Повод Колдовать

      Кровь паладина брызнула, змейками стекая на пол — снова слишком сильно. Недовольно цыкнув, Эльф накрыл рану ладонью. Арсений втянул носом воздух, сквозь боль сжимая чужую руку. Она была теплой, но более грубой, чем в прошлый раз. Когда только Шастун успел поставить мозоли…       Этот нырок был не таким болезненным. Неприятное жжение в костях и плоти, но не более. Попов наблюдал за передвижением чужой магии по крови, едва отличая ее от своей собственной. Частицу Антон искал недолго — стоило крови смешаться, как та затрепетала, устремляясь навстречу родной сущности. Она метеором неслась навстречу вторженцу. Арсений зажмурился, приготовившись к столкновению магии. Но те разминулись, словно проходя насквозь. Магия Шастуна затормозила и, развернувшись, устремилась за пролетевшей мимо крупицей. Та не сопротивлялась. Они летали кругами, пытаясь задеть друг друга, но все бестолку. Эльф задержался на несколько секунд, будто раздумывая. Затем, резко развернув магию, устремился прочь. Частица погналась за ним, летя практически с той же скоростью. Но в самый последний момент, она разко затормозила, царапая капилляры. Арсений болезненно зашипел. Рука Антона дернулась, но не отпустила.       Крылья эльфа были отпущены. Он закусил губу изнутри и смотрел в лицо напротив, раздумывая, что делать. — Оно не пошло за мной, — выдавил он. Кровь капала на пол, в отражении багряной лужи их переплетенные пальцы. — А ты, не мог его как-то схватить или типо того? — Я так и хотел изначально. Правда, немного испугался, когда эта штука полетела мне навстречу, — Эльф отнял руку, переложив ее на чужое запястье. Снова глубокая рана. Он осторожно поглаживал ее пальцами. — Частица прошла насквозь? — Нет, она была не в крови. Словно, в другой плоскости. Я не мог задеть ее, а она меня. Так и разминулись. — Значит, возвращаемся к чтению той заумной книги… — Арсений вытащил руку из плена, та уже начала неметь от нехватки крови и неудобного положения. — О не-е-ет…

✧✧✧

      Тридцатое августа стало днем последней летней отработки. Антон потихоньку тренировал свои боевые навыки, параллельно объясняя основы магии крови. К середине занятия Арсений попробовал использовать кровяные иглы. Те постоянно распадались. Эльф говорил, что кровь — нечто среднее между металлом и водой, а Попов не умел ни того, ни другого. Первая удачная игла далась с трудом и только к концу занятия. Шастун широко улыбался, наблюдая за чуть ли не прыгающим от радости Грозой Красного Фонтана.       Стоило только хронометру опуститься и потреять свой свет, как дверь мгновенно открылась. Ребята повернули головы на звук. Арсений быстро спрятал за спиной изрезанные пальцы. Воля, наряженный в голубую рубашку и кособокую полунакидку, осторожно заглянул в помещение. — О, Павел Алексеевич! — Запыхавшийся Антон оперся о бамбуковый посох. — Привет, ребятки, занимаетесь? — преподаватель удивлённо улыбнулся и вошел в помещение, ногой прикрывая за собой дверь. — Как успехи?       Арсений молча щёлкнул пальцами, указывая на стоящее метрах в пяти растение. Сверкнула вспышка и на стеблях появились зелёные шишки, быстро меняющие свой цвет сначала на белый, затем на розовый и, в итоге, распускаясь множеством крохотных цветов. Воля дернул бровями. — Недурно! Антон, можете не демонстрировать, а то сейчас как накинитесь с этим посохом… — улыбнулся Паша. Он в пару движений вытащил откуда-то уже знакомый кулон на цепочке. Такой же как тот, что отдал на первом занятии. — Кулон еще у вас?       Арсений кивнул, просовывая руку во внутренний карман Антоновой мантии, что лежала на парте рядом с ним. Камень холодом обжег пальцы. Паладин протянул его преподавателю, но тот махнул рукой и бросил Попову кулон-близнец. — Вижу, вы отлично справляетесь. Теперь они ваши, сможете связываться между собой, — подмигнул Воля. — Мы вам и так столько всего должны, — подошёл Антон. Два бордовых камня в позолоченной каемке заманчиво сверкали в руке паладина. — Вам они нужнее, начинается учебный год! — он перешел на заговорческий шёпот. — В свое время, с их помощью я списывал тесты.       Ребята улыбнулись. Антон перенял украшение и убрал его на место, в мантию. Эльф бросил взгляд на кровоточащую руку, которую Попов успешно прятал, будто бы опираясь на нее. — Арсений, вы уже открывали ту книгу, что я вам подарил? — О, да, она у меня даже с собой! — Меня радует ваша любовь к знаниям, поэтому, если будут вопросы, то я всегда к вашим услугам! — Вообще-то, вопрос как раз есть, — протянул Арсений и бросил взгляд на Шастуна. Тот закатил глаза и передал лежащую недалеко «Древнейшее из древних: путы времени» однорукому паладину. — Вот эта часть, здесь речь про какое-то зачарование?       Паша перенял книгу, пробежался глазами и прыснул от смеха. Он украдкой глянул на парней по очереди. Хитро-хитро щурясь. Шастун закусил щеку изнутри, говорил же, это точно про брак! — Эта история произошла в мире, где нет магии и зачарований. Она про людей, которые стали случайно связаны общей работой, что сковала их незримыми цепями. Но вскоре, совместными услиями они смогли превратить эти тяжёлые цепи в нечто более изящное. Кольцо — всего лишь символ. Простой сосуд, для чего-то большего, — Воля говорил подобно старику, который вспоминает молодость. — Эти двое, сами того не понимая, стали точкой отсчета для сотен и сотен новых миров. И знаете, кольца с зачарованиями ведь тоже просто сосуды. Мы помещаем туда частицы магии, наносим гравировки и руны для их сдерживания.       Арсений просиял. Точно, зачарование же можно создать! Или хотя бы попробовать. У паладинов был целый год курса по нанесению чар, но, к сожалению, вела его недалекая старуха, что и двух рун не могла связать, постоянно отвлекаясь на истории из жизни. Никто не жаловался, учитывая, что она почти всем ставила автомат. Воля заметил перемену настроения, закрыл книгу и отдал владельцу. — Ну-с, вижу я вам помог, — он поднялся. Шастун накинул мантию, чтобы вскоре покинуть кабинет, вслед за преподавателем. Тот замер у самой двери и, обернувшись через плечо, улыбаясь проговорил. — Тщательно обработайте вашу руку, юный паладин!       И скрылся, оставляя юношей переглядываться.

✧✧✧

      До прибытия первых общественных кораблей оставались считанные часы. Но, в сравнении летом, Фонтан уже значительно оживился: загульные в других школах и богачи на частных кораблях медленно стягивались к воротам. Пришлось уйти прочь от шума двигателей и людского гомона — Антон накинул капюшон, петляя между ранними пташками. Сегодня, как и в любое первое сентября, было особенно тепло. Даже жарко. Еще раз спасибо Воле за охлаждающие чары на мантиях — подумалось Шастуну, прежде, чем тот увидел Павла метрах в двадцати от себя. Тот с кем-то разговаривал. По краю белесой мантии эльф уже понял с кем и закатил глаза. — Он опять к вам докапывается с этой книгой? — улыбнулся Антон, кивая преподавателю. — Я же сам предложил помочь, — Воля поправил волосы и посмеиваясь добавил. — Вы очень вовремя подошли, Шастун. Забирайте товарища, а то еще минута и я точно опоздаю! — До свидания, Павел Алексеевич! — почти единогласно попрощались они.       Арсений устало выдохнул и хлопнул книгой. Синяки под глазами выдавали бессонные ночи. Если так пойдёт, паладин не сможет нормально учиться. Антон поморщился, смотря на такой растрепанный вид. Первое сентября, а лицо Грозы Красного Фонтана больше напоминает лужу. — Идем, здесь шумно, — не дожидаясь ответа, эльф сцапал заторможенного друга за запястье, утаскивая прочь от центральной площади.       Дойдя до общежитий, Шастун отпустил едва переставляющего ноги Арсения и сбавил темп. Они обогнули корпус, направляясь в знакомые заросли — те уже начали обрастать сухой травой. Рука сама потянулась к сигаретам. Черт, осталось две. Антон вытянул никотиновую палочку, поджигая с первого раза. Дымок струйкой заплясал в ритм ходьбе. Он втянул горький воздух всего раз, прежде чем передать сигарету Арсению. Ему нужнее.       Извиваясь змеей, тропинка выводила к самому краю летающей школы. Голубое небо заплывало за горизонт, пугая своим простором. Юноши молча забрались на барьер и уселись на то самое место, что и в первый раз. Антон уверенно свесил с края ноги, а руками оперся о металлические поручни-заграждения. Резиновое покрытие нагрелось, слегка обжигая даже сквозь одежду, поэтому пришлось сесть на край мантии. Он встряхнул коробок, послышалось пустое позвиякивание последней сигареты. Худые пальцы ловко сцапали ее, прижали к губам и зажгли. — У тебя что последняя? — выгнул паладин бровь. Свою сигарету он почти докурил и та окурком тлела между зубами. — Позов привезет еще, — отмахнулся Шастун. — Частица не дает тебе спать по ночам?       Арсений кивнул. Полноценно он спал в последний раз…дайте-ка подумать. Ах, да… Когда эльф заявился к нему на порог, разодетый как добрый молодец на сватовство. Остальные попытки уснуть по ночам заканчивались жуткими кошмарами и болью, кроме одной, о которой он никому не расскажет. Тот сон, теплый и спокойный. В ту ночь частица привела его прямо сюда, на самый край школы, где в черни новолуния тлел рыжий огонек. — Ты не сможешь нормально учиться, если не будешь спать. Не будешь учиться — завалишь сессию. Завалишь сессию — переведешься на специалиста. Раньше я бы сказал, что и мне это невыгодно, ведь я тогда, вероятно, попаду в Алфею, — Антон ткнул пальцем в чужой лоб. — Но теперь это далеко-о не единственный повод для беспокойства. По-первости, от кошмаров меня спасали кольца, но магия адаптировалась и… — Я думаю, артефакты тут вряд ли помогут, — Арсений вытянул руку с полностью истлевшим окурком, сбрасывая его вниз. Он уже успел прогнать в голове дюжину вариантов, как бы предложить свою очевидно странную идею, но ни один из них не казался подходящим. В сон клонило так, будто сама пирамида Маслоу давила на плечи самой широкой из граней. Паладин фыркнул себе под нос. — Поспишь со мной?       Антон на мгновение застопорился, растерялся. А следом расплылся в солнечной улыбке. У глаз появились крохотные морщинки. Он занес руку, потрепав угольные волосы, на что получил недовольное «эй». — Почитать вам сказку на ночь, Староста Паладинов? — по-доброму смеялся эльф. Попов издал непонятный звук, пытаясь сдержать улыбку. Он пихнул мага в бок. — Это теория! — надулся юноша, — Эту крупицу постоянно тянет к тебе, ты сам видел! По ночам она скребется и пытается заставить меня идти, так что — это чудо, что я ещё ни разу не ночевал под твоей дверью! — Только, у меня не получится, в моей комнате Дима. В спальне старосты ночует кто-то еще? — Антон на удивление быстро согласился. Да так, что паладин не успел провести мыслительную цепочку и подвис. Эльф сделал задумчивое лицо и качал ногами. — Перед Позовым я как-нибудь объяснюсь. — В моей иногда остаётся Матвиенко, когда его в край докапывают другие паладины… — Попов закусил губу. — Единственные случаи, когда он уходил без споров — дни приезда Анны. — Ну вот, спизданешь какую-нибудь историю про новую девочку! — эльф затянулся. — Главное, чтобы в коридорах нас не поймали. Если че, выкрутимся. «Забыл отдать книгу» или что-то в этом духе. Я буду приходить после двенадцати, идет? — А твоя карета не превратится в тыкву? — улыбнулся Арсений, кивая на предложение. — Боюсь, я давно уже овощ.