Повод Колдовать

      Сегодня они вновь подбросили хронометр. Он давно не требовался, но это уже превратилось в некую традицию. Его позвякивание настраивало на рабочий лад и наполняло силами. Антон подумал, что хорошей идеей будет посмотреть границы магии Арсения. Тот, конечно, уже применял ее в бою, но это не давало нужной информации. Требовалось понять, насколько сильные заклинания он способен использовать, как часто и есть ли где-то пробелы.       Они оба надели мантии, подаренные Волей. Шастун подметил, что со стороны это точно выглядит странно, ведь покрой и узор на ткани дублирует друг друга. Словно, они парные. Эльф выбросил это из головы, наблюдая, как Арсений призывает оружие. Алебарда мерцала бело-золотым, напоминая солнечный луч. Он сделал пару махов, нахмурился, испарил оружие и уселся поправлять тейпы. — Оружие паладинов… к какой категории оно относится? — задумался Шастун. Попов повел плечами. — Я слышал о паладинах Линфеи. — К чему ты? — староста поднял взгляд. — Почему все паладины используют только магию категории природы? К тому же, оружие почти всех паладинов связано с природой. Это потому что они могут использовать только эту категорию? Нет какой-то отдельной для призываемого оружия?       Арсений повернулся корпусом, призывая алебарду еще раз и демонстративно вытягивая ее вперед. — Не «почти всех». Оружие всех паладинов относится к категории природы. Даже у близнецов, а они гибриды с огнем.       Шастун сузил глаза. — Но ты используешь свет. — Что?       Эльф слез с парты, подходя к другу. Он провел рукой по призванной алебарде, кивая собственным предположениям. От прикосновений та мерцала крохотными золотыми частицами, которые кружились в воздухе, как пыль на солнце. Попов никогда об этом не задумывался. Наверное потому, что раньше оружие появлялось лишь на мгновение, мерцая резвой вспышкой. — Как работает призыв оружия? Я не находил книг на этот счет, — Антон как завороженный разглядывал парящие блестки. — Это тайное знание, доступное только паладинам. Так нам говорили. Но на самом деле, я просто… не знаю, представляю ее? Точнее, не конкретно ее, я просто представляю что-то, способное поразить врага. Нам говорили, что оружие — отражение души. — Или сгусток магии превалирующего типа, который подкрепляется жизненной силой носителя… — Эльф поднял взгляд, смотря в растерянные голубые глаза. — Я не гибрид.       Шастун отошел на шаг. В мгновение, он вытащил из внутреннего кармана мантии небольшой нож и чирканул по руке. Эльф дернул плечом, в одно движение копируя оружие Арсения, используя кровь и этот нож. Он не отрывал взгляда от оппонента, поднявшего брови в недоумении. — А я не маг крови, — зловещим шепотом произнес юноша, дергаясь вперед с атакой. Попов легко уклонился, ошарашенно глядя вперед. Шастун попытался напасть еще раз, заставляя паладина поставить блок. Раздался звон оружия, эльф надавил, держа оппонента в блоке. — Попробуй применить другой тип. — Но я не знаю как! — Крикнул Арсений, отпихивая безумного подальше.       Эльф пытался напасть снова и снова, копируя движения старосты. Попов мог закончить все в один удар, но они даже без щитов! Арсений судорожно думал. До окончания сброса хронометра он в таком темпе точно не продержится, а кулон помощи, который отдал Павел, где-то у Шастуна. Староста перебирал все стратегии, пытался договориться или обездвижить нападающего, но тот будто специально изматывал его, вводил в критическую ситуацию. Частица хаоса внутри пульсировала в ритм боя. Арсений чувствовал ее, плавающую в собственной магии. Использовать другой тип. Другой тип… Он мысленно коснулся этой крупицы. Голову словно сдавило тисками, а перед глазами всплыли кадры из прошлого. Пронеслись кинолентой мгновений. Попов продолжал уклоняться и блокировать входящие атаки, но на краю сознания рассматривал частицу чужой магии в себе. Мог ли он случайно перенять не только Антоновы воспоминания? Староста сконцентрировался на воспоминаниях, в которых Шастун применял заклинания. Внутри груди зажгло, а по венам пробежалась странная волна. Вот оно. Арсений нашел то, в котором эльф создает технощит на дуэли. Магия внутри его тела сама собой перевернулась, дублируя то положение, что использовал Шастун. Попов уклонился от очередной атаки кровавой алебарды, развернулся на пятках и, закусив губу, выставил одну руку вперёд. Антон замахнулся, целясь в плечо. Паладин зажмурился и резкой пульсацией вытянул из себя сноп магических частиц, которые мгновенно сформировались в несколько шестигранников, образуя щит. Удар пришелся на одну из таких пластин и чужое оружие отбросило. Щит исчез, а алебарда со звоном прокатилась по полу и растворилась кровавой лужей. Арсений испуганно приоткрыл один глаз, неужели получилось?       Эльф открыл рот, озираясь то на паладина, то на остатки алебарды.       Брови его поползли вверх. — Ты ебанутый?! Я тебе сказал другого типа, а не другой категории! Ты… ты блять… ой, блять… да в пизду ваще, — активно жестикулировал Шастун, растеряв все слова. По его лбу стекали капли пота, а рука еще немного кровоточила. Арсений продолжал стоять как пень, не понимая до конца, как он это сделал. Молчание прерывалось загнанным дыханием, оба пытались отойти от боя и шока. — Я просто повторил то, что ты сделал в северном саду, — почесал староста затылок. — Нихуя себе, «просто»! — почти кричал Антон. Не гневно, а скорее истерично, через улыбку. — Я гибрид и я учил эту штуку с щитом несколько месяцев, чтобы призвать хоть один шестигранник, а ты хуяк и просто повторил?!       Арсений вытянул руку перед собой, в попытке провернуть это еще раз. Импульс магии перетек в ладонь, медленно сформировав несколько защитных панелей. Те мерцали сине-зеленым светом, точно указывая, к какой категории магии принадлежат. При том, что алебарда все еще оставалась световой. — Ты мошенник, — после затяжного молчания утвердил Шастун. Он опустился на пол, не в силах больше стоять. Попов испарил щит и оружие, усаживаясь рядом в позу лотоса. — Рану надо обработать, — шепнул староста кивая на ладонь. Антон покачал головой, мол «царапина». — Ты используешь магию растений, при том, что твое оружие буквально ебучий световой лазер, к тому же смог скастовать технощит, будут еще сюрпризы? — он вопросительно поднял бровь. Арсений прикрыл глаза, вновь касаясь уже спокойной частицы. Она работала как хранилище или связь, что открывала врата в некоторые воспоминания Антона. В одном их таких, он нашел то самое колдовство, которым эльф поджигает сигареты. Не открывая глаз, Попов развернул магию, выстраивая ее, подобно чужой. Это было схоже с процессом установки часов на нужное время. Он занес руку вперед и открыл глаза, чтобы посмотреть на реакцию оппонента. Прозвучали несколько щелчков и на пальцах заиграло рыжее пламя. Арсений улыбнулся больше реакции Антона, чем удачному заклинанию. Тот вцепился двумя руками в чужое предплечье и с открытым ртом вглядывался в крохотное пламя. Затем, он потянулся во внутренний карман, выуживая сигареты. Попов прыснул от смеха, наблюдая, как эльф подпаливает бумагу. — Ну вот и новая зажигалочка, — нервно улыбался Шастун. Староста потряс рукой, сбивая пламя, и привычно перенял сигарету. Эльф замолчал, пытаясь найти ответы в чужом лице. Выражение глаз стало серьёзнее, а уголки губ дернулись вниз. Он провел рукой по лицу и измученно выдохнул. — Это я виноват, такого не должно было случится. — Я тебе благодарен.       Шаст провел рукой по волосам. Арсений уловил незнакомую эмоцию в чужом взгляде. Смесь страха и волнения грозовой тучей нависла над ними. — Ты не до конца понимаешь, во что я тебя втянул своей глупостью. Использовать разные типы магии, вероятно, здорово. Совмещать их — ахуенно. Но, Арс, ты же видел кошмар, — Эльф опустил голову на руки, сложенные на коленях. — И он лишь малая часть всего пиздеца. Если кто-то узнает… Я боюсь представить, что будет. А если узнает Стас, то посадит тебя в клетку, подобную моей.       Антон вытянул одну из рук вперед, показывая кольца. Паладин промолчал. Если кто-то из семьи узнает о способностях сына, то наверняка найдёт клетку пострашнее. Черное пятно на роду. Будь Арсений на несколько лет младше, то загорелся бы детскими амбициями. Рассказать всему миру о новых способностях, о своей магии и ее полезности. Показать, что здесь нечего бояться, что другие тоже смогут так. Сейчас же, будучи относительно зрелым, с давно истлевшими стремлениями, он не станет греть глупых мечт. Магикс давно не счастливое и радужное место, как казалось в детстве. Пыль тайн и древнего колдовства выветрилась, развеялась по ветру, оставаясь лишь мелкими крупицами, что жили в таких удивительных людях, как Антон Шастун. — Тогда, теперь это наша тайна, — пожал плечами староста.       Эльф кивнул, но для себя отметил, что любой ценой исправит то, что натворил. А Арсений про себя думал о загадочной частице кошмара, что тревожила его ум.

✧✧✧

      Стоило переступить порог комнаты отработок, как на измотанных школьников налетел Директор Красного Фонтана собственной персоной. Шеминов выругался на злосчастный хронометр, что не позволял ему войти и пришлось стоять под дверью аж целых три минуты, вы хоть представляете как дорого время директора? Антон повёл плечами, мысленно ворча, почему же тот не отправил кого-то другого. Но через мгновение мысленно ударил себя по лбу, догадавшись к чему такой план-перехват. Станислав протянул две копии бумаг. — Результаты следствия, — отрапортовал он. Ребята окинули несколько страниц документа с печатями, кучей подписей и таблиц. — Мы постарались, чтобы вы легко отделались, хоть и было слишком много лишних глаз. Бумаги ваши, это копии заключения. Но вкратце, вы оба теперь на учёте.       Шастун закатил глаза. Нет ничего хуже, чем учёт! Каждый месяц нужно являться на мозгопромывочные собрания, а затем подписывать сотню бумаг, которые навешивают на тебя миллионы глупых ограничений. По типу «не трогать цветочные горшки», «не выходить из комнаты позже девяти», «не посещать закрытую секцию библиотеки» и прочее. Стоит нарушить хотя бы одно — отлетаешь на лишний месяц учёта. Помимо этого, школа накладывает арест, кстати о нем. — А каникулы? — уточнил Антон. Арсений поднял одну бровь. Наверное, с таким влиянием, староста паладинов ни разу не вставал на учёт. — Два дня новогодних разрешается провести с семьёй, тридцать первое декабря и первое января, — привычно произнес Шеминов. Эльф что-то проворчал под нос, а паладин скрипнул зубами. — Что? Вы собираетесь держать нас здесь?! Мы и так торчим тут все лето! — возмущался Арсений. Ни то, чтобы он хотел возвращаться в холодные и пустые стены родового гнезда, но и торчать в праздники в школе не совсем хотелось. Он мечтал провести этот Новый год в компании Матвиенко, игристого вина и пары миловидных девчонок где-нибудь на любимой Солярии. Но теперь на горизонте маячили Антон, книги и пустые залы домашнего поместья, которые наполнятся лишь на несколько часов, если родители устроят Новогодний бал. После Анастасии подобная пышность вызывала только зуд и отвращение. Паладин скосил взгляд на Шастуна. Нос защекотал фантомный запах табака и воспоминаний о сне, который он все никак не мог выбросить из головы. — А Настя? Она это заварила, — Эльф сбавил тон, едва шепча. — Она хотела нас убить и убила бы. — К сожалению, по нашей с вами версии, я ничего не могу с ней сделать, — Стас развел руками. — Я сделаю всё возможное, чтобы такого больше не повторилось. — Я надеюсь, — сквозь зубы процедил маг.