Практика

Исследуя дом, Гамаль натыкается на разные комнаты, много спален, душевых. Находит даже тир, но все оружие лежит в запертых витринах. Она натыкается на пару кабинетов, но в них нет никаких бумаг или иных способов добыть информацию. Зато, проходя мимо одной двери, она слышит непонятные звуки. Осторожно заглянув, она видит, как мужчина в пиджаке, явно охранник, наклоняет над столом девушку в платье горничной и задирает его под заметно шутливое сопротивление девушки. Смачный шлёпок по бедру. Он отзывается у Гамаль во всем теле. И девица сама снимает трусики из-под формы и помогает амбалу достать член. Под нежный "ох" девушка насаживается и начинает двигаться, кусая передник, чтобы не кричать. Представшая перед ней сцена завела Гамаль. Почему-то в голове, само собой, она встала на место горничной, а вместо охранника определённо был Орлов, который… И всё же она находит в себе силы тихо отойти и поспешить в спальню, где была, не желая быть застуканной. А заодно желая чего-то другого, но уже в душе. Она помнила его слова про просмотр комнат и надеялась, что там за ней наблюдать не будут. После она действительно пошла бегать, набегавшись до темноты в глазах, да и в принципе стало сильно темнеть, а потому она поторопилась в душ, а заодно решила найти кухню и напиться воды. Гамаль зашла в душ, надеясь немного отдохнуть и смыть усталость. Капли воды барабанят по коже. Аромат геля для душа окружает и струится вокруг. Девушка даже нашла, как менять музыку в комнате, и потому теперь подпевает любимому треку, чувствуя себя удовлетворённо и немного устало после усердной пробежки. Его запах врывается в ноздри. Его руки обнимают плечи и она ощущает за спиной горячее тело. Его тело. Его член упирается ей в ягодицы. Губка с пеной в руке. Скользит по телу девушки. И ниже Она вздрагивает, ощутив его, чувствует его тело и член… — Орлов… — вмиг осипшим голосом шепчет девушка. — Господин Орлов, — нежный шлёпок по влажному бедру, — ты хотела что-то попросить, Огнева? Одной рукой он ласкает ее грудь. Стискивает и тянет сосок. Снимает душ и просовывает снизу, как она сама хотела, как минимум подсознательно, ну или не хотела принимать тот факт, что осознанно хотела почувствовать если не его, то хотя бы свои пальцы внутри. — Да, господин… — она зажмурилась, а после тихо застонала, так и не договорив, чувствуя новую волну возбуждения, идущую от сосков, а после она и вовсе стонет в голос, чувствуя как вода ласкает её снизу. — Я хочу вас… Хочу как можно глубже и грубее… Насаживаться на ваш член, — невольно она вспомнила горничную. Он кусает ее за ухо и тут же неожиданно, но не резко, входит в неё, надавливая на поясницу и прогибая. — Хорошие девочки получают то, что просят. Гамаль покорно прогибается, вместе с этим испуская не стон, а почти крик удовольствия, и едва не дрожа в предвкушении оргазма. Кажется, с ним ей никогда не будет скучно и уж точно не придётся страдать от неудовлетворённости… Конечно, если это действительно надолго, мысли о чём она сейчас старается отбросить как можно дальше. Берет ее руки и заставляет держаться за шланг душа, направляя струю на клитор. — Хорошая девочка, держи, не убирай. Сильный смачный удар по бедру. И движение в ней. И удар, и толчок. И ещё. И ещё. Обхватывает шею и сжимает, продолжая бить и трахать девушку так медленно, что оргазм замирает в ее теле мучительным зарядом. Она думала, что кончит за минуту, но ее господин, ее мучитель, хозяин ее тела вынуждает умолять. Он ждёт, когда Гамаль сделает следующий шаг в падении. Его шлепки сильны и болезненны и заставляют её словно плясать на краю обрыва. Между желанием и оргазмом. От желая всё тело сводит, а зрачки расширяются, умоляя высвободить чувства. Девушка кричит, после чего не сдерживается: — Пожалуйста, позвольте мне кончить… Я раскаиваюсь из-за той сцены… Умоляю вас… — Хорошо, что ты понимаешь, за что наказана, — ещё медленнее, не перекрывая кислород, но немного болезненно сдавливая горло, — ты будешь слушаться? Обещаешь быть покорной? Он знает, в каком она состоянии. Сейчас она согласится на все. Пусть главное запомнит — слушаться равно наслаждение. Гамаль была бы рада ответить пронзительным «Да!», но смогла выдавить из себя лишь крик, если и его можно было бы так назвать, чувствуя, что готова сейчас на всё, чувствуя, что сейчас разум просто не может повлиять на её желания и решения. Получив крик-подтверждение, чуть сжимает узлы под подбородком и следующий шлёпок через струи воды прямо по лобку. Вместе с ударом бёдрами. В этой позе Гамаль и так почти висела в его руках, а от оргазма подогнула ноги, фактически повисая насаженной на член и руке на глотке, роняя душ и погибая в длительном, очень длительном и бурном оргазме. Она задыхается, вместе с этим кончая и едва не визжа от его удара и последующего невероятного оргазма. Она кричала, извивалась, кончая и чувствуя, что ещё немного и просто потеряет сознание. Она зажмурилась, не прекращая блаженный крик, переходящий в стон, но от этого чувства лишь стали острее, а сознание вернулось лишь за тем, чтобы напомнить, в какой она сейчас позе и о чём умоляла его только что. Девушка и не заметила, как из рук выпал душ. Безумие. Он не дал ей снова потерять сознание, осторожно опустил на пол душевой на колени и руки. Взял душ и начал обмывать. Чуть холодная вода бодрила и приводила в чувство. Девушка жадно глотала воздух, пытаясь наполнить им лёгкие, а после благодарно посмотрела на него, когда он стал поливать её холодной водой, что привела её в чувство и дала возможность нормально подышать. — Хорошо, идём, Гамаль, — он помогает ей подняться из столь постыдной позы на ноги, почти понёс через комнаты в спальню. Специально ли никто не попался по пути или люди в доме были как-то предупреждены, но они лежат обнявшись на белых простынях, удивительно легко впитавших всю влагу с их тел. Немного смущает лишь все ещё стоящий член Орлова, прижатый к ее бедру. Девушка с трудом встаёт на дрожащих ногах, чувствуя довольство и усталость, позволяет ему нести себя и мысленно благодарит его за это. Уже лёжа в кровати, она чувствует себя счастливой… Ей хочется верить, что он чувствует к ней что-то большее, чем похоть и влечение… Она хочет быть не просто его… Она хочет быть его женщиной… Она лениво приподнимает голову, смотря в его глаза, устало и довольно улыбаясь. — Мне стоит начать принимать противозачаточные. Или тебе просто нравится, когда тебя удовлетворяют орально? Мужчина внимательно смотрит ей в глаза. — При моем статусе и образе жизни требуется быть осторожным в подобных вопросах. Так что можешь не переживать — я не могу тебя оплодотворить, если не сделаю специальную операцию. Он проводит ладонью по ее бедру. — А если ты про эту ситуацию — то ты можешь удовлетворить меня любым способом, больше кайфа я ловлю не когда разряжаюсь. Девушка улыбнулась и спустилась ниже, а после склонилась над его членом, на этот раз почти не смутившись и скорее желая сделать это. Хоть что-то приятное ему, в ответ на его умелые, восхитительные ласки. Гамаль облизала губы, после чего почти резко взяла его член в ротик, начав двигаться быстро и уверенно, создавая отчасти ощущение, что это не она двигается, а он нагло трахает её в ротик. Ее мужчина, сейчас он весь ее, а не только этим жарким стволом. Его руки лежат рядом, не трогая ее, но подняв глаза, Гамаль видит, как запрокинулась голова, как закрыты глаза, как подрагивают кончики пальцев, а пресс напряжен до фотографического идеала. Он сдерживается изо всех сил, чтобы продлить это удовольствие. Он наслаждается ее движениями, ее стараниями, мягкостью губ и жаром глотки. Жаркое дыхание, сбитое и прерывистое. Он не направляет, не приказывает. Она — его, она приняла свою суть и делает все так, как надо. Он просто дожидается момента, когда она чуть отстранится, хватает за волосы. Грубо, но не болезненно. Он просто держит выше, пока семя изливается в ротик. Открыв глаза, мужчина смотрит на неё и подаётся вперёд. Отпускает и ждёт. Она чуть отстраняется, чтобы попытать удачу немного иначе, желая всё же довести его до пика и заставить кончить, и, кажется, ей это удаётся. Она не сопротивляется его руке, покорно принимая его семя и стараясь принять его, а не подавиться им. С трудом она глотает его, а когда он отпускает, отстраняется, окончательно сглатывая и невольно облизавшись. — Хорошая девочка, — он улыбается и тоже облизывается, — продолжай и я наполню этим тебя и снизу. Хочешь принять мою благодарность всем телом? Или попробовать новую сладкую боль сзади? Ему хочется узнать, как сильно она доверяет ему в постели. Готова ли признать зависимость не от ласк, а от боли? — Это слишком сложный выбор… Каждый вариант лучше другого, — девушка блаженно выдыхает. — Впрочем, кажется, они не исключают друг друга? — девушка смотрит в его глаза, действительно не зная, чего хочет больше: продолжить ласкать его или попробовать то, о чём думала и до этого, но даже в какой-то степени стеснялась и боялась признаться самой себе, да и… — Хорошо, сначала верни этому стволу его рабочий вид. И повернись, встань боком ко мне на колени. Вот так, хорошая девочка, — он направляет ее позу, поставив в позу от вида которой ещё недавно она бы поморщилась. Но теперь она явно была скорее этому рада, желая угодить ему, желая быть хорошей девочкой, послушной. Девушка смотрит на него снизу вверх, чувствуя его член и желая взять. И если раньше минет она считала унижением для девушек, то теперь воспринимала его скорее как награду и возможность сделать приятно ему в ответ. Да и, кажется, для начала у неё получалось неплохо. Да и ей самой безумно нравилось. Когда головка снова оказывается в ее губах, ещё солоноватая от предыдущего акта, палец Орлова входит в ее раскрытое лоно сзади. Обильно погрузившись в уже выступившую смазку, он немного ласкает ее, находя заветную точку. Неожиданно сильно нажимает на неё, почти ударяет, мгновенно кидая девушку в новую судорогу кайфа. И пока Гамаль, от неожиданности насладилась глоткой на член, не в состоянии выразить криком эти секунды, пребывает в шоке, палец уже входит в оставшуюся невинной дырочку. Она почти тянется к его рукам, пальцам. Она тихо стонет, а после кричит, но после чувствует во рту член и уже не может, попутно стараясь не задеть его зубами, чувствуя, как её тело дрожит и извивается от бурного оргазма. Очередного оргазма… Кажется, он даже взглядом может заставить её кончить. Ну или как минимум оставить огромное пятно на нижнем белье. Он умело ласкает и разминает ее. Один палец, потом второй. Набирает смазку и снова, медленно, давая привыкнуть к ощущениям. Член уже полностью вернулся к стоячему положению и все ещё немного болезненно растягивает горло девушке. Девушка старалась расслабиться, чтобы ему было проще растягивать её анус… Неделю или две назад она бы ни за что не захотела бы попробовать сзади… Да и спереди… А сейчас ей нравилось всё, что он делал с ней… — Хорошо, ты готова, — он поднимается, оставляя ее в позе, не подразумевающей иного, кроме как полностью отдавать своё тело, — не терпи это, кричи и проси прекратить. И входит. Входит сразу до конца, не жалея ее. Сжимая бёдра и не давая вырваться. Останавливается. Ждёт и наслаждается. Она узка до боли. Она послушна и нежна. Хочется жестко насиловать ее сзади, но рано. Рано. Пусть привыкнет Гамаль громко кричит, чувствуя боль, жар и то, что её будто на кол насадили. Невольно пытается дёрнуться, вырваться, отстраниться, но его пальцы едва ли не до новой боли держат её за ягодицы. От боли она едва не задыхается, чувствуя, как горит узкая дырочка, что просто не вмещала в себя мужской член… До этой минуты. — Нет… Прошу, нет… — она пыталась выдавить слова, когда уже не смогла кричать, надеясь, что он хотя бы не станет сразу же размашисто иметь её в зад. — Громче, девочка! — почти выходит и толкает снова, чуть спокойней. Поглаживает по спине, давая привыкнуть, но продолжает удерживать. Боли ровно столько, чтобы Гамаль ее чувствовала, но могла терпеть и оставаться возбужденной. Гамаль закричала вновь, умоляя его прекратить, остановиться, чувствуя как он словно раздирает её изнутри. Девушка выгнулась в спине, чувствуя, что прямо сейчас готова упасть на руки, чувствуя боли и одновременно с этим стекающие внизу соки и жар. — Громче, моя крошка! — выйдя почти до конца, толкает до половины, потом ещё немного. Выходит и небольшими движениями насаживает ее. — разве так умоляют отпустить? Она завизжала, чувствуя, как он, можно сказать, размашисто имеет её в зад. Девушка уже просто не может кричать, чувствуя, как голос итак садится, а она продолжает, выгибаясь и уже более покорно принимая его сзади. Сжимает плечо, выгибая перед собой в дугу. Меняет положение бёдер и позволяет члену входить мягче, под иным углом. Боли будет меньше, но память о первой жива, пульсирует и скоро поможет ему сделать ее еще больше своей. Гамаль чувствовала, как боль всё же ослабевает, сменяясь приятными ощущениями… Да и мысль о том, что её сейчас имеют размашисто в зад, игнорируя все её желания, сводит с ума, готовя к бурному оргазму. Он отпускает и уже действительно сильными и грубыми рывками долбит ее сзади. Но буквально за пять-шесть рывков через сжавшуюся попку он замирает и рычит. Девушка не сдерживается и относительно быстро кончает, сжимая его в себе и крича что-то невразумительное, после чего ослабевает, падая. Огонь разливается внутри истерзанной попки. Он выходит, оставляя белой жидкости возможность вытекать из последней павшей перед ним дырочки, пока она лежит без сил и пытается хоть немного отдышаться. Он любуется этим видом, поглаживая ее по бедру. Потом такой, как есть, накрывает одеялом и ложится рядом. Щёлкает пальцами и свет гаснет, оставляя их в темноте. Уже без света он привлекает ее и обнимает, позволяя уснуть на его груди, ощущая его руки на своём теле. Его власть. Свою зависимость от каждой секунды боли, которую он ей дарит. Девушка зажмурилась, положив голову ему на грудь, а после тут же устало провалившись в пучину сна, чувствуя, что утром если и встанет, то с огромным трудом.