихом омуте черти водятся. Чёрт, кажется, Лебедь не дышит!.. Я незамедлительно начинаю, реанимацию. Вскоре из Костиного рта начинают вылетать капли, сам же он заходится сильным кашлем. - Живой! Живой! – с моей души свалился камень. - Где я.. - Вы там капец долго пробыли. Но чем так выныривать и рисковать, уж лучше было утопить его, честное слово. Ты нас всех чуть не подставил. Короче, все ушли, а этот долбоглеб остался тут, услышал плеск. Сам виноват в своей смерти – слишком внимательный. Уходим. Немедленно. Вурдалак, глянь, там снаружи есть кто? – говорит Макс. Тут из-за шкафа показывается Сергей и присвистывает: - Ни хрена ж его угораздило! Жесть.. Или кто-то из вас помог ему уйти в заслуженный отпуск раньше времени ? - он с подозрением косится на нас с Максом. Знает, кто тут самые отбитые, ха-ха! - Я помог, - ни один мускул на лице Макса не выразил ни малейшего сожаления. Слышится скрип двери. Неужели копы вернулись за товарищем? Я чувствую, как руки начинают предательски трястись. - Эй, пацаны, вы там живы? Знакомый голос. - Мигелька! Ты укол принёс? - Принёс, - он ловким движением набирает из ампулы снотворное и тыкает иглой в Константина. Сладкие глаза закрываются, и милое личико замирает в безмятежной неге. Лебедь.. он словно спящая красавица. Глядя на него, я забываю обо всём на свете, даже о том, что мой друг только что прикончил ни в чём не повинного оперативника. Впрочем, что за дурацкая фраза, какая разница, повинен человек или нет? Мы не в каменном веке, чтобы у нас была распространена месть без участия органов правопорядка. Это их долг. Который они правда, не всегда выполняют. - Олег, ты неси его. Че лыбишься? – удивляется Макс. - Ты только представь, чего мы избежали, Макс! Несём его ко мне домой, родаки уехали. Да и мой участок ближе к лесу. Только тут Мигель замечает оперативника: - Эт-то что ещё за натюрморт? Сейчас сфоткаю, Евгению кину, чтобы уж точно отказался от мыслей к нам присоединиться. И Женька туда же! Лицемер! Все хотят такими белыми и пушистыми казаться, только вот желания у них у всех совсем иные. Переждали тяжёлый период – можно и сливки снять, денюжку получить. В моих сосудах вскипает кровь от Мишкиной тупости: - Не смей! На словах расскажешь. Ты бы ещё селфи с ним сделал и кинул в общий чат Ольховки! Вы с Мигелем остаётесь здесь, наблюдать. Макс тем временем горделиво выпрямляет шею, задирая подбородок: - Спрашиваешь, что это? Это наш первый убитый свидетель. Знакомься.