Огни Нового Вегаса

Фрисайд в реальности представлял из себя ещё более убогое зрелище чем я думал. Вездесущие руины, разграбленные древние бутики и магазины и голытьба, что каким-то чудом пыталась выжить в этом месте, ютясь по ещё целым бетонным коробкам. Тут и там горят жаровни, здесь готовят всяких разных пойманных крыс, а по ночам, видимо, отогреваются. Пустыня пустыней, но ночью-то нифига не жарко. Я не понимал, как здесь живут и вообще зачем. Где угодно лучше, чем во Фрисайде, где заработать денег на своё пропитание можно разве что грабежом, воровством и обдуриванием туристов. Впрочем, были и редкие счастливчики, что просто здесь проездом и предпочитают жить не на Стрипе, а тут ввиду дешевизны жилья. Были и не совсем опустившиеся люди, которые действительно нашли своё место в этом гадюшнике, зарабатывая деньги. И я говорю не про именитых людей навроде Ван-Графов или держателей пивнух, а про пробивных людей, что смогли начать своё дело. К тому же Диксону, который пусть и торговал откровенной отравой, у меня было куда больше уважения, чем к побирушкам. В конце-то концов он нашёл способ выжить в этом месте, не опускаясь до паразитирования на обществе. В каком-то смысле он даже делал обществу услугу, ведь потребители его отвратного бухла рано или поздно умирали. Надо ли говорить, что нормальный человек не будет вливать в себя откровенный стекломой? Надо ли уточнять, что то были изначально люди не особо высоких моральных принципов и прочих кондиций и его дешевле утилизировать, чем отмыть и сделать Человеком с большой буквы Ч? Звучит ужасно и просто бесчеловечно. Однако люди сами добровольно уничтожают себя алкоголем и наркотиками, облегчая нагрузку на и без того хреновый постапокалиптический генофонд, не оставляя посредственного потомства потенциальных убийц, воров и тому подобных людей. Чем не евгеническая программа? Хех. В конце-то концов, Вест-Сайд, одна из окраин Нью-Вегаса, всегда открыта для новых людей, коим не по душе жизнь бродяги, бандита, алкаша и наркомана. Там живут честные люди, способные себя защитить и прокормить. Причём прокормить не грабежом, а батрача на полях. Да, это тяжёлая жизнь, однако все, кто хотел уже там, остальные же… ну, мне их явно не жалко. Впрочем, было и исключение из правила, гласящего, что Фрисайд — обитель дегенератов. Мы как раз проезжали мимо пункта выдачи помощи переселенцам из Калифорнии, что организовала НКР. Тут выстроилась целая очередь так называемых скваттеров. Это ещё не окончательно опустившиеся люди и из них может выйти какой-то толк, чем Республика и пользуется, применяя почти бесплатную рабочую силу для расчистки всякого мусора и переноски тяжестей. — Тут столько людей… — Ошарашенно сказала Санни Смайлс, разглядывая здешние перенаселённые руины. — За кошельком не забывай следить, Санни. — Хмыкнул я. — Мы хоть и на колёсах, но лихих людей тут хватает. А без денег на Стрип нас не пустят. К счастью никаких маргиналов нам не встретилось на пути. Ну как сказать… по крайней мере нас не трогали и то спасибо. По дороге встретился мелкий зазывала, предлагающий заглянуть за всякого рода контрабандой в магазин Микки и Ральфа. Чёрт и как же я мог забыть про это замечательное место? Спросив дорогу, мы помчались прямо туда — кажется я понял, как быстро разжиться крышками. Мы остановились у здания, где засели два брата-коммерсанта, я попросил Санни остаться снаружи и охранять мотоцикл, а сам пошёл делать дела. — Здоровеньки булы, господа! — С порога поприветствовал я дельцов, что были вовсю заняты своими делами: один мучался с какой-то железкой, изрыгающей свинец, другой же пытался навести порядок на этой свалке. — Здаров. — Сказал один из дельцов, бросил ящик с утилём и оценивающе взглянул на меня. Уважительно кивнул, видимо не каждый день к нему заходят крутые грёбаные ковбои со здоровенными револьверами за поясами. — Чего хотел, крутой? — Пушки возьмёте? Много. Есть ещё патроны к ним, ну и наркотиков по мелочи в довесок. — Тащи, посмотрим. — Неопределённо сказал Микки или Ральф. Я вздохнул, похоже придётся взваливать всю эту ношу на себя. Впрочем, что поделать — пошёл на выход забрать мешки с барахлом, коего мы собрали с рейдеров немало. И ожидаемо увидел не совсем приятную картину. Красивая девушка и крутой мотоцикл явно не могли не привлечь внимания местных оборванцев. И если дети просто глазели, то некоторые пройдохи уже явно примеривались как толпой забить госпожу Санни Смайлс, снять с неё броню и угнать мотоцикл. А то и вместе с ним и саму Санни… работорговлю никто не отменял, Омерте всегда нужен «рабочий материал». Я решил сразу взять быка за рога и достал револьвер, заставив напрячься агрессивную гопоту. Впрочем, эффект был недостаточный, а вот выстрел в воздух спугнул большую часть людей. Однако наиболее безбашенным это, наоборот, сорвало крышу, став сигналом для атаки. Выстрел. Несколько храбрых молодцев останавливается и бросается наутёк. Ибо одно дело шмальнуть в воздух, другое же в брюхо одному из ублюдков — они поняли, что «играем» всерьёз. Санни так и стояла в оцепенении, сжав винтовку в руках. Господи, да когда же она успела стать такой беспомощной? Впрочем, одно дело «снимать» противника издалека, а совсем другое — попасть в замес в упор с довольно сильными мужиками, где у женщины шансов, увы, мало. Я надавил ботинком на грудь подранку, что лёжа плевался кровью. Неподалёку от него валялся, мать его, пожарный топор. Брутально. Взгляд глаза в глаза. Прислушиваюсь к себе и понимаю, что ничего кроме отвращения к этому человеку не испытываю, а жалости как-то… совсем нет. Контрольный в голову — на этом всё. — Ты как? — Я обернулся к Санни, которая до сих пор не могла привыкнуть к моей… жестокости? Ибо взгляд её был ещё более напуганным, чем до потасовки. Почему-то сразу в голову пришёл перк «палач» из какой-то старой игры, суть коего была в снижении штрафа стрельбы в упор. Мол, хладнокровие и вся фигня. Странные мысли, однако. — Спасибо. — Коротко сказала Санни, придя в себя. — Надо уходить, они наверняка вернутся с подкреплением. — Очень надеюсь на это. — Сказал я сам того от себя не ожидая, попутно заряжая пустые камеры револьвера. — Ладно, давай так. Раз уж тебе страшно, то бери хабар и договорись о его продаже. Там такие два мужика сидят… они нормальные, так что торгуйся как надо. А я пока постою тут. Встречу уродов как надо. Договорились? — Курьер, но тебя могут убить! — Истерически воскликнула Санни. — Знаешь, как говорят? Быть воином — жить вечно. — Сказал я и едва не засмеялся, всё же было что-то такое в интернет-культуре моего времени. — Санни Смайлс, хорош моросить! Бегом! Санни наконец-то расклинилась и принялась делать что говорю. Слава яйцам… а то я уж было начал разочаровываться в своей боевой подруге. А сам я в итоге остался наедине с собой и мотоциклом, который так и хотели своровать. Спрятанный глубоко в душе страх явил себя, ибо опасность не заставила себя ждать. Я разворотил осиное гнездо и против меня словно весь Фрисайд ополчился за самоуправство. Объяснять сумасшедшей толпе, что я защищал своё имущество и жизнь товарища явно было бесполезно, ибо этот сброд только и желал растерзать меня в клочья, а добычу с моего трупа пропить. Ситуация а-ля дешёвый вестерн: по одну сторону я, крутой ковбой с мышиным сердцем, держа руку на кобуре, а по другую тьма людей разной степени побитости жизнью. Расклад явно не в мою пользу и шести пуль тут явно не хватит. Да и в конце-то концов, готов ли я устраивать настоящий геноцид? Вряд ли это добавит мне очков кармы. Короче говоря, цугцванг. Людей становилось всё больше, словно вся бандитня собралась по мою душу. Молча они ожидали любого триггера, чтобы не оставить от меня и мокрого места. Неуловимое движение рук и в ладони у меня оказывается удачно припасённая граната с выдернутой чекой, что заставило толпу отшатнуться, но не сбежать. Хоть что-то. Я очень надеялся, что спустя двести лет спусковой рычаг этой малышки ещё не сгнил напрочь, ибо в таком случае спустя несколько секунд я буду мёртв. Я держал его изо всех сил лишь бы он не прогнулся хотя бы на миллиметр. Долгие секунды ожидания… ничего не произошло. Слава богу. Теперь у меня есть шансы выбраться отсюда живым. Если, конечно, не найдётся умник, который меня подстрелит, а там уж толпа наверняка догадается сбежать перед тем, как я устрою самоподрыв. Пальцы правой руки начали сильно болеть от напряжённого сжатия, пошли минуты молчаливого противостояния, а бандитский скот всё не спешил уходить — видимо думали, что со мной делать. К счастью, в этот момент позади меня открылась дверь и народ начал чудом разбегаться, выкрикивая всяких разные панические реплики. Я обернулся, меня сильно удивило то, что я увидел. Санни Смайлс с гигантской бандурой на плече, в коей я распознал легендарного «толстяка» — переносную установку, стреляющую миниатюрными ядерными зарядами. — Плакали наши крышки. — Натруженным голосом сказала Санни, с трудом удерживая тяжеленую пусковую установку. — За неё отдала всю добычу, да ещё и доплатить пришлось… — Ты всё правильно сделала. Мертвецу деньги ни к чему. — Что у тебя в руке? Я засунул обратно чеку в гранату и спрятал её в подсумок. Обернулся. — Ничего, Санни, тебе показалось. — Весело улыбнувшись сказал я, запоздало осознав, что я весь покрылся холодным потом. Да уж, держать лицо я не умею. — Ну-ну. — Усмехнулась Санни. — Валим отсюда? — Валим. *** — Слушай, а ты вообще умеешь пользоваться толстяком? — Перекрикивая рёв мотора спросил я. — Нет, конечно! — Рассмеялась Санни. — Ну ничего, ещё научимся! Пока что этой хренью можно только туземцев пугать! Путь на Стрип нам пока что был закрыт, ибо мы просрали большую часть крышек. Конечно, всегда было можно купить фальшивые документы у Микки и Ральфа, но рисковать я не хотел, тем более что попасть в мекку Мохаве можно было совершенно бесплатно, лишь бы иметь в кармане деньги. Да и в конце-то концов останавливаться на Фрисайде нам больше нельзя — внезапно здесь оказалось слишком много недоброжелателей, охочих до чужого добра. И если в игре это было всего-то несколько мелких банд, то в реальности почти каждый голодранец хотел отхватить от нас хоть что-то. Было решено остановиться в форте Последователей Апокалипсиса. Пожалуй, самое безопасное место в этом гадюшнике. К счастью, они радушно принимают всех гостей, а уж после того, как я пожертвовал им часть своих медикаментов, то и вовсе стал для них лучшим другом. Впрочем, был бы у меня ящик детоксина они бы вообще меня, наверно, расцеловали. А Диксон наоборот бы возненавидел, ибо большая часть его клиентов была бы излечена от зависимости. Здесь и мотоцикл можно было оставить без опаски, благо было где, да и кости бросить без проблем. Я надеюсь, мы тут не задержимся, но всё равно неплохое место, где можно перекантоваться. Санни раскрылась как весьма общительная девушка, явно чувствуя недостаток в этом большую часть своей жизни, а потому тут же влилась в компанию Последователей и даже помогла ребятам с сестринской работой — перевязки, капельницы антирада и даже зашивание ран. Чёрт его знает когда Санни научилась шить раны, видимо гекконы и прочая нечисть не раз наносили ей или её соседям ущерб. Не одному же Митчеллу отдуваться, верно? Я тоже не остался без дела и раз уж мы тут устроились приживалами, то предложил свою помощь с техникой. Не просто так, естественно, ведь я предложил это самому Аркейду Генону, что вечно был занят, а оттого постоянно выглядел уставшим. Конечно, он ни разу не технарь, но будучи Последователем невольно становишься специалистом широкого профиля, где врачевать надо не только людей, но и машины и вообще знать всё обо всём. Впрочем, все мы знаем, что это не совсем так. Аркейд — выходец из Анклава. Один этот факт ставит его интеллектуальный и эрудиционный уровень на порядок выше всех остальных туземцев. У человека, что был частью довоенной организации, имеющей все возможные ресурсы, просто было куда больше возможностей научиться чему угодно. Естественно, в процессе ремонта мной осциллографа и разговора с ним он находил какие угодно оправдания своих обширных познаний лишь бы не спалиться, что он когда-то был частью Анклава, что меня откровенно веселило. — Слушай, — начал я издалека, — я вот вижу, что ты умный человек, но зачем-то остаёшься с этими бесперспективными бомж… эээ, Последователями. Ты вот говорил, что ты учёный и даже исследователь, так? — Так. — Осторожно согласился Аркейд. — К чему ты клонишь? — Много ли тебе ресурсов дают на твои разработки? — Ничего. — Развёл руками Аркейд. — Просто занимаюсь откровенно бесполезной работой и переводом как ресурсов организации, так и своего таланта. — Последователи поступают неразумно. — Бросился я в рассуждения. — Вместо того, чтобы инвестировать в будущее, да пусть даже на твои изыскания, и сэкономить, они тратят колоссальные ресурсы на поддержание жизни голытьбы, которой становится только больше. Извини, если задел, — я поднял руки в примирительном жесте, — работа, несомненно, важная, но это Сизифов труд. — Возможно ты и прав, однако Последователи добились каких-то успехов. — Возразил Аркейд. — Ты просто не видел, что тут был несколько десятков лет назад. Говорят, тут даже земледелия толком не было, а о медицине тут знали разве что куда втыкать найденные на развалинах стимуляторы и как варить наркоту. Как по мне прогресс есть, но… можно было бы и лучше. — А как же рейнджеры? Многие о них забыли, но неужели они ничего не сделали для возрождения этой сраной дыры? Я про пустоши, если что. — Когда рейнджеры отступили по эту сторону Колорадо они уже стали частью НКР, Курьер, они ничего не успели сделать. Их операционная база, вроде бы, была в Фениксе, пока Легион не выбил их. Довольно далеко отсюда. — Точно. Аризона. — Кивнул я и усмехнулся. — Все их успехи были помножены на ноль Цезарем. А говорят ещё, что он выковал из металлолома меч… как по мне пришёл на всё готовенькое. — Этого мы никогда не узнаем, хотя хотелось бы. — Мечтательно вздохнул Аркейд. — Слушай, а вот НКР? Ты вот в курсе кого они поставили чинить ту солнечную установку? Ну, которая типа Посейдон Энерджи. — О, того клоуна здесь все знают. — Рассмеялся Аркейд, правда в тот же момент стал серьёзен. — Хотя шутки шутками, но я общался с ним. Парень — гений, вроде бы он сам написал код для обхода блокировки станции. Но знаний ему не достаёт чтобы завершить начатое. Да и вряд ли ему хочется учиться, ибо довольствие НКР его более чем устраивает. — Я к чему это говорю… ты вот не думал, что та же НКР куда более щедро спонсирует учёных? Даже на самые идиотские затеи. Я тебя не агитирую идти туда, просто интересно как там обстоят дела. — Так-то оно так, однако все гранты прожирают те дебилы, которые в Маккаране сидят. Все квоты уже набраны, ещё одного психа им, увы, не надо. — А как ты к ним относишься? Ты говоришь психи… — Чёрт возьми, да они вообще полоумные! — Неожиданно вспыхнул Аркейд. — Надо вообще без мозгов быть, чтобы даже ДУМАТЬ о том, чтобы заселять пустошь растениями-мутантами, поражёнными ВРЭ что твой супермутант. Якобы это накормит НКР… ага, конечно. Я не знаю подробностей, но более чем уверен — это ящик Пандоры. — У тебя сложные отношения с ВРЭ. — Заискивающе начал я. — Я когда-то был на западном побережье, ну, не так далеко от Наварро и довелось мне пообщаться с некоторыми… сторонниками чистоты. Ну, когда Анклав разбили и они стали гражданами НКР… — Откровенно врал я, хотя гипотетически такое могло произойти. — Я не хочу об этом разговаривать, Курьер. — Закрылся Аркейд, что-то заподозрив. — Говоря же про ВРЭ… ничего хорошего от него ждать не приходится. — Все мы поражены ВРЭ и именно этот вирус причина почему мы не загнулись от радиации и поражённой ей пищей. — Парировал я. — В малых дозах даже яд — панацея. — Легко возразил Аркейд. — Обидно это признавать, но скорее всего даже я… чёрт, тот роман был ошибкой… Молчание. Я взглянул на Аркейда, что внезапно широко раскрыл глаза и как-то… запаниковал? Да, конспирация дала трещину. Ибо нельзя быть не заражённым ВРЭ будь ты хоть потомком выходца из убежища — слишком много поколений прошло с того момента. Вывод напрашивался только один. — Чёрт, забудь об этом, окей? — Нервно сказал Аркейд. — Хотя… хотя ты наверно и так уже всё понял. Нет. Ты знал изначально. У меня только один вопрос — как? — Все знают, что Цезарь из Последователей. Почему я не могу знать, что и ты не тот, за кого себя выдаёшь? — Софистически ответил я, не давая прямого обоснования. Такой ответ явно не устроил Аркейда, что не одну собаку съел на философских диспутах. — Ладно. В пригороде Нью-Вегаса есть один старик из вашей братии. Вот он и проболтался за чашкой ядер-колы. — Бессовестно соврал я, что с ним знаком, но на все сто процентов был уверен, что тот персонаж из Анклава. А значит, такая ситуация могла произойти. — Надеюсь, хотя бы ты можешь держать язык за зубами. — Буркнул Аркейд. Йес! Я угадал! Точнее сказать, удачно вспомнил. — Я не буду тебя подставлять. Впрочем, не буду скрывать — ты мне интересен. Пожалуй, ты один из первых, кому бы я дал много-много крышек для безбедного существования… в обмен на кое-какую работу. — И что же это за работа такая? — Аркейд усмехнулся, ибо явно не верил мне, всё же я не выгляжу особо богатым человеком. Так, на вид стильный наёмник с успехом выше среднего. — Не по твоему профилю, увы. Пахать придётся много, в основном по ремонту и восстановлению всяких штук. — Я в этом ничего не смыслю. — Не прибедняйся. Тебе, может, не достаёт специальных знаний, но твои гуманитарные познания и кругозор в чём угодно в целом это… это очень ценно. Ты бы стал отличным управленцем. — Вот как? Звучит сомнительно, если честно. И людей я не люблю, прости. — Аркейд, у тебя будет много бабла. И я тебя не заставляю делать всё самостоятельно — найдёшь людей. В свободное время у тебя будет немало возможностей для работы с твоей, мм… экспериментальной медициной. Помимо того, тебе сможет помочь один неплохой врач, что учился в самом настоящем убежище. Как тебе? — Уже лучше. — Наконец-то согласился Аркейд. — Когда начнём и где? Хочу подробностей. — Не спеши. Я вернусь через несколько дней с доказательствами того, что мне есть чем тебе отплатить за работу, будь готов к этому. После мы рванём в Гудспрингс. — Гудспрингс? — Удивился Аркейд. — Гудспрингс. — Ответил я. — Гудспрингс? — Да, мать его, Гудспрингс! Ну это там, где толстороги, чистая вода, спокойная глубинка и добрые, обнять их всех разом, люди! Гудспрингс!