Полицейская академия "Гончон"

Феликс осторожно крался за Хёнджином, осматриваясь по сторонам и прислушиваясь. Ни в одном из классов, мимо которых лежал их путь, не горел свет. Вокруг были полнейшая темнота и тишина. Однако вот идущий впереди старший резко остановился, и Ли налетел прямо на него. — Ты чего?.. — начал было он, но Хван приложил палец к губам. — Тише. Феликс остановился и прислушался. За дверью кабинета, около которого они остановились, раздался какой-то шорох. Там кто-то был. Испуганно взглянув на Хёнджина, младший замер, почти не дыша. Что, если это кто-то из патруля? Тогда им не жить! Стараясь сохранять спокойствие, Хван изо всех сил напряг слух. Внезапно всё стихло. Из-за двери больше не доносилось ни единого звука. Облегчённо выдохнув, Хёнджин поманил за собой Феликса и с улыбкой прошептал: — Похоже, показалось. Ли кивнул. В коридоре вновь повисла тишина, и, стараясь ступать как можно тише, парни направились к лестнице, ведущей на крышу. Когда чужие шаги за дверью стихли, Минхо ослабил хватку. Сердце Хана билось в груди как сумасшедшее, подхлёстываемое бешеным выбросом адреналина и каким-то неясным азартом. Старший в упор смотрел на него, будто готовый в любую секунду импульсивно податься вперёд, оказавшись с ним лицом к лицу. Джисон же предпочёл думать, что у Минхо всего лишь проснулась совесть, и он хотел защитить его, в случае чего, взяв всю вину на себя. Мысли о непозволительной близости между ними Хан гнал от себя прочь. — Кажется, пронесло, — Ли убрал руку, вернув младшему возможность говорить. Осознав, что опасность миновала, Джисон поспешил высвободиться из далеко не нежных объятий. — Обязательно было зажимать мне рот? — с вызовом спросил он, бросив на старшего обозлённый взгляд. — Иначе ты бы не замолчал. Минхо безразлично пожал плечами и направился к небольшому шкафу с кучей бумаг около учительского стола. Джисон скрестил руки на груди, недовольно хмыкнув. — Серьёзно? После того, как нас чуть не поймали, ты все ещё пытаешься найти ответы на тест?! — Представь себе, — старший взял в руки одну папку, быстро пролистал ее и, не найдя того, что искал, отбросил в сторону. — Контрольная сама себя не напишет, знаешь ли. — Но это же нечестно! — Честно, нечестно… лучше помоги мне искать. Минхо взял несколько стопок с документами и вручил их Хану. Смирившись с неизбежным, младший принялся просматривать бумаги, ища хоть что-то отдалённо напоминающее ответы. Наконец, спустя несколько минут поисков, старший обнаружил аккуратно записанные в столбик варианты ответов на большом листе. — Зачем тебе это, если ты и так лучший ученик? — не удержавшись, съязвил Джисон. — Разве ты не должен знать весь материал как свои пять пальцев? — Тебе я уж точно ничего не должен, — Минхо закатил глаза и достал из кармана смартфон, чтобы сфотографировать ответы. — Кстати, ты можешь воспользоваться ситуацией и тоже сделать фотографию, либо надеяться на свою бесполезную честность. — Которой у тебя вообще нет, — презрительно произнёс Джисон. — Чем осуждать меня, лучше бы озаботился своими делами. Будь поосторожнее с той девчонкой. — Она тебе не какая-то девчонка, у неё есть имя! — вспылил Хан. — И её зовут Мин Хё На. — Так следи за своими действиями рядом с ней, чтобы о вас не поползли слухи. Ты ведь в курсе, что отношения в академии строго запрещены? Если об этом узнает кто-то из учителей, тебя сразу же отчислят. — Между мной и Хё Ной ничего нет и не будет, — скрестив руки на груди, констатировал Хан. — А вот что это за омега, за которым ты увиваешься у всех на глазах, уже куда более интересный вопрос! — Тебя это никак не касается, — старший нахмурился, убирая лист с ответами на место так, чтобы никто ничего не заподозрил. — Ах, да, как же! Ведь он посмел отвергнуть нашего всеми горячо любимого сыночка полковника! — не унимался Джисон. — Хватит! — кулаки Минхо сжались. Он шагнул навстречу младшему, отрезая ему путь к отступлению и зажимая в углу между столом и стеной. — А иначе что? — подняв подбородок, Хан вызывающе взглянул ему в глаза. — Побьёшь меня? Вперёд, валяй! Может, кто-то тебя и боится, но уж точно не я! — И почему же, интересно, ты такой бесстрашный? — Минхо приблизился почти вплотную к Джисону, глядя на него с прищуром. — Настолько глупый или слишком самоуверенный? — Просто теперь я знаю твою тайну, — Хан неожиданно сделал шаг вперёд, сократив расстояние между ними до жалких миллиметров. — Поэтому ты никому ничего не расскажешь. Шёпот младшего, неожиданно обжёгший ухо Ли, заставил его вздрогнуть. На самом деле он впервые оказался так близко к кому-то и хоть на его лице всегда была ледяная маска равнодушия, что-то в его душе всколыхнулось в тот момент, когда он почувствовал дыхание дерзящего ему парня на своей коже. Это отличалось от прикосновений Сынмина и всего, что он чувствовал раньше. Когда Ли видел что-то или кого-то, ему было достаточно простого «хочу», чтобы завладеть этим без каких-либо усилий. Однако сейчас Ли Минхо — лучший ученик академии и сын самого полковника — шёл по тонкому льду. С самого начала он увидел в Джисоне огромный потенциал, который, возможно, даже превышал его собственный, и это его пугало. Он привык быть лучшим во всем, а уступить своё место кому-то другому значило проиграть. Сделав шаг назад, Минхо натянул дежурную улыбку. — Что ж, хорошо, но учти, — на этих словах Хан напрягся так, что желваки задвигались под кожей, — что я в любой момент могу заявить, что твои слова — ложь. И как думаешь, кому поверят: тебе, простому выскочке, которому повезло поступить в академию по чистой случайности, или мне, старшекурснику? — Я бы на твоём месте не был таким наивным, — Джисон положил руку на плечо Минхо, криво усмехнувшись. — Не забывай, что заслуги твоего отца — не твои заслуги, и однажды ты можешь оказаться без козыря в рукаве. А сейчас прости, но я ухожу. Хан открыл дверь кабинета и тихо выскользнул в коридор. Минхо резко обернулся, глядя ему вслед. Что это только что было? Как этот мелкий паршивец смеет с ним так разговаривать?! Ну ничего, он ещё найдёт возможность его проучить! Закрыв шкаф и убедившись, что каждая вещь на своём месте, Минхо отправился к себе.

***

— Давай руку! Склонившись над люком, ведущим на крышу, Хёнджин протянул ладонь. Феликс, недолго думая, протянул руку в ответ, и Хван с лёгкостью помог ему подняться наверх. Прохладный ночной ветер встретил их лёгкими порывами, развевая волосы и принося с собой отдалённые звуки ночного города. Ли улыбнулся, полной грудью вдыхая свежий воздух. Здесь, на крыше, было совершенно пустынно. Лишь они вдвоём с Хёнджином, старый, неизвестно откуда взявшийся матрас и бескрайнее, усыпанное яркими точками звёзд небо. — Как же здесь красиво! — с восторгом воскликнул младший. — И правда, — не отрывая от него влюблённого взгляда, согласился Хван. — Очень красиво. Парень радостно улыбнулся ему и с разбегу плюхнулся на матрас, выбив из него облако пыли. Хёнджин закашлялся, но не смог не улыбнуться в ответ. Запрокинув голову и разглядывая бездонное небо, Феликс выглядел, словно ангел — ангел, которого старшему всегда хотелось оберегать, лелеять и защищать. — Нужно подниматься сюда почаще. — Согласен, — Хван опустился рядом с ним, доставая из внутреннего кармана ветровки продолговатый металлический предмет. — Смотри, что мне удалось достать. — Это что, алкоголь? — глаза младшего удивлённо округлились, и Хёнджин испугался, что тот успел в нем разочароваться. — Ух, давненько же я не пил! — Если ты не хочешь… — Нет, нет! Я хочу, — Ли медленно прошёлся языком по пересохшим губам, зачарованно глядя на фляжку. — Что там? — Ром, — Хёнджин опустил взгляд на губы парня, нервно сглотнув. — И как только тебе удалось пронести его в академию? — Ну, я знаю несколько секретных способов, — открутив крышку, старший сделал маленький глоток и передал флягу Феликсу. — Правда? И какие же, например? — Допустим, перелить алкоголь в непрозрачную банку из-под шампуня. Неосознанно подавшись вперёд, Хёнджин замер, любуясь в ночи ярким блеском карих глаз напротив. Вопреки его переживаниям, Ли не отстранился и не выразил неприязни. Сделав ещё один большой глоток, он отдал фляжку Хвану, наблюдая за тем, как тот пьёт. — Уверен, что тебе не жалко делиться со мной ромом? — Ли усмехнулся, смотря на старшего уже слегка поплывшим взглядом. — Для тебя мне не жалко ничего. — Вот скажи, — прилагая усилие, чтобы сосредоточиться, Феликс взял старшего за руку. Хёнджин удивлённо заёрзал на месте. — Почему ты всегда такой добрый со мной? Хван опустил голову, с превеликим трудом подавляя желание рассказать все как есть. И не то что рассказать. Хёнджин готов был объявить о своей любви целому миру. Громко и во всеуслышание, так, чтобы все знали, что его сердце уже давно принадлежит Ли Феликсу. Только мир бы его не понял. Не понял бы, наверное, и сам Феликс. Поэтому Хёнджину оставалось только молчать. — Эй, почему ты ничего не говоришь? — Ли наклонился вперёд, обеспокоенно заглядывая старшему в глаза. — Я сказал что-то не то? — Нет… нет, — Хёнджин неловко улыбнулся. — Всё в порядке. Я просто задумался. Феликс закусил губу и медленно вернул фляжку старшему. Заметив его понурое выражение лица, Хван ощутил внезапно накатившее чувство вины. — Мне кажется, ты о чем-то умалчиваешь. — Нет, Ликси, я всего лишь… Однако Хёнджин не успел договорить, как в нос ему ударил свежий сладковатый запах цветущей вишни. С изумлением понимая, что это не аромат далёких цветов, который мог принести ветер, Хван вгляделся в лицо Ли. Его щеки пылали, а глаза теперь почему-то смотрели куда-то в сторону. Стоило Феликсу услышать, с какой нежностью Хёнджин назвал его имя, как последние капли его самоконтроля растворились в воздухе. Вся эта атмосфера — ночь, звёзды, они вдвоём, один на один, и фляга алкоголя — вынудила Ли ослабить бдительность и позволить своему феромону заполнить воздух вокруг. Неосознанно пододвинувшись к нему, Хёнджин с наслаждением вдохнул запах, от которого всё внутри растекалось приятным будоражащим теплом. Ему вдруг отчаянно захотелось притянуть младшего к себе и вдыхать его сладкий аромат без остановки. И как бы Хван ни старался, он не смог противиться этому желанию. Нагнувшись, он легонько провёл кончиком носа по шее Феликса, вбирая каждую молекулу феромона, дурманящего разум похлеще любого алкоголя. Он и не думал, что альфы могут пахнуть так приятно. По телу младшего прошлась волна дрожи. Словно не контролируя свои реакции, он подался вперёд, прижавшись к груди старшего, и шумно выдохнул. Знакомый аромат кипариса заполнил ноздри, пока большие ладони осторожно касались его талии. Феликс глубоко вдохнул, ощущая, как блаженная нега наполняет тело, отдаваясь в кончиках пальцев лёгким покалыванием. Теперь уже губы Хёнджина, лаская, касались его кожи. Младший с наслаждением прикрыл глаза. Он никогда не испытывал ничего подобного. Сейчас, с Хёнджином, ему было так хорошо, что он, не раздумывая, зашёл бы и дальше, переступив черту. Но старший ни за что не должен узнать его секрет. — Ах, Хёнджин, подожди, — едва шевеля губами, произнёс Феликс, чувствуя, как его накрывает с головой. Однако Хван его будто не слышал. Поднявшись к линии челюсти, он принялся покрывать ее короткими поцелуями, прижимая парня к себе. — Хёнджин, стой… не надо, прекрати! Услышав смятение в голосе Ли, старший будто в одно мгновение отрезвел. Отстранившись от Феликса, он в панике уставился на собственные руки, с ужасом осознавая, что только что произошло. Младший тут же сжался, кутаясь в свою куртку и боясь поднять на Хвана взгляд. — Прости, Феликс, я… я не должен был! — с горечью в голосе воскликнул Хёнджин. — Видимо, я выпил лишнего, но это все равно меня не оправдывает. Умоляю, прости! — Все нормально, — медленно произнёс парень, ощущая, как быстро бьётся собственное сердце. — Мне правда очень жаль. Хёнджин понуро склонился, коря себя за свой поступок. Как он вообще мог такое допустить? В эту секунду, когда у него был такой шанс, он совершил страшнейшую ошибку из всех возможных. Теперь Ли наверняка не захочет с ним не то что говорить, но даже видеться. Метнув на Феликса быстрый взгляд, Хёнджин с силой сжал челюсти, не зная, каким образом можно спасти ситуацию. — Эй, да ладно тебе, — неожиданно раздался рядом все ещё напряжённый, но без грамма обиды голос младшего. — Не переживай так, с кем не бывает. — Ты правда не сердишься на меня? — жалостливо взглянув на Феликса, спросил Хёнджин. Младший кивнул. — Правда. Давай лучше займёмся тем, зачем мы сюда пришли — полюбуемся на звёзды. Ли откинулся назад, подложив руки под голову. Хёнджин последовал его примеру. Небо над ними было сплошь усыпано сверкающими бриллиантами звёзд, не насладиться видом которых было бы преступлением. Но самым сладостным и запретным грехом для Хёнджина были те прикосновения, которые ему до безумия хотелось пережить вновь и о которых он никогда не забудет.

***

Взглянув на лист с тестовыми вопросами, Джисон тихо присвистнул. Теперь стало понятно, почему Минхо решил украсть ответы. Откровенно говоря, право было одним из сложнейших предметов. Если студент полицейской академии не знал свод законов и гражданских прав, то он автоматически считался недостойным учиться в академии. — Джисон, ты случайно не знаешь, какие варианты правильные? — прошептал из-за соседней парты Чонин. Хан, так и не рассказавший ему о своей вчерашней вылазке, покачал головой. Сидящая впереди Хё На неожиданно обернулась и шикнула на них. — Тише вы! Если препод подумает, что вы списываете, вас тут же выгонят без возможности пересдать! — А я мог бы вчера просто посмотреть ответы, — досадливо пробормотал себе под нос Джисон. Не расслышав, Ян тихо переспросил: — Что? — Ничего. Говорю, мы же учили, значит, сдадим. Без паники. — Так, последние парты, разговорчики! — прикрикнул на них преподаватель, поправляя на носу очки. — Начинаем писать тест, причём молча. Любители поговорить окажутся за дверью. Хан снова покачал головой и уткнулся в свой листок. Атмосфера в аудитории была крайне напряжённая. Все старались сосредоточиться на задании, пока преподаватель ходил между рядами, вглядываясь в лист каждого ученика. Наконец, спустя час, эта пытка закончилась. Сдав свой бланк ответов, Джисон вышел в коридор, поджидая друзей. Чонин вышел сразу за ним, успокаивая Хё Ну, которая была абсолютно уверена, что завалила тест, и оглядываясь на всё ещё не сдавшего свою работу Чанбина. — Привет, ребята, — неожиданно раздался рядом смутно знакомый голос. Повернув голову, Джисон увидел подошедшего к ним Чана, рядом с которым шли ещё трое старших. Среди них, конечно же, был Минхо. — Как прошла ваша первая проверка? — дружелюбно поинтересовался Крис. — Обычно она проходит довольно жёстко, так что первокурсники пугаются просто до чёртиков и до последнего боятся узнавать свои результаты. — Сказать, что это было страшно — ничего не сказать. Чонин вздохнул, приобнимая за плечи расстроенную девушку. — Блин, я точно не сдала! — со слезами в голосе протянула она. — Выходит, все усилия были напрасны… — Эй, Хё На, спокойно, — с улыбкой проговорил Феликс. — Все будет хорошо, слышишь? Я уверен, что ты справилась. — Конечно! Обязательно справилась! — желая поддержать подругу, Чонин потрепал её по макушке и посмотрел на Феликса. — Ведь так? — Именно, — Ли кивнул младшему и переключился на подошедшего к ним Чанбина. — Ну что, как тест? — Все в порядке, хён, — Со улыбнулся. По его лицу было заметно, что ему это испытание далось намного легче, нежели остальным. — Что у нас сейчас по расписанию? Кажется, единоборства? — Да, точно, — Хёнджин кивнул, тоскливо проводив взглядом прошедшего мимо Феликса вместе с его подопечным. — Идём? — Наконец-то не эти скучные книжки! Обрадованная, словно маленький ребёнок, Хё На запрыгала вокруг Хвана, который направился в сторону спортивного зала. Глядя вслед удаляющимся друзьям, Чонин совсем не заметил, что увлёкся — его наставник уже ушёл далеко вперёд. Рядом с ним остались только Джисон и Минхо. Пытаясь вернуть друга с небес на землю, Хан пихнул его локтем в бок. — Ай! Ты чего? Больно же! — А ты чего завис? — Хан прищурился и, проследив за взглядом Чонина, с изумлением понял, на кого тот смотрел. — Неужели снова на Феликса залип? — Тихо ты! — зашипел на него Ян, опасаясь, как бы Минхо ничего не услышал. — И ничего я на него не смотрел! — Даже не пытайся отрицать, я все видел! — И что же ты видел? — внезапно подкравшись, старший оказался между ними. — Компромат на тебя! — недолго думая, выпалил Джисон. — Поэтому отвали, иначе все об этом узнают! — Вот как. Вздумал меня шантажировать? Только тебе со мной не тягаться. Просто признай, что жалеешь, что у тебя тоже не было ответов на сегодняшнем тесте. — О чем он, Джисон? — удивлённо поинтересовался Чонин. — Так, ерунда, — Хан широко улыбнулся старшему, готовый перегрызть ему глотку, если тот скажет еще хоть одно слово. Ведь это по его вине он вчера оказался там, где быть совсем не должен был. — Те, кто хотят стать полицейскими, обязаны быть честны со всеми и в первую очередь с самими собой. — Да ладно? — Минхо презрительно усмехнулся. — Тогда скажи мне, Хан Джисон, почему ты поступил в эту академию? Ради чести и справедливости? Ради того, чтобы быть крутым в глазах девчонок или потому что копам неплохо платят? Хан остановился, раздражённо дыша, будто бык, перед которым размахивают красной тряпкой. — Это не твоё дело! — наконец выкрикнул он. — И тебя совершенно не касается! Чонин, идём, — схватив друга за руку, Хан поспешил догнать остальных. В мужской раздевалке уже было полно народу. Многие первокурсники впервые надевали форму для занятия тхэквондо, однако некоторым, как, например, Джисону, это было не впервой. Перед поступлением в академию он довольно долго тренировался, чтобы отточить свои навыки в борьбе, и, хотя владел боевыми искусствами далеко не идеально, дилетантом его назвать было нельзя. — Итак, дорогие первокурсники и первокурсницы, — обратился к ним тренер. — Сегодня вы со своими наставниками будете практиковать ближний бой. Для этого, пожалуйста, разбейтесь по парам и займите свои позиции. Кристофер и Феликс, пожалуйста, покажите новичкам, какие захваты мы сегодня будем практиковать. Парни вышли вперёд, заняв позиции по центру зала. Поклонившись друг другу, они встали в стойки и начали демонстрацию. Сначала Чан атаковал Феликса ударом в грудь, но тот, увернувшись, поймал его руку в захват и вывел на болевой. Как только старший постучал об пол, Ли отпустил его. Теперь пришла очередь Феликса. Ловко развернувшись на пятке, он зарядил Крису в голову вертушкой. Старший среагировал мгновенно. Заблокировав удар рукой, он перехватил ногу Ли, заставив его потерять равновесие и упасть на спину. Стоящий рядом с Джисоном Чонин дёрнулся. Испугавшись за Феликса, он, не раздумывая, был готов рвануть на подмогу, но Хан вовремя его остановил. — Стой! Ты чего? Они же просто показывают нам, как правильно двигаться. — Но хён так упал… — закусив губу, с беспокойством проговорил Ян. — Что, если ему было больно? Тем временем Чан протянул Феликсу руку, и тот поднялся как ни в чем ни бывало. — Видишь, никто не пострадал, — ободряюще проговорил Джисон, с тяжестью на сердце представляя, как ему придётся тренироваться вместе с Минхо. — Но, Чонин, ты ничего не хочешь мне сказать? — Что? О чём ты? Младший удивлённо посмотрел на него, явно не понимая, о чем идёт речь. Хан покачал головой. — О Феликсе. Думаешь, я не заметил, как ты все время смотришь на него? Чонин поджал губы и печально вздохнул. Он уже заранее знал, что скажет его друг, однако не мог с собой ничего поделать. Было в Феликсе нечто такое, что неудержимо влекло его к себе. Светлые волосы, россыпь веснушек на щеках и ангельская улыбка. Как только младший видел Ли, ему до безумия хотелось подойти и заговорить с ним, стать с ним чуточку ближе. Но Ян неизменно боялся сделать первый шаг. Он не хотел всё испортить и боялся, что если Феликс обо всём узнает, то больше даже не взглянет в его сторону. Ведь он не имеет никакого права любить того, кто старше его и кого он даже толком не знает. — Я просто… поступая в академию, я хотел стать тем, кто будет помогать другим людям. Хотел быть честным и следить, чтобы все соблюдали закон, — почти прошептал Чонин. — Но вместо этого я сам нарушаю правила… — Эй, максимум, это подростковая влюблённость. Она скоро пройдёт, — попытался утешить его Джисон. — Знаю, иногда непросто свыкнуться с чувствами, которые не дают тебе покоя и побуждают действовать прямо здесь и сейчас, однако, поверь мне, это не навсегда. Знаешь, почему я захотел стать полицейским? — Нет, — Чонин замотал головой. — Почему? — Когда отец ушёл, бросив нас с мамой, на нас свалилась куча его долгов. Разумеется, выплатить их все для нашей семьи было просто непомерной задачей, и тогда-то к нам и пришли они, — Хан сцепил руки в замок, предаваясь нелёгким воспоминаниям. — Эти ублюдки долго запугивали нас, и в итоге, к сожалению, выполнили свою угрозу. В один день они явились и забрали мою мать с собой. Больше я её не видел. Полицейские не смогли её найти, так как не было практически никаких улик. Единственное, что я запомнил — это красная татуировка на руке у одного из этих бандитов. — Это ужасно, — поражённо откликнулся Чонин. — Неужели тогда вообще ничего нельзя было сделать? — Можно, — Хан невидящим взглядом посмотрел в окно, сжав зубы до скрежета. — Вот только дело окрестили тупиковым и закрыли. — Так вот какая у тебя история! — словно гром посреди ясного неба раздался рядом с ними голос Минхо. — Что ж, печально. Тебе уж точно не позавидуешь. — А тебя, видимо, не научили, что подслушивать чужие разговоры неприлично?! — вскипел Джисон. — Что в этом такого? Ты бы все равно рано или поздно рассказал бы мне всё сам. — И с чего же такая уверенность? Минхо прищурился, усмехнувшись краешком губ. — Потому что я могу тебе помочь.