Нужные

Victon — Howling

Двери обители колдунов резко распахнулись и с грохотом ударились о стены. Вместе с потоком сильного ветра в дом вошли адепты. Последним шёл глава. Чонгук медленно плыл в воздухе между двумя охраняющими его колдунами. А Юнги нёс Тэхёна, закинув того на плечо.       — Все в столовую! Расчистите место! Живо! И соберите остальных в библиотеке, — рявкнул Мин на ходу, проносясь по дому как буря. Он уже почувствовал в своей обители чужую силу. А это означало, что ведьмаки и маг успели добраться сюда. Двое адептов, Джинхо и Ёнсу, отодвинули стулья от массивного обеденного стола и поспешили выйти, чтобы исполнить приказ главы. Инсо и Вонги, всё так же не касаясь, переместили в столовую Чонгука и уложили его на дальний конец стола. За то время, что они добирались до обители, свечение вокруг мага практически погасло. Он едва различимо мерцал. Сила Чона почти вернулась в его тело. Но он был всё ещё слаб и окончательно в себя пока не пришёл. Затем вошёл Юнги. Он аккуратно положил Тэ на противоположный от Гука край стола и приподнял ему веки, чтобы увидеть зрачки. Как Мин и предполагал, глаза Кима заполняло пламя. Ведьмак сейчас был опасен для окружающих и для самого себя. Поэтому главный колдун не доверил никому другому нести Тэхёна. Ведьмак пылал. Под тонкой побледневшей кожей виднелись вены, подсвеченные красным. Дух сжигал его заживо. Юнги сразу понял, что Ким израсходовал чересчур много силы для такого неопытного колдуна, которым тот только-только стал. В столовую быстрым шагом вошли Намджун и Джин, а следом за ними Хосок.       — Что с ним?! — воскликнули все трое одновременно. Вот только Чон ринулся к своему брату, а ведьмаки — к Тэхёну.       — Стоять! — громко скомандовал Мин, преграждая им путь собой. Все трое замерли.       — Я же сказал собраться в библиотеке!       — Юнги, нам нужно знать, что с ними, пожалуйста, — почти умолял Хосок.       — Оставайтесь в дверях, раз пришли. К ним нельзя приближаться, особенно к ведьмаку. Чонгука опоили зельем для высвобождения магии. Его сила ещё не до конца вернулась в тело, поэтому трогать его сейчас нельзя. А Тэхёна пожирает дух. Он на грани. Магия духа может непроизвольно проникнуть сквозь его тело и причинить кому-нибудь вред. Поэтому подходить к нему могу только я.       — А почему тебе можно?! — с паникой в голосе воскликнул Джин.       — Потому что я — главный колдун, — сказал Мин, не давая конкретного ответа.       — Как помочь Чонгуку? — задал волнующий его вопрос маг.       — Никак. Ему нужны время и отдых. Сила сама вернётся в тело.       — А Тэхён? Как его спасти? — голос Намджуна был ровный, но он тоже нервничал.       — Я думаю об этом. Обычный способ восстановления не подойдёт. Нужно действовать быстро. Он может умереть, пока мы будем готовиться к ритуалу с жертвоприношением. Да и те жертвы, которые нам разрешено приносить духам, тут не помогут. Потеря жизненной энергии слишком велика.       — Я помогу ему, — раздался слабый голос.       — Чонгук, ты сам еле живой. Как ты поможешь? — Хосок хотел было сделать ещё шаг к брату, но главный колдун тут же строго посмотрел на него и покачал головой.       — Моя сила. Она ещё не до конца вернулась в тело, — Гук попытался приподняться, но не смог.       — А это мысль, — повернулся к Чону Юнги.       — Нет! — воскликнул Хосок.       — Да. Брат, дай мне самому решать, пожалуйста, — Чонгук был готов на всё ради Тэхёна.       — Но… — начал Чон-старший, когда его прервали.       — Это может сработать. Правда, тут есть одна загвоздка. Его дух сейчас жаждет энергии и будет впитывать её в себя, не отдавая ведьмаку ни капли. По сути, мы насытим только духа. Но это может помочь сохранить Тэхёну жизнь. Это только теория. Я не могу уверенно сказать, что произойдёт.       — Нет, я не согласен! Это опасно! А вдруг Тэхён убьёт Чонгука?! — выпалил глава магов.       — Тэ никогда не причинит мне вреда, — Гук старался придать своему голосу силы.       — Но он сейчас одержим! Чонгук-и, я не позволю тебе… — старшему брату опять не дали договорить.       — Хосок, это не тебе решать. Это не твоя магия и не твоя жизнь. Я благодарен тебе за всё, но это решение я приму сам. Я приказываю тебе уйти, — тихо, но твёрдо произнёс Чонгук. После этих слов временный глава магов замолчал. Впервые в жизни он слышал от младшего такое чёткое выражение своей воли. В Чонгуке появилась решимость, которой раньше не было. Это был первый приказ, что отдал ему брат. Хосок так старался уберечь Гука, помочь ему. А тот готов так бездумно подвергнуть себя опасности. И променять весь орден, несколько десятков магов на одного ведьмака. Почему? Намджун заметил, как слова Чонгука ударили по брату. Ведьмак положил свою руку на плечо Хосока, чтобы утешить подавленного мага.       — Обещаю, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы Чонгук был в порядке. Мы должны что-то предпринять, иначе Тэхён не доживёт до завтра. Он истощён намного сильнее, чем дозволено, — Юнги смотрел только на Хосока.       — Выйдите из комнаты. Здесь никого не должно быть, кроме меня, — обратился Мин уже ко всем. Хосок начинал злиться и нервничать. Это нечестно. Гук полгода прятался, а он его прикрывал. И вот сейчас получил такое. За все свои старания, за все нервы, за всё, что он сделал. Младший брат для мага дороже всех, и он до последнего бы пытался переубедить Чонгука. Только выбора не было. Противиться приказу истинного главы ордена Хосок не мог. Он первым вышел из столовой, в которую успел сделать всего лишь шаг. Но не ушёл. Остановился напротив окна в коридоре и пустым взглядом уставился в никуда. Он не мог бросить брата. Они позже поговорят. Только бы он выжил. Страх, боль, обида и отчаяние разрывали его между собой. Но сделать он ничего не мог. Только ждать. Ведьмаки решили дать ему несколько минут, а сами отошли в сторону. Сокджин с трудом сдерживал слёзы, его руки дрожали. Намджун крепко обнял его. А белая бабочка, почувствовав чужую боль, забила крылышками, зарываясь глубже в волосы Джина.       — Сокджин, всё будет хорошо. Тэхён сильный, он справится. Они оба справятся. Верь в это, — лидер ведьмаков тоже был напуган, но не показывал этого.       — Ты ведь тоже боишься, — проговорил Джин. Одна-единственная слеза скользнула по его щеке. Но куртка Намджуна быстро вобрала её в себя, никому не показав.       — Боюсь. Но вера сильнее, — ответил Джун, поглаживая ведьмака по спине. В этот момент Намджун вспомнил, как они шутили с Тэхёном, что неумение выражать свои эмоции — их семейная черта, хоть они и не родственники. Джун прикрыл глаза, а через мгновение к ним подошёл Хосок и обнял обоих. Ведьмаки впустили его в свой круг, обнимая в ответ.       — Я тоже верю, — прошептал Чон.

🔮🔮🔮

Юнги закрыл двери и подошёл к Тэхёну. Медлить было нельзя. Колдун крепко ухватился за одежду ведьмака и потянул его по направлению к Чонгуку. Никто из них не мог сейчас двигаться самостоятельно. Ким легко скользил по гладкой поверхности стола к тянущемуся к нему Гуку. Но главный колдун остановился в метре от мага.       — Дай мне обнять его, прошу, — молил Чон, продолжая тянуться.       — Нельзя. Это опасно. Чонгук, слушай меня внимательно. Я не знаю, что произойдёт. Если ты почувствуешь боль или станет жарко, тут же отпускай его. Ты понял?       — Да.       — Коснись его только кончиками пальцев. Юнги взял горячую руку Тэхёна и вытянул её вперёд так, чтобы Гук смог дотянуться. Маг всем телом распластался на столе, желая наконец-то быть ближе к ведьмаку.       — Кончиками пальцев, — затормозил его Мин.       — Ладно. Чонгук медленно провёл пальцами по столу и наконец-то дотронулся до Тэ. Несколько секунд ничего не происходило. Рука мага слегка светилась, а Тэхён всё так же горел. Юнги наблюдал за происходящим. Видя, что это не сработало, Гук ослушался колдуна и резко схватил Тэ за руку, крепко переплетая их пальцы.       — Нет! — прокричал Мин, собираясь их расцепить, но замер. Ладонь Тэхёна заискрилась белым светом. Дух почувствовал энергию и начал впитывать её. Чонгук ощущал жар, который с каждым мгновением возрастал. Он поднял глаза на лицо Тэхёна и увидел, что красные всполохи под кожей ведьмака постепенно гасли. Маг улыбнулся. Он смог помочь. Он спасёт Тэ. Руку начало жечь сильнее, будто Гук подставил её под чересчур горячую воду. Но он всё ещё мог терпеть и поэтому не отпускал.       — Чонгук, отпусти его, — скомандовал Юнги.       — Нет, ещё чуть-чуть, — вода превратилась в кипяток, и Гук сжал зубы, чтобы не застонать.       — Я сказал, отпускай! — Мин подался вперёд и попытался расцепить их руки. Но как только он дотронулся до них, в грудь колдуна ударила волна силы и сбила его с ног. Чонгуку было больно; его кожа раскалилась. Он подержал руку Тэхёна ещё мгновение, снова посмотрел на ведьмака и отпустил его. Гуку нужно было убедиться, что красное свечение исчезло, только после этого он перестал питать Тэ своей магией. Юнги снова приблизился к ним и опасливо оттащил ведьмака на середину стола. Пламя в венах Кима почти потухло, но кожа была по-прежнему смертельно бледной.       — Как он? Не молчи, пожалуйста! — голос Чона дрожал. Главный колдун вновь поднял одно веко Тэхёна. Отражение в зрачках было перевёрнуто вверх ногами. Но радужка вернула свой цвет, став карей.       — У нас получилось, — тихо ответил Юнги.       — Хорошо, — выдохнул Чонгук. Кисть мага всё ещё горела. И, поднеся её ближе к лицу, он увидел на коже красные ожоги в тех местах, где его касались пальцы ведьмака. Ожоги пройдут. Они не волновали. Он был рад тому, что смог помочь. Только это сейчас важно. Гук опустил пылающую руку на прохладную поверхность стола и со счастливой улыбкой мгновенно провалился в сон.

🔮🔮🔮

Чонгук проснулся в незнакомой комнате. Он лежал в тёплой постели, укрытый одеялом, и не помнил, как попал сюда. Голова болела; правая кисть жгла. Маг поднял руку и прикоснулся ей к ноющему лбу. Все мышцы тянуло, как после тяжёлой тренировки. Правую ладонь кто-то забинтовал, а одежду на нём сменили на чистую и чужую. К его кровати подошёл Хосок, которого Чонгук не успел заметить.       — Привет, мелкий. Как ты себя чувствуешь? — брат был единственным, кто мог называть его так, не напоровшись на недовольное ворчание или грубость.       — Привет. Как будто по мне проехался танк. Как Тэхён? — Гук помнил, что было до того, как он оказался в этой комнате.       — Он жив, — коротко ответил Хосок.       — И это всё? — начал волноваться маг.       — Я не могу больше ничего добавить. Юнги ищет способ изгнать из него духа, — старший брат отвёл глаза. Чонгук резко сел в постели, и комната поплыла. Он зажмурился.       — Гук-и, тебе нужно отдохнуть. Ты потерял много сил, — ласково проговорил Хосок, пытаясь снова уложить младшего.       — Нет, я не могу лежать здесь и ничего не делать. Я должен помочь Тэ, — начал откидывать одеяло Чон.       — Ты не хочешь мне ничего рассказать? — мягко, но удивлённо спросил его брат.       — Вообще-то хочу. Я не предполагал, что этот разговор будет при таких обстоятельствах, но тянуть дальше нет смысла, — Гук напряжённо выдохнул.       — Почему ты готов пожертвовать всем ради него? Я не понимаю этого, — спросил Хосок.       — Потому что он — моя судьба.       — Не понял, — переспросил старший Чон.       — Мы с Тэхёном связаны. Нам было предначертано встретиться. Я коряво объясняю, но точно могу сказать одно, что жить порознь или потерять его я не могу, — поведал Гук.       — Я слышал что-то о подобной связи. И если я правильно помню, то такая связь прежде всего любовная, — слегка улыбнулся Хосок. Чонгук не нашёл, что ответить. Он лишь откинулся на подушку и молча уставился перед собой.       — Ты не знал? — догадался старший.       — Нет. Но это правда. У меня действительно есть чувства к Тэхёну, как и у него ко мне, — маг впервые произнёс это вслух, и это оказалось так легко.       — Ого! Ты меня удивляешь с каждым сказанным словом, — заулыбался Хосок.       — Тут есть библиотека? Я бы хотел поискать в книгах что-нибудь про нашу связь.       — Да, есть. Нужно спросить об этом колдунов. Они покажут тебе.       — Хорошо. Хосок, это не всё. Я хочу попросить прощения за то, что там, в столовой, надавил на тебя и приказал уйти. Но иначе ты бы меня не послушал, — ему правда было не по себе от этого поступка.       — Я действительно не понял, почему ты так поступил. Но сейчас до меня дошло, кто для тебя ведьмак. Гук-и, что ты планируешь делать, когда всё это закончится и тебе нужно будет вернуться домой?       — Это вторая часть разговора, к которой я очень долго готовился. Взвешивал всё, обдумывал. Думаю, ты и сам понимаешь, что я не хочу возвращаться в орден. Ещё до встречи с Тэхёном не хотел, — а вот это уже было трудно сказать словами.       — Но ты не можешь бросить свой орден из-за него. Ты ведь понимаешь это? — Хосок мгновенно перестал улыбаться.       — Я не собираюсь бросать орден. Буду помогать как смогу. И не он первопричина моего нежелания. Но и Тэ я тоже не оставлю. Хосок, я не готов брать на себя ответственность за других. Я за себя-то её с трудом несу, — признался Гук.       — Чонгук, но это твоя обязанность. Ты был рождён для этого, — маг смотрел серьёзно, почти строго.       — Но я не хочу. Не заставляй меня, прошу. Я говорил с отцом об этом, ещё когда он был жив. И он пообещал не уходить с поста, пока я не буду готов занять его. Мне двадцать два. Никто не становился главой в таком возрасте, — всё его тело напряглось.       — А мне двадцать семь, но я же стал, — почти безэмоционально бросил Хосок.       — Брат, я хочу попросить тебя занять этот пост на постоянной основе, — Чонгук весь сжался, как в ожидании удара, и посмотрел на Хосока.       — Нет.       — Не отказывайся так быстро. У тебя получается намного лучше, чем это смогу сделать я. Ты старше, опытнее, люди любят тебя, — с мольбой проговорил младший брат.       — Гук, для меня это тоже тяжело. Меня не готовили к этому, я недостаточно силён, чтобы защитить орден, — перечислил свои аргументы Хосок.       — Я готов отдать тебе свою силу, — тихо, но решительно.       — Ты несёшь бред! Ты станешь обычным человеком и уже больше не сможешь жить в магическом мире, — Чон начал злиться. Это уже переходило все границы.       — Я готов к этому, — Гук посмотрел брату в глаза.       — То есть ты хочешь скинуть на меня управление орденом, а сам смыться со своим ведьмаком и жить припеваючи? Я ещё могу понять то, что ты полюбил кого-то. Но твою просьбу я не готов исполнить, уж прости. У каждого из нас есть своё предназначение, и мы обязаны ему следовать, — Хосок нервно сжал руки в кулаки.       — А я не хочу! Я не выбирал этот путь. Меня даже не спрашивали, а заставили. Мне не нужна эта сила, не нужна власть. Я хочу спокойно жить, — противился Чонгук.       — Так и я хочу. Не думал об этом? — эгоистом его младший брат никогда раньше не был.       — Хосок, пожалуйста, — новая мольба.       — Чонгук, я безмерно люблю тебя. И готов помочь. Но не проси меня жертвовать своей жизнью ради тебя. Это несправедливо. Я не знаю, что наплёл тебе этот ведьмак, но нужно взрослеть, — других виновных не нашлось.       — Ничего он не плёл! Как ты не понимаешь? Я не готов и не хочу. Если вверить мне орден, я не справлюсь. И всю свою жизнь буду чувствовать себя не на своём месте, — Гук так не хотел ссориться, но Тэхёна он в обиду не даст. Как и себя теперь.       — А где твоё место? — задал вопрос Хосок.       — С ним.       — Какой же ты ребёнок, — мысли старшего мага заметались. Может, брат действительно не готов?       — Хосок, пожалуйста, — повторил Чонгук.       — Когда всё закончится, ты вернёшься в орден. Будешь находиться рядом со мной, перенимать дела и готовиться. Можешь взять ведьмака с собой. У тебя есть обязанности, и ты их примешь. Так устроен наш мир. Я помог тебе, когда это было нужно. Но возможности сбежать ещё раз я тебе не дам. Каждый член ордена должен вносить свою лепту для всеобщего блага, и ты не исключение, — строго подытожил Чон-старший.       — Почему ты не хочешь понять меня? — жалобно протянул Чонгук.       — Я понимаю. А вот ты меня — нет. Подумай, о чём ты просишь. Гук замолчал. Он осознавал всё, что только что сказал ему брат. Догадывался, что так и будет. Ощущал себя виноватым и непростительно эгоистичным. Но он не хотел поддаваться и пускать свою жизнь по тому руслу, что выбрали за него.

🔮🔮🔮

Хосок помог брату дойти до библиотеки, где собрались Намджун, Джин и Юнги. Когда они вошли в помещение, обсуждение уже шло.       — Мы поместили Тэхёна в камеру в подвале. Её стены исписаны блокирующими заклинаниями, которые не дадут духу выпустить магию вне тела. Дух обязательно начнёт буянить, но вреда нам причинить не сможет, — сказал колдун.       — Это настолько необходимо? — спросил вошедший Чонгук. Опираясь на старшего брата, он дошёл до ближайшего стула и сел за круглый стол.       — Тэхён сейчас как бомба. Если его не сковать, он рванёт. Нельзя так бездумно относиться к магии. Особенно к магии духа. Колдун, не умеющий контролировать свою силу, опасен для себя и для окружающих, — ответил Юнги.       — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Намджун. На его плече неподвижно сидела белая бабочка.       — Жить буду. Что вы обсуждали перед тем, как мы пришли? — спросил маг.       — Мы обсуждали способы помочь ТэТэ, — ответил ему Джин.       — И какие есть варианты? — уточнил Гук.       — Варианта два. Плохой и очень плохой. С какого начать? — неудачно пошутил главный колдун.       — Начни с очень плохого, — Чон боялся того, что услышит.       — Если ничего не предпринять, Тэхён умрёт. Колдовать он не может, потому что заклинания в камере блокируют магию. Дух будет мучить его, потому что силе некуда выйти. Обучить Тэхёна контролировать тёмный дар я тоже не могу. Он уже позволил духу взять над собой верх, так что обуздать его практически невозможно. Дух почувствовал в своём сосуде слабину и теперь будет влиять на его разум. Сам ведьмак силу свою не отдаст, потому что дух не позволит. Дать ему возможность использовать магию — тоже не вариант. Мы не знаем, на что он её направит. И у Тэхёна слишком мало жизненной энергии, чтобы колдовать. С какой стороны ни посмотри, этот вариант очень плох.       — А просто плохой вариант в чём заключается? — почти шёпотом спросил Чонгук.       — Изгнание духа, — ответил Мин.       — И почему это плохо? — спросил Хосок.       — Потому что это сложно и нет никаких гарантий, — потупив взгляд, тихо ответил Джин.       — Но похитивший меня колдун говорил, что когда он поглотит мою силу, то она поборет духа и изгонит его сама, — вспомнил Гук. Юнги приглушённо рассмеялся.       — Неуч. Как он вообще до такого додумался? Его бы разорвало к чёртовой матери. Тело бы не выдержало двух сил внутри, — колдун продолжал сдержанно посмеиваться.       — То есть он бы самоликвидировался? — уточнил Намджун.       — Ну да. Как только сила Чонгука вступила бы в конфликт с духом, этот смертник превратился бы в волшебный фарш. Вот поэтому опасно жить вне клана. Информация о духах обрывочна. И моя задача — помогать новичкам, оберегать их от необдуманных поступков и обучать. Поэтому я следил за Тэхёном. Я знал его бабку и историю его рождения. Знал, что он предрасположен к силе духа. И я приглядывал за ним, чтобы не упустить момент, если бы он решил стать колдуном. Как оказалось, не зря.       — Знал его бабку? Сколько тебе лет? — округлил глаза Хосок.       — Много. Если соблюдать равновесие, то дух не даёт своему сосуду погибнуть, — уклончиво ответил колдун.       — То есть ты бессмертный? — Хосок хотел понять.       — Я бы так не сказал. А ты что, хочешь меня убить? — улыбнулся Юнги.       — Нет. Просто интересуюсь, — отвёл глаза старший Чон.       — Мне вот что ещё непонятно. Почему ты сразу отправил нас сюда? Откуда ты знал, что так всё и будет? Колдуны не могут предсказывать будущее, — спросил Джин.       — Не нужно быть ясновидцем, чтобы предугадать. Я приходил к Тэхёну, когда Чонгук уже был там. И прекрасно понял, что между ними что-то есть. Магия леса заглушает любую силу, которая находится внутри него. Поэтому эта парочка и не почувствовала надвигающуюся угрозу. Как и я. Моё внимание привлёк грохот от взрыва, когда я был неподалёку от дома ведьмака, но вовремя я не успел. К тому моменту, как я добрался до них, колдун уже забрал Гука. А Тэхён призвал духа, чтобы спасти его. Дальше всё было ясно как божий день. Контролировать новую силу Тэхён не умеет. А дух — тот ещё искуситель. Сложить одно с другим, и мы получим ситуацию, в которой Тэхён посылает все правила к чёрту и несётся спасать Чонгука. И под влиянием обстоятельств ставит свою жизнь под угрозу, колдуя, как не в себя. Хорошо, что он обладает сильной волей и, когда мы нашли логово колдуна, он был ещё жив.       — Погоди, погоди. Я не понял. Когда это ты приходил к Тэхёну и видел меня? — удивился Чонгук. Юнги не ответил. Вместо этого его тело начало терять очертания, расплывалось и становилось прозрачным. Он таял на глазах. А через несколько секунд со стула, на котором сидел колдун, на стол запрыгнул белый кот с зелёными глазами.       — Ахренеть! — воскликнул Гук.       — Вот это да! — раздалось со стороны ведьмаков.       — Я не чувствую его колдовскую силу! — вторил Хосок. Облик белого кота вновь начал таять, и вместо него на столе появился Юнги.       — Ты не дал мне погладить себя, — бездумно пробормотал Чонгук.       — Ибо нефиг трогать главного колдуна, — просмеялся Мин.       — Но Тэ же ты разрешил, — по-детски высказал свою обиду Гук.       — Тэхён меня отвлёк едой, — оправдывался колдун.       — Ладно, давайте вернёмся к делу. Как нам изгнать духа из ТэТэ? — задал самый главный вопрос Намджун.       — Для изгнания нужно три силы по три раза: три колдуна, три мага и три ведьмака. Мы заключаем Тэхёна в четыре круга, чтобы не вырвался. В первый круг можно зайти, но нельзя выйти. Перед началом ритуала готовится зелье, которое пьём мы, а дальше читаем определённое заклинание. Произносить его мы должны одновременно. Все девять как один. И когда слова, дыхание и сердцебиение всех изгоняющих будут в одном ритме, наши силы объединятся против духа. Ритуал очень энергозатратный и сложный. К нему нужно готовиться минимум два дня. И нам нужны третий ведьмак и ещё два мага.       — Почему два? Нас с Хосоком двое. Нужен только один, — не понял Чонгук.       — Ты и так уже отдал часть своей силы Тэхёну. На ногах еле стоишь. Какое тебе ещё колдовство? — пожурил его Юнги.       — Но я хочу участвовать, — Гук даже не собирался это обсуждать.       — Чонгук-и, ты уже помог. Не губи себя, — попросил Хосок.       — Я сильнее всех магов ордена. Могу подпитывать остальных, если потребуется, — предложил другой вариант Чон.       — Гук, новый ритуал высвобождения магии может убить тебя. Я чувствую, что твоя сила ещё не оправилась. Она раздроблена на две части, и контакт со второй очень слаб. В тебе сейчас такая мешанина эмоций, что она не даёт мыслить здраво. Я понимаю твоё желание помочь, но не рекомендую тебе участвовать в самом ритуале. Это опасно, — разложил по полочкам Мин, не давая возможности спорить с собой.       — Дайте мне хотя бы увидеть Тэхёна. Он ведь сейчас не опасен, заклинания в камере сдерживают его, — попросил Чонгук.       — Ты можешь спуститься к нему. Но будь готов, что ваша встреча радужной не будет, — предостерёг главный колдун.       — Я готов, — он так отчаянно нуждался в своём ведьмаке.       — Ну что ж. Зовите друзей как можно скорее. Нам нужны ещё два мага и один ведьмак. Пора начинать готовиться к изгнанию, — подытожил Мин.       — Я уже позвонил Чимину, он скоро будет здесь, — сказал Намджун.       — А я позвоню в орден, — добавил Хосок.       — Хочу сразу вас предупредить. Несмотря на то, что мы сделаем всё от нас зависящее, велика вероятность того, что у нас не получится и Тэхён не переживёт ритуал. Я понимаю, что это трудно принять. Но вы должны это понимать, — добавил Юнги.

🔮🔮🔮

Чонгук медленно спускался по каменной лестнице в подвал вслед за адептом. Он считал ступени под ногами, чтобы отвлечься. Страх холодил руки. Там, наверху, он сказал неправду. Он не был готов вновь увидеть мучения Тэхёна. Но ему безумно хотелось обнять ведьмака, прикоснуться к его лицу, заглянуть в живые глаза. И поэтому он пошёл сюда. Тэ должен знать, что он не один. И что Гук будет бороться за него.       — У вас есть несколько минут. С ним нельзя долго разговаривать, — предупредил адепт, открывая тяжёлую дверь камеры. Чонгук лишь кивнул. Тэхён лежал ничком на кровати. Его пронзала дрожь. Маг подошёл к нему и, наклонившись, аккуратно провёл по волосам. Пряди взмокли от пота.       — Тэ, — тихо позвал его Гук. Ким тяжело открыл припухшие веки и посмотрел затуманенным взглядом на Чона.       — Гук-и, ты живой. Ты пришёл, — прошептал мужчина. Чонгук опустился на колени и наконец-то обнял его. Видеть такого разбитого Тэхёна было больно. Но он всё ещё жив, а значит, шанс на спасение есть. Тело ведьмака было горячим и мягким, почти безвольным. Ким даже не смог поднять свою руку, чтобы коснуться мага. Но Гуку было достаточно того, что его ведьмак просто здесь, рядом, в его объятиях.       — Тэ, я спасу тебя. Мы уже готовимся к ритуалу. И я буду участвовать в нём, — пробормотал парень в щёку ведьмака, а затем нежно поцеловал. Ким, несмотря на ласку, нахмурился.       — Не трать свою силу попусту. Дай мне умереть. Одним колдуном больше, одним меньше. Дух скоро убьёт меня, я чувствую это. Я никогда не был нужен этому миру, как и он мне, — еле выговаривая слова, сказал мужчина.       — Нет, нет, нет, Тэ, — Чонгук немного отстранился и приложил обе ладони к родному лицу.       — Ты нужен мне, а я тебе. Мы же связаны. И я не отпущу тебя. Тэхён тихо заплакал, а Чонгук мягко поцеловал его в потрескавшиеся губы.       — Помнишь ту легенду? Даже дракон не смог спокойно жить без своей любимой. И я не смогу. А тебя отнимут у меня, — просипел Тэ, почти признавшись в своих чувствах.       — Никто меня у тебя не отнимет. Ни колдуны, ни маги, ни духи! Я всегда буду с тобой, слышишь? — Гук был уверен в этом. Ничто не сможет их разлучить.       — Твоя судьба — стать главой своего ордена, а не жить со мной в богом забытом лесу, — произнёс последний аргумент Ким.       — Моя судьба — это ты. Как и я твоя. Не бойся, — маг ещё раз коротко поцеловал ведьмака и стёр пальцами слёзы с его скул.       — Нам пора, — послышался сзади голос адепта.       — Всё будет хорошо. Помни, что мы не можем потерять друг друга, потому что связаны, — произнёс напоследок Чонгук. Тэхён не мог больше говорить. Слёзы всё ещё бежали из его глаз, когда он закрыл их и провалился в беспамятство. Гука вывели из подвала. Перед его глазами всё ещё стоял образ Тэ, безвольно лежащего на измятой постели. В голове засела мысль, что Чонгук что-то упустил. Что-то очень важное.       — Проводите меня, пожалуйста, обратно в библиотеку. Я ещё не запомнил дорогу, — попросил он своего сопровождающего. Тэхёна мучил дух, а его боль чувствовал в себе Чонгук.

🔮🔮🔮

      — Юнги, ты знаешь что-либо о высшей связи двух людей? — попытал удачу Чон, застав колдуна за книгами.       — Только то, что это явление зародилось вместе с магией в древности. Оно редко встречается. И связь очень крепкая, — ответил Мин.       — А среди ваших книг можно найти что-нибудь об этом? — уточнил Гук.       — Думаю, что да. Здесь точно что-то было. Но я не подскажу, в какой именно книге, потому что давно изучал эту тему. Посмотри у стены, там собраны книги о судьбе, — указал колдун пальцем на широкий стеллаж от пола до потолка.       — Спасибо! — искренне поблагодарил маг. Ему и этой подсказки хватит. Весь день Чонгук провёл в библиотеке, пытаясь найти хоть что-то об их связи. Его окружали высокие стопки просмотренных книг, которые он складывал на стол. Но ни в одной не было ни слова. Связь редка. Он брался за новую книгу, изучал, а потом разочарованно откладывал, не найдя ничего полезного. И так час за часом. Лишь поздней ночью, когда за ним пришёл брат, Чонгук нашёл, что искал.       — Хосок, у меня появилась другая идея. Я изучал книги и нашёл ту, в которой говорится о нашей с Тэхёном связи. Мне не нужно питать девять человек во время ритуала, я могу отдать часть своей силы Тэ. С помощью нашей связи я смогу подпитать именно его, а не духа. И это может помочь ему пережить изгнание. Только в книгах не сказано, как именно это сделать.       — Ты понимаешь, что можешь умереть? — как же Хосок устал.       — Я понимаю, что, если не попробую, Тэхён погибнет! Ради него я готов отдать всю свою силу или даже жизнь! — Чонгук почти кричал.       — Сколько в тебе ещё юношеского максимализма? К психологу, что ли, тебя сводить? Чон-старший видел, как сильно изменился его брат. Чонгук всю жизнь плыл по течению, а сейчас он изо всех сил противостоял ему. Вот так, по-детски. Как умел.       — Развели тут драму, — буркнул Юнги из-за стеллажа, где искал нужную книгу. — Никто не должен умирать. Каково будет Тэхёну, если он очнётся после изгнания, а ты помер? Не круто, да? Я уже сказал, что не рекомендую тебе принимать в ритуале участие. Ты видел в подвале, что влечёт за собой нарушение магического баланса. Так что выброси из своей головы вот это равенство. Выживание Тэхёна не равно твоей смерти. Гук слушал колдуна и больше всего хотел, чтобы равенство включало в себя только две их жизни. Без опасности и потерь. И маг будет за это бороться.

🔮🔮🔮

Ночь для Тэхёна и Чонгука проходила как в бреду. И если ведьмак действительно бредил из-за лихорадки, то маг искал способ передать часть своей силы Киму с помощью их связи. В книгах не нашлось описания того, как Гук мог это сделать, минуя дух. И это не давало ему покоя. Маг всё ещё ощущал слабость в теле. Но решительность и страх потери были сильнее всего. Наутро ведьмаку стало хуже. Дух внутри Тэхёна бесновался, сводя его с ума. Сначала голову Кима заполонили галлюцинации. Он видел перед собой бабку, которая хлестала его по лицу и кричала, что он недостоин быть её внуком. Ведьмак плакал и просил отпустить его. Бабка исчезла, а вместо неё появились мёртвые тела Намджуна, Джина и Чимина. Они лежали на полу его камеры и внушали своим видом осознание, что погибли из-за него. Затем к нему пришёл образ Чонгука, который умолял его выйти из этой темницы. В мыслях вопил голос и призывал использовать магию. Тэхён до боли сжимал голову и мечтал только об одном: чтобы это всё прекратилось. Неважно как. Он был готов умереть. После этих душераздирающих видений дух начал пытать Тэ иначе. Он полностью подчинил себе ослабевшее тело и начал звать голосом ведьмака всех, кого мог. Ким выл, кричал, просил о помощи, бился о закрытую дверь. Ещё до рассвета в обитель приехал Чимин. Ему рассказали обо всём, что случилось, и он попросил разрешения увидеться с Тэхёном. Ведьмака не охраняли, так как в этом не было надобности. Колдовать он не мог, самостоятельно выйти из заточения — тоже. Когда Пак подошёл к двери камеры, внутри было тихо. Адепт, пришедший с ним, вставил массивный ключ в замочную скважину и повернул его несколько раз. Замок открылся. Как только дверь поддалась, со стороны камеры на неё с нечеловеческой силой налетел Тэ, пытаясь выбраться. Ведьмака и адепта спасло только то, что дверь была толстая и тяжёлая. Чимин рывком припал к ней плечом, надавливая и пытаясь не дать Тэхёну выйти. Колдун, который сопровождал Чимина, тоже толкал изо всех сил. Двое против одного. Они кое-как смогли закрыть дверь и запереть замок. Ведьмак демоническим голосом орал и требовал, чтобы его выпустили.       — Я чувствую тебя, Пак Чимин, мерзкое ты отродье, — произнёс дух голосом Тэхёна из-за двери.       — Он никогда тебе не говорил, но он жалеет. Жалеет, что познакомился с тобой. И жалеет о том поцелуе. Ему было противно. И он ощущает это отвращение каждый раз, когда смотрит на тебя. Ты слышишь меня?! — кричал голос. Пак не смог больше выносить это и побежал вверх по лестнице, прочь из подвала. У самого выхода он налетел на Чонгука. Их уже успели познакомить. Чимину очень понравился маг, как и он Гуку. И сейчас ведьмак не хотел, чтобы Чон слышал всё то, что происходило в подвале.       — Не ходи туда, пожалуйста, — попросил Пак.       — Чимин, что случилось? — парень занервничал, увидев побелевшее лицо ведьмака.       — Дух заставляет его говорить ужасные вещи. И входить в камеру больше нельзя. Я хотел проведать его, но он попытался вырваться. Мы вдвоём еле удержали дверь, — рассказал Пак. Чонгуку стало жутко, но он проскользнул мимо Чимина и спустился вниз. На полпути он встретил поднимающегося адепта и попросил дать ему минуту. Маг беззвучно подошёл к двери камеры, но дух всё равно почувствовал его.       — Гук-и, мой Гук-и, ты пришёл. Ты так нужен мне. Пожалуйста, помоги, открой дверь, — умолял голос Тэхёна. Чонгук не ответил. Голос ещё раз протянул его имя, позвав. А затем в дверь прилетел гулкий удар.       — Я знаю, что ты слышишь меня, маг. Твоя сила была такой вкусной, и я хочу ещё. Если ты не откроешь дверь, то я сломаю в этом теле каждую косточку, а твой ведьмак будет всё это чувствовать. Если и это не сработает, то я начну медленно высушивать его до состояния мумии. И заставлю ведьмака умолять тебя о смерти, — сказал дух таким любимым Чонгуком голосом.

🔮🔮🔮

Чимин почти бежал по коридору и плакал. Рыдания душили. Он не знал, куда идти, но ему нужно было выбраться наружу, на воздух, иначе он задохнётся. Тэхён — его лучший друг. Конечно, он не поверил ни единому услышанному слову, но боль от этого не становилась меньше. Пак всегда был самым эмоциональным из своих братьев. Он так переживал за Тэ, что руки неконтролируемо подрагивали, и он не мог унять эту дрожь. Проходя мимо стеклянной двери, ведьмак сквозь слёзы увидел выход в сад. Ему нужно было посидеть немного среди деревьев в одиночестве. В саду было тихо и свежо. Чимин глубоко вдохнул чистый воздух и присел на скамейку под яблоней. Природа всегда успокаивала его. Как и сейчас. Рыдания стихли. Он негромко шмыгал носом и вытирал мокрые щёки. Сад заливало тёплое солнце. Это место так отличалось от тёмного подвала, где он только что побывал. Блуждая взглядом по зелени вокруг, Чимин заметил едва уловимое движение. Поднявшись на ноги, ведьмак подошёл к клумбе, в которой что-то мелькнуло, и увидел в цветах белого кота. Кот внимательно наблюдал за ним.       — О, привет, котик. Охотишься или хочешь поиграть со мной? — ласково проговорил Пак и, взяв животное на руки, вернулся на скамейку под деревом. Коту явно не нравилось сидеть на руках. Он весь сжался, поджидая момента, когда его наконец-то отпустят.       — Ну что ты? Я не обижу, — ведьмак аккуратно погладил усатого по голове, потом почесал шею и мягко заскользил пальцами по шерсти до животика, поласкав и там. Кот замурчал.       — Нравится, да? — улыбнулся Чимин, продолжая гладить. Пак не понял, что произошло, но кот неожиданно начал таять в воздухе, а через секунду на нём сидел колдун.       — Какого хрена?! — ведьмак вскочил на ноги, сталкивая со своих колен Мина.       — Не люблю, когда меня трогают, особенно в форме кота, — поднимаясь с земли, пробурчал Юнги.       — Но ты мурлыкал, — растерялся Чимин.       — Живот — это моё слабое место. Я не сдержался, — подмигнул ведьмаку Мин. — Не плачь, твоим красивым глазам не идёт краснота.       — Извращенец, — обалдело бросил ведьмак и направился в дом.       — Есть немного, — слабо улыбаясь, проговорил ему вслед главный колдун.

🔮🔮🔮

Когда Чимин наконец-то нашёл библиотеку, в ней кипел спор.       — Чонгук, ты не будешь принимать участие в ритуале. Я вызвал ещё двух магов из нашего ордена, — твёрдо сказал Хосок.       — Да чёрта с два ты меня остановишь! — злился Гук.       — Да что вы снова спорите друг с другом? — вмешался Намджун.       — Хосок, перестань опекать его и запрещать что-либо. Он взрослый человек. Чонгук, думай головой и вспомни, что я говорил тебе вчера, — отчитал обоих только что вошедший Юнги.       — Тэхён дорог мне. Я не могу просто ждать за дверью, пока вы там проводите ритуал! — негодовал Чон-младший.       — Не повышай на меня голос, юнец! — угрожающе урезонил мага колдун. — Мы поступим следующим образом: ты будешь там с нами во время ритуала, но в круг с магами не встанешь. Такой вариант тебя устроит?       — Вполне. И нам нужно торопиться. Дух творит с Тэхёном страшные вещи, — разрешение колдуна не принесло Чонгуку спокойствия.       — Мне доложили. Никто больше в подвал не спускается. Зелье для ритуала почти готово, все артефакты мои адепты уже нашли. Мы начнём на закате. А до этого времени готовьтесь. Хосок, я бы хотел с тобой побеседовать, — дал напутствие Юнги, переводя взгляд на старшего Чона. Все присутствующие разошлись по своим комнатам, чтобы подготовиться к вечеру. Маг и колдун остались в библиотеке одни.       — Юнги, я хочу поблагодарить тебя за помощь. И извиниться за то, что колдунов сторонятся и считают заведомо плохими. Теперь я вижу, что это не так, — начал Хосок, подходя ближе к собеседнику.       — Колдуны не все поголовно говнюки, ты прав. В этой обители живут, прежде всего, порядочные люди. Но проще ведь запомнить плохое, чем что-то хорошее. Запоминают только таких, покалеченных жизнью, как Хан Бёнгмин. А я всеми силами стараюсь, чтобы в нашей стране не было таких, как он.       — Спасибо тебе ещё раз, — сказал Чон. Он смотрел в глаза Юнги, пытаясь разглядеть там ту особенность, которой обладали все, кто заключил сделку с духом. Ничего не увидев, маг сделал ещё один шаг навстречу.       — Поблагодаришь как-нибудь более существенно, когда всё это закончится, — лукаво ухмыльнулся главный колдун.       — Более существенно? Это как? — не понял маг и отступил назад.       — Уверен, мы придумаем что-нибудь интересное, — Мин приоткрыл губы в маленькой улыбке и подмигнул Чону.       — Нахал, — возмутился Хосок.       — Да, да. Извращенцем я уже сегодня был. Побуду и нахалом, что ж. Каждый думает в меру своей испорченности. А я ничего такого не подразумевал. Хотя мне приятно, что в моих словах ты увидел что-то этакое, — рассмеялся колдун своим особенным тихим смехом. Хосок только молча наблюдал за ним, растерявшись ещё больше. Маг начал краснеть.       — Я хотел поговорить с тобой о твоём брате. Знаю, ты не просил совета, но я всё же дам его тебе. Не сомневайся в себе. Ты прекрасно справляешься с ролью главы ордена. Лучше многих, а я их видел на своём веку немало. Да, ты эмоционален. Потому что молод. Это у вас семейное, похоже. Но в тебе есть способность оставлять голову холодной. Ты разовьёшь её с опытом.       Твой брат — он другой. Безусловно, хороший человек, но эта работа не для него. Ему будет намного сложнее. Если ты уже начал понимать, что пост главы — это только часть твоей жизни, а не вся жизнь. То Чонгук утонет в этом болоте и потеряет себя. Не потому, что он слаб, отнюдь. А потому, что он бросается в омут с головой, ты же видишь. Если это произойдёт, то у тебя останется только глава ордена Чон Чонгук, а не твой младший брат Гук-и или чей-то любимый человек. Он отдаст ордену всего себя. А это не есть хорошо. Всегда нужно дистанцироваться. И не позволять посту порабощать твою душу. Он не готов.       Помимо этого, не воспринимай этот пост как жертву и не уповай так слепо на предназначение. Ты ничего не потеряешь, став полноправным главой, и многое приобретёшь. Судьба изменчива. И не всё то, что предрекали, сбывается. Как и происходит многое, чего не ждёшь. И тут нет правильного или неправильного. Это и есть жизнь. Подумай об этом. И я буду очень рад иметь такого союзника, как ты, — Юнги говорил серьёзно, без улыбки или веселья в глазах.       — Я подумаю, — тихо произнёс Хосок, отвечая на тяжёлый взгляд колдуна.

🔮🔮🔮

К вечеру в обитель прибыли ещё два мага из ордена Чонгука. Все приготовления были окончены. Девять основных участников ритуала и Гук стояли в большом зале, в котором никто из них до этого не был. Все десять колдунов отправились в подвал, чтобы доставить Тэ из камеры сюда. Зал освещался тусклым светом настенных светильников. Возле выхода стоял стол, на котором были выставлены стаканы и небольшой котелок с зельем для ритуала. Каждый участник уже успел его выпить. На полу в центре нарисовали четыре больших круга. На трёх кругах были отмечены места, где должны встать участники. У каждого места свой артефакт. Первый круг для Тэхёна. Второй круг для колдунов, третий для магов и четвёртый для ведьмаков. За пределами кругов были расставлены свечи. Когда ритуал начнётся, светильники погасят, оставляя только живой огонь. Каждому в комнате дали бумагу с написанным заклинанием, которое нужно будет произносить во время изгнания. Все были заняты заучиванием слов, кроме Чонгука. Он стоял у кругов и смотрел на один из артефактов. Маг помнил, что уже видел мельком подобный на фабрике. Человеческий череп. Это никакой не знак, нет. Это нервы и страх. Всё будет хорошо. Они спасут Тэ. Гук старался гнать от себя плохие мысли. Но оставался ещё тот факт, что он так и не понял: как воспользоваться их с ведьмаком связью? Именно сейчас, когда колдуны могли в любое мгновение внести в этот зал Кима и положить его в центр кругов, Чону было нестерпимо больно, потому что он не знал, что делать. Главный колдун и его адепты действительно вошли меньше чем через минуту. Тэхёна несли на носилках, его глаза были закрыты.       — Юнги, почему он молчит? — не выдержал Чонгук.       — Дух действительно начал ломать ему кости. Мы срастили переломы, но он отключился от болевого шока. Нужно начинать. Гук похолодел и застыл. Кто-то подошёл к нему сзади и, взяв за локоть, отвёл к стене.       — Чонгук, мы с тобой не успели пообщаться, но я очень благодарен тебе за то, что ты появился в жизни Тэхёна. Ничего не бойся. Мы справимся. И пообщаемся после. Расскажу тебе пару забавных историй о ТэТэ. Он так мило смущается, когда я об этом вспоминаю, — светло улыбнулся Джин.       — Спасибо тебе, Сокджин, — Гук не стал себя сдерживать и обнял ведьмака.       — Всё будет хорошо. Верь в это, — повторил Джин слова Намджуна.       — Я верю, — ответил маг.       — Итак, мы начинаем. Займите, пожалуйста, места у каждого артефакта на полу, — громко попросил Юнги. Колдуны уложили Тэхёна в центре кругов. Носилки убрали. Чонгук хотел остаться у стены и наблюдать оттуда. Но понял, что эти десять шагов до круга казались ему десятью километрами. И он не смог находиться в отдалении. Маг встал за спиной Чимина, так как был немного выше его и мог видеть, что происходило в круге. Ким всё так же неподвижно лежал на спине. Как только все встали на свои места, колдуны, которые не участвовали в ритуале, отошли к выходу. Свет погас. Зажглись десятки свечей.       — На счёт три мы все начинаем произносить заклинание для изгнания духа. Что бы ни случилось, не входите в круг, где лежит Тэхён. Дух не может выйти оттуда и навредить нам, — сказал Юнги, а затем начал считать. Один. Два. Три. В зале зазвучал разрозненный хор голосов. Каждый говорил в своём темпе и со своей интонацией. А нужно было единство. Чонгук молчал и дрожал, не отрывая глаз от Тэ. Только на четвёртом повторе все девять человек начали произносить слова одновременно. Чем единообразней звучало заклинание, тем страшнее становилось Гуку. В зале начало мигать электричество. Свечи то затухали, то вспыхивали факелами. Поднялся невидимый ветер, хоть и окон здесь не было. Со стола на пол полетели стаканы и разбились. Чонгук лишь вздрогнул и продолжил внимательно наблюдать за телом ведьмака. Тэхён будто почувствовал устремлённый на него взгляд и открыл глаза, которые в полумраке светились оранжевыми всполохами пламени. Ведьмак медленно поднялся на ноги и обошёл свою темницу по кругу, вглядываясь в каждого, кто стоял по ту сторону барьера. Участники ритуала продолжали читать заклинание, а дух внутри ведьмака посмотрел на мага и устрашающе улыбнулся. Пламя в глазах погасло, а Ким рухнул на пол. Будто до этого его держали, а сейчас отпустили. В зале всё сразу же вернулось в норму. Свечи горели ровно, светильники потухли, а ветер стих. Чонгук продолжал наблюдать. Неожиданно он почувствовал запах гари. Маг в непонимании осмотрелся. Вокруг ничего не горело. Свечи стояли на тех же местах, где и были. Когда он вернул свой взгляд к ведьмаку, то увидел, что на Тэхёне мелкими всполохами загорелась одежда. И в полутьме отчётливо было видно, как огонь превращал ткань в пепельное кружево.       — Стойте, стойте! Мы убиваем его!! Дух его сжигает!! — заорал Гук и, расталкивая перед собой людей, рванул в центр кругов.       — Нет! Оттуда не выйти! — крикнул Юнги. Он попытался поймать мага, но не успел. Чонгук снял с ведьмака тлеющее пальто и отшвырнул в сторону. Он осмотрел его тело и хлопками погасил горящие участки одежды. Тэхён был настолько горячим, будто в нём происходило извержение вулкана. Он практически обжигал Гука собой. Колдуны, маги и ведьмаки вокруг продолжали читать длинный текст заклинания. Они будут произносить его непрерывно, пока дух не покинет тело. Или пока сосуд не умрёт. Маг положил Кима на себя спиной и обнял. Он почти плакал. Ему нужно как-то «включить» их связь. Но как?       — Тэ, вернись ко мне, умоляю тебя. Тэхён, — Гук сжимал своего ведьмака в объятиях и шептал на ухо. Из-за жара брови и ресницы на лице Кима начали медленно плавиться. Ещё чуть-чуть и занялись бы волосы. От одежды поднимался дымок, но Чон не отпускал его.       — Ты опять не договорил мне всей правды. Неисправимый ведьмак. Но я знаю, Тэ. Теперь знаю всё про нашу связь, — Чонгук мягко укачивал мужчину в своих руках, практически не слыша множества голосов вокруг них.       — Был тут в библиотеке. Тебе бы там понравилось. Там столько книг, что и жизни не хватит, чтобы их прочесть. Хотя уверен, что ты справился бы быстро, — Гук шмыгнул носом, слёзы сами собой побежали по лицу.       — Я надеюсь, что ты слышишь меня. Я знаю, что наша связь основана на взаимной любви. Да, ты говорил про судьбу, но про любовь не сказал ни слова, — Чонгуку жгло кожу. Ведьмак сгорал в его руках.       — Я скажу первым, маленький ты трусишка. Я люблю тебя, Тэхён. Всем своим сердцем люблю. Прошу, услышь меня, — маг поцеловал ведьмака в горячий висок и уронил голову тому на плечо. Он развернул Тэ, закрыл глаза и как можно крепче прижал его к себе. А голоса читающих заклинание продолжали звучать отовсюду, окружая пару. Чонгук пытался думать о любви. О том, как его родители любили друг друга. О том, как они любили его, а он отвечал им тем же. И о том, как он теперь любил Тэхёна. И верил, что у них с ведьмаком это взаимно.       — Гук-и? — тихо позвал родной голос.       — Тэ, я здесь, я держу тебя, — Чон открыл глаза и увидел, что их обоих опутала длинная эфемерная лента из белого света. Свет знаком бесконечности перетекал из одного тела в другое и возвращался обратно. Тэхён приоткрыл глаза и посмотрел на лицо мага. Радужки ведьмака имели привычный цвет. Спустя ещё несколько мгновений мерцающая лента оторвалась от Чонгука, полностью погрузилась Тэхёну в грудь и осталась там. Ведьмака затрясло. Он одновременно мёрз, горел и задыхался. Ощутив, как по горлу карабкалось что-то обжигающее, Тэ поднял лицо к потолку и, широко раскрыв губы, закричал. Из его рта вырвался столп огня. Гук только прикрыл глаза от яркого света и уткнулся ведьмаку в грудь. Он ни на минуту его не отпускал. Выйдя из тела, дух попытался вырваться и ударился о барьер несколько раз, но не смог его сломать. Заклинание было почти дочитано. И с последними словами огонь сжался в мелкий горящий шар, показывая истинную сущность духа. А затем затрясся, расширяясь и ослепляя всех своим светом, взорвался, осыпая ведьмака и мага мелкими искрами. Взорвавшуюся силу сдержал круг, не дав ей распространиться. Ударную волну приняли на себя только Тэхён и Чонгук. В круг можно войти, но нельзя выйти. Юнги первым сорвался с места и стёр ногой кусочки каждого из четырёх кругов, тем самым разрушая барьер. Колдун подбежал к лежащим на полу и приложил пальцы сначала к шее Тэхёна, а затем к Чонгуку. Он нащупывал пульс. Без сознания. Но живы. Следом подошли Хосок и три ведьмака. Они аккуратно высвободили Тэ и Гука из объятий друг друга.       — Внимание всем! Быстро выйдите из зала! — неожиданно громко сказал Мин и нахмурился.       — Юнги, что происходит?! — воскликнул Джин.       — Выйдите! — повторил главный колдун. Все участники ритуала поспешили на выход. Хосок, Намджун, Сокджин и Чимин уходили с неохотой, нервно оглядываясь. Только когда в зале никого не осталось, Юнги сосредоточился и приложил обе руки к груди мага, потом к ведьмаку. Он не ошибся. В этих двоих больше не ощущалось магической силы.