ID работы: 12219092

Душа Ёнвана

Слэш
NC-17
Завершён
174
автор
Raven Pride бета
Размер:
24 страницы, 9 частей
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
174 Нравится 37 Отзывы 99 В сборник Скачать

Часть 4. Выживший затонувший

Настройки текста

***

Сокджин беспокойно вертит головой из стороны в сторону, разметав на ложе волны тёмных волос с едва секущимися концами, тревожа разум полусонного Намджуна бессвязными тихими речами, более похожими на бормотание молитвы старшими поколениями поселения в голодный до урожая зерновых год в чистом поле под светом серебряной луны. Предрассветная синева пишет гуашью утончённые черты лица юноши, лежащего под тонкой простынёй в смятенье. Намджун любовно прикладывается губами ко лбу меж сведённых бровей в успокоении. Подбородок, поросший неравномерной сетью щетины, щекочут трепещущие длинные ресницы. Сокджину снится белая холодная смерть, омытая водами солёного моря. Воды те чужие, и соль та не морская вовсе, а жгучая, словно настой перца и рисового уксуса. Она от горячих слёз, льющихся дорожками из уголков глаз в ушные раковины, преодолевая пряди чёрных, будто бы небо в безлунную ночь, волос на висках. Он тонет в море. Однако, в море с проклятым им Божеством, восседающим на троне, прикованном ко дну подле коралловых рифов с известковой коркой водорослей, он тонет лишь во сне. В живое время суток (ведь сон – младший брат смерти) он погребён под толщей плещущихся через край морали и благочестия волн эмоционального страдания по канувшему вместо него в мир карпа и косатки Чимину.

***

— Ну вот, я же говорил тебе, что могу съесть даже больше мисок кимчи, чем ты! — Тэхён тёмно-синей полосой рукава утирает соусные усы, так позабавившие Чимина. — Я принимаю поражение, однако имей в виду, что впредь я не намереваюсь более сдаваться так просто, — юнец человеческий лохмочет короткие пряди непривычного ныне светлого оттенка. — Страшно представить, какие ещё у тебя есть таланты, и чем ещё ты тут на дне морском занимаешься. — То, что ты настойчив, заметили даже хёны, — Тэхён с великими усилиями поднимается от щедро уставленного дорогой посудой стола на ноги, драматично придерживая область набитого желудка ладонью. — А вот меня бояться напротив нечего, как и Хосок-хёна впрочем. Он один из самых добрейших существ в подводных просторах. Лично мне кажется, что и в надводных тоже! — Хосок-хён? — Чимин, отстраняясь от трапезы, вопрошает не без удивления. — Это тот, который линяет, как соседский кот по заморозкам? Аджума из-за белой шерсти его Творожком назвала. — Ты только что сравнил короля всех драконов с питомцем соседской аджумы? — Тэхён спотыкается об собственную ногу, поспешно выброшенную вперед в вальяжной походке. — Если бы тебя слышал сейчас любой челядинец, забыть тебе о кимчи и спокойствии. С Хосок-хёном фамильярно смеет общаться лишь кучка высокопоставленных членов королевского двора и сам Бог Моря. — Ну вот, частично я не солгал, ведь дракон, пусть и верховный, сойдёт за зверушку вашего этого Бога Морского, да и чешуйки у него такие забавные, — не успел юнец и слово домолвить, как был прижат сильной рукой к стене спину холодящей шершавой поверхностью. — Не смей разбрасываться впредь такими гадкими словами, потомок человечий, — взгляд служителя походил на водовороты, топящие судёнышко с душой Чимина, потому как тот и вовсе забыл, что обронил её давеча. — Таким, как ты, невеждам, надлежит о великом драконе Пэннён, хранителе Западного побережья, не говорить дурное, ибо я лично могу снести тебе за это голову. Не забывай, где ты находишься. Он правитель всех правителей моря и ближайший подданный Владыки, а ты всего лишь смертный человек. Потомок этот несчастный, к стене притеснённый, уставился на водного духа поражённый его мгновенной собранности и смущённый стыдом тягучим. Негоже ведь в гостях вести себя опрометчиво и болтать лишнего этим божеским прихвостням. Тем временем, вмиг ставший серьёзным, служитель двора отпускать дрожащее человечье тельце не собирался. — Признаю свою ошибку, — Чимин слабо попытался улыбнуться, попутно осмысляя, что в первый же день его пылкая натура ввязалась в конфликт с самым дружелюбным из тройки давеча увиденных в стенах придворных. — Сетую, что вновь могу тебя прогневать, но всё же имею смелость поинтересоваться, кем приходишься морскому Богу ты сам? Тэхён (возможно даже не театрально) закатил глаза. Ей богу, его этот представитель рода человеческого сведет с ума. Что же будет, коль действительно отвести его к Всевышнему? Что же будет?... — Я ёнгун-тэгам Ким Тэхён, верный служитель при дворе Бога Моря, — дух отступил на шаг назад и, положа руку на сердце, вещал. — В настоящее время нахожусь на службе в комплексе покоев Ёнвана, Белого Дракона. Всевышний пожаловал мне разрешение находиться подле Хосок-хёна, зная о моих чувствах. Наш государь мудр и силён, от него невозможно скрыть истину. — Чувства? — юноша потупил взгляд, затем озираясь по сторонам. — Ты и Хосок-хён?.. Прости за то, что болтал о нём ересь. Мне жаль. — В следующий раз будь учтивее, и, кстати, не забудь поклониться ему и второму господину при встрече, — сановник с любопытством наблюдал за ахнувшим Чимином, прикрывшим уста ладошкой. — Манеры иной раз спасают жизни. — О, второй ворчливый господин, — мальчишка встрепенулся, вспоминая шаркающую походку и хрипловатый голос. — Он тоже служит белому дракону? — Господин Мин? — дух схватился за голубой пояс с кисточками на концах, подвязывающий ханбок. — Он тоже служитель, однако священный ёнгун-тэнсин. — Почему у него другое звание? — Чимин искренне подивился тому, как быстро Тэхён почести пробормотал. — Он и тебе подчиняется? — Ёнгуны равные по полномочиям чины, — Тэхён в очередной раз одёрнул любопытного юнца. — Не бери в голову. Тебе следует ознакомиться с иными обителями придворных покоев, дабы соблюдать манеры со всеми, до встречи с Богом Моря, коли уж требуешь тебя к нему вскоре отвести. В каждом дворце есть правила, и их надобно знать. Во дворце Всевышнего их незнание тебя погубит. В каждом дворце у стен есть глаза и уши. Во дворце Всевышнего Бога Моря это его собственные. Он знает о каждом шаге своих подчинённых и даже знает, какой их шаг будет следующим. Многие века подряд ему ведомы мысли всех подводных существ. Вопреки своему могуществу, наземных он слышит лишь через молитвы или речи проклятья. Восседая на золотом троне в чёрных одеждах, по шёлку которых струятся белоснежные локоны, Бог Моря видит будущее каждого члена придворных династий водяных духов мульквисинов, змеев имуги и даже нынешних четырёх главных драконов трёх сторон света. Голова Бога, увенчанная золотой заколкой ёнджам полна дум о тяжком бремени рода человеческого, что не смыслит в молитве ничего и посылает на смерть верную простых юношей и девушек, именуя свою глупость обрядами во имя примирения с морским владыкой. Его глаза, словно морионы, подобны тем хмурым хрустальным минералам, внимают зрелищам, кои простой мульквисин вовек не увидит. Он видит не просто будущее. Известна ему и история писанная богиней судьбы Геймучжанг-эгия для мальчишки, добровольно обронившего душу ради счастья других. Впрочем, в сём произведении всё же найдётся и то, о чём не ведает даже несравненный Ёнван, ведь у Геймучжанг-эгия и для него найдётся пара лишних страниц в книге с золотой закладкой, лежащей аккурат меж страницами со строкой о прибытии во владения Бога Моря юноши человеческого, и писанием о драконах, летающих в небесах.
Примечания:
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.