Матрёшка

       По ощущениям в глаза насыпали песка. Хорошую такую горсть. С размаху.       — Впервые на моей памяти ты так чудишь, Яна-чан.       — Ага, — игнорируя невысказанный вопрос, девушка прикрыла веки и откинулась на уже ставший родным диванчик. Хотелось просто раствориться под пледом часиков на двенадцать и хорошенько выспаться. — Огромное спасибо.       Верхом неожиданности стало его хитрое лицо, точно лисье, и непривычно ложащиеся на язык русские буквы:       — Свои люди, сочтемся. — Парень запустил руку в волосы, взъерошивая их.       Эта фраза заставила Яну улыбнуться. У него все еще ужасно получалось. Но она и не была против, не спеша поправлять или учить. Все-таки Сано никогда и не стремился знать ее язык. Да, мог понять и сказать чуть больше, чем пара слов. Но, несмотря на неоспоримо сильное влияние Владислава Суханова, Шиничиро вряд ли когда-нибудь решится посетить Россию или любую другую страну СНГ. Как и у обычного японца — его предел, при большом желании, разве что Курильские острова или Сахалин. Максимум — Владивосток.       А вот сама Яна в первую очередь хотела бы поехать в целое путешествие. Увидеть Карелию, Алтай, Урал, Якутию, Север, Белые ночи в Петербурге, погулять по Красной площади, посмотреть на Ленина в Мавзолее. Столько всего хотелось сделать, что пора уже составлять целый список дел.       Восторженный вздох сегодняшней причины ее полумертвого состояния вызвал острый приступ раздражения напополам с щемящей жалостью. Джейд ходила между байков и осматривала каждый понравившийся. Суханову даже не удивило, что той приглянулись спортивные модели. Самой Яне, пожалуй, больше нравились классические мотоциклы или стилизованные, круизеры.       Стрелка часов клонилась к двум ночи. Они зашли сюда недавно, минут двадцать назад. Яна просто не верила, что это безумие закончилось. Горячая кружка в ее руках мелко подрагивала. Черная внутри от чайного налета — неизвестно, когда ее мыли, а не ополаскивали для приличия. А ополаскивали ли вообще?.. Пока что пить предложенный ей непонятного цвета и запаха напиток Суханова побаивалась.       — Подруга у тебя, конечно, — смешок вылетел у Шиничиро непроизвольно. Парень сел рядом с Яной и полез в карман джинсов, чтобы достать сигарету. Пара монотонных щелчков зажигалкой привлекли внимание девушки. Наверное, на следующий день рождения она подарит ему zippo. — Кто бы мог подумать. Скажи мне, кто твой друг… А отец в курсе?       — Издеваешься?       — Немного.       Яна хотела высказать ему буквально все, что она думала в этот момент про его «немного», но держала себя в руках. У нее нет права сейчас срываться на Сано из-за того, что случилось. Только не на Шиничиро, который помог и прикрыл ее, Яны, пятую точку. Она и правда невероятно благодарна ему сейчас. Значит, так себя чувствуют младшие?..       — Смотришь так, словно уже ворчишь, — Шиничиро выдохнул сизый дым, белесый и терпкий. Яна немного повернула голову, прикрывая нос рукавом бомбера. Подобных «ароматов» она уже в мастерской Клауса, этого странного парня, нанюхалась. И даже духи Джейд не могли перебить этот кошмар.       — Что ты, как я могу, — саркастично протянула девушка, опираясь на колени локтями и складывая на руки голову. Они помолчали. Джейд уже засунула свой нос куда-то в подсобку и практически сразу вышла. — Спасибо. Правда. Я не знаю, что бы делала, если бы ты нам не помог.       — Я от тебя столько «спасибо» не слышал за всю жизнь. Как тебя вообще угораздило?       — Если бы я знала… — Яна тяжело поднялась и пошла доставать Джейд из-под разобранного мотоцикла. Над ним явно корпел Рюгуджи: характерный порядок в инструментах выдавал этого педанта с головой. — Джейд, тебе нужно поспать, Шиничиро-сан нам с тобой выделил место.       — Яна, тут офигеть как круто! Сюда бы еще пластинки! Очень бы вписалось. Почему мы раньше к твоему другу не ходили?       — Джейд, — упрямо повторила Суханова, смотря на разгоряченную прошедшим днем девушку с лихорадочно блестящими глазами.       Главное сейчас — это поскорее уложить ее. Яна уверена, что, как только голова Бирн коснется подушки, та сразу же отключится и проспит часов десять. Потому что дерганные движения, чуть расширенные зрачки, заторможенные реакции — все это последствия терапии. Попытки скомпенсировать. Порой Яна ненавидела ее родителей.       Осторожно приобняв сразу замершую от этого девушку, Суханова тяжело вздохнула.       — Пошли спать. Я очень устала, давай ты просто полежишь со мной немного, хорошо? Как только засну, можешь дальше делать все что захочешь, договорились? Хоть по кирпичику этот магазин разнеси.       — Э! — возглас Шиничиро девушки проигнорировали.       — Ну-у-у, — Джейд не хотела спать. Ее вообще сейчас тянуло пританцовывать. Еще лучше — пойти в караоке. Или она могла бы упросить того самого Шиничиро, героя вечных жалоб русской подруги, чтобы он покатал ее по ночному Токио. Это было бы романтично и весело. — Только обещай, что ты быстро уснешь.       — Обещаю.       Яна потянула Бирн в сторону маленькой подсобки, которую комнатой не назовешь, раньше это был чулан. Шиничиро переоборудовал его под что-то напоминающее скворечник. Суханова не знала, как он туда впихнул кровать, скорее всего сам сколотил под нужные размеры. Но что под кроватью, что над ней высилась череда полок и коробок с его личными вещами. Тем немногим, что парень унес из семейного гнезда и нажил за несколько лет одинокой жизни.       Пожалуй, будь Яна менее уставшей, ее бы затопило чувство неловкости. Причем настолько сильно, что захлебнуться от стыда — вполне реальное развитие событий.       Одежду им одолжил Шиничиро. Яна сама его попросила. Лечь спать в том, что у нее было — в школьной форме, — она не могла. Просто словом «грязная» ее и не описать. Свою одежду она мечтала поскорее бросить в стиральную машинку и стирать час, а то и после включить дополнительное полоскание. У Джейд ситуация не лучше. Пока что пришлось довольствоваться футболкой непонятного мышиного оттенка, которая неприятно давила в груди. Впрочем, зная то, как быстро у Шиничиро портятся вещи, девушка переживала, что тот выдал им свой запас «на выход». Бирн же была в восторге от доставшейся ей майки с принтом. И все этой раздолбайке нипочем.       Сон не шел. Яна то и дело вслушивалась в беспокойное сопение Джейд. А еще было все-таки неловко перед Шиничиро. Он и так, по сути, бездомный, а они его к тому же из комнаты выгнали на старый обшарпанный диван в торговом зале. И одежду выпросили. Кончики ушей по ощущениям горели так же сильно, как и шея.       А вот Джейд спала практически беспробудным сном, ворочалась только и тихонько стонала, если ложилась на живот и правый бок. Клаус прямо на глазах у Сухановой запаковал свою «модель» в пищевую пленку и наказал не мыть, обрабатывать мазью каждые несколько часов и следить со всем тщанием. Объем работы просто поражал. Причем, как поняла Яна, это только половина. Через две или три недели, когда немного заживет, сеанс необходимо будет повторить.       Отныне оба бедра и часть живота у Джейд забиты: теперь с правого бока до колена тянулся азиатский изящный дракон в пышных букетах пионов, ликорисов и акаций. А на левой ноге ждала своего часа заготовка будущей работы.       Почему-то рисунок дракона напомнил о Китае больше, чем о Японии. В целом, хоть изящный, словно бы невесомый дракон, безусловно, прекрасен, но Сухановой внешне все-таки больше нравились европейские представления о сказочных крылатых ящерицах.       На левой же ноге расположилась какая-то звездная карта. Яна так и не поняла задумки, но именно эту татуировку и следовало добить через две-три недели, а еще немного подкорректировать первую. Там тоже какие-то мелкие детали остались.       Суханова не представляла, как Бирн вынесла эту пытку: в кресле Клауса она сидела с полудня. А перерыв был только один — на пиццу. Девушка гордо задирала нос и хвасталась, что даже не пикнула. Яна же думала, что тут заслуга воли самой Джейд минимальна. Пережить экзекуцию так стойко она смогла из-за действия притупляющих медикаментов. И все же удивительно, как вообще в голову могла просочиться эта бредовая в своей простоте мысль — уйти из дома и согласиться набивать татуировки у первого попавшегося на улице парня. Яна не понимала, то ли удачи Бирн не занимать, то ли дурости. А может, и всего вместе.       Но уже то, как хитро она смогла обвести вокруг пальца даже своего отца, удивляло. Актриса! Ну или мистер Бирн выдохся и устал от быта, работы и переживаний за дочь, что просто принял желаемое за действительное.       Яна так и не выспалась, мучимая беспокойством. Она то засыпала, то просыпалась, время от времени шурша в Синестезических окошках, разбирая весь тот завал уже вчерашнего дня. Ближе к шести девушка встала, набросив свой плед на Джейд, которая во сне скинула одеяло и спала в одной майке и тех самых смешных трусах с уточками. Как же Суханова завидовала этой непосредственности и простоте!       Выйдя из чулана-комнаты, Яна оказалась в хозяйственной части помещения для сотрудников, тут часто отирался Сейшу, который не любил контактировать с редкими посетителями. Парень в принципе нелюдимый, но Суханова не осуждала. На импровизированной кухоньке, очень достойно справляющейся со своими обязанностями, стояло все необходимое: маленький холодильник, рисоварка, духовая печка, электрическая плитка на две конфорки, чайник и даже рожковая кофеварка, очень хорошая, лишь самую малость подтекающая. Все эти хозяйственные чудеса Шиничиро выкупил на барахолке и отремонтировал сам.       Яна подумала, что если немного похозяйничает и воспользуется гостеприимством Сано еще чуточку, то он не обидится. В холодильнике ожидаемо практически ничего не было. Молоко — и то скисло.       — Ваня как-то плохо со своими обязанностями справляется, — пробурчала хриплым от долгого молчания голосом Яна, залезая в пакеты из их Матрешки. Надежды не оправдались. Ну вот кто ставит в холодильник уже пустые контейнеры и пакеты?! Бурча под нос, Суханова начала сортировать мусор по мешкам. Ей хотелось верить, что Шиничиро сам с этим разберется. Но не раз она была свидетелем того, как этот балбес забывал вынести пакеты на улицу в нужный день.       Холодильник выглядел практически девственно чистым. Грустно смотря на две баночки с бобами натто, начатую упаковку яиц, богами забытый йогурт и пожухшую редьку, Яна тяжело выдохнула. Больше всего сейчас девушке хотелось съесть жареной картошки с грибами и сметаной, а еще пиалу квашеной капусты. И горячий черный чай с лимоном! От одних только мыслей рот наполнился слюной, а живот скрутило в спазме.       Точно. Ее вчерашний ужин, и так небогатый, остался где-то в переулке.       Не отчаявшись, Яна продолжила искать, и удача ей улыбнулась. На полках обнаружились сушеные водоросли, три банки пива, начатая пачка риса и пустая упаковка со злаковыми батончиками. Да уж, сладости тут пропадали явно быстрее, чем у них дома.       Яна решительно насыпала в странного вида миску рис и пошла в туалет к раковине, чтобы промыть его там. Она обязательно восполнит запасы холодильника Шиничиро, как только разберется со своими проблемами. Становится понятным, почему ее мама так за него переживает. Страшно представить, как живут другие, за которых некому так же переживать и которых некому кормить.       Запустив рисоварку, Яна пристроилась на удобном стульчике с широкой сидушкой, что позволило заползти на него с ногами и усесться в любимой позе креветки, свернувшись в три погибели. Суханова выдохнула. Ждать, пока сварится рис, было выше ее сил. Есть хотелось ужасно. По голым ногам ощутимо прошелся сквозняк, кожа сразу покрылась неприятными мурашками.       Меньшее, что она ожидала увидеть на кухне в шесть с небольшим утра, — это ввалившийся и отчаянно зевающий Шиничиро. Он спал в одежде: любимых потертых джинсах и черной футболке со спущенным рукавом. В торговом зале было холодно, и Сано взял себе самый тонкий плед.       — Не спится? — У Шиничиро в принципе был хрипловатый и прокуренный голос, но сейчас из-за полусна он казался еще ниже.       — Прости, разбудила? — Яне стало неловко, что своей возней она могла доставить еще больше неудобств.       — Нет, — парень спрятал зевок в кулаке. — Просто еще не привык к дивану.       — Извини…       — Пустое, — он махнул рукой, подслеповато осматриваясь на кухоньке.       Они помолчали.       — Я позвонил твоему брату, кстати, он сказал, что принесет вам с твоей этой Джейд вещи, как только путь будет свободен.       — Спасибо…       — Пхах! — помятый, он оперся на кухонную тумбу и со смешинками в темных спокойных глазах посмотрел на Яну. — Теперь ты наконец похожа на японку: только «спасибо» и «пожалуйста». Ты смотри, еще немного, и я предложу тебе варить мне мисо-суп каждый день.       — Какое счастье, — иронично протянула девушка, съежившись на стуле. — А зачем каждый день есть один и тот же суп?       Рисоварка, наконец, издала трель умирающего голубя, оповещая о том, что можно и поесть.       Сано почему-то скептично смотрел на нее, крайне удивленный. Он открыл рот, словно бы хотел что-то сказать, но тут же его закрыл и приподнял уголки губ.       — Забудь. Если я запущу кофеварку, то, — Шиничиро ощутимо замялся, не зная как ему лучше называть Джейд, — твоя подруга не проснется?       — Нет, — Яна устроила голову на сгибе локтя. — Не проснется. Она слишком много пережила за прошлые сутки. Может, и выглядит со стороны, что ей все нипочем, но думаю, она очень устала.       — Яна-чан, ты слишком мягкотелая, — Сано неодобрительно качнул головой. — Люди, как эта Джейд, будут тобой пользоваться. Тебе пора бы уже взрослеть.       — Шиничиро-сан, — Яна предупреждающе понизила голос на пару тонов. — Джейд — моя лучшая подруга. Не знаю, что ты успел надумать, но ты не представляешь, каково быть чужим у вас здесь. В Японии.       Суханова говорила спокойно и размеренно. У нее просто уже не осталось сил на какие-то яркие эмоции. Но оскорблять вот так Бирн, которая являлась самым замечательным человеком, принимающим Яну абсолютно любой, — она не могла этого позволить.       — И что же? — шумно работала рожковая кофеварка со стершейся красной эмалью. Лицо у Шиничиро в утреннем сумраке комнаты стало выглядеть более опасным: черты показались острее, а темные глаза приобрели странную и какую-то предупреждающую глубину. — Вся твоя история держится на соплях и палках. Удивлюсь, если тебе не устроят выволочку. Где бы ты ни находилась, будь то Япония или любая другая страна, каждый должен нести свою ответственность. А из-за этой девчонки ты себя подставила. И далеко не первый раз.       — Аха-ха, — Яна рассмеялась, хитро щурясь со стула на стоящего в двух метрах от нее парня. Она не могла не поерничать в этой ситуации. — Это мне говоришь ты? Шиничиро-сан, как у нас говорят — чья бы корова мычала. Очень лицемерный ты человек, не находишь? Я благодарна, что ты нам помог, но осуждать ни ее, ни меня ты не в праве. Ты не знаешь, каково ей жить и каково мне. Я же не осуждаю ни тебя, ни дедулю Сано-сана за то, что вы запустили Манджиро-куна.       — На что ты намекаешь? — может, он и выглядел спокойным, но Яна слишком поздно поняла, что сболтнула лишнего.       — Мы ведь уже как-то это обсуждали, верно?..       — Яна-чан! На что ты намекаешь?!       Она не должна была это говорить. Действительно, ошиблась. Но сейчас ей стало так все равно, что он о ней подумает, каким человеком посчитает. Пожалуй, впервые в жизни она осознанно хотела высказать свои настоящие мысли, произнеся которые дороги назад уже и не будет. Но ведь и Шиничиро не дурак. Скорее наоборот. Может, кто и скажет, что он добрый, заботливый. Но разве это мешает добрым и заботливым людям быть расчетливыми?..       — На что. Ты. Намекаешь? — Тихое бешенство, с которым он цедил слова сквозь зубы, опасно нависая над Яной, признаться, пугало ее.       Но Суханова считала, что такой человек, как Сано, не может быть настолько наивным, каким всегда пытается казаться. Если он еще не догадался сам или не захотел, что более правдоподобно, — так она подскажет.       — На то, что у Манджиро аутизм.       Оглушительная тишина свалилась ей на плечи внезапно. Кофеварка не шумела. Казалось, что весь мир просто замер. Яна даже стука своего сердца не ощущала.       Наверное, ей следовало как можно скорее что-то сказать. Но она не видела ничего плохого в разного вида расстройствах. Потому что Яна сама сумасшедшая с Синестезией. Хотя оказаться в трусах и чужой футболке на улице хотелось меньше всего.       — Прежде, чем ты скажешь мне извиниться и никогда больше не ступать на порог твоего магазина, я поясню, что имела в виду.       Она видела, как желваки ходили по скулам и линии челюсти у еле сдерживающего себя парня. Брат всегда был и, наверное, остается для него самой больной темой. Такой, которую нельзя неосторожно касаться. И Яна так и не смогла понять почему. Это вовсе не походило на гиперопеку или что-то подобное. Скорее, это напоминало ей какую-то паранойю.       — Начну с того, что я не говорю, что это плохо — отличаться. Мы все со своими особенностями. И Манджиро не плохой. Но ему нужно было больше внимания, и ты это знаешь.       — Это мне говоришь ты? — сардоническая гримаса на лице Шиничиро смотрелась непривычно. Яну царапнула эта фраза, которую ей так зло вернули. — Ты давно в зеркало-то глядела?       Это было грубо. Очень. Чего-то такого ожидаешь от Вакасы, но не от обычно спокойного и уравновешенного Сано. Что же, скажи мне, кто твой друг… Ведь так он подметил несколько часов назад?       — И я не без странностей, — стараясь сгладить конфликт, осторожно проговорила Яна. — Но на это есть причины. Ты ведь сам меня достал тогда из озера в Ёёги.       Шиничиро неожиданно вздрогнул и тяжело вздохнул, наконец отходя от нее на шаг. Словно только что его самого достали из-под толщи воды. Он провел руками по лицу, как будто бы пытался убрать налипшую грязь и ил. Суханова цепко следила за каждой его реакцией, каждым движением. Ей казалось, что сейчас она как никогда близка к той самой разгадке — что не так с Сано.       — Да… — Его глаза как-то странно смотрели на нее. Кажется, он на месте скукожившийся Яны видел кого-то абсолютно другого. — Да. Я.       — Я присмотрю за твоим братом, не переживай. Он хорошо справляется, несмотря на, — Яна повела рукой в воздухе, обозначая невысказанное, — все. Аутизм это не приговор. Просто ему чуточку сложнее.       — Яна-чан. — Вкрадчивый, чуть хриплый, неуловимо поменявшийся, голос Шиничиро насторожил до неприятных липких мурашек по затылку. — А ты никогда не думала, что тот день мог закончиться иначе?       — О чем ты?       — Тогда, когда ты упала в озеро в парке. Ты никогда не думала, что все могло кончиться гораздо хуже для тебя?..       — Куда уж хуже, — хмыкнула Суханова. — Я и так стабильно раз в полгода посещаю врача и прохожу МРТ. Патологии хоть и незначительные, в пределах нормы, но все же… Мама переживает.       — А ты никогда не думала, что… Могла умереть в тот день?       Яна смотрела своими серыми глазами в черные, сливающиеся со зрачком Шиничиро.       — Нет, — честно ответила она, — знаешь, о таком никто не думает.       Они замолчали. На кухню словно бы вернулись немногочисленные звуки. Только Шиничиро выглядел бледнее обычного: взвинченный, с залегшими тенями, осунувшийся. Яна, пожалуй, впервые увидела его таким уязвимым. Если бы прямо сейчас Сано мог превратиться в какую-нибудь букву, то стал бы первой «т» в слове «тревожность». Он открыл было рот, как с звонким клацаньем зубов захлопнул. Суханова же терпеливо ждала.       — А если бы я тебе сказал…       Хриплый голос заскребся по перепонкам. Если бы у Яны остались силы для переживаний, она бы обязательно начала нервно мять мокрыми ладонями подол футболки. Правда, сейчас только внимательно смотрела на словно бы сжавшуюся фигуру напротив. Шиничиро запустил руку в волосы, с силой ероша их, оттягивая темные непослушные перья-пряди. Он медленно продолжил выкаркивать слова.       — А если бы я тебе сказал, что ты чудом спаслась от коматоза?.. Что есть люди, которые могут прыгать во времени? И что я — когда-то тоже мог. В тот день в парке из-за удара головой и недостатка кислорода ты бы могла до конца жизни жить как овощ?.. Такая вот роковая случайность… Ты бы мне поверила, Яна-чан?       — Встречный вопрос, Шиничиро-сан, — у Яны закладывало от волнения уши, а волосы у корней покрывались ледяной коркой, — если бы я сказала, что все вокруг меня с того дня из-за удара головой выглядит как одна большая игра с таблицами и строками состояния персонажей, с квестами и наградами за них, — ты бы мне поверил?.. В эту роковую «случайность»?       Шиничиро молчал. Очень долго. Яна тоже молчала. Кофе давно остыл. Как и рис. Живот крутило, но уже совсем не от голода.       — Ха… — Яна шумно выдохнула, откидывая голову назад. Первые лучи апрельского солнца ее не грели. Перед глазами вспыхнула табличка.

Лист заданий обновлен! Скрытое задание «Шиничиро Сано» завершено! Награда получена: опыт. Скрытое задание «Эстафета» завершено. Награда получена: опыт. Уровень повышен! Лист заданий обновлен! Сюжетное задание выполнено! Главный сюжетный квест в скрытой цепочке «Яна Суханова» завершен! Награда получена: +1 ур к навыкам Дипломатия, Внимательность; +6 свободных очков характеристик, карманные деньги.

      Сумбурные слова Шиничиро уложились в ее голове неожиданно спокойно. Это немного пугало: она ему верила. Несмотря на то, какой бред они оба только что достали, видимо, с самой глубокой подкорки головного мозга. Виной тому сложившееся за годы доверие или атмосфера, в которой они оба оказались, — нельзя сказать наверняка.       Но если это все, вываленное на нее сейчас, правда, то может ли быть, что в тот день Яна Суханова действительно умерла? И все эти непонятные, преследующие ее ночами кошмары-видения, которые как будто бы действительно были когда-то, — вовсе не выдумка воспаленного мозга? Не очередной выверт Синестезии, про который страшно рассказать?       Тогда что же получается?..       Она не?..       — Прости, что взвалил это на тебя, — Шиничиро выглядел по-настоящему измученным. — Я не хотел никому говорить. Но это просто невозможно… Я… — Он шумно сглотнул. — Я рад, что успел в тот день, Яна-чан. Что ты сейчас жива и здорова.       — Все в порядке.       Нет. Быть не может. Глупости какие-то. Ведь как она может не быть собой? Она же и есть Яна Суханова.       Верно ведь? Она — Яна. У нее есть мама и папа, младшие брат и сестра. Они все вместе переехали в Японию и с тех пор ведут тихую размеренную жизнь.       — Спасибо… Спасибо, что выслушала. — Горячая, потная от волнения ладонь накрыла ее прохладные пальцы и легонько сжала. Девушка смотрела на расплывающееся лицо Шиничиро, перед которым мелькали таблички с его окном персонажа и оповещениями о выполнении квестов.

Скрытое задание «Эстафета» >Подробнее… Условия задания: узнайте о своем игровом аватаре и судьбе прежнего владельца. Награда: опыт, цепочка заданий «Сано». Главное сюжетное задание скрытой цепочки «Яна Суханова» >Подробнее… Условия задания: завершите цепь сюжетных заданий. Награда: +6 свободных очков характеристик, опыт.

      Безжизненное голубое свечение всплывших табличек, которые показали по одному мысленному приказу сухую информацию, вызвало острый приступ боли в деснах.       В голове у Яны шаром покати. На грудь навалилась ледяная волна пугающего спокойствия, а в висках пульсировал один единственный вопрос.       Что ей, черт возьми, вообще думать?