Доверие.

Солнце слепило глаза, блики танцевали на окнах скоростного поезда наземного метро. И угораздило же мужчину использовать общественный транспорт в такой жаркий день. Ни вдохнуть, ни присесть, и куда все в такую жару. Беглым взглядом по толпе пассажиров, мужчина выцепил знакомое лицо. Да ладно? Тот самый неадекватный парень. Он спокойно стоял, не обращая внимания на окружающих, его глаза были прикрыты. Подбитая губа, небольшой синяк на щеке, похоже, он снова влез с кем-то в драку. Фэн Синь вздохнул и покачал головой. Он словит его на выходе, извинится, и на этом всё. Наконец его совесть будет чиста и он сможет перестать себя корить за произошедшее несколько дней назад. Хотя, было бы неплохо ещё стрясти с него часть суммы за причиненный ущерб заведению, которую с него вытянули при следующем посещении. Но вряд ли это закончится чем-то хорошим, поэтому об этом стоит забыть. Погруженный в свои мысли Фэн Синь едва не пропустил остановку парня, и выскочил из вагона в последний момент перед закрытием дверей. Растерявшись, он только спустя некоторое время нашёл в толпе быстро удаляющуюся фигуру. Пока бежал за ним, зацепил плечом прохожего и, когда уже обернулся обратно, то упустил из виду свою цель. Оказавшись на площади, Фэн Синь взглянул на часы и выругался. Чёрт, встреча, опаздывает. Сжав крепче папку с документами, он ускорил шаг. Всего один квартал, он успеет. Проходя мимо здания театра он неожиданно заметил, как внутрь проскальзывает парень, украдкой бросая взгляд в толпу, будто ища кого-то. А может, ему показалось. В любом случае, времени уже нет. Запыхавшись, Фэн Синь забежал в здание суда. В коридоре он неожиданно встретился с Се Лянем. Пытаясь отдышаться, мужчина пытался что-то сказать, но мысли путались и в итоге он замолчал. Се Лянь обеспокоенно взглянул на него и спросил, что случилось. Но оказалось, что мужчина просто ошибся станцией и не там вышел, пришлось добираться своим ходом поскольку ждать новый поезд не было времени. — А вы здесь почему? — Фэн Синь перевёл взгляд на адвоката Се Ляня. — Всё отменили. Перенесут на другую дату. — Что? Почему? — Ты опоздал. — Но у нас ещё есть время! Давай вернёмся и… — Послушайте, господин Фэн, определенное время отводится не просто так. Вы своё упустили, к вашему сведению, второй раз, — адвокат усмехнулся и продолжил. — Если господин Фэнь в браке относился ко всему со спущенными рукавами, то не удивительно, что дело дошло до… — Довольно. Господин Мэй, увидимся на следующем заседании. Спасибо вам за работу. Адвокат кивнул, признавая, что позволил себе лишнего и попрощавшись, удалился, напоследок бросив в сторону Фэн Синя неодобрительный взгляд. — Извини, я правда сглупил, выйдя не на той станции. — Достаточно. — Се Лянь опустил голову, потирая лоб, затем вздохнул и с улыбкой посмотрел на мужчину. — Я понимаю. Прошлый раз тебе помешала работа, в этот раз твоя невнимательность. Я всё понимаю, но я надеялся, что хотя бы во время развода ты будешь себя вести прилично и всё пройдёт быстро и без проблем. Хватит тянуть время, это ничего не поменяет. — Се Лянь, я не хочу разводиться, мы можем попытаться всё исправить. Я… — Мы это уже проходили. Хватит. Повисла тишина. Фэн Синь покачал головой. — Хорошо, я тебя понял. Но может, мы хотя бы пойдём выпьем кофе, раз теперь есть время? — Боюсь, времени нет. Мне надо идти, работа. Меня повысили в должности, так что… Раз встреча отменилась, мне лучше вернуться к своим обязанности. — О…поздравляю. — Спасибо. — после неловкого молчания, Се Лянь кашлянул и сказал, — Пожалуйста, не опаздывай в следующий раз, письмо с датой придёт на почту. До встречи. — Конечно. До встречи… Се Лянь прошёл мимо и ушел. Фэн Синь некоторое время стоял молча, обдумывая произошедшее, затем швырнул папку с документами, которую всё это время крепко сжимал, на лавку ожидания. Сев рядом, он опустил голову и обхватил её руками. Почему всё так, они ведь могут попытаться всё исправить. Неужели он настолько проебался? Внезапно поймав себя на мысли, что он сейчас устраивает драматическую сцену, мужчина посерьезнел, повел плечами и выпрямился. Немного успокоившись, он вздохнул, потёр затылок, забрал папку и пошел на выход. Перепутал станции? Это ложь во благо или наоборот? Если бы он сказал всё как есть, это что-то поменяло бы? В любом случае, Се Лянь не особо заинтересован в разговорах и слишком загружен работой. А теперь, когда его повысили, похоже, у них совсем не будет времени чтобы увидеться и всё обсудить. В груди неприятно кольнуло и что-то будто тяжелым камнем опустилось на сердце, возможно, именно это чувствовал Се Лянь, когда Фэн Синь задерживался на работе до позднего часа, приходил не совсем трезвым или постоянно отнекивался и отмахивался от простых бытовых разговоров, погруженный в работу в своём домашнем кабинете. Возвращался он тем же путём. Проходя мимо театра, мужчина решил зайти туда. Проходясь бесцельно по зданию, он увидел, что на втором этаже есть кофейня. Поднявшись туда и сев за столик, мужчина мельком заметил на другой стороне панорамное окно на всю стену, на котором черной хаотичной надписью было название студии танцев. И всё бы ничего, но он увидел кто там танцевал, пока ученики наблюдали. Вот и он, заинтересовавшись, дождавшись кофе, забрал его и подошел ближе, продолжая наблюдать за знакомым юношей, который кружился в танце. Его глаза следили за каждым движением танцора, словно зачарованные. Парень двигался с грацией и силой, его тело изгибалось и вращалось в ритме музыки, создавая впечатление, что он парит над воображаемой сценой. Мужчина чувствовал, как его сердце начинает биться в такт с музыкой, а дыхание замирает при каждом прыжке и повороте танцора. Он замечал каждую деталь: как мышцы танцора напрягались и расслаблялись, как его лицо выражало страсть и концентрацию. Время словно остановилось, и весь мир сузился до этого танца. Каждое движение танцора было наполнено смыслом и эмоцией, и мужчина ощущал, как эти эмоции передаются ему, проникая в самое сердце. Он чувствовал восторг и восхищение, смешанные с лёгкой завистью к той свободе и красоте, которые танцор выражал своим телом. Это было мгновение чистого искусства, которое оставляло глубокий след в душе наблюдателя. Сколько силы и грации в каждом движении... Как будто он рассказывает свою жизнь без единого слова. Он восхищался тем, как танцор органично соединял искусство и физическое мастерство, вновь и вновь преодолевая законы гравитации. Не каждому дано превратить своё тело в инструмент, настолько точный и прекрасный, что каждый жест, каждый взгляд, становится частью языковых символов. Сколько часов тренировок, сколько слёз, сколько моментов сомнений? Мужчина понимал, что за этим лёгким, почти эфемерным танцем скрывалась масса труда и самоотдачи. Эти мысли наталкивали его на размышления о том, что каждый танцор – это своего рода воин, сражающийся не с внешними врагами, а с внутренними преградами. Возможно, и он был не так далек от них. Он не мог смириться с увиденным. Он скорее поверил бы, что парню интересны какие-нибудь бои без правил или что-то в этом духе, но не танцы. Только теперь он видел насколько утонченным и грациозным является молодой человек. Однако наблюдение кое-что омрачило, Фэн Синь заметил и другие синяки(не только тот, что на лице) иногда появляющиеся немного из-под одежды при движении. Но самое беспокойное было, когда юноша вытянулся наклонившись, прилегающий воротник водолазки немного сполз, и мужчина заметил странный след, покраснение. Натёр тканью, может? Но это не было похоже на раздражение. В любом случае, ему могло просто показаться, это было всего лишь мгновение. Когда всё закончилось и он увидел, что парень прощается с учениками, вдруг почувствовал насколько для него уязвим этот момент. В мыслях он не хотел, чтобы занятия заканчивались, он хотел продолжать наблюдать за этой красотой и силой. На мгновение он представил что парень на сцене и его сердце ёкнуло. Интересно, а он выступает в театре или только преподаёт? Парень направился к двери и Фэн Синь мгновенно вернулся в реальность, смешавшись с потоком вышедших учеников, он ускорил шаг. Лица людей мелькали перед глазами, но он практически не замечал их. Всё, что ощущал, это желание скрыть свои эмоции, которые стали явно заметны. Смущение окрасило его лицо в оттенок красного. Сердце билось быстро, отдаваясь эхом в ушах. Каждый шаг ознаменован трепетом, каждый вздох – тревогой. Это ненормально, что такого в том, что он только что увидел. ПРосто танцы, ничего больше. Возможно для него это действительно ничего не значило, но вот для парня… У зоны кофейни он замедлился, обернулся и ещё раз взглянул в сторону студии. Парень уже вышел и оживленно беседуя с ученицами направился к лестнице вниз. Его совершенно не интересовали окружающие, и он так и не заметил пристально и с трепетом наблюдавшего за ним мужчину. Спустя несколько долгих мгновений Фэн Синь развернулся, ускорив свой шаг, кажется, будто в два прыжка одолел лестницу и почти выбежал в ночной воздух. Запах свежести и ночная прохлада обрушились на него, смывая остатки тревоги и смущения. Внутренний диалог рвал его на части, но он знал одно: этот вечер оставил неизгладимый след в его душе, несмотря на всю смущенную поспешность ухода. Он так и не подошел, не извинился, а теперь медленно и задумчиво брел домой. День прошел совершенно бесцельно, надо подготовиться к работе. Не зря он вчера притащил домой кипу бумаг и документов по последнему делу. По пути домой он хотел зайти в бар, но вовремя одернул себя. Может быть не сейчас, но позже, они снова смогут быть вместе? Ему нужно только исправиться, никаких больше баров. Дома его встретила тревожная тишина. Никто не вышел ему навстречу, никакого запаха свежего горячего ужина, никакой болтовни о том, что было на работе, как прошёл день, ничего. Тихо вздохнув, Фэн Синь подогрел вчерашний ужин, поел и с головой ушел в рабочие документы в своем кабинете. Вот только он совсем не заметил, что во время работы снова приложился к стакану. Похоже, ему ещё понадобится некоторое время, чтобы прийти к тому, чтобы убрать из своего кабинета мини-бар. Работа не шла. В голову кроме мыслей о произошедшем с Се Лянем и парнем больше ничего не шло. Как он ни пытался, всё шло из рук вон плохо, он не мог сосредоточиться, а слова сливались в несвязные предложения. Он перечитывал раз за разом, но с каждым разом всё хуже понимал смысл. — Ладно, хватит на сегодня. Горячий душ и свежая постель, хорошо что он додумался с утра её сменить, но сон всё равно не шел. Он привык засыпать, обнимая Се Ляня. Он привык, что иногда приходил Эмин и устраивался спать вместе с ними, посередине. И так всем было спокойнее. Теперь этого всего не было. И всё же, сон медленно подступал. Засыпал он с мыслями об увиденном выступлении, прокручивая грациозные движения парня у себя в голове раз за разом. Только в этот раз танцор выступал на сцене, в свете прожекторов, с музыкой и целым залом восхищенных зрителей, и конечно, Фэн Синь был среди них, в самом первом ряду, у самой сцены, смотря снизу вверх на кружащийся в танце силуэт с таким трепетом, будто подданный взирал на божество к нему снизошедшее. *** — Фэн Синь, я устал, устал от этого всего. — Се Лянь покачал головой. — Понимаешь? Твои постоянные задержки на работе, хорошо, понимаю, у тебя сложная работа, но тогда не нужно обещать то, чего не можешь сделать. Не надо обещать, что заберешь сына, если не можешь. Не надо обещать поездки, которых не будет. Я устал от твоих попоек. Вместо того, чтобы ехать домой и провести время с нами, ты предпочитаешь пить. Ты замечал, что стал агрессивнее? Ты стал срываться на сына. Сложно поладить с Эмином, я знаю, он не родной твой сын и ты не очень сам по себе ладишь с детьми, но это не повод срываться на ребенка по любой мелочи. Хватит. Я больше не позволю обижать моего сына, я не позволю так безответственно относиться к нашей семье. Думаю, нам стоит на этом закончить, пока не стало ещё хуже. — Я исправлюсь. Се Лянь, подумай ещё, мы не можем вот так разойтись. Как же Эмин? Ребенку лучше жить в семье. Я смогу. Постараюсь раньше возвращаться, буду заранее обдумывать наше… — Нет. Мы уже это обсуждали и не один раз. Стало только хуже. А насчёт семьи…мы с Эмином справимся и сами. До этого ведь справлялись. Се Лянь ушел, на кухне загремела посуда — парень занялся готовкой. У Фэн Синя сжалось сердце. Он и подумать не мог, что всё зашло настолько далеко, что он настолько сильно проебался. Он ведь и так старался быть с ними рядом как можно чаще. Да, он действительно стал более строг к Эмину, но он обязательно исправится. Вот только, сколько раз он это уже говорил Се Ляню? Он встал, закрыл ноутбук и пошел на кухню. Се Лянь нарезал овощи, когда мужчина подошел ближе и положил руки ему на плечи, приобнимая. Парень на мгновение замер, но потом молча продолжил заниматься нарезкой. Фэн Синь понял, что ему не очень рады сейчас и дабы не усугублять ситуацию, отошел. — Помочь? — Займись мясом. Спасибо. Фэн Синь открыл холодильник, и услышал тихий всхлип, он повернулся к Се Ляню, но тот не подал виду, выдавала его только прикушенная губа, в попытке сдержать слёзы. — Се Лянь… — парень замер, после чего резко развернулся и со словами “это всё ты виноват, во всём всегда ты виноват”, замахнулся. Первое что почувствовал Фэн Синь это жгучая боль в груди, словно, что-то раскаленное вонзили в него. Шок и неверие застыли в его глазах. Мужчина оцепенел, пытаясь осознать, что только что произошло. С тем как быстро распространялась слабость, а тело покрывалось холодным потом, усиливая ощущение безысходности, он чувствовал страх и вину. Се Лянь был прав, его вина была о всём, и даже в том, что сейчас он не успел отреагировать вовремя, подвергнув - пока ещё своего - супруга уголовной ответственности. Парень резко выдернул нож, в его глазах читался ужас и в то же время какое-то удовлетворение. *** Фэн Синь проснулся. Голова гудела так, словно его не во сне пырнули ножом в грудь, а вполне в реальности ударили чем-то тяжелым по голове. Он сел на край кровати и вздохнул. Что было хуже? Детали реального разговора в начале кошмара или же его неожиданное завершение? Пожалуй, начало. Внутри все кипело от негодования. Как такое возможно? Вся их жизнь, все мечты, все обещания – все рухнуло в одно мгновение. Гнев захлестывал его, заставляя сжимать кулаки и стискивать зубы. Он хотел кричать, обвинять (кого? самого себя!), но слова застревали в горле. И во всём была только его вина. Се Лянь всегда предпринимал отчаянные попытки спасти их брак, но всё было тщетно. Сердце сжалось в комок, словно его кто-то сжал железной рукой. Грусть окутала его, как густой туман, застилая все вокруг. Он чувствовал себя одиноким, брошенным, но назад время не вернешь. Теперь им предстояла жизнь порознь. Страх за будущее беспокоил его, однако ничего изменить уже было нельзя. Он разжал кулаки и обхватил опущенную голову руками. Дурак, какой же он дурак. Зазвенел будильник. Приснится же такое, с другой стороны, это было на удивление не так страшно, как обычно. Но он не мог избавиться от чувства тревоги. Во сне он хорошо почувствовал, как лезвие ножа разрезало плоть, как кровь вытекала из бешено бьющегося сердца, волнами отдававшего только острую боль и озноб. Оно до сих пор колотилось. Фэн Синь потянулся, пытаясь разбудить своё испуганное и всё ещё уставшее тело. Его день начинался так же, как и у многих: умывание, завтрак, короткий взгляд на новости. Завтрак был прост, но питателен: золотистый тост с авокадо и пара вареных яиц, кофе. Он не любил тратить много времени на еду с утра. Некоторое время он наслаждался утренним спокойствием, пока где-то вдалеке не послышался звук сирен, мгновенно наполнивших голову мыслями о предстоящем рабочем дне. Ему точно пора было брать отпуск. Мужчина прошел в кабинет, открыл ноутбук и пролистал свой список дел, проверил электронные письма и мессенджеры, собираясь мыслями. Вернувшись в спальню, он подобрал деловой костюм, поскольку сегодня намечалась встреча с начальством, ведь обычно он предпочитал более простой формат — джинсы и рубашка. Прихватив наушники и рабочую сумку, он вышел из дома и направился к ближайшей станции метро. Времени оставалось достаточно, да и вдруг сегодня тоже повезёт увидеть того парня и наконец посредством извинений избавить себя от преследующего чувства вины и, почему-то, стыда. Поездка в метро – это целый ритуал. В ушах играла любимая музыка, настроенная на утренний ритм, который помогал Фэн Синю окончательно проснуться и погрузиться в предвкушение рабочего дня. Не очень-то желанного, если быть честным. Он часто ездил на метро вечерами, поскольку не мог выпивши, садиться за руль, но и с утра он видел знакомые лица, только теперь едущие на работу, а не с неё. Мысленно посочувствовав собратьям по несчастью, он начал осматриваться, вдруг увидит его. Остановка. Он выскочил из вагона и торопливо направился в сторону участка. Гудело метро, мелькали лица прохожих, но мысли его уже были заняты размышлениями о текущих расследованиях. Однако к скорому его разочарованию, он поймёт, что сегодня один из тех рутинных дней, когда не происходит ничего, кроме вороха бумаг на рабочем столе и сплетен коллег. — Чтоб вас всех. — Фэн Синь недовольно бормотал возмущения, удаляясь всё дальше от здания офиса. Неужели они настолько глупы, что не понимают, что что-то не так? Ну не может журналист знать того, что держится под грифом секретно. Значит, кто-то сливает информацию. “А, к чёрту. Зато как приятно будет потом сказать “я же говорил”. Мужчина свернул на улочку, прошел мимо детской площадки, когда заметил знакомый силуэт. Он не с кем не мог спутать этого парня, как минимум потому что у того была хоть и пронизанная холодной красотой внешность, и всё же она была довольно запоминающаяся, к тому же, у него были длинные волосы. Сейчас они были собраны в высокий хвост, как и во время танца. При мысли о последнем, лицо Фэн Синя снова зарделось. Когда мужчина случайно снова увидел танцора на спортплощадке,, его сердце неожиданно замерло, как будто время остановилось на миг. Он почувствовал резкий прилив адреналина, смешанного с трепетом и восторгом. Глубоко внутри пробудились воспоминания о вчерашнем вечере, когда он наблюдал за танцем. Его дыхание стало учащенным, а на лице заиграла легкая полуулыбка, несмотря на все его попытки скрыть свои эмоции. Вот он, этот самый момент. Фэн Синь медленно подошел к разминающемуся парню и коротко кашлянул в кулак, привлекая его внимание. — В чем… — парень повернулся и замер, — Снова ты? Шутишь? Всё воодушевление тут же испарилось, мужчина посерьезнел и решил, что стоит держать себя в руках. Внезапно на него как гром средь бела дня обрушилось: — Спасибо. — немного помолчав, парень добавил. — Что отвез меня в больницу. Спасибо за это. — Извини, за драку в баре, мне стоило быть спокойнее. Повисла неловкая тишина. Ничего до этого не выражавшее лицо парня вдруг скривилось, он фыркнул и закатил глаза. — “Извини” не вернёт мне работу. И хорошую характеристику, после погрома в детском саду. Вот за что следовало бы извиниться. Фэн Синь тяжело вздохнул и извинился ещё раз, он говорил эти слова так, будто они давались ему с большим трудом, но в конце, он словно освобожденный от невидимых цепей выдохнул “Прости, я виноват”. Парень не ожидавший, что перед ним действительно извинятся, растерялся и не найдясь что ответить, просто фыркнул и продолжил разминку. Но Фэн Синь никуда не торопился уходить, он заинтересованно наблюдал, будто ожидая, что парень прямо здесь и сейчас начнёт танцевать. Минуты тянулись, но тот просто разминался. Не менее грациозно и красиво, но не так динамично. — И долго ты ещё будешь здесь торчать? Я предпочитаю разминаться в одиночестве. Ты меня нервируешь. Фэн Синь вместо того, чтобы внять словам, обращенным ему, усмехнулся, сел на лавку и уставился на парня, будто бросая ему немой вызов. Кто быстрее сдастся, он или молодой человек? Да и что плохого в том, что он понаблюдает, всё же он открыл его для себя с неожиданной стороны, и почему-то хотелось узнать об этом парне больше. Фэн Синь покачал головой. Да ладно, при таких рассуждениях недалеко и до занятий танцами. Он усмехнулся, его рассмешил собственные мысли. — Ты чего лыбишься? — Ой, да не начинай. Просто мысль забавная пришла в голову. — Что, представил себя в балетной пачке? Язык у парня был колким, но в этот раз у Фэн Синя было хорошее настроение, а потому он позволил себе немного рассмеяться. — Боюсь, это будет слишком неуклюже выглядеть. То ли слова мужчины, то ли его реакция заставили парня самого усмехнуться. Что же, это был счёт один-один в пользу ничьей. — Как тебя зовут? Немного помедлив, будто обдумывая что-то, парень всё же ответил: — Му Цин. — Фэн Синь. И вновь повисла неловкая тишина. Фэн Синь достал пачку сигарет, взял одну сигарету и стал крутить её между пальцами. Он редко курил, чаще даже оставлял сигарету тлеть в пепельнице, хотя прекрасно знал, что пассивное курение гораздо вреднее. Но иногда он просто скручивал сигареты в пальцах, когда нервничал, в основном. — Можешь смотреть, но молча…Фэн Синь. Мужчина усмехнулся, но ничего не ответил. Он откинулся на спинку лавки, продолжая потирать сигарету и погрузившись в наблюдение за гра циозной развинкой Му Цина.