Revenge

Если бы я вёл что-то типа рейтинга безумия моей жизни, то последние две недели определённо были бы отмечены максимальной оценкой. Я разрывался между работой, Сэйнтом и попыткой организовать его отъезд. Сделать это нужно было максимально быстро и аккуратно, так, чтобы у его родителей не было даже шанса нам помешать. Именно по этой причине я отказался от покупки билета заранее — слишком велик был риск, что наши планы раскроют раньше времени. Поэтому я отложил это на самый последний момент, даже если придётся лететь с пересадками или заплатить за билеты кругленькую сумму — оно того стоит. Самой главной проблемой было время. Я уже кучу раз успел пожалеть о том, что подписался на работу здесь, когда нужно было просто взять отпуск. Теперь из-за этого я не мог уехать раньше и увезти Сэйнта в любой подвернувшийся день. Однако выяснилось, что окончание моей работы примерно совпадает по времени с помолвкой и хоть мне совсем не нравилось, что Сэйнту придётся участвовать в этом спектакле, был шанс, что это снизит бдительность его родителей, и нам будет проще увезти его. Сейчас, готовясь к предстоящему торжеству, его мать буквально не выпускала его из зоны своего внимания и практически не позволяла никуда ходить, кроме университета, что затрудняло наши с ним встречи. Я срывался с работы в середине дня, чтобы увидеть его на полчаса в библиотеке, он сбегал с пар, чтобы выпить со мной кофе в центре, но наши совместные ночевки — у озера или в моём номере — пришлось, к огромному сожалению, прекратить. Когда я сказал ему об этом, Сэйнт, мягко говоря, был не рад. А точнее, он был категорически против. Он психовал и дулся, и почти накричал на меня по телефону, чему я несказанно удивился. Особенно когда он после всего этого бросил трубку и несколько часов не отвечал. Своим недоумением я поделился с Мью, который предположил, что Сэйнт просто боится. Его уже один раз обнадёжил и бросил, по его мнению, родной брат. И хоть это было не так, в глазах Сэйнта Джосс был предателем. Так что неудивительно, что мое предложение сократить наши встречи привело к такой реакции. Я долго думал над этим, совершенно не представляя, что должен сказать или сделать, чтобы Сэйнт мне поверил. Поверил в мою искренность и в то, что я его не предам и не брошу. Это было сложно, ведь на самом деле я не был с ним честен, но сказать ему сейчас об этом не мог. Наконец, поздним вечером, Сэйнт позвонил. — Прости меня, — начал он виновато. — Малыш, я не сержусь, — ласково ответил я. — Просто не понимаю, почему ты так разозлился. — Понимаешь, просто мне показалось что ты хочешь избавиться от меня, но не знаешь как. — Ну что ты такое говоришь? — я был ужасно расстроен тем, что у него появились такие мысли, и не представлял, как справиться с этим. — Сэйнт, малыш, послушай меня, пожалуйста. Я не откажусь от тебя ни за что на свете и прошу тебя в это поверить. Только один раз, хорошо? В трубке воцарилось долгое молчание. Наверное, Сэйнт собирался с мыслями, и я не хотел торопить его. После нескольких томительных минут он сказал: — Я верю тебе, Вин. Просто… я испугался, ладно? — Понимаю. Что я могу сделать, чтобы тебе стало лучше? — Просто… просто будь рядом со мной. Не исчезай никуда. — Я никуда не денусь, родной. Тебе от меня так просто не отделаться, — я позволил себе улыбку и знал, что он это услышал. — Но нам нужно быть очень осторожными, если мы хотим вытащить тебя отсюда и сделать это так, чтобы твои родители всё не испортили. Ты же сам говорил, что они очень влиятельные, верно? — Да, — Сэйнт сглотнул. — Я даже представить боюсь, что будет, если они узнают, что я тоже хочу сбежать. Как…он. Как мой брат. Они меня просто запрут и не выпустят никуда, даже в университет. Или просто убьют. Я вздрогнул. Как бы плохо я ни думал о родителях Сейнта и Джосса, всё же никогда в моей голове даже мысли не возникало что они могут навредить Сэйнту физически. Но что-то в его тоне подсказало мне — он рассказал далеко не всё о жизни в их доме. Говорить об этом вот так, еще и по телефону, мне казалось неправильным, но я поклялся, что как только мы выберемся из этого города, я уговорю Сэйнта поделиться всем, что ему пришлось пережить. Я был уверен, что ему это нужно. Но сейчас я должен был его успокоить. — Не думай об этом. Просто наберись терпения, и совсем скоро ты окажешься от них так далеко, что они не смогут тебя достать. Если захочешь — мы сменим тебе имя и они никогда тебя не найдут. — Сменим имя? Ты что, знаешь кого-то, кто подделывает документы? — Может быть, — ухмыльнулся я, — но тебе это не понадобится. Всё можно сделать вполне легально. Станешь Питом или, например, Тором и тебя в восьмимиллионном городе в жизни никто не найдет. — Не хочу становиться Питом или Тором, — пробурчал Сэйнт. — Ты сможешь стать кем захочешь, это я тебе обещаю. — Спасибо, Вин, — из трубки раздался тяжёлый вздох. — Не знаю, что бы я делал без тебя, без твоей поддержки. — К счастью, тебе и не надо этого знать. Я рядом. И буду рядом, когда бы тебе не понадобился. — Мы встретимся завтра? — Да, я приеду к тебе в университет. Там есть какое-нибудь тихое место, где мы сможем поговорить и где нам не помешают? Я бы не хотел светиться вместе с тобой там, где есть даже гипотетическая возможность что об этом узнают твои родители. — Да, приходи в библиотеку, — и он объяснил мне, как туда попасть. С тех самых пор мы стали встречаться в библиотеке, в самой дальней секции, куда, казалось, кроме Сэйнта, не заглядывает никто. Судя по количеству пыли, даже уборщики. Но нам это подходило. Именно там, за пыльными полками, мы обсуждали план побега Сэйнта и, что греха таить, много целовались. С каждым разом уходить от него было всё сложнее, но я напоминал себе о своих обязательствах и возвращался на работу. Однажды я возвращался вечером в отель, после особенно сложного длинного дня, когда у меня не получилось даже вырваться к Сэйнту, и с удивлением услышал в фойе отеля его голос. Я поднял голову, чтобы убедиться, что мне не показалось, и в самом деле увидел его. Первой мыслью было отругать его за то, что он нарушил нашу договорённость, подверг себя риску и приехал. Но потом я заметил, что он не один. С ним были две взрослые женщины, и все они сидели на диванах, пили чай и о чём-то беседовали с менеджером отеля. Это казалось странным. Сэйнт, который выглядел максимально незаинтересованным в разговоре, поднял голову, увидел меня, и его глаза наполнились ужасом. Я понял, что подходить к нему не стоит, но мне всё же было безумно интересно, что они тут делают, поэтому я подошёл к стойке и завёл разговор с администратором, одновременно стараясь незаметно поглядывать на странную компанию. И тут в мою голову пришло осознание — я знаю одну из женщин. Это была мать Сэйнта. Конечно, в последний раз я видел её больше 10 лет назад, да и то почти мельком, но это определённо была она. Вторую я не знал, но, судя по всему, она была китаянкой. Интересно, кто она? И что они здесь делают? Постояв там ещё несколько минут, я так и не придумал способа незаметно подслушать их разговор, а потом пришёл к выводу, что это и не нужно — я могу просто вечером спросить у Сэйнта. Я покинул фойе и отправился к себе в номер, но по пути передумал, остановился перед дверью номера Мью и постучал. Он почти тут же распахнул дверь. Судя по виду, он явно только что был только что из душа — волосы мокрые, вокруг бедер обмотано полотенце, на рельефном прессе блестели капельки воды. Я хмыкнул про себя — мой брат был очень красивым, неудивительно что смог соблазнить даже этого недогомофоба. Интересно, не к нему ли он сейчас собирается? — Уходишь куда-то? — небрежно спросил я, падая в своё любимое кресло у окна. — Да, на свидание с Галфом. — Если бы не все обстоятельства, я бы сказал, что это выглядит довольно серьёзно, я имею в виду то, как часто вы, ребята, видитесь. Мью, нисколько не стесняясь, повернулся ко мне спиной, скинул полотенце и надел лежавшие на кровати белье и джинсы. Затем повернулся, подошёл и сел во второе кресло. — Если бы не обстоятельства, я бы сам так решил. Но… Мы скоро уезжаем. Не думаю, что имеет смысл строить иллюзии. — А ты бы хотел? — Чего? — Чтобы у вас было больше времени? На иллюзии и всякое такое? — Не знаю, — Мью нервно взъерошил влажные волосы и поморщился как кот, попавший под дождь. Ничего больше не говоря, он встал и пошёл в ванную, откуда вскоре донесся звук работающего фена. Я спокойно подошёл к бару, налил нам по стакану виски, бросил туда лед и вернулся на место. Когда Мью вышел из душа, надел футболку и снова подошёл ко мне, его брови удивленно изогнулись. — Мы спиваемся? — Да ладно, — фыркнул я, делая глоток из своего бокала, — с каких пор одна порция виски — это алкоголизм? Я просто думаю, что тебе нужно немного расслабиться. — А я и не напрягался, пока не пришёл ты со своими дурацкими вопросами, — огрызнулся Мью, но всё же взял свой стакан и сделал глоток. — Да что я такого сказал? — Ничего, но… — Но? — Он мне нравится, Зи. Галф. Действительно нравится. Может быть, я даже смог бы полюбить его. И когда я об этом думаю… Это могло бы сработать. Мы с ним. Но… — Но мы должны уехать. — Да, но дело даже не в этом. Я бы мог остаться, если бы на самом деле хотел, но я не хочу. Не хочу жить здесь. Если бы я сделал это, то только ради Галфа, а я не имею права вешать на него такую ответственность. Это было бы нечестно. И я не могу просить его уехать со мной, когда вся его жизнь здесь — его родители, друзья, учёба. А я кто? Просто случайный человек в его жизни. — Хочешь знать моё мнение? — Не уверен, но говори. — Ты слишком загоняешься, слишком много думаешь, а на самом деле всё намного проще. Да, у тебя есть чувства, возможно, и у него они есть. Но никто из вас не готов менять свою жизнь кардинально прямо сейчас. Просто так бывает — встречаешь подходящего человека в неподходящее время или в неподходящем месте. — Например, на другом краю Земли, — невесело хмыкнул Мью. — Например так, — кивнул я. Какое-то время мы молча пили, думая каждый о своём, а потом Мью спросил: — А ты зачем пришёл-то? — С каких пор мне для этого нужен особый повод? — Не нужен, но когда я открыл дверь, мне показалось, что ты хотел мне что-то рассказать. — На самом деле хотел, — я оставил стакан и повернулся всем корпусом к брату. — Я кое-кого встретил, тут, в фойе. — Кого? — Сэйнта с двумя женщинами. — И теперь ты думаешь, что он тебе изменяет? Да ещё и сразу с двумя? — хмыкнул Мью. — Очень остроумно, но нет, я так не думаю. Одна них, как мне кажется, их с Джоссом мать, а вторая — китаянка примерно её возраста. Как думаешь, что они могут тут делать? — Китаянка? Слушай, а это не может быть мать его будущей невесты? Галф говорил, что её родители — бизнесмены из Китая. — Точно, вполне может быть, — кивнул я. — Но тогда они могли быть здесь, чтобы организовать приём. Не дома же они будут собирать пятьсот человек на помолвку? — Ты прав, я не подумал об этом. — Стоит, конечно, спросить самого Сэйнта, но я думаю, это самое логичное, что может быть. — Подожди, тогда получается, что помолвка будет проходить в нашем отеле. Прямо здесь, где мы живем. — Верно. Мысли в моей голове закрутились с космической скоростью. Как будто кто-то включил лампочку и заставил работать весь механизм. Не прошло и нескольких минут, как я точно знал, что буду делать. — Зи, мне не нравится твоё выражение лица. Ты что задумал? — нахмурился Мью. — Я задумал похитить Сэйнта с его собственной помолвки! — радостно выпалил я, что заставило моего брата громко хлопнуть себя ладонью по лицу. — Блять! — Мью, я не имел в виду буквально похищение. Вот послушай, что я придумал. Мью, начавший слушать меня с недоверием, постепенно, казалось, проникся моей идеей и в конце концов признал, что она неплоха. — Ладно, это имеет смысл. Но тогда… — Нам всем нужно будет уехать прямо той ночью, пока Сэйнта не хватятся. Когда они поймут что он пропал, мы все должны быть уже в аэропорту. А лучше — в самолёте. — Но я… — Мью, я понимаю, но тебе нельзя будет здесь оставаться. Мы въехали в страну под настоящими именами, и сюда заехали вместе. Такие люди, как они, очень быстро вычислят связь и, возможно, попробуют тебе навредить. Брат глубоко вздохнул и потёр лицо руками. Он знал, что я прав, более того, я мог напомнить, что было нашей изначальной целью поездки сюда — забрать Сэйнта. Но, конечно, я не стал ничего говорить. Мью был самым ответственным человеком из всех, кого я знал. Он не оставил бы меня в такой ситуации. К тому же, если его свяжут с Галфом, тот тоже может пострадать, а уж этого Мью ни за что не допустит. — Ладно, — сказал он наконец, — я тебя понял. Мне тоже придется закончить все свои дела до срока. — Да, — кивнул я. — А теперь выметайся из моего номера, мне пора на своё свидание. Уже вечером, лёжа на кровати и рассматривая план отеля, найденный в интернете, я увидел входящий звонок от Сэйнта. — Привет, — улыбнувшись, ответил я. — Привет, — голос Сэйнта звучал устало. — Прости за сегодняшнее, я не успел тебя предупредить, да и не думал, что ты нас увидишь. — Ничего. А зачем вы приходили в отель, если не секрет? Это же была твоя мама? Сэйнт подтвердил всё, о чём мы говорили с Мью и добавил: — Через две недели, в субботу в главном зале этого отеля будет приём в честь моей помолвки. Тьфу! Знаешь, когда я познакомлюсь с невестой? За час до приёма. Мама сказала, что мы все приедем пораньше. Чувствую себя собакой, которую собираются везти на случку. — Это ужасно, малыш. Я очень не хочу, чтобы ты через это проходил, но у нас нет другого выхода. — Да, я понимаю, — грустно ответил Сэйнт. — Но у меня есть для тебя и хорошие новости. — Правда? — оживился он. — Да. Кажется, я придумал, как мы тебя вытащим. — Серьёзно? — мне показалось, что даже телефон завибрировал от его любопытства. — Серьёзней некуда. Завтра я приеду в библиотеку и всё тебе расскажу. — Так долго ждать… — заканючил Сэйнт, но я был непреклонен. Мы ещё немного поговорили, а потом я пожелал ему спокойной ночи и отправил спать, пообещав, что приеду к нему прямо с утра, не дожидаясь обеденного перерыва. Утром я вошёл в библиотеку и, поймав неодобрительный взгляд пожилой дамы за стойкой, сразу отправился за дальние полки. Мне не хотелось, чтобы она начала задавать мне вопросы. Внешне я вполне мог сойти за студента старших курсов, но отвечать на вопросы подозрительной старушки мне не хотелось. Сэйнт уже ждал меня, сидя на корточках в углу и, как мне показалось, что-то пряча. Но тут он встал, и я увидел у него в руках книгу. Наверное, уронил и наклонился поднять. Увидев меня, он расплылся в улыбке, отложил книгу на полку и протянул руки. Я в два шага оказался рядом и сжал его в объятиях. — Зверски по тебе соскучился, — сказал я, покрывая поцелуями его пухлые щёки, лоб, скулы, виски, прижимая к себе так сильно, как только мог. Но Сэйнт был вовсе не против, с радостью прижимаясь ко мне и потираясь об меня словно очень большой кот. — Эй, малыш, полегче, я же не железный. Или ты хочешь, чтобы та строгая дама на входе пришла посмотреть, чем мы тут занимаемся, и получила массу впечатлений? Сэйнт хихикнул, но не отодвинулся. Зато хотя бы, к моему облегчению, перестал тереться об меня. — Так ты мне расскажешь? — О чём? — выдохнул я, с наслаждением утыкаясь носом в его шею. Он пах просто фантастически. Мне хотелось запихнуть этот запах во флакончик и везде носить с собой. Кажется, я становлюсь извращенцем. — О том, что ты придумал, — Сэйнт хихикнул, когда от моего дыхания ему стало щекотно, но не сбился с мысли. — О том, как ты планируешь забрать меня. — Ах, ты об этом? — я вынужденно разжал объятия, Сэйнт протестующе пискнул, но я тут же сел на пол, опираясь на полки, и притянул его к себе на колени. А потом изложил ему план. — Звучит… — задумчиво проговорил Сэйнт, подбирая слова. — Я знаю, как это звучит. Но ничего лучшего я не придумал. Мало просто посадить тебя в такси и увезти, Сэйнт. Нам нужно выиграть время, чтобы тебя не хватились. Достаточное для того, чтобы добраться до аэропорта и улететь. — Хорошо, я понял. Что мне нужно сделать? — Тебе нужно найти свой паспорт — это обязательно, без него ты не пройдёшь контроль — и принести его мне. Пусть он побудет у меня, нам не нужно, чтобы в последний момент он куда-то пропал. Далее, по возможности, собери самые нужные вещи. Не одежду, этого добра можно и в Нью-Йорке купить сколько угодно. К тому же, если тебя застукают выносящим из дома вещи, то могут возникнуть проблемы. Но что-то действительно важное для тебя, то, что ты хотел бы забрать с собой, привези. Чтобы в нужный момент всё было готово и упаковано. — Хорошо, — кивнул Сэйнт. — Я всё сделаю. Он и правда на следующий же день принёс папку со своими документами, и я искренне надеялся, что его родители не хватятся ни одного из них, а если и хватятся, то подумают что просто положили в другое место. Все следующие дни я медленно и методично готовился ко дню Х. А также старался не забивать на работу. Проект был почти готов, и я был рад, что справился с ним быстрее, чем рассчитывал. Это давало возможность внести правки, если они будут нужны, а также освобождало мне пару дней для окончательной подготовки. Наступило утро понедельника, это была последняя неделя перед нашим отъездом. С каждым днём я нервничал всё больше, но старался не подавать вида, чтобы не пугать Сэйнта. Ведь это именно ему предстоят кардинальные перемены в жизни. Я должен быть его поддержкой, должен вселять в него уверенность, что всё будет хорошо. Если он почувствует мою неуверенность, то сам может начать колебаться, и кто знает, к чему это приведёт. Я одевался, чтобы пойти на работу. Сегодня я показывал проект руководству компании и надеялся, что через пару дней моё присутствие там уже не будет необходимым. Внезапно в дверь постучали так громко, что я чуть не подпрыгнул. Едва я открыл, как в номер влетел Мью, стремительный как ураган и взъерошенный как воробей после дождя. Он упал на мою кровать, игнорируя кресло, повернул голову ко мне и сказал: — Это пиздец. Мне стало не по себе. Мью почти никогда не ругается и никогда не паникует. Если он говорит подобное, значит ситуация действительно из ряда вон. — Что произошло? — Я познакомился с родителями Галфа! — Что? — я сел на кровать рядом с ним. — Знакомство с родителями? Сейчас? Мью, ты серьёзно? — Более чем. Я этого не планировал, но не то чтобы у меня был выбор. — Как это? И Мью рассказал, что провёл все выходные у Галфа. Без интимных подробностей, но мне, в общем, всё и так было понятно. Ещё сильнее было понятно, насколько сильно Мью влип. Если у меня было такое же лицо, когда я говорил о Сэйнте, то понятно, как Мью догадался о моей влюбленности раньше меня. Но когда он дошёл до момента с появлением родителей Галфа, я не знал, что сказать. Было неловко, когда мама случайно застукала меня с моим первым парнем в школе, но это? Умножьте неловкость на тысячу. — Ну ты, судя по всему, жив и даже не побит. Значит всё не так и плохо? — Это смотря с какой стороны посмотреть, — Мью казался угрюмым и шокированным. Непривычно было видеть эти эмоции вместе на лице моего брата. — А с какой надо? — Его родители были в шоке, Галф был в шоке, что они нас застукали. Я… я был в ахуе, если честно. Нет, не пойми меня неправильно, в любой другой ситуации, с любым другим парнем… Но вот так… — И что они сказали, когда шок прошёл? — Сначала долго допытывались у Галфа, что происходит, и почему он ничего им не сказал. В итоге он рассказал им даже почти правду, исключая некоторые детали, в виде своих ночных прогулок по барам и моей ночёвки у них дома. И представил меня как своего парня. — Ого! — Ага. — И что было дальше? — Дальше они деликатно допросили меня о том, кто я, что я и каковы мои намерения. — И как ты выкрутился? — Я не выкручивался. Ну почти. Рассказал о своей работе, только не упомянул, что она в другой стране. Сказал, что у меня самые искренние и тёплые чувства к Галфу, только не сказал, что я скоро уезжаю. — Ну да, — фыркнул я. — Это же такие мелкие неважные детали. — А как я должен был им всё это объяснять? — разозлился Мью. — Да ты и не должен был — это следовало сделать Галфу. — Ну он не сделал. И они… — Что? — Они пригласили меня на ужин, — состроив страдальческое лицо, сказал Мью. — В следующую субботу. — Это пиздец, — сказал я и рухнул рядом.