Матрёшка

      — Ты вовсе не обязана…       Яна знала, что она обязана. Быть хорошей подругой — это меньшее, что она могла для Джейд. Обернувшись, чтобы краем глаза проследить за устроившейся на полу Бирн и свернувшимся в ее ногах пухлым калачиком котом, Суханова продолжила заваривать чай и хозяйничать на кухне. Возможно, не очень красиво с ее стороны, но время не терпит.       —Ты бы хоть форму сняла, запачкаешься.       Уставшая за день в школе, Яна не хотела говорить ни слова, поэтому просто в раздражении повела плечами, крепко перехватывая нож. Мясо, все еще в пластмассовом лотке, приветливо сверкало. Родители Джейд брали хорошие продукты, но чаще всего, как и у Сухановых, у них не было достаточно времени на частый поход за покупками, поэтому запасались провизией по выходным и сразу на неделю. Но многие продукты успевали портиться. И если дома у Яны в холодильнике не залеживалось абсолютно ничего — рано или поздно любая лишняя еда оказывалась в желудках Ваниной шайки — то вот у Бирнов…       Стоит сказать, что Яна была рада уже тому, что смогла попасть к Джейд. Даже несмотря на то, что пришлось добрые пятнадцать минут упорно звонить в дверь и срывать телефон. Но сейчас и нельзя излишне много жалеть подругу из-за происходящего. Станет только тошнее. Поэтому Яна делала все в своем стиле: прямолинейно, но эффективно.       Дверь ей открыла осунувшаяся и сгорбленная, закутанная в одеяло и с котом в ногах Джейд.       И вот они тут, на их фешенебельной кухне, где практически никогда не готовят. Одна сидит, откинувшись, и не очень остроумно шутит. Другая, злая на весь мир и этот день в частности, старательно отделяет мясо от кости, чтобы сварить бульон. Кот мурчит, жмется к ногам то Джейд, то Яны и выпрашивает себе кусочек со стола.       — Как школа?       — Сойдет.       Суханова где-то на моменте линейки отключилась от происходящего, в основном находясь в мире пикселей и цифр. О конце учебного дня ее оповестил таймер на телефоне. В последние дни она часто себе их ставила, чтобы не теряться во времени, а то лишь на то, чтобы немного разобрать одну единственную сборочку, пропадали часы! А ведь Яна просто чуть-чуть увлеклась! Только самую малость!       — Значит, ничего интересного. И, знаешь, мне дико приятно, ты не подумай, — медленно, что так не свойственно этой тараторке, проговорила Джейд. Хриплый голос обволакивал. — Но есть я не буду.       Она протянула ладонь, об которую тут же потерся кот, вызывая слабую улыбку на лице Бирн.       — Будешь.       — Я не люблю супы.       — Ты будешь.       — Нет, — в типично американской манере протянула она.       — Мне тебя с ложечки кормить? — сдувая мешающую челку, грубо бросила Яна.       — У-у-у, грозная какая.       Кривая циничная ухмылка и склоненная к плечу сальная голова красоты девушке не добавили.       Яна просто хотела, чтобы эта неделя кончилась как можно скорее. Потому что завтра ее ждет поход с мелким гаденышем номер два, а в кафе не будет даже лучшей подруги. Все свои смены Джейд пока передала в более надежные руки.       — Ты пьешь таблетки? — уточнила Суханова, включая плиту и подбирая температуру для небольшой кастрюли.       — Ну я же еще не вскрылась?       — Ты сейчас не?..       — М-м-м, стараюсь «не», отец расстраивается. Ну и мать орет.       — А Османтуса кормила?       — Да я ему насыпала, вон. — Джейд махнула рукой в сторону миски, которая, конечно, когда-то, возможно, и появится под горой корма. Брошенный голубой пакет рядом живописно дополнял картину. Но прежде, чем кот все это съест, должна пройти неделя минимум.       — Только не говори, что ты все туда… — Всматриваясь сперва в гору рассыпанного на плитку корма, а уже потом в бессовестно усмехающуюся Джейд, Яна не выдержала и со стоном опустила руку на глаза, массируя переносицу. — А чего я, собственно, ожидала?..       — А ты как? — словно бы внезначай полюбопытствовала Джейд, оживлясь от вида ругающейся под нос Сухановой.       Яна продолжила методично резать на крупные куски морковь для бульона.       — Сойдет.       — Могу колес подогнать.       — Говоришь как какой-то гопник, прекрати, — раздражаясь еще больше прежнего, Яна махнула небрежным пучком на голове и опустила руки под обжигающе-холодные струи воды.       — Как твой драгоценный братик? Или этот, как его, Казутора? Кенски?       — Кейске.       Стойко игнорируя напрашивающуюся на ссору подругу, которая явно была не против поскандалить, испортив этим настроение Яне окончательно. Из-за недостатка общения Джейд было не от кого черпать эмоции и некуда сливать негатив.       Наверное, стоило уже бы и привыкнуть к этой стороне громкой Джейд. Когда ей было плохо, плохо вокруг становилось практически всем, кто мешал или как-то вмешивался в пучину первых звоночков депрессии. Но ведь это не значило, что Яна сейчас должна бросить Бирн, которая явно не ела уже больше суток. Вялотекущее расстройство пищевого поведения, обостряющееся от приема седативных, транквилизаторов и нейролептиков, перерастало во что-то ужасное, и под конец своих «каникул» афроамериканка больше напоминала анатомическое пособие. Суханова не понимала, почему Бирн стала косо смотреть в сторону продуктов и решила, что питание из энергии вселенной и утренней росы подойдет ей как нельзя лучше. При этом саму Яну она всегда отговаривала от радикальных диет.       И если Суханова страдала по факту: на фоне жилистых и стройных мамы или Дианы, даже тощего Вани, она казалась крупноватой, — то вот Джейд с ее практически модельными параметрами и спортивным телосложением в последние месяцы стала пугать частотой голодовок.       — Ты не ответила, — буркнула куда-то в район поджатых к груди коленей девушка, — что там с твоей синестезией?       — Как обычно. — Суханова сама по себе стала казаться гораздо меньше, сжавшись от этого вопроса, но все же выдержала спокойный тон: — Что ты хочешь услышать?       — Ну даже не зна-а-аю, — протянула с сарказмом Джейд, — когда у тебя уже будут хоть какие-то бонусы, помимо мигрени, например?       — Мх, — Яна откровенно мялась перед ответом, судорожно размышляя, а что вообще стоит сказать. — Мигрени у меня только при виде Сано, — больше по привычке хмыкнула девушка, — а Синестезия… Наверное, все правда как обычно? Задания, окошки с информацией, профили персонажей — типичные геймерские будни. В пати, уж прости, взять не могу. Уже пыталась.       — Нахер надо!       Тяжелый вздох вырвался у девушек практически одновременно. Яна, чтобы отвлечься, начала снимать пенку с будущего супа и выбрасывать ее в раковину. Джейд же вяло растеклась по полу, окончательно ложась на кафель.       — Родители?..       — Не спрашивай.       — Рано или поздно они всё-таки заметят. Кто-то точно. Я ведь заметила.       — Ты — совсем другое дело, — глухо отозвалась девушка. — Может, если бы не тот ушиб в детстве, то и не было бы патологий.       — Да не мог недостаток кислорода и капля воды привести к этому дерьму. Я бы поняла, если бы ты была сейчас овощем в коляске, и то! Это как должно не повезти при падении? Но не эта, — Бирн вяло махнула кистью в воздухе, — Ебота.       — У всех индивидуальные адаптивные системы… И ты слишком много ругаешься, — Яна нахмурилась. Ее замечание, естественно, пролетело мимо ушей.       — Говно собачье, да уж, — проведя рукой по грязным, слипающимся волосам, Джейд сморщила нос. — Не думала рассказать?       — Тебе следует о себе беспокоиться.       — Да что мне будет, ну поорут на меня предки, так и что с того? Пусть платят по больничным счетам, я не выбирала рождаться.       — Джейд… — Яна замялась. Нерешительно смяв рукава кофты, она всё-таки проглотила свое «ты не права».       — Ты всегда можешь уйти. Я тебя, в отличие от твоих родителей, не привязываю к плите или дому.       Бульон закипал, прямо как и кипело негодование внутри Яны. Почему окружающие вдруг решили сговориться и в очередной раз испытать ее на прочность? Так и порадуешься пассивным навыкам Синестезии, которые словно бы погружают тебя за стеклянную стену равнодушия, отгораживая нервную систему от повреждений. Словно бы Суханова один большой компьютер, а «Спокойствие» — ее антивирусная прошивка. Но временами даже она не могла помочь, и всплывающие предупреждающие окна, мигающие фиолетовым, сводили с ума.       Сполоснув руки, девушка вытерла их об одноразовые полотенца, глухо шуршащие в тишине практически пустой квартиры. Убавив огонь до минимума и закинув туда овощи, накрыла крышкой. Яна медленно подошла и осторожно присела рядом с Джейд. Внимательные темные глаза, похожие на спелую черную смородину, цепко следили за каждым движением. Ладонь Сухановой скользнула на грязную макушку, осторожно поглаживая.       Бирн двумя подрагивающими руками вяло зацепила бледное запястье.       — Я заебалась, — на пробу, пересохшими и потрескавшимися губами пробормотала она, словно бы не уверенная в том, стоит ли ей говорить, — как ты вообще справляешься? Ты же тоже…       Джейд опустила себе на глаза Янину ладонь и ее плечи начали мелко трястись.       — …другая. Меня так заебали эти люди, эти условности, эти правила! И родители тоже заебали, и школа, и одноклассники. Меня даже ты, сучка, заебала.       Яна почувствовала как на ее руке пальцы сжались крепче, а ладонь ощутимо вымокла. Шумно сглотнув, Суханова продолжила сидеть и слушать. Правая нога начала затекать от неудобного положения.       — Почему, блять, ты вообще здесь сидишь? Убирайся с моей квартиры, просто уходи. Кто ты такая, чтобы жалеть меня?!       Яна почувствовала, как в горло упирается противный ком. Она могла понять подругу, потому что когда ты ненавидишь буквально весь мир, то не делишь его на хорошее или плохое. Хочется поддержки, чтобы кто-то был рядом, успокоил. И Суханова знала, что сейчас Джейд вовсе не хочет, чтобы она уходила. Наоборот. Умоляет, чтобы осталась.       Бирн била крупная дрожь, и Яна придвинулась поближе. Губы у подруги искривились, уголки рта поползли вниз. Девушка часто и отрывисто дышала, нос у нее ощутимо заложило.       — Эй, — тихо позвала Яна, — Джейд, знаешь, даже если весь мир будет против тебя, я встану за твоей спиной и буду подавать тебе… Что ты хочешь, чтобы тебе подавали, Джейд?..       — Пха, — карканье, вылетевшее из горла подруги меньше всего походило на смех. — Ха…       Яна сидела с подругой, пока та не успокоилась. Хлопала по острым лопаткам, так напоминающим Дианины, смотрела на часы в ожидании момента, когда придет отец Джейд — он обычно приходил раньше — чтобы сдать Бирн ему на руки и пойти домой.       Наверное, ей разве что немного обидно из-за того, что для всех рано или поздно она превращалась в няню. А иначе просто не получалось почему-то. Наверное, все из-за того самого дня, действительно, удар головой в детстве сказался слишком сильно. Многие вещи, похожие на воспоминания, которые с ней точно не могли случиться, происходившее, кажется, и в другом времени, и в другой стране, и с другими людьми — похожие на сон, но по личным ощущениям сном не являющиеся. Временами Яне становилось страшно от мысли, что она правда сумасшедшая. Но ее психика не такая же подвижная, как у Джейд или Вани, да и голоса в голове она не слышала, не была агрессивной. Во всем Суханова — обычная. Во всем, кроме Синестезии.       Даже сейчас, смотря на свою подругу, в первую очередь глаза цеплялись за сухие строчки над ее головой.

Джейд Бирн Уровень: 19 Здоровье: 40

      Девушка затихла, явно вымотанная. Яне пришлось смириться с тем, что та обвила ее талию руками, уютно устроив голову на шерстяной клетчатой юбке. Беспокойное сопение было ответом, кажется, на все невысказанные вопросы. Супу, видимо, суждено было выкипеть. Хорошо, что огонь был самый маленький и хотя бы что-то там останется в любом случае. Ну или превратится в вынужденный холодец.       Звонкий щелчок от замка входной двери вызвал волну мурашек по спине от неожиданности. Послышались стремительные шаги отца Джейд, никто другой это быть не мог, — мама у нее чаще всего возвращалась позже девяти, а сейчас на часах не больше шести.       Первое, что Яна увидела, — лакированные башмаки, блестящие настолько, что их можно было использовать вместо зеркала. Стоит сказать, что отец у Бирнов загляденье — настоящий английский денди с корейским лицом. Всегда одетый с иголочки, безукоризненно вежливый и очень тактичный. Полная противоположность Владислава Суханова.       — Яна? — Он практически не удивился тому, что в их доме обнаружилась неучтенная девочка-подросток. Помятая и уставшая за день, она вымученно смотрела прямо в темные, такие же как у Джейд, глаз мистера Бирна.       — Здравствуйте, — шепотом поздоровалась она, — выключите, пожалуйста, плиту, я суп варила, но тут… Возникли непредвиденные обстоятельства.       Яна в очередной раз мягко провела по расслабленной спине подруги.       — О, конечно, — таким же шепотом ответил ей мужчина и метнулся к кастрюле с позабытым бульоном. — А Джейд?..       — Все хорошо, просто наплакалась и спит.       — Нам очень повезло с тобой. — Его беспокойные глаза метались по кухне. — Спасибо, Яна, ты замечательная подруга.       Мужчина подошел к ним, сидящим на полу, рукой отогнал устроившегося в согнутых коленях Джейд сонного кота и примерился к спящей дочери: ее стоило отнести на кровать. Беспокоиться о том, что она от этого проснется, не приходилось: сон у Бирн очень крепкий, а с курсом лекарств стал практически беспробудным.       — Что вы, — выученно-скромно отозвалась Суханова, пока мистер Бирн пытался сгрести дочь в охапку.       — Сколько ты потратила на продукты? Я возмещу, не переживай.       — Не стоит… — Яна замялась. — Джейд все равно так и не поела.       — Не волнуйся, — натужно пробормотал он, стараясь удержать равновесие с ношей на руках. — Уверен, она обязательно, уф, съест. Это же, ох, — он тяжело шагал, а Суханова осторожно семенила за ним, — ты приготовила. Ты для Джейд как дорогая сестра, она очень привязана к тебе.       Спустя уже семь минут Яна стояла на пороге вместе с нервно улыбающимся и явно жаждущим ее поскорее спровадить мужчиной. Папа и мама Джейд стеснялись состояния их дочери. И пусть Ёнсу Бирн относился с пониманием и большой любовью к ней, порой всё-таки не мог сдержать неловкость перед Яной, представляя, чего успела наслушаться русская девчонка. И, что страшнее, что успела увидеть.       — Вот, держи, — Непослушные деревянные пальцы мистера Бирна буквально впихивали Яне деньги и подарочные карточки Сент-Сеула. — Спасибо, что заботишься о Джейд. Мы с Лайлой тебе очень признательны…       — Не беспокойтесь, я никому не расскажу. — Стараясь успокоить мужчину, Яна неловко улыбнулась, сжимая комок купюр и карточек в руках. — До свидания.       — Всего доброго!       Дверь закрылась практически перед носом у Сухановой. Девушка скептически усмехнулась и спустила с локтя школьную сумку, пряча «добычу» туда. По крайней мере, ей теперь есть на что сходить с Манджиро в кофейню, при этом не потратив на засранца и иены из собственных сбережений.

Лист заданий обновлен! Задания выполнены! Награда получена: опыт, деньги. Лист заданий обновлен! Ивентовое задание выполнено! Вы начали сюжетную цепочку! Награда получена: +1 ур. к навыкам Спокойствие, Дипломатия; карманные деньги.

      Самую малость Яне было стыдно. Но разве что только малость, потому что выслушивать все те гадости, что ей наговорила Джейд, не получив ничего за свой героизм, — несколько обидно. А так она выгадала хоть что-то, кроме звенящей обиды на языкастую подругу.       И все же Суханова была рада, что Джейд выплескивает свои зашкаливающие эмоции, пусть и таким способом. Потому что слова, по крайней мере в мироощущении Яны, значили не так много, как поступки. А у Бирн была страшная, не очень здоровая тяга к острым предметам. Как говорила сама Джейд — это позволяло ей чувствовать контроль над собой и своими эмоциями. Легче их проживать. Каждого, особо неудачного и болезненного, расставания (не всегда это было расставание с парнем, чаще просто с людьми или привычными вещами) подруги Яна ждала с внутренним содроганием. Потому что за ними следовали новые порезы, новые психи, новые ссоры. Да, это не длилось долго, буквально неделю, максимум две. Но хватало приключений — по горло.       Правда, далее выполнять эту «сюжетную цепочку» не слишком тянуло, но и бросить Джейд в таком состоянии было бы свинством.       Дома ее наконец-то ждал отдых. Уроки она сделала минут за сорок и сейчас тетради неаккуратной стопкой лежали на столе. Диана что-то бубнила под нос и играла на синтезаторе. Купить пришлось именно эту пародию на клавишный инструмент, чтобы можно было отрабатывать уроки в наушниках. Соседи с содроганием и вечными жалобами домовладельцу «в крысу», как говорил отец, достали окончательно. Поэтому Яна играла исключительно до восьми. У Дианы же было крайне забитое расписание, из-за которого приходилось часто сидеть до отхода ко сну. Да и в целом она не очень любила музыку, поэтому оттягивала все до самого последнего момента.       Старшая Суханова ее отлично понимала, даже сочувствовала временами.       По пути домой Яна заскочила в комбини и накупила на «отступные» от отца Джейд всяких вкусностей: газировки, хлопьев, лапши, конфет и чипсов. Для приличия захватила еще фруктов. Но сейчас, предвкушая, как будет наслаждаться игрой в GTA, хрустеть чипсами и запивать это все газировкой — настроение не могло опуститься вот никак. Ваня сидел дома, учил домашку по японскому, мама с отцом на кухне уничтожали чай, общались. Все у них было хорошо. Уютная тишина, когда каждый занят своим делом — радовала до сжимающегося сердца. Противный давящий на горло влажный ком потихоньку рассасывался, оставляя легкую горечь на кончике языка. За последние дни действительно много всего случилось. Но уже завтра после уроков Яна сходит в любимое кафе, пусть и с профессиональным гаденышем-кровопийцей, но ведь сможет поесть любимых десертов, выпить любимый кофе!       Лучше искать плюсы, хоть какие-то, а иначе и с ума сойти — дело пяти минут. А на вечерних курсах по японскому языку и литературе у них опять будет что-то новое, и Сухановой действительно интересно, что же расскажет преподаватель. Возможно, она даже возьмет на себя труд сходить в книжный и взять пару рекомендованных к чтению томиков.       А еще на неделе она должна попасть в свой компьютерный клуб, внести плату за месяц, обсудить последние новости с друзьями. Кодить Яна практически не успевала, поэтому в общем проекте ее сместили с должности в тестировщики. Непыльная, в целом, работенка. А для их простенькой программки на телефоны большего человеческого ресурса и не надо. В целом, ее больше привлекали серьезные, монументальные вещи. Такие, в которых нужно сидеть до момента, пока пятая точка не превратится в идеально плоскую. А потом помучаться еще пару часиков. До кипящих мозгов и взрывающихся от напряжения глаз. Она сейчас перешла на Visual Studio, пробовала себя в разных софтах. Дальше думала перейти на Atom.       Делать сайты ей тоже понравилось. В целом ненапряжно, отчасти расслабляюще. Возиться с дизайном разве что — та еще морока.       Сайт для Вакасы она закончила достойно. Настолько, что гордилась собой примерно так же сильно, как мама Дианой на ее первом выступлении. Эта работа стала очередной проверкой ее нервов на прочность, которую девушка с честью вынесла. Заказчик остался доволен, а корпоративный сайт Яна занесла в портфолио. Кошелек ее потяжелел на шестьдесят тысяч. Откуда у Вакасы были такие деньги на ее работу, знать Суханова абсолютно не хотела.       Но вроде как последний год у их общего с Кейзо бизнеса дела шли в гору. Они старались работать для привлечения клиентов, если Вакаса отвечал больше за подсчет финансов и маркетинг, то вот Араши занимался бытовыми делами: проводка, канализация, оборудование… В целом, они нашли свою нишу, которую успешно занимали. И даже помещение взяли поприличнее, чем было до этого. Светлое, просторное, с большими панорамными окнами. Глядишь, когда-нибудь дорастут и до своей собственной сети спортивных залов.       Яна же, глядя на энтузиазм, посоветовала им задуматься над тем, чтобы больше вкладывать сил в интернет пространство. Занять там свою нишу заранее. Суханова готова была клясться, что лет через десять, в интернете будет абсолютно вся жизнь у подавляющего большинства людей.       И эта мысль иногда примиряла ее с реальностью, в которой она и сама находилась словно бы в видеоигре.