Повод Колдовать

      По дороге до дома Арсений перебирал в голове произошедшее. Это было свидание. Полностью спланированное Антоном свидание, а паладин даже ничего не заметил, ничего не понял. Поцелуй было вспоминать страшно — над этим воспоминанием будто навис Дамоклов меч. Будто, если коснуться его, то оно исчезнет, упорхнет, как мотылек. Как Шастун сдвинул его маску, вызывая приступ паники, как прикоснулся к коже. Арсений только сейчас понял, что эльф сделал это без перчаток — те до сих по покоились на поясе, но непонятно, когда он успел их снять.       Стоило губам соприкоснуться, Арсений почувствовал, будто ему сорвало крышу. Сорвало крышу вместе со стенами, полом — этот торнадо добрался до самого фундамента, вырывая и его. Да, паладин уже касался его губ, но в этот раз было иначе. Совсем-совсем иначе. Антон потянулся сам, Антон устроил свидание, Антон… «Я нравлюсь Антону…».       Чем дольше они шли, тем сильнее нарастала паранойя Попова. Может, это была какая-то проверка? Как-то связано с частицей. Или, быть может, Антон заранее увидел Вааров и решил так прикрыться? Возможно, он хотел проверить себя? И теперь, разочарованный в своей попытке испытывает к паладину отвращение. Отвращение из-за того, что Попов так прытко ответил на поцелуй — не смог сдержаться. Все вышеперечисленное хоть и звучит как бред, но староста прокручивал подобные мысли раз за разом и даже не заметил, как Шастун уже провернул ключ — тот был спрятан, по классике, под ковриком, на случай, если Лазарев вернется. — Нужно навесить магические замки на двери, на случай, если нас найдут, — проговорил Шастун себе под нос, стремясь сразу подняться вверх по лестнице.       Арсений, сам не понимая причин, схватил его за одежду. Тот обернулся. К счастью, никакого отвращения на лице не было. Только поднята бровь в ответ на затянувшееся молчание. — Я… э… это было свидание? — озвучил свою мысль паладин, мысленно хлопая себя по лбу. Ничего глупее спросить не мог? Стоящий вполоборота маг развернулся корпусом и скосил взгляд, избегая прямого контакта с пытливыми голубыми глазами. Краешки скул начал обжигать еще незаметный румянец. — Прости, наверное я зря это, — Антон почувствовал, как живот стягивает узлом. Слова это тяжело. — Частица уже на тебя не действует, поэтому и… в общем, зря я это. Извини, мне показалось, ты был не против.       Арсений закусил губу и на одном дыхании проговорил. И для себя, и для Антона. — Я был не против. — А сейчас? — Шастун повернулся, теперь румянец стал видимым. Маска, что до этого покоилась на макушке, была в одно движение снята и откинута на диван. — Ч-то сейчас? — снова начал паниковать Арсений, но свою маску тоже снял, сжимая ее двумя руками. Эльф улыбнулся и накрыл слегка дрожащие руки. Хватка на маске стала слабже и, выудив ее, Антон швырнул ее вслед за своей.       Попов и не заметил, как расстояние между ними вновь сокращалось — он сам подавался вперед. — Сейчас ты против? — Антон опустил взгляд к губам. Вместо ответа, Арсений дернулся вперед, оставляя смазанный поцелуй в уголок. Шастун мило сморщился, наклоняясь ближе и целуя уже полноценно. В приоткрытые губы. Обводя руками талию и спину поверх одежды. Попов целовался превосходно — знал когда провести языком, а когда мелко отстраниться для вдоха. К тому же, руки распускал — намерено опустил их ниже пояса, укладывая на бедра. Бес. Крылья со стрекотом порхали, устремляя острые кончики к самому потолку, на что Арсений довольно улыбнулся в поцелуй. Он прикрыл глаза, толкаясь языком. Антон выхватывал его рваное дыхание, будто свое собственное. Руки цеплялись за все складки ткани, боясь коснуться голой кожи — единственный пограничный пункт контроля. Попов чувствовал, как слабеют ноги — с ним такое впервые. Ах нет, врет! Точно так же было около получаса назад, на рынке. Но почва явно ускользала, заставляя хвататься за партнера из последних сил. Тот упивался чужими губами, склоняясь под навалившимся весом. Арсений почувствовал, что еще секунда и он завалится, поэтому простонал в поцелуй. От этого странного пошлого звука, Антон испуганно отстранился. Мутно оглядев ситуацию, он прижал паладина к себе на этот раз в объятия. — Я влюблен, — прошептал маг, улыбка сквозила в словах. За его спиной Арсений легонько коснулся крыльев. Стекляшки звонко сверкнули бело-голубой пульсацией и Шастун хихикнул, зарываясь носом в чужую одежду. — Щекотно… Арс? — М-м? — Ты будешь со мной?       Паладин отстранился, держа эльфа за плечи. — Как формально! — широко улыбнулся Арсений, перекладывая руки с плеч на лицо и прижимая его лбом к своему. — Пока смерть не разлучит нас? — Договорились, — улыбался Антон. — Я больше, чем влюблен, — сказал Попов прежде чем вновь поцеловать эльфа.

✧✧✧

      Сергей вернулся после обеда, едва живой из-за навалившейся жары. Он попытался открыть основную дверь, просто потянув на себя, и сразу же напоролся на расставленное Антоном заклинание: ручка резко нагрелась обжигая кожу, а внутри заверещала самодельная сигнализация. Шастун использовал целую кипу магии, чтобы соорудить подобное. Металл, огонь, звук, технологии и, конечно, кровь — чтобы понимать, кого можно впускать, а кого нет. Конечно, такое заклинание можно вынести вместе с дверью, но какой-то эффект неожиданности это всё же привносит. Плюс кричащая сигнализация, которую слышно только внутри, обязательно уведомит о нежданном госте.       Арсений был ближе — вылетел из кухни как ошпаренный. И первой мыслью было, что ваары пришли по их души. Однако, крики и мат по ту сторону говорили об обратном и легко направили поток мысли в нужное русло. Когда Попов дернул дверь, Антон как раз спешно скатился с лестницы, чуть не навернувшись. И застал Лазарева, пытавшегося сбить огонь с рукава одежды. Эльф незамедлительно дернул рукой, собирая остатки уже остывшего чая из кружек и смешивая его с водой, которую Попов едва поставил на плиту. Магия жидкостей давалась ему довольно плохо, но базовые навыки имелись. Все это варево окатило гостя, туша огонь, а заодно приправляя его горстью овощей из несостоявшегося супа. Под череду мата, Лазарев прожарки medium-rare был все-таки втянут в дом. — Что у вас здесь происходит?! — вскрикнул он, заваливаясь на пол. Антон невольно посмеялся, а Арсений присел рядом, закатывая чужой рукав. М-да, ожог нормальный такой, перчатку едва ли не испарило, а на коже уже начали образовываться зачатки струпьев. — Может, все же ослабить твое заклинание? — задумчиво протянул Попов, наблюдая как Сергей корчится от боли. — Если бы не перчатка и его реакция, то остался бы без руки. — Может, ты и прав, — цокнул Шастун. Похоже, все же переборщил с огнём. Он причмокнул губами в ожидании, когда магия на двери до конца восстановится, чтобы слегка ее поправить. Но та копилась как-то чересчур медленно, поэтому пару секунд спустя, эльф хмыкнул и удалился искать аптечку. Когда он вернулся, магия на двери все еще была восполнена не до конца. Маг передал предметы первой необходимости Арсению, а сам склонился над дверной ручкой. Он приложил руку, посылая крохотные импульсы собственной магии, чтобы убедиться — ловушка была восстановлена чуть больше, чем вполовину. — Странно… — Что такое? — под шипение Сергея, Попов обильно поливал его руку чем-то от ожогов. — Магия ползет, как сонные пикси, — Шастун скривился. Он хорошо знал, что невостановленные чары лучше не изменять, если повредишь — каюк. А тут, к тому же, огненные: если взорвутся, то дверь взлетит на воздух вместе с куском стены. — Уже давно должна была восстановиться… Возможно, я что-то изначально неправильно настроил? Это странно, я не вижу утечек.       Пока Шастун чесал репу, разглядывая собственные чары в очередной раз, Арсений закончил помогать с обработкой и оставил Лазарева бинтоваться. Паладин втянул носом воздух и прикрыл глаза. К потоку магии нужно было прислушаться, почувствовать его. Как чувствуешь течение горной реки. В этот раз было в самом деле странно. Природной магии вокруг лишь слегка убавилось с момента их прилета, а вот ее активность упала в разы. Будто затишье перед бурей. Парящие крупички лениво плавали, словно пыль на солнце. Арсений попытался впитать часть намеренно: в такие моменты магия усваивается быстро и резко, будто проваливаясь. Но сейчас она едва ползла, заставляя прилагать усилия. — Я думаю, ты точно все правильно настроил, — Сергей скривился. Ему не впервой получать боевые травмы, но почему-то все последние прямо или косвенно касаются Шастуна. — К чему вообще такие меры?       Арсений открыл глаза, пропуская недовольные реплики подчиненного мимо ушей: — Кажется, природная магия ослабла. Вы когда-нибудь слышали о таком?       Антон сначала нахмурился, потом его будто осенило. Он повторил манипуляцию с проверкой и, судя по серьёзному лицу, тоже попытался втянуть магию. — Из-за этого в мастерской сейчас переходят с магических, на топливные станки, — Сергей поднялся, здоровой рукой прихватывая все остатки аптечки. Он стремительно отошел подальше от двери и с довольным вздохом плюхнулся на диван. Видимо, грязная, мокрая и местами подгоревшая одежда его не смущала. — Я сначала не понял, зачем они периодически их калибруют, урезая затраты магии и поднимая затраты топлива. Это же дороже! Но Калим, вы его не знаете, сказал, что это из-за постоянных просадок. Никто пока не знает, почему, но говорят, что Королева проводит расследование.       Шастун задумался, неосознанно покручивая кольца на пальцах. Магия может сокращаться рядом с объектом, который потребляет ее регулярно и много, но тогда она бы тянулась к нему, текла, как река. А здесь — полный штиль. Даже почва и растения словно не принимают магию, будто планета намеренно ее бережет. — Это нам не на руку, ваары используют руны, которые могут поддерживаться и без доступа к природной магии, — сказал эльф. На эту реплику Сергей приподнялся на локтях. Заметив немой вопрос, Антон дополнил. — Сегодня мы видели их на рынке. — Нас ищут?! — Лазарев побледнел. — Вряд ли это их первостепенная задача на Солярии, — вклинился Арсений.       В эту же секунду, как гром среди ясного неба, раздался звук магической связи. Он затрещал из комнаты наверху, заставляя всех присутствующих вздрогнуть.

✧✧✧

— В каком смысле «пропали»?! — Дима вытаращил глаза на внезапного собеседника. До неприличия взлохмаченный Матвиенко выцепил его посреди коридора, уталкивая в ближайший безлюдный пролёт. — Я не могу дозвониться до Арсения, поэтому и прошу тебя связаться с Антоном! — Но ведь, мы же просто школьники! А тут люди пропали, как ты говоришь. Может, стоит сказать директору или сообщить… — Не-не-не, — замахал руками Серёжа. — Я полагаю, они сбежали. Отец Арсения и Станислав точно в курсе, зуб даю. Но у взрослых не получится их найти — им не доверяют, раз сбежали. Понимаешь? Мы должны сами… — Как вообще можно сбежать с Диадена? — запричитал Позов, прислоняясь к стене и вытаскивая из сумки небольшое зеркальце. Он сжал его двумя руками, вливая магию.       Матвиенко нервно уставился в поверхность, за которой образовался магический вихрь. Они ждали. Но ни через десять секунд, ни через минуту никто не ответил, поэтому Позов убрал руки, копируя нервный взгляд паладина: — Что теперь? — но Серёжа молчал, поджав губы. — Ты мне хоть что-то расскажешь?!       Паладин развернулся, чтобы уйти, но Дима схватил его за край одежды. — Расскажешь. Иначе я сам все узнаю.       Вместо ответа, Матвиенко в одно движение развернул Позова, утаскивая его вглубь коридоров. Они забрели в какой-то пыльный класс, заставленный картами и трёхмерными моделями Магикса. Перед тем как открыть рот, Серёжа снял с уха серьгу, вытащил из кармана собственное устройство магической связи и оставил их на полу за дверью. — На них чары, — уточнил паладин. — Сколько ты знаешь? — Только то, что все очень мутно, — высказался Дима. Он недовольно фыркнул. — Я уверен, все это из-за Арсения. — В каком смысле? Уточни.       Позов сел на парту и втянул воздух. Он давно хотел излить кому-то душу на этот счет — его внутренняя сплетница наконец нашла слушателя. — Все пошло кувырком с того дня, когда Антон пришел ко мне с новостью, что его поставили в пару на отработки с Его Величеством Арсением Поповым, Грозой Красного Фонтана, Старостой Паладинов, Матерью Драконов… какие там у него еще титулы? В общем, мою позицию ты понял. Странности начались еще летом, но вот к сентябрю… — Можно ближе к делу, — Матвиенко почесал лоб, путаясь в быстрой речи. — Так я и веду. Так вот, Антон уходит курить вечером, а возвращается знаешь когда? — Утром? — наугад вбросил паладин самый вероятный ответ. — Нет! Через день! К обеду! Я его спрашиваю, где он был почти два дня и знаешь, что он мне ответил?! — Жестикулировал растерянный Дима. Сережа на этом моменте даже влился в повествование, подняв брови. — Что?! — он заинтересованно склонился вперёд — его внутренняя сплетница неожиданно проявила себя. — «Я сплю с Арсением»! — Дима изобразил пальцами кавычки. Он всплеснул руками от негодования и выжидающе посмотрел на Матвиенко. — ЧТО?!       Серёжа посинел, позеленел, побледнел и все одновременно. Он выкатил глаза и покачал головой. — Не может быть! — Воскликнул паладин, тыкая пальцем в грудь ученого. Тот поднял подбородок и хитро улыбнулся. -… или может?! Да я Арсения знаю с пелёнок! Мы регулярно из-за женщин ссорились, я тебе даже скажу наш локальный — Попов всегда выбирает высоких кудрявых… брюнеток? — В точку. — В точку… — ошарашено улыбнулся Матвиенко, зарываясь пальцами в волосы. Теперь побег Арсения вызывает немного меньше вопросов. — Затем, история повторилась — Шастун вышел курить и исчез. Но я не стал его хвататься, пусть мальчики развлекаются. Вот только, вскоре мы связались и он такой: «Я на Диадене»! Я, конечно, понимаю, знакомство с родителями, но не в начале учебного года же?! — Я сейчас столько новой информации узнал… — Матвиенко осел на пол возле парты. Он был уверен, что знает об Арсении все! Каждый его шаг, каждую мелочь. Он знал его настолько хорошо, что ему поручили «особое задание».

✦✦✦

— Вам? Моя помощь? — вытаращился юный Матвиенко. В следующем году ему предстоит поступать в Красный Фонтан, место, о котором он грезил с самого детства. Там, где его научат магии. Там, где дуэли. Где соревнования. Самое сердце боевых искусств. Но эти мечты висели на паутине и были готовы вот-вот обрушиться. — Да, Серёжа, для тебя есть особое задание! Но только о нем нужно молчать, никому нельзя говорить, — Попов-старший смотрел на ребенка сверху вниз. — А я помогу твоей семье. — И нам не придётся переезжать? Папу не заберут? Я смогу поступить в школу? — мальчик топтался с ноги на ногу. — Конечно-конечно, это проще простого! — Тогда я согласен, — закивал Серёжа. — И даже не спросишь чего я хочу? Решительно! — не дождавшись ответа, Попов старший склонился ниже. — Дело в том, что я о-очень переживаю об Арсении, понимаешь? Поэтому, ты просто будешь наблюдать за ним и передавать все важное, так что?       Матвиенко подумал, что эта задачка как раз для него.       Но постепенно он осознал, во что вляпался. Увяз в этом, как муха в паутине. И чем сильнее старался вылезти, тем крепче застревал. Простая просьба беспокойного родителя переросла в прямые приказы: Попов умело использовал и кнут, и пряник. Поощрял, исполняя любые желания: от дорогих вещей, до навороченных кораблей. Дарил больше, прививал любовь к роскоши, а Серёжа с каждым днем все больше боялся лишиться всего. Вскоре, его посвятили в знания о ЦИФГ. Меньше знаешь — крепче спишь. Эти знания нависли над ним гильотиной, веревку от которой Попов-старший вложил в его собственные руки. Хочешь — уходи, но вряд ли живым. Вслух этого, конечно, никто не произносил, но Матвиенко сам все прекрасно понимал.

✦✦✦

      Матвиенко принял непосредственное участие в идее для отработок Арсения. Отец хотел проучить сына, а заодно посмотреть на его навыки коммуникации, управления и на то, как паладин будет действовать в нетипичной ситуации. Серёжа сам предложил в пару Антона, тот подходил по всем пунктам, а проблемы с боевыми предметами послужили основным аргументом. Шастун был слаб, не отсвечивал, а его семья была довольно бедной, в сравнении. Хорошая мишень для того, чтобы разозлить Арсения и либо пробудить-таки его магию, либо, как и планировал отец, доказать, что магия для таких как этот «фей». Чтобы сын взялся за голову, не позорил семью и перевелся на специалиста.       В целом, своей идеей Сережа был доволен и даже отчитался об истерике старосты в первый день отработок. Но затем, уверенный в работе плана Попов-старший, забрал подопечного из Красного Фонтана. Нужны были лишние рабочие руки для ЦИФГ. Узнать кое-что, кое-где. Для остальных он был на Солярии. Хотя, какую-то часть времени так и было.       Вот только план с отработками незаметно для всех накрылся медным котлом, без каких-либо видимых причин. Ссоры между ребятами быстро сошли на нет, а потом и вовсе тот непонятный случай на крыше… судя по отчётам, там зафиксировали колоссальный всплеск магии. Серёжа было подумал, что Арсений наконец пробудил свою силу, а значит план с гневом сработал. Но каково было удивление Матвиенко, когда он начал вникать в дело подробнее: третий участник, неизвестная категория магии, а эти двое в лазарете едят конфеты, как ни в чем не бывало.       Серёжа чувствовал, словно что-то упускает. Очевидное, порой, заметить труднее всего. Попов-старший наказал раскопать как можно больше информации о маге, чтобы на всякий случай знать, на что давить. Подопечный и сам собирался это сделать — персона Шастуна стала в разы подозрительней. Почему он вообще учится в Фонтане? Для него составлена индивидуальная программа, директор закрывает глаза на его промашки. И это при том, что Антон — эльф с низкими способностями к практической магии и семьей среднего достатка.              Приступая к заданию, паладин работал по выверенным паттернам. Знал, где и как добыть информацию, на кого надавить, а где наоборот поощрить. За столько лет перенял замашки Босса. Но в этот раз было иначе. Информация сама шла в руки: место рождения, данные о семье, дальних родственниках. Казалось бы, это должно радовать, но Матвиенко подобная лёгкость вгоняла в ступор. Еще хуже оказалось то, что собрав в кучу все полученные знания, Серёжа почти ничего нового, а уж тем более полезного, не узнал. Обычный ребёнок, обычный подросток, обычный школьник. Обычная жизнь обычного эльфа. Семья исследователей, кочевали с планеты на планету, мать Мая удостоена награды «Научные достижения II порядка в области теоретических структур магии (ТСМ)». И на этом все. Никаких тебе интриг и отмыва денег, как привык паладин.       Однако, когда дело дошло до здоровья и магии стало в разы интереснее. Опять же, все чисто. Никаких заболеваний, экстраординарных способностей к магии или чего-то подобного замечено не было. Единственное, что Серёжа нашел по этому пункту — два листа отчета первого магического выброса. Это еще называют «первыми ростками», все дети-маги рано или поздно проходят через это. Документы юноша уже хотел откинуть как бесполезные, но что-то его остановило. Вероятно, дотошность и внимание к деталям. Но, пробежавшись глазами по тексту документа и медицинскому заключению, Матвиенко посудил, что это совершенно обычный первый выброс — прошёл спокойно, без травм. Пока он ещё раз не прочел указанное в строке категории выброса: «Огонь».       Профорг пялился на лист еще с минуту, крутя и просвечивая его, но надпись чёрным по белому не менялась. В каком таком смысле «огонь»? Серёжа был более чем уверен, что этот доходяга обладал магией растений — уж слишком хорошую травку выращивал. И все собранные ранее данные указывали на это — Шастун использует магию растений, так почему в документах указано другое? Первая мысль была самой безумной — Антон Шастун не настоящий, просто кто-то им притворяется. Но эта идея была высмеяна на этапе зародыша и откинута подальше. Оставалось еще два варианта: ошибка в документе и Антон — гибрид. О первом судить сложно, прошло много лет. Однако, в таких документах ошибок никогда не допускают — данные о первом выбросе слишком важны для врачей в будущем, поэтому все долго проверяется и отдается под печать и роспись. А вот второе звучит еще более бредово — Попов-старший и ЦИФГ пропустили гибрида? Прямо у себя под носом? Да Сергей бы никогда не подпустил гибрида к своему сыну!       Документы вычищены до блеска, для ЦИФГ Антон — пустое место, а значит его кто-то прикрыл и, по всей видимости прикрывает до сих пор. Зачем? Непонятно. Но основного подозреваемого Матвиенко опознал сразу же. Провернуть подобное смогло бы только пару человек, ведь чтобы что-то спрятать, нужно знать, где будут искать. А Станислав Шеминов знал. Где искать кого и зачем. На своем посту заместителя главы Центра он дольше, чем на посту директора Фонтана. И это вполне в его духе: Стас всегда отличался своим пацифизмом. Он едва ли не единственный, кто в состоянии противопоставить свое мнение Попову. Именно он составлял для эльфа индивидуальную программу и принял его в школу.       Вопрос «зачем» оставался открытым. Может, дальние родственные связи? Услуга или сделка? Этого Серёжа не знал, зато теперь он владел информацией, о которой Центр даже не подозревает. И он постарается использовать ее на свое усмотрение.