Восставшие против смерти

- Меня подожди, - резко, в голос произнесла Маша и понеслась догонять девушку, вышедшую из полукруга общежития — форма здания с прямыми углами. Этери даже не удостоила подругу взглядом и всё озиралась по сторонам, изредка вглядываясь периферическим зрением в приближающийся женский силуэт. - Повязка постепенно наливается кровью, — девушка повернула голову и осторожно обхватила место раны пальцами. - Чувствуешь лёгкое головокружение или головную боль? - Немного, - отчуждённо отозвалась волшебница, предчувствуя скорое наличие сказанных симптомов. - Ты обо мне заботишься? - Люблю тебя, дурочку, вот и забочусь. - отшутилась Этери и приобняла ту за другое плечо, стараясь не задевать больное. Маша моментально ощутила прилив смятения и нежности, что ярко выражалось в бледно-розовых румянах на щеках. - Да не в том смысле, извращенка. А ещё на меня кликать потом будешь. - отголосок заботы растаял в воздухе, будто его и не существовало. На замену ему пришёл очередной стёб и вернувшейся в обязательном порядке момент язвительности. С крайне подстёгивающим кому-то обильно надрать тощую задницу акцентом завершила свою реплику девушка и, если бы можно было пользоваться в полном размере исчезнувшей магией, она бы очутилась в удушьях магических пут, осознанно созданных обладательницей несколько натирающих очков. - Не испытывай моё терпение, - процедила сквозь зубы земляная, закапывая заживо в недры души ярость, бушующую ярость. - Тогда удаляюсь, адьйос амигос, - профессор шутливо отсалютовала двумя пальцами и уже по привычке подбросила вверх нож. Тот совершил несколько сальто и остановился в положении лезвием вниз с сжатой рукояткой в пальцах. Она размеренной походкой и, немного виляя бёдрами при ходьбе, лавировала между протухшими органами магов, оторванных голов с застывшим навеки мгновением ужаса, множеством не самых приятных вещей даже для того, чтобы подумать или просто произнести вслух. Маша из-под прикрытых глаз наблюдала за уходящей фигурой и всё никак гордость не позволяла просто отпустить ситуацию, смириться и идти дальше за ней в поисках очередных рисковых приключений. Всё-таки обречённо выдохнула, с презрением фыркнула и двинулась в путь, как где-то в стороне общежития послышались ясно различимые шорохи и чавканье. Видно, проголодались твари и кого-то уже уже успели пришить, теперь радуются и пируют во всю. Предполагаемые в сознании мысли чуть непроизвольно не повлекли за собой рвотный рефлекс, пока волшебница не поняла, что находится не в лучшем положении бездействовать и стоять посреди дороги, думая о каких-то проблесках гордости в поведении и правоте своих слов. Им бы сначала выжить здесь и не стать обедом для прожорливых и вездесущих зомби. Вот главная задача. Им бы ещё сначала научится не блевать только при одном запахе тухлятины или человечины. Земляная поспешила за Этери и устала принимать тот факт, что теперь её верная, колкая на любое высказывание подруга будет вместе с ней сражаться бок о бок и не забывать упустить изменённой на свой лад шутки. В упрямости и храбрости ей не уступишь, но не серьёзное отношение к ситуации и нахождение времени для едкого диалога её выбешивало по-страшному. Она привыкла даже на проектах у профессоров слаженно работать в команде с такими же уравновешенными, спокойными и умными студентами, где запланирована дата и место встречи, где соблюдается пунктуальность и придерживание именно плана работы без отвлечений на реальную жизнь. Помня истории из юности Этери, она тоже здесь обучалась и простодушно относилась к учёбе в колледже, словно результаты и сессии у неё совсем не вызывали никаких эмоций, кроме полного равнодушия. Девушка ничего не заучивала, не сидела ночью с кучей учебников, не делала домашние задания, часто пропускала пары под предлогом болезни. Но, делала всё умело и аккуратно. Она знала какие пары можно пропускать, на каких лучше оставаться и сидеть, скучать, на каких можно не готовится никак, а к другим искать индивидуальный подход. Получала хорошие оценки, при этом не напрягаясь, и выпустилась спокойно. Её любимый метод сдачи — ничего не учить, сделать все приметы на удачу, что-то перед экзаменом повторить у друзей и выйти из аудитории с зачётом. Главное — уверенное лицо, умение импровизировать и выкручиваться из ситуации. Азы слишком просты и доступны для любого. Сама Маша не могла представить этого и скрывала удивление за зевотой. Этери не то чтобы торопилась идти, не то чтобы слишком медленно и осторожно передвигалась вперёд. Это что-то нейтральное между ними. Зомби их в упор не видят и они спокойно обходят ходящих трупов, стараясь не задеть ни одного и не издавая посторонние звуки. Маша благополучно забывает про прежнее и сосредоточенно нагоняет проводника. В плече боль усиливается и пускает тонкие корни по всему телу. Саднящие импульсы ударяются в голову и волшебница сдержанно делает выдох вместо шипения, чем могла бы привлечь внимание. Мальдевран бесшумно выныривает из омута в хаотичном порядке разбросанных зомби и вскидывает брови к верху, губы слегка приоткрытые и распухшие от частых покусываний, глаза наливаются паникой, отчаянно глушимой разумом. Буквально в паре метров от девушки выходит тот самый особый вид мутации, который всего раз смогла изучить внешне Маша и оставить не совсем чёткий и проработанный до мелочей скетч на хрустящем желтоватом куске бумаги. Явное отличие от стандартных зомби — вывернутые наизнанку органы, чересчур плотное телосложение и постоянное дрожание всей мёртвой тушей. Маша аккуратно подобралась со спины к Этери и мягко накрыла ладонью рот, наклоняясь над ухом. - Без звуков стоим. Уходит — идём. - Мальдевран непроизвольно поёжилась от внезапной близости между ними и ощутила довольно разгорячённое и неравномерное дыхание подруги. В ответ она лишь слегка качнула головой и попыталась обезоружить приступ паники мыслями о Варе. Её пугливая, маленькая и беззащитная ласточка. Она не позволит никому дотрагиваться до неё. Она не позволит себе глупыми переживаниями отправить их на тот свет и не встретить её. Вроде полегчало. Тот ещё недолго постоял у угла здания и ушёл в обратном направлении. Маша цепким и сосредоточенным взором водила по окружающей их обстановке и вылавливала буквально любой неосторожный и громкий, либо почти бесшумный и быстрый шаг в их сторону. Этери отпустило и она заметно ободрилась, только глаза ненароком попали вновь на рану подруги. Та жутко беспокоилась о ней, хоть и профессионально скрывала своеобразную заботу за задевающими шутками и вечной самоуверенностью. Словами не описать, как девушка боялась потерять кого-нибудь из близких. Машу, Варю, Влада, Снежку. За всё время проведённое с ними так привязалась, что если что-нибудь случится с ними, себе не простит и теми самыми нитями сделает себе петлю, как смертный приговор. Волшебница только чуть поморщилась от внезапной нахлынувшей волны боли и вновь спрятала истинные эмоции за маской. Ломающий этап избытка волнения, сомнений, беспокойства и мягкотелости, можно было объединить одним словом — слабостью. Девушка сама понимала, что отступление от лично принятых решений и обращение внимания на сентиментальность не в её репертуаре, поэтому она успокоила себя единственным фактом: ничего стоящего не может случится в кабинете у Кривозуба. Они просто осмотрят его и свалят к Мерлину подальше — в убежище. Профессор уверенно и свободно двигалась по коридорам колледжа, так как знала его как свои пять пальцев. Маша тихо завидовала подруге о достаточно крепкой силе духа и практически непрерываемому трезвому подходу к разному роду опасности ситуаций. Знала бы она, чего это стоит. Этери помнила как пару раз заходила к Кривозубу, не по собственной воле, конечно. Единожды, по просьбе Вась-Вась отнести её правой руке документы предельной важности. Не смотря на это, девушка хорошо знала, где кабинет, благодаря дружбе с его племянником — Игорем. Славный малый, недавно закончил обучение в заграничной академии и приехал сюда подрабатывать стажёром. Игорь отличался от остальных представителей мужского пола необыкновенной внешностью, такой притягивающей, что отбоя от девушек у него не было с самого начала пребывания в колледже. Он разделил первое место по внешней красоте с Владиславом Владимировичем. И, по умоляющей просьбе друга, Этери стала его «девушкой». Она не испытывала к нему ничего кроме дружеской симпатии, просто не могла устоять перед ангельскими глазами парня. Вскоре в школе расползлись слухи, что новенький красавчик закрутил роман с профессором, если быть мягкой по сравнению с тем, что распускала на самом деле главная стерва всего корпуса — Любава. Все студенты, начиная с младших курсов, заканчивая старшими, знали про природу дочери директрисы и любовь к созданию искажённых донельзя слухов, напоминающих бессмысленный, выдуманный бред. Ей никто не поверил и репутация профессора осталась на прежнем месте, что злило её по сей день. Только слишком много магов узнали про псевдо-отношения между ними и, бесспорно, не обошлось без косых взглядов и исключительной женской ненависти, что даже врагу не пожелаешь испытать на себе. Безупречный план двоих друзей сработал как швейцарские часы, незамедлительно и гладко, что постепенно горящий интерес у студенток начал пропадать, а тем оставалось подкреплять их «отношения» до поры до времени. Видно, это пора уже давно наступила. Этери больше не желала углубляться в былые дни, ведь воспоминания режуще саднили в висках. Боль усиливалась, если проскакивала мысль о том, что Игорь обратился, как и остальные. Глаза предательски щипало, нижняя губа дрожала. Та вытерла чистой частью рукава даже не успевшие коснуться нежной кожи щёк струйки, губу сдавила челюстями, подавляя подступившие эмоции. Маша ничего не заметила и она сделала вид, что ничего не было. Стараясь забыться и подарить всю серьёзность делу, профессор даже не заметила как они очутились около прикрытой двери кабинета Кривозуба и волшебница завела руку за спину, поворачивая голову к девушке и махая ей в знак наступления. Им нужно удостовериться, что никого нет в кабинете. Она нервозно сжала рукоятку подвешенного на ремне ножа и ответила простым кивком головы, прежде чем женская рука медленно толкнула входную дверь и в следствие за протяжным, бесшумным выдохом прошла в комнату. Передвижение неспешное, взгляды анализирующие и томные, дверь отворилась перед ними без нудных скрипов и открыла взор на рабочее место заместителя директрисы и профессора по зельеваренью. Резво бросающихся черт здесь не существовало: блёклые салатовые обои; дубовый шкаф, где на каждой полке присутствовали заполненные папки всякими документами, тетради разных курсов, учебники, либо книги, взятые на время из библиотеки; стол, с попадающимися на глаза глубокими царапинами и разодранным портретом важного человека в жизни Кривозуба; скинут и разбит ноутбук, разбросаны по полу некоторые листы, перемешанные с вырванными страницами старинных фолиантов. В этом месте царит полный хаос и наводит на мысль, что профессор давно скрылся из своего кабинета, как только здесь побывали твари. За неимением ничего девушка облегчённо расцепила пальцы вокруг рукоятки и чуть-чуть расслабила напряжённые мышцы, волшебница опустила руку и глубоко вдохнула, успокаивая учащённое сердцебиение. Постепенно ребята начали приступать к разбору всей территории на наличие заветного ключа, как Этери под действием обострённого нюха из-за бурлящего в венах адреналина различила едва слышимый шорох половиц и обернулась. Это был… Кривозуб. Живой и полный сил. В слегка порванной рубашке с проступками крови, помятых штанах и перевязанном на поясе пиджаке. Суженные глаза, в которых проблёскивала злость наедине с обречённостью и добавлением — болью; оскал из слегка желтоватых зубов и книга, с следами от ногтей. Маша беззвучно рухнула на паркет, смягчая удар головы руками, и распласталась без сознания. Этот урод оглушил её. Не успела Этери и предпринять что-нибудь, как рядом с ней оказался он и огрел по виску тем же увесистым фолиантом. Она резко погрузилась в небытие и в глазах моментально потемнело. Последнее, что она разобрала ещё в здравом сознании, как Кривозуб схватил её за ногу и куда-то потащил. После чего её мозг отключился и девушка окончательно провалилась в болезненную дрёму. Очнулась профессор прикованной к батарее — руки подняты над головой и перевязаны верёвкой — и недовольно зашипела, ощущая пульсирующую в районе затылка боль, растекающуюся по всему телу, и сильный звон в ушах из-за чего, она не могла разобрать никаких звуков. Этери начала разминать шею и послышался отчётливый хруст костей, после чего в голову не отдавалось каждое движение мимолётной прорезью боли. Она бегло осматривала кабинет до сих пор фокусирующимся взором. Особо ничего нового, за исключением двух новых пленниц у Кривозуба. Повернулась, как могла, и приметила ещё отключённую подругу, а с раненного плеча медленно стекала кровь. « Пиздец, ещё этого не хватало. Сколько мы здесь пролежали? Час? Два? А может целый день? Кто же мог подумать, что Кривозуб жив и все события так негативно повлияют на его психику? - сколько вопросов вертелось в голове, но ответов не находилось. Руки отозвались по всему телу неприятной конвульсией и девушка закусила губу. - Что-то мне это напоминает. Неужели, дежавю? Только Маша в образе белого рыцаря на коне на помощь не прискачет. - саркастично подытожила Этери и принялась ёрзать на месте, пытаясь выпутаться из лиан упругой верёвки.» Неожиданно в комнату вошёл заместитель. И её поверг дикий ужас. В тех нескольких секундах, когда дверь приходилась открытой, девушка заметила блестящие в полумраке глаза и вязкую слюну, стекающую из-за рта зомби. Во рту покоилась обгрызенная человеческая кость с кусочками затвердевшего мяса. Растрёпанные белобрысые волосы, милые веснушки на под глазами и родинка на подбородке. У Этери не имелось сомнений. Игорь…

***

Влад туго наматывал бинты на ладони и глаза сверкнули в лёгком полумраке неоновой вспышкой. Металл приятно холодил кожу и в нос ударял каждый раз едкий запах гнилья, исходящий из зала. Снежка дремала на матрасе и бывало дрыгалась всем телом, но мгновенно прекращала, чувствуя вблизи человеческое тепло другого тела. Она спала в обнимку с Алёнкой на матрасе, погружённая в вечерние кошмары. Как же бы он был бы рад, если бы их нынешнее положение оказалось тем самым кошмаром и для того, чтобы всё прекратилось, нужно было бы просто заставить себя проснуться. Влад в шутку ущипнул себя за руку и только покачал головой, горько усмехаясь над собственными абсурдными мыслями. В зале ночью становится довольно холодно и ходить в одном спортивном костюме на голое тело не вариант, тем более кому-то не хватало схватить простуду или любую другую болезнь, поэтому он решил сбегать в общежитие. Одежда, одеяла, подушки, еда. Всё что найдёт может пригодиться. Парень не хотел по лишнему поводу беспокоить девчонок, ведь им нужно всем набираться сил. Их истощали с последующими днями происходящие события всё больше и больше. Восстановление в виде сна являлось неотъемлемой частью. Он и сам был бы рад завалиться на матрас и уснуть до утра, только раньше намеченные намерения не давали покоя да и Влад ненавидел откладывать дела на потом. Он бесшумно встал на ноги и подошёл к своеобразному лежаку, где мирно сопели две его подруги. Алёна старалась держаться на позитиве, как всегда, но насколько её такую хватит? Курносый нос во сне смешно подрагивал, словно у напуганного кролика, от чего мужские губы расплылись в широкой, добродушной улыбке. Рыжова часто напоминала ему погибшую ещё в его детстве младшую сестру. Василису. Влад часто проводил с ней время и отдавал всего себя, получая взамен заботу и сестринскую любовь, чего ему так не хватало от родителей. Энергичное, лучезарное и наивное солнышко. Лишь она помогала ему верить, что в жестоком мире есть место доброте и любви. Чёрные, будто непроглядная мгла ночи, волосы струились по аккуратным плечам и глубокие небесные глаза. Маленькая копия Влада. Кто же мог подумать, что совсем скоро он будет стоять на могиле своей покойной сестры и весь свет утратится в нём на века. Ей было всего тринадцать лет. Как же жизнь несправедливо расправилась с ней. Василиса болела туберкулёзом. Влад настолько нырнул с головой в воспоминания, что не заметил, как присел на корточки и в глазах застыли бусинки слёз. По бледной коже пробежала одинокая дорожка солоноватой жидкости и тот сразу утёр рукавом мокроту с щеки. Приподнялся на руках и оставил невесомый поцелуй на носу Алёны. Тихо шмыгнул носом и устремил взгляд в окно, оценил время до захода солнца. «Успею, - молниеносно пронеслось в сознание слово и Влад мысленно ухмыльнулся.» - Я обещаю, что вернусь, рыжик. - он аккуратно коснулся рыжих волос и пропустил через них пальцы. Сразу повеяло запахом цитрусов. Больше не промолвив ни слова, парень проскользнул в зал и без шума переместился к выходу из обляпанного кровавыми следами помещения. Особо терять время ему не хотелось и там зомби мало ходило, поэтому он спокойно преодолел первую помеху на его пути. Умело обходя живых мертвецов, Влад мирно пересёк лестницу и вышел через парадный вход на улицу. Открытое пространство, но слишком мало мест для укрытия. Границы щита всё также подавали признаки жизни слабым мерцанием в воздухе смешанного оттенка между золотым и фиолетовым. Тот кафетерий, где они встретили волну апокалипсиса, также твёрдо стоял на земле и внутри пошатываясь передвигались зомби. Изредка в воздухе замирало на несколько секунд дикое завывание тварей, перекликающихся между собой. Некоторые с оторванными ногами активно ползали и их трухлявые головы лопались как шарики под давлением идущих собратьев, сопровождаемые оглушительным скулежом. Единственные выжившие среди мертвецов, сколько им ещё осталось ходить так? Влад сторонился буквально любого представителя тварей и часто для сохранения спокойствия прятался за всякими баррикадами, не давая заметить себя и чтобы заодно перевести дух для лучшего рационального мышления. Вскоре он добрался до общежития и без проблем проник внутрь через разбитые двери, хоть осколки бывало впивалась в его кроссовки, что провоцировало лёгкую боль, прогоняемую по всему телу. В коридоре его встретила подозрительная тишина и абсолютное убранство, будто вовсе ничего не происходило и студенты продолжают общаться, учится и жить. Ни луж крови, ни органов, ни трупов, ни зомби. Ничего. В связи с обстоятельствами он мог подогнать только одну логичную версию происходящего. Тут кто-то есть, и скорее всего целая банда. Неожиданно его привлёк достаточно любопытный предмет. Парень подбежал к тому месту и удивлённо охнул, не веря своим глазам. Настоящая рация. Он быстро поднял её с пола и осмотрел всю вдоль и поперёк. Слегка пыльная и несколько вмятин наблюдается. Значит какой-нибудь выживший уронил её здесь. Влад ликовал про себя. Есть надежда на то, что Этери, Маша, Варя живы. Есть надежда на то, что кто-то ещё может к ним присоединится. Есть надежда на то, что они скоро смогут найти выход из сущего ада. - Идём дальше, - прошептал учитель, выходя из поворота и направляясь к первой комнате на его пути. Шестое чувство настораживало и остерегало от беды. Лучше заговори тихо, мало ли кто здесь проживает. Ты не можешь быть уверен, что все адекватные и захотят тебе помогать после случившегося. Он это прекрасно понимал и учёл. Парень рылся в шкафах, проверяя каждую вещь. Влад не думал, что ему однажды пригодятся знания из их походов по торговым центрам. Он всегда за ними присматривал и защищал от любой напасти, что часто делала и Этери, только уже прикрывая все задницы, включая его. Женский коллектив часто любил покупать новые шмотки и торчать только в одном магазине по два часа минимум, не уходили без исключительной вещи в их гардероб. Всех подначивала Варя, Этери поддерживала и Владу оставалось молча кивнуть головой. Так как Влад почти всегда оценивал их наряды по достойным и известным только ему критериям, ему не составило труда запомнить размеры буквально любой девушки в их компании, поэтому наученный своим опытом, он отбирал удобную и практичную для них одежду. Ему посчастливилось найти несколько пар перчаток без пальцев, чистые бинты и тряпки для перевязки, даже небольшой плед. Множество побрякушек, еды, записок встречалось ему по пути. Комнаты однотипные и неинтересные. Вскоре рюкзак был набит до отказа и Влад решил пойти в следующий заход завтра, ведь на улице стремительно темнело и не оставалось почти солнечных лучей, заглядывающих в окна. В помещениях царил небезопасный беспорядок и полумрак, мешающий полностью осматривать территорию, но последняя по его решению комната добавила в его копилку эмоций, только страх и предрасположенность к моментальным действиям для побега в случае чего. Парень устало выдохнул и принялся переворачивать содержимое шкафа. Не смотря на то, что Влад был погружён полностью в дело, он до сих пор приходился чутким и падким на малейший шорох в комнате. Влад резко прекратил какие-либо действия и просто замер на месте, осторожно поворачивая голову в бок. Только не это. Сзади него медленно и беззвучно двигалась белая как снег тварь, которая переменами открывала рот и открывала вид на острые как бритва клыки. Пустые зрачки бегло пробегались по всему периметру и тонкие конечности осторожно ступали на ковёр. Не подчиняемый сознанию испуг сковал любые махинации телом и он будто наблюдал сонный паралич, как к нему подкрадывается зомби. Влад включил мозг и начал анализировать всю ситуацию в целом: путь побега перекрыт мёртвой ходящей тушей. Нужно временное убежище, пока тварь не убежит или её не убьют. С добычей она вряд ли прощаться захочет, остаётся вариант — убить. Лезть с кастетами на прожорливого мертвеца тоже самое, что бросится под машину в надежде, что та остановится посреди проезжей части. Смерть всё равно обеспечена. Куда можно нырнуть и придумать дальнейший план действий. «Шкаф. Бредовая идея. Под кровать. Абсурд. Открыта ванная. Там наверняка есть щеколда, что ненадолго его удержит. И подручные предметы в виде бритвы. - взгляд небесных омутов несколько помутнел от всепоглощающей паники и очень быстро перемещался от одного места к другому. - Времени нет. Выжидаем нужного момента.» Влад не подал виду, продолжал заниматься делом и боковым зрением следить за тварью. Вот оно пододвинулось, слегка оттопырило зад и завиляло им, готовясь к прыжку, вот оголило зубы и оттолкнулось от земли. Координация у него работала отменно. Парень в последнюю секунду успел отскочить от шкафа и мебель просто проломилась под грузом такой тощей на первой вид твари, если ещё добавить скорость и силу рассчитанного удара. Прокатится по полу не получилось бы из-за лежащего ковра и он увернулся в сторону, едва не теряя равновесие. Каждая секунда на счету. Он помчался к двери в ванной и успел захлопнуть дверь прямо перед носом мертвеца. Временная победа и фортуна пока на его стороне. Адреналин стремительно гоняло сердце по венам, которое отдавалось тяжёлыми и обжигающими ударами в висках, на лбу появилась испарина и по спине стекали горячие струи пота. Немного прояснённые и трезво видящие глаза упали на зажигалку с сигаретами, нагло оставленными на раковине. - Видно, кто-то слишком торопился, чтобы убрать их. И влетело же им по первое число за это. - Влад выдавил из себя подобие ухмылки, предаваясь воспоминаниям о нормальной и мирной жизни в бывшем колледже, и захватил к себе зажигалку. - Понадобится. - Единственное, что вымолвил он, прежде чем услышать достаточно сильный удар и треск хлипкой двери, являющейся одной преградой между хищником и его сытным обедом. - Сука, - сдавленно ругнулся и отбросил мокрые волосы назад. Слава Мерлину, она держится ещё, да и это не вечно. Необходим план. И побыстрей. Влад увидел женский антиперспирант и в полной неразберихе с кучей мыслей созрела удивительно простая и должно быть работающая тактика. Он так надеялся. Залез в ванную, переминаясь с ноги на ногу, и прикрыл рукой шторку, приготовляя мощное самодельное оружие. И вновь прошёлся по преграде между ними таранящий толчок, заставляющий прогнутся бедное дерево. Потом тишина. Давящая, непонятная, ложно обнадёживающая. И снова. В этот раз дверь впечаталась в стену, слетев с петель, и хлопок резанул по ушам так, что Влад едва не удержался, чтобы закрыть уши и, не дай Мерлин, не оглохнуть. Сквозь ткань он видел нечёткие очертания твари, крутящей голову в разные стороны и тихие клацанья челюстями. Была-не была. Парень без сомнений открыл шторку и сорвал её с нескольких петель, предоставляя глазам с резко уменьшенными зрачками небывалое зрелище на нечто, порождение, не знающее слово «смерть». Он никогда не находился в такой близи. Оно мгновенно повернуло голову и Влад нажал на кнопку, активирующее распыление и подставил зажигалку. Дикий визг заполонил всё общежитие. В течение полминуты учитель потоком огня палил зомби лицо и на чудо его барабанные перепонки не лопнули от избытка горловых и нечеловеческих криков, пока тварь не осела на пол, не перестала биться в конвульсиях, пока не склонила к полу лысую голову. Он постепенно выбрался и тогда его охватил дребезжащий в ушах ужас. Влад слышал буквально каждую деталь, каждый шорох. Их было немерено и все они неслись именно к нему. Не помня себя, парень лихо выпрыгнул из дверного проёма и почти напрямую столкнулся с целой ордой таких же зомби, кого пару минут он назад сразил своей остроумностью в двух смыслах. Припустил даже пуще, чем учитель по боевым искусствам обычно требовал от студентов в колледже и на изумление они его догоняли. «Какие же быстрые и ловкие, - мельком пронеслась мысль в сознании, словно её и не существовало.» Ему сыграло на руку, что он находился всё это время на первом этаже и спускаться по лестнице не пришлось. Как только Влад выбежал из-за угла, то чуть не поскользнулся на плитке, вместо этого, резко маневрируя и проезжая по гладкой поверхности пола, почти врезаясь в соседнюю стену. Парень в беге преодолел последние метры внутри здания выпрыгнул из него, уносясь прочь. Внезапно он обернулся и, не рассчитав силы, грохнулся на землю, падая на руки со спины. Тут же оба предплечья пронзила дикая боль и Влад поднял голову к небу, позволив с губ слететь только громкое шипение. На одной руке точно не обойдётся без огромного синяка, на правой проявилась глубокая рана, кровотачащая по-страшному. Рядом лежал камень, немного облитый кровью. Значит, он порезался. В эту же минуту из здания выскочили твари и понеслись к нему, но стоило им выйти на линию солнечного света, как остановились и мялись около проблеска, не находя решения добраться до еды. Бросив попытки, они унеслись обратно в общежитие и только пятки их сверкали. Влад наконец смог нормально отдышаться и достать рюкзак. Отправил бегунок вниз и нашёл чистую тряпку, после чего спонтанно наложил её и начал не совсем туго обматывать около раны. Поможет остановить кровь. - Пиздец, хотя бы просто раной и синяком отделался. Могло бы быть и хуже. - заключил в конце мини-приключения Влад и посмотрел на полотно природы, где уже сверкали звёзды и наступали сумерки с каждым часом всё сгущаясь и сгущаясь. - Нужно торопится, а то кусаки не смогут насытится только одними мыслями об ушедшей добыче. Он толком и не запоминал, как преодолел весь путь обратно и как не попался никому из мертвецов. Всё, что роилось в его голове: спать. Просто и непринуждённо коснуться головой матраса и забыться в царстве Морфея на долгие часы. Из последних сил и утомлённый как и физически, так и морально, Влад переступил порог подсобки, уже ставшей по-своему родной и привычной. Впервые он почувствовал лёгкий запах свежести, всё равно смешанный с гнильём, но хоть что-то. Оставив разгрузка рюкзака на потом, он бросил его в сторону, имеющимися медикаментами обработал рану и с свежими бинтами только удосужился достать из хранилища вещей с общежития тёплый плед и укрыл сопящих волшебниц для лучшего и глубоко сна. Влад тихо присел рядом и погладил плечо огненной, шумно выдыхая воздух и устремляя взгляд на уже практически ушедший закат, не играющий больше и не мешающий краски меж собой. - Пока я здесь, никто не посмеет тебе навредить. Хоть и я могу сорваться, но никому кроме себя не позволю такого. Как же мне хочется уберечь тебя от всего этого, рыжик, ты ещё слишком юна даже для одного вида убийств и смертей. Я так сильно боюсь тебя потерять, ты не представляешь. - Влад запнулся, не находя слов. Только один вид трупа с рыжими кудрями, обляпанными в грязи, и навсегда потеряющими огонёк жизни глаза его до жути пугал. Даже больше, чем бой один на один с зомби. Парень сглотнул колкий ком в горле и продолжил ещё более тише. - Я так сильно люблю тебя, рыжик. Я дорожу тобой больше всех на свете. Пообещай, не наделать глупостей, ладно? - вопрос, обращённый в тишину. Сонные женские губы, дрогнувшие в милой улыбке. Смягчённые черты лица и искренний взгляд голубых глаз. Застывшие в уголках слёзы. Скупая, одиночная дорожка катится и оседает на пол. В свете закатного солнца парень такой ранимый и уязвимый. Открытый и душевный. Кроме Алёны его никто не мог понять и развидеть в нём сгусток доброты. Благодаря ей Влад стал таким. Учитель аккуратно потянулся ко лбу Рыжовой и оставил нежное прикосновение губ. В последний раз поправил плед, проследовал к матрасу и бесшумно откинулся на мягкую поверхность. Перед глазами всплыл образ Этери. Мягкая улыбка, лучезарные янтарные омуты и струящиеся по плечам смольные волосы. Выдумка его бурных фантазий. Парень сам не осознавал, то ли она его лёгкая симпатия, то ли она его первая влюблённость. За столько лет почувствовать порхание бабочек в животе и тягучий прилив заботы, ласки. Глупое, одурманенно любовью сердце, не в правах слушать мозг и доверяет только собственным инстинктам. Этери. Только её имя вызывало в нём целый спектр эмоций: ревность, радость, страх, печаль. Передать это как-то словами — невозможно. Законспектировать на бумаге — невозможно. - Надеюсь, ты ещё жива, Маль. - Влад уже давно заметил, что при произношении вслух её имени или прозвища чуть сладостно становилось на языке, будто только что раскусил конфету и ощутил таяние начинки. Совсем скоро глаза начали слипаться и выровнялось дыхание. Глубокое, равномерное. Глаза застлала тёмная пелена и парень отключился от реальности.