Доигрался

Казалось, что парам не будет и конца. А вед это шла только вторая пара у Какаши, которые всегда шли нудные лекции, а еще масло в огонь подливало то, что он может на половине своего рассказа залезть в очередную книгу и читать ее до самого звонка. Последний урок вообще никогда не длился быстро ведь это — химия. Преподаватель Анко-сан рассказывала с таким усердием и пугающим интересом, что иногда ты не понимаешь, кто ты: простой ученик школы-лицея или доктор биохимических наук. Но еще самое страшное она заболела. Вместо нее был Орочимару — самый ужасный из всех. Всякие колбочки, эксперименты, «змеиного Санина», как многие его прозвали в честь частых плевков во время лекций — не было. Были сухие лекции без деталей. Данный мужчина всегда дает самостоятельную на следующею пару. Ему все равно, когда она будет: завтра, через три дня, через неделю, через год. Он задаст самостоятельную. Что случилось и в этот раз, хотя даже никого не предупредил. — Сядьте, — быстрым шагом направляясь к учительскому столу, произнёс мужчина лет сорока, сорока-пяти. Длинные, распущенные черные волосы, бледное, почти белое лицо, глаза, хищно стреляющие в ребят, подведены сиреневым карандашом, — Я Орочимару, ваш новый учитель по химии. — А где Анко-сан? — донеслось откуда-то с первых парт. — Ваш старый учитель приболела, надеюсь не заразилась от вас всех тупизмом, — с едкой улыбочкой сказал «Санин». Улавливая нестройный гул недовольных голосов. — Сегодня не будет лабораторной работы, — улавливая намек, класс, осторожно отодвинул склянки, на край парты, — Начнем урок… С самостоятельной! Последний урок они просидели как на пороховой бочке, новый учитель был настоящим извергом, прожигал своим хищным взглядом, смельчаков решивших привлечь на его «самом важном» уроке.

…

— Проверю завтра и раздам листки. Самостоятельная так же завтра по сегодняшней теме, — довольно хватив стопку листков, преподаватель поцокал своими ботинками по коридору. — Вот дрянь, — громко выругалась Сакура. — Хоть бы дал отдохнуть… Сегодня праздник как бы. — Кто сегодня дежурный? — спросил Киба, сладко подтягиваясь — за три пары он успел выспаться. — Наруто и ты, — Сакура быстро ответила и следом со всеми убегала от страшного места. Темные занавески, парты, стулья, шкафчики с прозрачными дверцами, различные колбочки, склянки, щипчики, все это на данный момент гремело как никогда. Стоящий гомон только удивлял новых учеников школы, в отличие от Анко, Орочимару, никогда не любил весь этот фарс, по его мнению, и простой теории будет достаточно, кому надо тот поймет. Но, увы, не понимал никто. Пока все уже убежали с радостными воплями: «домой!», Наруто и еще несколько людей с его лицея отправились на подработку.

…

— Привет, — заметив одну блондинистую голову, сказал его коллега по работе на сегодня. Суигетсу, местный бабник, беловолосый альфа с малиновыми глазами и острыми зубами, у его семьи это считалось родимого пятна, которое передавалось от альфы к альфе. У омег же передавался рыжий цвет волос. Так это или нет, Наруто не знал, все это говорил сам альфа. — Привет, — надевая поверх одежды форму, отозвался Наруто. — Сегодня Сая заменяешь? — Как видишь, — съязвил блондин. — А у него что случилось?! — спросил уже другой коллега, складывая очередной заказ в сумку. Он здесь недавно, так что его имя никто, пожалуй, кроме управляющего, который принимал его на работу, никто и не запомнил. И то этот факт под сомнением. — На свидание идёт, а главное с кем не сказал, — досадливо протянул «лис». — У нас заказ на улице Коноха! Прекращайте чесать языком, и быстро за работу, — рыком издался женский, грубый голос. Носителем голоса была Карин Хозуки, сестра Суингетсу, а так же обладательница мифа о рыжих волосах с ярко малиновыми волосами, которые всегда были недовольные. — Вот вечно она…- закатил глаза Хоузуки-старший. — Да ладно тебе, — давя подбадривающую улыбку, сказал новенький. — Она всегда командует, не давая даже насладиться сладким моментом полного одиночества, — с более поникшим голос продолжил альфа. Дальнейший их разговор Намикадзе уже не слушал, направляясь по указанному номеру.

…

Смена была тяжелой, под конец дня голубоглазый уже валился с ног. Бегать до метро и обратно, это вам не на кухне работать, где тепло, вкусно пахнет и есть с кем поболтать. Узумаки успокаивал себя тем, что скоро он пройдет в общежитие, завалиться на кровать, и будет спать без задних ног. Перед этим стараясь выучить всю химию за ночь. Заходя в очередной подъезд новой многоэтажки, размышлял об этом всем Наруто. Вот он уже по подъезду заходит в прозрачный лифт, нажимая на заветную кнопочку семнадцатого этажа. Затем лифт поднимался мучительно долго, особенно, когда тебя ждёт недовольный контролер в лицее, который может быть не в духе и не впустить тебя. Ну подумаешь, опоздает на пару минут, но за эти пару минут он может остаться ночевать на улице. Но он, то знает, что бабулька Чиё, никогда не закроет дверь пока все ученики не дойдут до своих комнат. Выходя из лифта, парень чуть ли не бегом доходит до нужной квартиры, и после того как поставил сумку на пол, позвонил в звонок. Долго ждать не пришлось, и дверь открыл… уже знакомый незнакомец или уже знакомец, которого уж точно не ожидал он увидеть — Здравствуйте, вот ваш заказ, оплата по карте или наличными, — давя улыбку в уже больных щеках, Наруто протягивает место для чека. — А сейчас ты другой, не то что утром, — ухмыляясь, произносит Учиха, параллельно с этим доставая кошелек, — оплата наличными. — Спасибо, — немного помявшись на месте начал блондин, — утром я просто телефон потерял, и… и вообще ты мне нос разбил! И этикет ты не знаешь, что самое ужасное — под конец предложения, Узумаки сходится на возмущенный вскрик. — Прости. В следующие разы буду изучать ходьбу как военный на полку, — Мадара коснулся кисти омеги и слегка провел своими пальцами. — Ты ещё долго работать будешь? — Это последний заказ, — задумчиво произносит голубоглазый слегка с румянцам. — Тогда, может, составишь мне компанию? — ухмылка так и не сходила с его лица. — Мы знакомы всего восемь часов, а ты уже зовешь на свидание? Может и кольцо в кармане есть? — Для тебя найдется, а еще найдется хорошее вино, На-ру-то, — когда альфа произнес имя курьера, сердце второго создало радостный кульбит, а румянец стал еще видней. — Да и вообще, не восемь часов, а десять, а это между прочим уже половина суток. — Звучит заманчиво, — поддерживая его игру, сказал Наруто, уже снимая верхнюю одежду униформы.