Глава 10: Ключ
10 июля 2022 г., 21:33
Тот, кто вас не убил, совершил тактическую ошибку. Наставления морпехоте ККОН (неофициальные)
«Тень намерения», штурмовой носитель класса CAS Тарриса, шахтёрская колония азари, система Тарриса
— Статус? — Все системы исправны, капитан. — Превосходно. А Жнецы? — Десять кораблей уходят с поверхности по курсу, который выведет их на… вектор в сторону от нашего подхода. Со своего командного кресла, возвышающегося над просторным мостиком, корабельный капитан Р’тас ’Вадум рассмеялся: — Жнецы узнают свою гибель, когда видят нас. Если трусы будут удирать при нашем появлении, то так тому и быть. — Это, конечно, сделает нашу работу менее хлопотной, — произнёс глубокий, низкий голос позади Р’таса. Р’тас повернул голову и увидел приближающегося арбитра, положившего руку на его командное кресло. — Да, Тел, так будет проще. Только не столь приятно. Тел сжал свои четыре мандибулы в ухмылке. — Иногда, Р’тас, меня удивляет, что ты не бугай. — Твоя лесть всегда приветствуется, арбитр, — ответил Р’тас. Капитан снова повернул голову к голодисплеям перед собой. — И всё же, десять этих Жнецов на один город? Если бы они хотели умиротворить эту маленькую колонию, они могли бы сделать это с куда меньшим числом. — Возможно, Жнецы тоже знают о том, что здесь находится. — Хм, — размышлял Р’тас. — Если ты прав, то это ещё одна причина, чтобы мы позаботились о том, чтобы они не получили доступ сюда. — Ты уже нашёл подходящую посадочную зону? — спросил арбитр. Р’тас кивнул, нажав на голодисплей, чтобы открыть изображение города с высоты. — Как ты можешь видеть, город окружён горами с восточной, западной и северной сторон, и только южная сторона открыта для наземного наступления. Однако воздушные десанты смогут обойти горы. «Город» в основном состоял из нескольких одно-трёхэтажных домов, граничащих с центральной частью нескольких более крупных зданий промышленного вида. На окраине города в горах находились многочисленные траншеи и ямы, характерные для горных разработок. — Верно, но я бы предпочёл основать передовую базу за пределами города, чтобы у нас была позиция силы, позволяющая нам действовать. — Понятно. В таком случае, этот участок должен послужить нашей цели. — Р’тас указал на большой и ровный участок местности в километре к югу от города. — Свободный путь к городу, неограниченный обзор, и достаточно места для размещения целого батальона. — Однако открытость местности может сыграть против нас, — сказал Тел, размышляя вслух. — Если Жнецы оставили тяжёлую артиллерию, мы можем подвергнуться обстрелу во время первоначального развёртывания. — Не обязательно. Что, если мы развернём тип-74? — Тип-74? Я думал, что хурагоки всё ещё работают над ним. — Они закончили несколько часов назад. — Хм… — размышлял Тел. Машина, о которой говорил Р’тас, тип-74, была разновидностью сверхтяжёлой штурмовой платформы тип-47 «Скарабей». Шасси было аналогичным, как и расположение более мелкого вооружения, например, нескольких противопехотных орудий направленной энергии, размещённых по краям, и четырехствольной зенитной батареи тяжёлых иглометов на корме. Однако вместо расположенной в носовой части тяжёлой плазменной пушки был установлен экспериментальный проектор щита, который мог расширять защитный «купол» вокруг определённой области. Хотя защитное экранирование не было новой технологией, этот вид щитов был таковым. Если раньше для того, чтобы выстрелить изнутри, ковенантский щит нужно было опустить на долю секунды, то теперь хурагоки смогли изменить поток заряженных протонов, чтобы энергия и снаряды проходили через щит в одну сторону. Таким образом, идея создания типа-74 была придумана сангхейли — водителем «привидения», и одобрена для прототипа Р’тасом. — Полагаю, сейчас самое подходящее время для полевых испытаний, — нехотя признал Тел. — Я знаю, что это всего лишь прототип, но поверь мне, он будет работать, — сказал Р’тас, чувствуя опасения Тела. — Кроме того, после бегства боевых кораблей Жнецов у нас есть полное превосходство в воздухе и на орбите. Мы сможем легко обнаружить любую тяжёлую артиллерию и уничтожить её орбитальными ударами или бомбардировками «серафимов». — Конечно, — сказал Тел. — Ты определил масштабы наземного присутствия Жнецов? Р’тас щёлкнул своими мандибулами: — Примерно. Капитан корабля нажал на свою голопанель, и вид города изменился, увеличив масштаб одной из центральных улиц. Арбитр сделал шаг вперёд и прищурился, увидев движение на экране. — Это в реальном времени? — спросил он. — Да. Камеры были довольно мощными и позволяли Телу с поразительной чёткостью видеть улицу далеко внизу. С высоты можно было легко заметить, что улица кишит двуногими существами. Большинство из них были гротескного вида существами, которые либо стояли на месте, либо корчились над тёмными массами на земле, но арбитр также увидел несколько тонких, быстро двигающихся существ, пробирающихся сквозь эту массу. Архитектура этого небольшого города напомнила ему человеческую, хотя он и не знал почему; эстетика и планировка города как будто идеально подходили друг другу. — Так почти во всём городе, — сказал Р’тас, выводя арбитра из задумчивости. — Они уже проникли в здания? — Неизвестно, но почти наверняка. Наши тепловые сканеры искажаются, но в некоторых местах видно, что они пытаются пробраться внутрь. — Возможно, Жнецы только что прибыли. Есть ли какие-нибудь следы колонистов? — спросил Тел. — Никаких, насколько мы можем судить. Если они и есть, то, скорее всего, прячутся, — ответил Р’тас. — Мы оба знаем, что выжившие не являются причиной, по которой нас сюда послали. — Я прекрасно знаю о нашей цели, Р’тас, как и все остальные, — сказал арбитр, — я просто пытаюсь учесть все возможные переменные. — Тебе удалось определить количество? — Четыре, может быть, пять тысяч, — прикинул Р’тас. — В батальоне, который мы отправим вниз, меньше тысячи. Мандибулы Р’таса сжались в хищной ухмылке: — Нечестный бой. Паразиты уже мертвы, просто пока не знают об этом. — Мой избранный батальон уже собран, мы немедленно отправимся на поверхность. Поступай с флотом по своему усмотрению, пока мы будем извлекать Ключ. — Превосходно. Крейсер «Вечное покаяние» будет находиться в верхних слоях атмосферы и оказывать огневую поддержку. Остальные останутся на орбите на случай, если Жнецы вернутся с подкреплением. — Р’тас сделал небольшую паузу, прежде чем заговорить более низким и серьёзным тоном. — Арбитр, ставки здесь… — …огромные, я знаю. Мы всё знаем. Вот почему мы не потерпим неудачу. Р’тас кивнул: — Ради Мантии. — Ради Мантии. За наши грехи… — с этими словами арбитр отвернулся и быстрым шагом направился к дверям мостика.***
— Десять секунд. Тел ’Вадам встал при словах пилота, за ним последовали десять других сангхейли в чёрной броне в отсеке «фантома». Две двери отсека распахнулись, открывая взору быстро приближающийся пейзаж. Листьев не было видно, кроме нескольких зелёных пятен, а местность чередовалась между большими плоскими пространствами и обрывистыми горами. Два ворчуна в чёрной броне управляли плазменными турелями отсека, следя за любыми признаками опасности, пока «фантом» приближался к земле. Однако главным объектом внимания был обширный серебристо-голубой купол щита, исходящий из центральной точки возвышающегося «скарабея» тип-74, который опустился с орбиты и был развёрнут всего несколько секунд назад. Арбитр переместился к краю отсека и, как только корабль оказался в десяти метрах от земли, прыгнул, приземлившись на твёрдую землю с тяжёлым ударом. Остальные сангхейли последовали за ним, и, когда они приземлились, Тел посмотрел в небо. Он увидел, что к земле быстро приближается рой «фантомов» и «духов», которые сбрасывали с гравизахватов «привидения», «призраки», «ревенанты» и турели «Тень», а из их отсеков высаживались толпы солдат Сепаратистов. Арбитр намеренно выбрал место на окраине зоны развёртывания и внимательно наблюдал за сангхейли в бело-фиолетовой броне, который стоял в самом центре событий, отдавая приказы и делая чёткие движения руками. Сангхейли, о котором шла речь, был Раэль ’Харум, командир батальона «Коготь». ’Харум был молодым офицером, который с честью провёл своё подразделение через Великий раскол и гражданскую войну с минимальными потерями и большим количеством убитых врагов. Он и его батальон были отмечены полевым командованием Сепаратистов как имеющие «потенциал для более высокого продвижения». Поэтому Тел решил использовать своё подразделение для охраны небольшого города, чтобы самому понаблюдать за ’Харумом. Сказать, что ’Харум был эффективен, было бы преуменьшением, поскольку менее чем через минуту после приземления он выстроил весь свой батальон в двухслойную полуовальную линию. Передняя линия состояла из основной пехоты подразделения: сангхейли, ворчунов, пар охотников, укрывшиеся за энергетическими щитами и куполообразным экраном тип-74. Для обеспечения более интенсивного прямого огня были использованы турели «Тень», быстрые штурмовые «призраки» тип-32 и машины поддержки пехоты тип-46 «Спектр». Вторую линию составляли несколько штурмовых орудийных расчётов тип-26 «Привидение», и развёртываемые антигравитационные башни, на которых стояли снайперы сангхейли. За всеми ними возвышался «скарабей» тип-74, резонирующий гул которого сигнализировал о включении защитного купола. Уголком глаза Тел заметил приближающегося закованного в красную броню сангхейлийского майора и повернулся к нему лицом. — Арбитр, Раэль ’Харум просит вас присутствовать на командной башне, — сказал он. Арбитр кивнул, обернувшись к двадцати своим закованным в чёрную броню сангхейли: — Ожидайте моих приказов. — Да, арбитр. — Пойдём, — сказал он майору, и двое отправились трусцой в сторону командной башни. Когда они приблизились, майор сангхейли занял позицию у основания и жестом предложил Телу идти дальше. Арбитр шагнул в клубящееся фиолетовое гравитационное поле и начал подниматься вверх, а достигнув вершины, наклонил своё тело вперёд и мягко приземлился на верхнюю платформу. Там стоял ’Харум, смотревший через пару дальнобойных оптических приборов, и, заметив появление Тела, он опустил прибор и кивнул в знак приветствия. — Арбитр, — сказал он, — это честь для меня. — ’Харум, — ответил Тел. — Ты хорошо командуешь своим батальоном, я не думаю, что когда-либо видел, чтобы подразделение так быстро выстроилось в линию, как это сделали они. — Это хорошие солдаты, они отлично исполняют свой долг, — сказал ’Харум. — Зачем ты позвал меня сюда? — спросил Тел. — Мне нужен твой совет, — ответил он. — Затем ’Харум протянул Телу оптику. — Смотри. Тел поднёс оптику к глазам, устройство автоматически увеличило изображение. Он осмотрел город и с удивлением обнаружил, что на нём нет ни следов дыма, ни обугленных чёрных шрамов, характерных для поля боя, где присутствовали боевые корабли, способные бить по земле. На самом деле, на первый взгляд казалось, что город почти не пострадал, так как здания и улицы почти не были изуродованы. Он видел наземные войска Жнецов, бредущие по улицам, некоторые из них пытались активно пробиться к закрытым дверям, и не преминул заметить несколько большую плотность войск у самого южного края города. Харум заговорил, пока арбитр осматривал город. — Прошло почти три минуты с момента нашей высадки, и не было никаких попыток агрессии. Либо у Жнецов нет здесь артиллерии, либо они выжидают, чтобы использовать её, пока мы не вырвемся из укрытия и не начнём наступление на город. Однако, изображения в реальном времени и показания сенсоров с «Покаяния» не показывают никаких признаков тяжёлой техники. Таким образом, возникает вопрос, должны ли мы продолжать ждать или начать штурм? — Время не слишком важный фактор, но мы не должны мешкать, — сказал Тел. Его взгляд теперь был сосредоточен на самом южном скоплении войск Жнецов и на том, как оно быстро увеличивается в размерах. — Я понимаю. Ключ должен быть возвращён, — сказал ’Харум. Он поднёс руку в перчатке к своим мандибулам, размышляя: — Хм. Тип-74 мобилен. Возможно, мы могли бы наступать на город, находясь под его щитом. Это будет медленно, но обеспечит безопасность батальона, пока мы не достигнем города. Тел вложил оптику обратно в руки Харума. — Я считаю, что это более важный вопрос. ’Харум посмотрел в оптику и увидел, что имел в виду Тел. Скопление войск Жнецов на южной окраине города росло в геометрической прогрессии, мерзости толпами вливались с улиц. Затем эта масса начала двигаться, нет, бежать вперёд, прямо к ним. Если верить ’Харуму, на позиции Сепаратистов должны были мчаться по меньшей мере три тысячи или более солдат Жнецов. — Наступление пехоты через километр открытой местности на укреплённую оборонительную позицию, усиленную воздушным и орбитальным превосходством? — тихо, почти с недоверием сказал ’Харум. — Похоже, что отступление боевых кораблей Паразитов совпало с их отказом от всякого тактического мышления. — Он согнул свои мандибулы в злобную ухмылку. — Да будет так. ’Харум нажал кнопку на своём наручном устройстве, переключив канал связи на другую частоту. — «Вечное покаяние», это ’Харум. Мне нужен энергетический удар по поверхности в… этих координатах, немедленно. Низкая интенсивность, прямая зачистка, за которой последуют бомбардировка «серафимов». — Принято. Открываем огонь. Почти сразу же луч яркого серебристого света пронзил облака и ударил в землю между обороной Сепаратистов и окраинами города. Даже при низкой интенсивности палящий жар копья чистой энергии расколол и испепелил твёрдую землю и мгновенно испарил сотни солдат Жнецов в радиусе пятидесяти метров. Даже с такого расстояния Тел мог ощущать жар от луча. Затем луч начал двигаться вбок по открытой местности, сметая остальных наступающих Жнецов. Результат был вполне предсказуем: подавляющее большинство хасков сгорело там, где стояло, а те, что находились на периферии, расплавились и превратились в ещё более гротескные формы. После почти полукилометровой прогулки энергетический луч потускнел и втянулся вверх, оставив после себя горящую, изрезанную землю. Не прошло и нескольких секунд, как группа из пяти космических кораблей «серафим» с рёвом прорвалась сквозь облачный покров и устремилась к земле, выпуская тяжёлые торпеды. Радиоактивные зелёные снаряды по дуге устремились к земле, когда каплевидные «серафимы» набрали высоту и исчезли, а затем врезались в обугленную землю с мощным взрывом, подняв тучи пыли и пепла. Когда обломки после бомбардировки рассеялись, ’Харум снова поднял оптику и осмотрел поле. — Никакого движения. Арбитр просто кивнул. — Взять город. Когда Тел развернулся и шагнул в гравитационное поле, он услышал приказ ’Харума: — Всем подразделениям выдвигаться. ’Вадам вышел из гравитационного лифта и посмотрел на бурю активности, которая только что обрушилась на батальон, получивший приказ своего командира. Элиты, ворчуны и охотники грузились в «спектры» и «тени» или садились на один из десятков «фантомов» и «духов», которые не так давно доставили их сюда. Как только все войска получили транспорт, батальон начал быстро, но организованно продвигаться к городу. Из облаков появились «баньши» с «Вечного покаяния» и разбились на пары. Более медленные «духи» остались висеть над основным строем, а более проворные и тяжеловооружённые «фантомы» и сопровождающие их «баньши» помчались вперёд, чтобы перебросить передовые подразделения. Тел потянулся к поясу и схватил шлем, надевая его на голову, и устремился к ожидавшей его группе специального назначения. Когда шлем подключился к усовершенствованному хурагоком оборудованию его брони, на внутренней стороне его визора материализовался элегантный интерфейс. Он моргнул, чтобы получить доступ к каналу своей команды, затем сказал: — Сел, ты на связи? — Да, арбитр, я и мой напарник держимся чуть выше облачного покрова. — Наша операция начинается, нам нужен транспорт в город. — Сейчас мы будем там, арбитр. Команда из двадцати бойцов, которой он руководил, была с ним ещё со времён Гражданской войны сангхейли. Они состояли из наилучших сангхейлийских воинов в армии Сепаратистов и были беспрекословно преданы идеалам Сепаратистов и своему арбитру. Собственно, это была идея Р’таса — сформировать команду, чтобы она стала элитным ударным отрядом, которым Тел мог командовать во время своих операций на гражданской войне. Они также служили его личной стражей, поскольку он был одной из самых важных фигур в армии и правительстве Сепаратистов сангхейли. Двое сангхейли подошли к арбитру и встретили его на небольшом расстоянии от основной группы. Это были командиры первого и второго копья, Уше ’Тахам и Н’то ’Сраом, соответственно. Оба сангхейли служили рядом с ним со времён Земли и Ковчега, и Тел считал их одними из своих ближайших союзников. — Операция будет проходить по плану? — спросил ’Тахам, который также был вторым командиром подразделения. — Да, — ответил ’Вадам. Уголком глаза он заметил движение в небе над головой и, приглядевшись, увидел, что к ним быстро приближаются два «фантома» с чёрной окраской. — Наш транспорт прибыл. ’Тахам, ты с первым отрядом садишься во второй «фантом». Я буду со ’Сраомом и его копьём на первом. — Да, арбитр. В двадцати метрах от земли «фантомы» остановились, активировали гравитационные лифты, и два копья сангхейли быстро поднялись в отсеки для войск. Когда копьё ’Сраома заняло свои места, Тел шагнул к кабине, увидев знакомую фигуру Села ’Терума, расслабленно сидящего за пультом управления. — Ты знаешь наш пункт назначения? — спросил арбитр. — Конечно, мы всё знаем, — ответил Сел. Тел кивнул, похлопав пилота по плечу. — Орбитальная съёмка не выявила никаких признаков видимых зенитных батарей, но будьте начеку. Мы никогда не сталкивались со Жнецами в наземном бою и не знаем, на что они способны. — Я доставлю нас туда, — сказал ’Терум. Арбитр повернулся и пошёл обратно в отсек, и вместо того, чтобы занять свободное место, как остальные сангхейли, он предпочёл встать позади одного из ворчунов-стрелков и смотреть через открытую боковую дверь. Когда их «фантом» прошёл высоко над городом, Тел смог посмотреть вниз на штурм батальона ’Харума. На улицах города копья сангхейли и отряды ворчунов высаживались из своих «спектров» и «теней», уничтожая войска Жнецов раскалённой плазмой и выстрелами из карабинов. Затем они приступили к штурму зданий с земли, в то время как на крышах разместились войска с «фантомов». На одной из больших улиц два танка медленно продвигались, а войска Сепаратистов, стоявшие за ними, метались туда-сюда, защищаясь от красных трассирующих снарядов и отвечая своими зелёными и синими. Один из танков выстрелил из своего плазменного миномёта в сторону здания, из которого шёл шквал красных трассеров, обрушив стену и испепелив находившихся внутри Жнецов. На другом бульваре трио «баньши» совершило обстрел, ярко-синие шары плазмы впились в группу солдат Жнецов. С крыши одного из зданий копьё рейнджеров сангхейли перепрыгнуло на соседнюю крышу, и девять из них проникли в дверь верхнего этажа, пока один с длинной винтовкой занимал позицию в углу. Через секунду из винтовки вырвался фиолетово-синий луч, который пронёсся по улице несколько кварталов и устремился к цели, которую Тел не мог рассмотреть. — Башня в поле зрения. Десять секунд, — раздался голос Села по каналу отряда. Арбитр вызвал в памяти образ башни. Это была огромная башня, самое большое здание в этом городе, по форме напоминающее перевёрнутую букву «Y». Нижняя часть была широкой и, скорее всего, представляла собой собственно «здание», а сужающаяся верхушка была больше для вида, чем для чего-либо ещё. Именно здесь находилась их главная цель. — Присутствие Жнецов? — спросил он. — Значительная плотность наземных войск во внутреннем дворе башни, — ответил пилот. — Оставайтесь здесь, — приказал Тел, и «фантом» резко дёрнулся, остановившись. Моргнув, он переключил канал связи на командный канал батальона. — ’Харум, это ’Вадам. Мне нужна поддержка с воздуха неподалёку от башни. Мы всё ещё находимся в воздухе, действуйте по своему усмотрению. — Подтверждаю. «Серафимы» начинают бомбардировку, — ответил ультра. Тел услышал безошибочные звуки битвы через коммуникатор ’Харума и улыбнулся. Похоже, им обоим придётся вести бой в авангарде. Не прошло и пяти секунд, как Тел услышал отчётливый вой «серафимов», за которым последовал сотрясающий землю грохот бомб с топливными стержнями. — Присутствие Жнецов снижено до минимального значения, — сообщил Сел. — Приступайте, — приказал Тел, потянувшись за спину и доставая свой карабин. Остальные десять воинов сангхейли поняли знак и встали, сняв с предохранителей своё оружие. Их вооружение не было стандартным, поскольку каждому сангхейли разрешалось вооружаться по своему усмотрению. У одних были карабины, у других — плазменные винтовки, у третьих — иглометы или игольчатые винтовки. У одного была длинная лучевая винтовка, а у другого — тяжёлая переносная топливная пушка. Лидер второго копья ’Сраом владел двумя плазменными винтовками, а у арбитра плазменная винтовка была прикреплена к левому бедру в качестве вторичного оружия. Все они были оснащены гранатами и другими различными взрывчатыми веществами или оборудованием, например, разрывными зарядами или плазменным резаком. — Гравитационный лифт или с борта? — спросил Сел, обращаясь к арбитру, какой метод развёртывания он хочет использовать. — С борта, — ответил арбитр. Два ворчуна внезапно начали стрелять, скорее всего, по Жнецам, оставшимся в живых после бомбардировки. — Очень хорошо, приближаемся к позиции через три… две… одну. На счёт «один» Тел выскочил из боковой двери «фантома» и пролетел пять метров по воздуху, ударившись о каменную поверхность двора. Он присел в боевую стойку с поднятым карабином, за ним десантировалось второе копьё. Он заметил Жнеца, поднявшего руку в его сторону примерно в пятидесяти метрах от двери башни, и Тел быстро послал тройку выстрелов из карабина в верхнюю часть тела, но не раньше, чем существо выпустило очередь красных снарядов из своей собственной руки-пушки. Тел перекатился влево, но снаряды были слишком быстры, и три из них попали в его щит, истощив его на четверть. Завершив перекат, арбитр вскочил на ноги и увидел, что труп Жнеца падает на землю, лишившись значительной части головы. Характерный вой плазмы послужил сигналом того, что остальная часть его команды занялась отставшими Жнецами, и Тел стал искать другую цель. Однако он её не нашёл: двадцать сангхейли быстро расправились с остальными противниками, и во дворе воцарилась тишина. — Рассредоточиться, уничтожить всех, кто ещё подаёт признаки жизни, — приказал Тел, и его команда повиновалась, рассредоточившись, чтобы расправиться со всеми Жнецами, которые ещё двигались. Тел подошёл к трупу Жнеца-каннибала и присел, чтобы получше рассмотреть его. Голова у него была ещё цела, и арбитр мог ясно видеть четыре мёртво-серых глаза этого существа. — ’Харум, это ’Вадам, — сказал он, вставая. — Информация об операции. Мы обеспечиваем безопасность внутреннего двора и скоро двинемся в башню. — Принято, — ответил ’Харум. Последовала заметная пауза, а затем: — Арбитр, мы обнаружили выживших в зданиях. — Выжившие? Они враждебны? — Нет, никто из них не проявлял никаких враждебных настроений. Я сам видел их, они выглядят скорее испуганными. — Откуда ты знаешь, что они напуганы? — спросил он. — Это… проще показать. Я посылаю вам видеоизображение с оптики моего шлема. В левом верхнем углу его лицевого дисплея открылась квадратная рамка, и на экран вывелось изображение пяти фигур, сжавшихся вместе в углу комнаты. Один отличительный фактор был сразу же замечен. — Они похожи на людей… — сказал Тел. Настолько, что единственным различием, которое он мог заметить, была голубоватая кожа различного оттенка и какие-то гребни на голове. Теперь арбитр понял, почему ’Харум решил, что эти пришельцы выглядят испуганными, ведь такое выражение они оба часто видели у очень похожих на них людей. — Они не двигаются. Каждый раз, когда один из моих солдат пытается приблизиться, они кричат и прячутся в страхе, — сказал Харум. — Похоже, они боятся нас так же, как и Жнецов. Арбитр, мы почти освободили город, но если эти выжившие не хотят идти с нами… — Тогда мы оставим их здесь. Наша миссия гораздо важнее, чем спасение инопланетных граждан. — Да, я знаю. Миссия имеет первый приоритет. Но если Жнецы вернутся после нашего отлёта? — Это не наша забота, — пояснил арбитр. — Пока что наблюдайте за ними. Если они продолжат прятаться, так тому и быть. А если они проявят агрессию, убейте их. — Как прикажете, арбитр. — Мы выдвигаемся в башню. Свяжись со мной, когда город будет полностью защищён, ’Вадам конец связи. — Моргнув, Тел переключил свой коммуникатор обратно на канал своей команды. — Мы идём в башню. Первое копьё, возьмите левую дверь, я со вторым копьём беру правую. В башне было две двери, расположенные в тридцати метрах друг от друга, и два сангхейлийских копья быстро подбежали к ним, выстроившись по обе стороны. Тел нажал на сенсорную панель на запястье, и его тело замерцало, а затем полностью исчезло. Остальные сангхейли сделали то же самое, и вскоре от двадцати тяжело бронированных воинов остались лишь слабые световые мерцания в воздухе. Пока один из сангхейли закреплял на двери заряд, командир второго копья ’Сраом включил тепловизор и осмотрел помещение за дверью. — За дверью большая комната. Немного препятствий, но тепловые сканеры не фиксируют никаких показаний, — сказал он. — Дверь заперта, арбитр, — сказал оперативник сангхейли. — Наша тоже, — добавил ’Тахам, стоявший у левой двери. Арбитр хмыкнул: — Очень хорошо. Установите разрывные заряды. Всё ещё невидимый, один из сангхейли извлёк взрывчатку и прикрепил её к двери. Устройство показало себя, когда его владелец отступил назад к остальному отряду и контакт с маскировочным полем был потерян. — По моей команде, — приказал арбитр. — Три, два, один, взрывай. С яркой вспышкой и громким стуком заряды плазмы взорвали внешние двери башни, и сангхейли проскочили через дымящийся проём с поднятым оружием, оставаясь невидимыми. Было темно, и пока лицевой дисплей Тела компенсировал слабое освещение, он осматривал комнату, в которой они находились, в поисках врагов. Как и говорил ’Сраом, это была большая комната с высокими, изогнутыми потолками и стенами. Пол был гладким и отполированным до блеска, а стены и потолок имели такой же оттенок, но были гораздо темнее. Единственным предметом мебели был большой письменный стол в конце комнаты, окружённый с обеих сторон двойными дверями. Под потолком на проводах висели светильники, но они были отключены. Однако большее внимание привлекали десятки трупов Жнецов, лежавших на полу, — тёмные брызги крови покрывали безупречную плитку. Сангхейли подождали и, убедившись, что им не угрожает непосредственная опасность, немного ослабили бдительность. — Чисто, — сказал ’Сраом. — Чисто, — откликнулся ’Тахам. Тел подошёл к одному из тел Жнецов, ещё одному из четырёхглазых существ, лежавшему на полу лицом вниз. Невидимая рука перевернула его, открыв Телу обстоятельства гибели существа: пять плотно сгруппированных пулевых отверстий в груди каннибала. — Раны, характерные для кинетического оружия, — констатировал арбитр. — Пули плотно сгруппированы. — Здесь то же самое, — сказал ’Тахам, осматривая другого каннибала на противоположной стороне комнаты. — Этот был убит таким же образом, но выстрелами в голову, — сказал ’Сраом, перешагивая через другое тело. — Выжившие? — поинтеросовался ’Тахам. — Я сомневаюсь, что это трусливые гражданские, с которыми наши силы сталкивались в городе. Эти попадания слишком точны, — сказал арбитр. — Тогда солдаты? Охранники колонии? — спросил Сраом. — Тела свежие. Кровь всё ещё течёт, — заметил ’Тахам. — Они защищали это место от Жнецов, когда те только прибыли, — заключил Тел. — Тогда они всё ещё могут быть здесь, — предположил ’Тахам. — Да. Мы должны быть бдительны, нельзя отклоняться от нашей миссии. Необходимо найти Сейф, — сказал ’Вадам. Он вспомнил о видении, которое они все видели, и о том, что оно было чрезвычайно подробным в некоторых аспектах. Что касается их нынешней миссии, то оно лишь показало, что Сейф можно найти в башне, но не дало никаких точных указаний, как туда добраться. — ’Тахам, возьми левую дверь, — приказал Тел. — Продвигайтесь вглубь башни, ищите всё, что может указать на местонахождение Сейфа. Карту, центральную диспетчерскую, что угодно. Мы не знаем планировку этого здания, поэтому придётся разделиться. Если вы найдёте какие-либо признаки выживших или солдат, которые убили этих Жнецов, немедленно свяжитесь со мной. Они могут знать о местонахождении Сейфа. — Да, арбитр, — ответил ’Тахам, прежде чем приказать своему копью выдвигаться. — ’Сраом, за мной, — сказал арбитр, после чего он и второе копьё направились к правой двери. Второе копьё выстроилось по обе стороны от двери, а ’Сраом занял позицию перед дверью, напрягся и нанёс мощный удар ногой прямо в её центр. Дверь вмялась, и ’Сраом прошёл внутрь, подняв плазменную винтовку. Арбитр шёл четвёртым в очереди и увидел, что они оказались в длинном узком коридоре. С обеих сторон от него располагалось несколько небольших помещений, похожих на офисы, двери которых были приоткрыты. — Ещё трупы, — сказал ’Сраом. — ’Турн, ’Висан, ’Раул, ’Гетал, обыщите эти комнаты, — приказал арбитр, и четверо сангхейли двинулись выполнять приказ. — Остальные — вперёд по коридору. Они остановились, когда дошли до трупов Жнецов, и при беглом осмотре обнаружили, что Паразиты встретили свою смерть так же, как и те, что были в предыдущей комнате. Однако арбитр увидел то, что заставило его челюсти сжаться в замешательстве, это была значительная кучка сине-чёрного пепла рядом с одним из трупов Жнецов. — Смотри, ещё один труп, — сказал ’Сраом. Арбитр посмотрел в коридор и нахмурился, сжав челюсти: — Этот отличается, — сказал он, подойдя к нему. Это было одно из человекоподобных инопланетных существ, которых он видел на экране ’Харума. Основываясь на предполагаемом сходстве с человеческой анатомией, арбитр предположил, что это женщина, так как сквозь её чёрно-серый полосатый костюм виднелись молочные железы. Её лицо было светло-фиолетового оттенка с ярко-розовыми вкраплениями, а глаза такого же цвета были широко открыты и смотрели в пустоту. Причиной её смерти, по-видимому, была большая кинетическая рана в области живота. Тел ощутил присутствие ’Сраома рядом с собой. — Выглядит как человек. — Да… — ответил Тел, наклоняясь, чтобы взять оружие пришельца, лежащее в нескольких дюймах от её руки. Гладкое, серебристо-серое, оно было похоже на винтовку и имело очень сложный геометрический дизайн. Два характерных передних зубца обрамляли ствол, и когда Тел взял его в свободную руку, активные камуфляжные проекторы в его перчатке распознали присутствие нового объекта, и винтовка быстро стала невидимой. Он потянулся за спину, чтобы проверить, не прикрепится ли оружие к магнитной пластине, и был удовлетворён, когда это произошло. — Похоже, на ней нет брони, только то, что кажется тканью… — сказал ’Сраом, указывая на мёртвую инопланетянку. Арбитр только хмыкнул в ответ. — Мы ничего не нашли в других помещениях, арбитр, — доложил один из сангхейли, которому было поручено провести осмотр. — Очень хорошо. Тогда продолжаем движение, — сказал арбитр, и второе копьё быстро пошло по коридору. — ’Тахам, каков статус? — Докладывать особо нечего. К нашему коридору примыкает множество маленьких комнат, но мы не нашли ничего важного. — Мы наткнулись на следы продолжающегося боя, но пока ничего не нашли, — в этот момент Тел смог различить очертания ещё одной двери, которая, как он надеялся, означала конец коридора. — Мы видим ещё одну дверь. Ваш коридор по-прежнему тянется прямо? — Нет, не так давно мы повернули на запад, а теперь впереди ещё один поворот на север. — Держите меня в курсе и продолжай составлять карту по мере продвижения, — сказал Тел, когда второе копьё достигло двери в конце коридора. — Тепловые сигналы? — Проверяю… Арбитр, я улавливаю сигнатуры! — сказал ’Сраом. — Сколько их? — Десятки, но ни один не двигается. — Никакого движения? — тихо спросил Тел. — ’Тахам, немедленно выдвигайтесь на нашу позицию. — Подтверждаю, арбитр, мы пытаемся найти путь к вам. — Вернитесь назад, если потребуется, — приказал Арбитр. — ’Сраом, заряды на дверь. Один из сангхейли второго копья начал устанавливать разрывные заряды на запертую дверь перед ними, а остальные сангхейли, не имея достаточного пространства в узком коридоре, выстроились в две шеренги, готовые ворваться в комнату в любой момент. Как только заряды были установлены, сангхейли, занимавшийся установкой взрывчатки, отступил на своё место в центре строя, и заряд взорвался. Команда сангхейли ворвалась через дверь с поднятым оружием, готовая ко всему. Однако то, что они обнаружили, заставило нахмуриться даже закалённого в боях арбитра. Сцена представляла собой кровавую бойню. По его приблизительным подсчётам, около двух десятков трупов Жнецов украшали землю в различных состояниях смерти и расчленения. Вязкая сине-чёрная кровь сочилась на пол из ран свежеубитых Жнецов и разбрызгивалась по бледным стенам большой комнаты. Вокруг были видны пулевые отверстия, а также несколько кучек пепла цвета крови Жнецов. Но больше внимания привлекли четыре тела с сине-фиолетовой кожей, лежащих вперемешку с мёртвыми Жнецами. — Рассредоточьтесь, — приказал Тел, и второе копьё повиновалось. — Предки… — пробормотал ’Сраом, наткнувшись взглядом на светло-синюю инопланетянку без половины лица. После нескольких секунд молчания один из сангхейли сказал: — Арбитр, эта ещё жива. Тел подошёл к позиции сангхейли и посмотрел на лежащую на полу инопланетянку, обнаружив, что она прижата к полу большим обломком металла, пробившим её верхнюю часть груди. Тёмно-фиолетовая кровь заливала руки в перчатках, прижатые к краю раны, а фиолетовые глаза бешено метались туда-сюда. Она закашлялась, кровь хлынула изо рта и попала на камуфляжное поле Тела, заставив его мерцать. Инопланетянка заметила это, и её взгляд остановился на месте странного искажения. ’Вадам нажал на сенсорную панель и отключил камуфляж, обнажив все восемь футов своего внушительного бронированного тела. Глаза голубокожей инопланетянки расширились от страха при его появлении, а одна рука потянулась к пистолету на её боку. Тел осторожно выхватил оружие из её рук и присел на одно колено, держа руку, потянувшуюся к пистолету, в своей трёхпалой левой руке. Он приоткрыл визор, чтобы показать своё лицо, и глаза умирающей женщины встретились с его глазами. Рот инопланетянки шевельнулся, но бульканье крови заменило все попытки произнести слова. Она подняла руки от раны и слабо коснулась руками шлема Тела, умоляющие глаза смотрели сквозь визор прямо в его глаза. Через несколько секунд Тел положил карабин в правой руке на пол и потянулся к шлему, с шипением выпустив воздух, поскольку герметичность была нарушена. Когда он поднял шлем над головой, ’Сраом деактивировал маскировку и бросился к нему с настоятельным вопросом: — Арбитр, что ты делаешь?! ’Вадам поднял правую руку в сторону сангхейли, и тот послушно замолчал. Несмотря на внезапное появление ’Сраома, тяжело раненная женщина не сводила глаз с Тела. Она положила руки по обе стороны обнажённой головы арбитра. Он чувствовал, как её тёплая кровь прилипает к его жёсткой, грубой коже. К этому моменту большая часть её груди и пол под ними были покрыты кровью, как и почти вся нижняя челюсть и горло. Рот женщины зашевелился, её испуганные фиолетовые глаза стали совсем чёрными, а потом Тел вдруг обнаружил, что находится… не там, где был раньше. Было темно, и Тел не мог разглядеть ничего, кроме своего тела. Он сделал глубокий вдох через ноздри, чтобы успокоить нарастающую дезориентацию, и его навострённые уши услышали тихие шаги позади него. Обернувшись, он увидел женщину, над которой стоял на коленях несколько секунд назад, но вместо пропитанного кровью тканевого костюма на ней было яркое тёмно-синее платье, поразительно подчёркивающее её естественный фиолетовый цвет кожи. Рана, которая у неё была раньше на груди, теперь отсутствовала; Тел не мог разглядеть на ней ни малейшего следа крови. Инопланетянка повернула уголки рта вверх в подобии человеческой улыбки и сделала шаг к нему. Тел едва не сделал инстинктивный шаг назад, но что-то подсказало ему, что нужно оставаться на месте. Женщина продвигалась вперёд, пока не оказалась прямо перед арбитром, а затем подняла руки к его голове. Он склонил свою длинную шею вниз, и она положила руки по обе стороны его головы. На этот раз они были прохладными и мягкими, а не горячими и мокрыми от крови. Она приблизила свою голову к нему и нежно коснулась кончиком пальца его лба. В это мгновение он понял всё. Воспоминания. Культура. Семья. Язык. Целая жизнь, которую ему показала молодая девушка, отчаянно желавшая, чтобы её запомнили. Её звали Тейасса, и ей было всего девяносто три года — начало взрослости по меркам азари. Тел видел её семью, её мать-азари и отца-турианца, видел двух её сестёр, играющих в парке на молодом мире-колонии азари. Он видел её обучение и её мечту стать инженером. Эта мечта развеялась, когда батарианские рабовладельцы убили её семью, пока она была в университете на родной планете азари — Тессии. Он видел, как её глубокое горе быстро переросло в депрессию, и она бросила учёбу, чтобы танцевать в каком-то неприглядном баре. Тел пережил её осознание того, что она напрасно тратит свою жизнь, и видел, как она завербовалась в азарийскую армию, стараясь сделать так, чтобы другие семьи не постигла та же участь, что и её собственную. Затем последовали недавние воспоминания. Её отправка на эту шахтёрскую колонию. Спокойные два года, в течение которых она и её рота служили в качестве охраны и полиции растущего города. Затем нападение Жнецов. Вид гигантских кораблей, зависших прямо над городом. Громкий вой аварийных сирен, призывающий всех укрыться. Капсулы падают на улицы, войска Жнецов режут гражданских азари, которые не успели укрыться. Капитан Левас, возглавляющая роту азари, и её приказ перегруппироваться в башне и защищать центральную энергосистему. Отчаянная борьба в коридорах и комнатах башни, когда их окружили. Вынужденное отступление в столовую после того, как войска Жнецов отрезали путь к энергосистеме. Граната Жнецов, которая взорвала стол и всадила кусок металла в верхнюю часть её груди. Затем Тел вернулся в реальный мир. Руки Тейасы соскользнули с его головы на пол и упали в лужу крови, в которой она лежала. Тел испустил тяжёлый вздох и вновь надел шлем: — Ступай с миром, воительница. — Арбитр, тепловое сканирование помещения за пределами комнаты фиксирует множественные сигнатуры, — предупредил ’Сраом. ’Вадам встал на ноги, подняв с пола свой карабин. — Я знаю. — Он прошёл несколько футов до двери в столовую, нашёл панель и быстро ввёл код. Красный замок двери замигал зелёным, затем дверь открылась. — Арбитр! — воскликнул ’Сраом, явно расстроенный недостатком предоставленной ему информации. — Входите в маскировке за мной и рассредоточьтесь по комнате. Не предпринимайте никаких действий, пока я не прикажу, — распорядился он. Тел целеустремлённо вошёл в столовую и увидел около пятидесяти азари, столпившихся в задней части помещения, сгрудившись за длинными опрокинутыми столами. Раздалось несколько испуганных криков, когда несколько гражданских азари увидели сангхейли, и Тел разглядел, как шесть вооружённых винтовками азари высунулись из-за столов и прицелились в него. — Кахпи-тан Левас! — прорычал он через аудиосистему своего шлема. Слова языка азари странно звучали сквозь его мандибулы, но он полагал, что донёс свою мысль. — Стоять на месте! — велел строгий голос, и сангхейли подчинился. — Кто вы? — Я Тел ’Вадам, ахр-битр народа сангхейли и в данный момент ваше схпасе-ние. Азари простояли в молчании пару секунд, прежде чем тот же сильный голос заговорил вновь: — Что вы здесь делаете? — Мои воины очищают город от Жнецов, тех, кто напал на вас. — Тел заметил, что слова пришельцев стали плавнее слетать с его губ. После этих слов одна из азари вышла из-за заграждений с винтовкой наперевес. Она была довольно высокой для азари, почти шесть футов, с тёмно-синей кожей. С такого расстояния Тел не мог разглядеть больше, но на ней была та же чёрно-серая форма в полоску, что и на других солдатах азари. — Я вижу кровь на твоей броне. Кровь азари, — холодно сказала она. — Да, — ответил арбитр. — Я находился рядом с одной из ваших умирающих воительниц в последние минуты её жизни. — С кем? — спросила азари. — Её звали Тейасса. Азари опустила винтовку, убрав левую руку с её передней части, чтобы протереть глаза. — Чёрт… Я думала, что граната убила её. Я не знала, что она ещё жива, когда приказала отступить в столовую. — Так ты и есть капитан Левас, — сказал Тел. Азари подняла свою руку к солдатам, защищавшим гражданских, и они опустили винтовки, направленные на арбитра. — Это я, — подтвердила она. — Если ты слился с Тейассой, это объясняет, почему ты говоришь на языке азари, хотя я никогда раньше не слышала о саг-нелли. Не говоря уже о том, что ты произносишь слова как шестилетний ребёнок. — Сангхейли, — поправил Тел. — Верно, — сказала Левас. Она сделала несколько шагов к арбитру, небесно-голубыми глазами изучая его доспехи. Теперь, когда она была ближе, арбитр мог разглядеть крошечные пятнышки небесно-голубых веснушек на её щеках и лбу. — Прошу простить меня за повторный вопрос, но кто такие санг-елли? Что вы здесь делаете? Вы здесь, чтобы сражаться с этими… тварями? — Жнецами, — снова поправил Тел. — И хотя нет, в наши первоначальные планы не входило «спасение вас», мои силы почти уничтожили Жнецов в вашем городе. — Я не знаю, благодарить вас или опасаться, — вздохнув, промолвила Левас. — Ну, если вы здесь не для того, чтобы спасти нас, то зачем вы здесь? — У вас здесь кое-что есть, что-то, чего вы не понимаете, — сказал Тел. Глаза Левас сузились. — Я не понимаю, о чём ты говоришь. — Было бы неразумно лгать мне, капитан, — предупреждающе сказал Тел. — Где Сейф? — Только трое знают о том, что мы нашли вчера, и двоих из них я видела мёртвыми. Последняя, кто знает — это я, так откуда, чёрт возьми, вы знаете об этом? В этот момент коммуникатор Тела подал звуковой сигнал. Вместо сообщения от ’Харума, как он ожидал, это было сообщение от Р’таса. Арбитр наклонил голову вниз и в сторону и открыл канал. — Арбитр, это ’Вадум, вы на месте? — Да. Что такое, Р’тас? — Силы Жнецов, которые бежали после нашего прибытия, вернулись и держатся на краю системы. Интуиция подсказывает мне, что сейчас они выступают в роли разведчиков. — Как ты думаешь, могут ли прибыть новые Жнецы? — спросил Тел. — Я не знаю наверняка, но если они осознают важность того, что здесь находится… тогда да. Более крупный флот вторжения, вероятно, близок. — Тогда будет лучше, если мы ничего не оставим на волю случая, — закончил Тел. — Поспешим. — Я предупрежу вас, если ситуация изменится. ’Вадум, конец связи. Связь оборвалась, и арбитр обернулся к Левас. — Капитан, у нас мало времени. В любой момент могут прибыть новые Жнецы. Нам нужно добраться до Сейфа, и если вы не хотите оставить выживших на волю Жнецов после их возвращения, вам придётся убедить их пойти с нами. — Выживших? Вы нашли выживших? Сколько их? — удивлённо спросила Левас, широко открыв глаза. Коммуникатор Тела вновь подал звуковой сигнал: — Арбитр, это ’Харум. Город полностью очищен от Жнецов. — Отлично. ’Харум, каково приблизительное количество выживших азари, с которыми вы столкнулись? — Азари? — переспросил ’Харум, сбитый с толку. — Верно. Это инопланетные жители этого города. Я сейчас общаюсь с главой их охраны, и она хочет знать, сколько их выжило. — По оценкам моих воинов, около трёхсот. — Три сотни, — сказал Тел. Левас молчала несколько секунд. — Всего триста? — тихо сказала она, прикусив нижнюю губу и быстро моргнув. Арбитр просто кивнул. — Здесь жило более трёх тысяч азари… — сказала Левас. — Богиня, я больше не оставлю свой народ этим «тварям». Если вы предлагаете нам шанс выбраться отсюда, то мы им воспользуемся. — Однако есть одна проблема… — начал Тел. — Ваши гражданские азари слегка напуганы нами. Левас издала смешок. — Конечно, напуганы. Сначала Жнецы, теперь вы? Причём ни их, ни вас они никогда раньше не видели? И они, и вы хорошо вооружены. Я бы тоже перепугалась до смерти. Есть ли какой-нибудь способ связаться с ними? Я бы воспользовалась нашей собственной сетью связи, но это было одно из первых, что Жнецы вывели из строя. — ’Харум, может ли капитан азари передать сигнал своему народу через наши коммуникаторы? — спросил Тел. — Не вижу проблем для этого, — ответил ’Харум. — Передаю, — сказал Тел, постукивая по панели и протягивая руку в направлении Левас. Капитан шагнула вперёд. — Для всех азари, кто слушает, это капитан Левас из городской стражи. Эти пришельцы здесь не для того, чтобы причинить нам вред. Они убили всех тех существ, которые напали на нас, но говорят, что они скоро вернутся. Эти пришельцы предлагают нам убежище, и я предлагаю принять его, учитывая, что наши собственные корабли уничтожены. Левас на мгновение сделала паузу, а затем продолжила: — Я знаю, что это наш дом уже несколько лет, но это вопрос выживания. Если мы останемся здесь и эти мерзости вернутся, то мы умрём. Я знаю, что многие из вас боятся, но это единственный выход. Идите с ними, я обещаю, что вам не причинят никакого вреда. С последним заявлением Левас взглянула на арбитра, подняв брови, на что Тел утвердительно кивнул головой. — Выжившие начинают движение, арбитр, — предупредил ’Харум. — Капитан, есть ли у вас место, где хранится еда и другие основные припасы? — спросил Тел. — Есть большая вероятность, что они понадобятся вам на борту наших кораблей. — Да, да. Чуть южнее отсюда есть склад, где хранится большая часть наших припасов, — ответила Левас. — ’Харум, к югу от башни есть склад, полный припасов. Мне нужно, чтобы твои бойцы нашли его и погрузили оттуда как можно больше припасов на «Вечное покаяние» вместе с выжившими азари, — приказал Тел. — Я понял, о каком здании вы говорите, мы приступим прямо сейчас. — Хорошо. Нам также нужна эвакуация выживших, которых мы встретили в башне, около пятидесяти азари, — добавил арбитр. Посмотрев на Левас, он сказал: — Транспорт скоро прибудет, чтобы доставить тех, кто здесь находится, в безопасное место. Левас повернулась к азари, всё ещё прятавшимися за столами. — Джани, ты отвечаешь за то, чтобы вывести жителей наружу и посадить на транспорты, которые скоро будут здесь. — А как же вы, капитан? — спросила одна из азари, державшая винтовку. Левас оглянулась на арбитра. — Я отведу его в центральную шахту. В этот момент двадцать воинов сангхейли из команды Тела, которые молча и незаметно наблюдали за происходящим, отключили маскировку. Гражданские азари удивлённо вскрикнули, и Тел увидел, как Левас заметно напряглась. — Ведите, — сказал он.***
— Проклятье, лифт не работает, — выругалась Левас, положив руку на бедро. — Как глубоко спускаться? — спросил Тел. — Пятьсот футов. — Не проблема, — сказал он. Перейдя на язык сангхейли, он приказал: — Вскрыть двери, затем пол лифта. Мы будем спускаться на тросах. Сангхейлийский солдат с плазменным резаком двинулся вперёд и начал работать над дверью, яркие синие и фиолетовые искры контрастировали с белыми лучами нашлемных фонарей. Вскоре работа была закончена, и с помощью двух других сангхейли кусок двери был оторван и сдвинут в сторону от стены шахты. Боец с плазменным резаком подошёл к Телу. — Арбитр, эта металлическая плита издаст значительный шум, когда упадёт на дно шахты. Если внизу кто-то есть, они будут предупреждены о нашем присутствии. — Выполняй, скрытность не является нашей главной задачей. — Да, арбитр. Сангхейли принялся за работу, и через некоторое время отрезанная им часть металла отделилась от пола лифта и упала на несколько сотен футов вниз по шахте. Даже отсюда, сверху, Тел мог слышать приглушённый грохот и ощутил лёгкую вибрацию пола. Когда сангхейли закрепили тросы и начали попарно спускаться в шахту, Тел посмотрел на Левас. — Ты спустишься со мной. — Я умею спускаться по тросу, — сказала Левас с раздражением в голосе. — Нет, не умеешь. Не по-сангхейльски, — возразил Тел, положив руку ей на спину и мягко подталкивая её к открытому лифту. Когда они добрались до отверстия, Тел взял в руки карабин и крепко обхватил Левас за талию. Затем, когда другой сангхейли расположился на другом тросе, Тел кивнул. — Держись, — сказал ’Вадам, ухватившись свободной рукой за трос, и прыгнул в пропасть. Они быстро падали, их спуск контролировался только хваткой арбитра за трос. Тел мог поклясться, что слышал, как Левас испустила короткий крик. Через несколько секунд они были уже близко к земле, и Тел крепче ухватился за трос, чтобы замедлить их падение до приемлемого для выживания уровня. Они могли бы удариться о землю гораздо сильнее, но, заботясь о Левас, арбитр постарался сделать всё, чтобы приземление было сравнимо лишь с лёгким толчком. Тел собирался отпустить капитана, но когда его хватка ослабла, она всё ещё продолжала держаться за него. — Ты в порядке? — спросил он. — Я… да. Я в порядке, — заикаясь, пролепетала Левас, отстраняясь от него. — Теперь, когда мы упали, как, чёрт возьми, мы собираемся подняться обратно? — Гравитационный лифт, — хрипло сказал Тел, глядя на развилку впереди. Там было две шахты, одна вела налево, другая — направо. — Конечно, гравитационный лифт, — произнесла всё ещё тяжело дышащая Левас. — В какую сторону? — спросил арбитр. — Налево, — ответила Левас, держа винтовку в одной руке и потирая висок другой. Так продолжалось несколько минут, капитан Левас вела команду сангхейли Тела всё глубже и глубже в шахту. Команда остановилась, наткнувшись на металлическую стену, или, по крайней мере, на то, что от неё осталось. В центре зияла большая неровная дыра, и Тел удивился тому, что некоторые края выглядели оплавленными, словно их расплавили, а затем вновь соединили. — То, что мы обнаружили, находится сразу за этим проходом, но что, чёрт возьми, произошло здесь… — вслух спросила Левас. Она подошла к дыре и провела рукой по одному из гладких краёв: — Эти гладкие части, похоже, дело рук биотиков, а вот эти зазубренные разломы… — Би-отики? — спросил Тел, это слово было незнакомо его челюстям. — Они… это трудно объяснить… Левас была прервана внезапным криком, но это было совсем не похоже на то, что они слышали раньше. Это был скорее пронзительный, леденящий кровь вопль боли и агонии, заставивший Левас инстинктивно вздрогнуть, а сангхейли напрячься. Крик затих, но на смену ему пришёл другой. Потом ещё один и ещё. — Активировать маскировку. Мы заходим. Сейчас же, — приказал Тел, и его бойцы исчезли в темноте, лампы освещения погасли. Тел бросился к Левас и снова схватил её за талию, притянув к себе, несмотря на её удивлённый возглас. Активное маскирововка быстро адаптировалось к присутствию Левас и скрыло её вместе с арбитром. Они вошли в большую комнату со стенами, изогнутыми в виде купола. Здесь была почти кромешная тьма, если не считать единственного источника света — небольшой металлической стены, светящейся мягким оранжевым светом на противоположной стороне комнаты. В этом свете выделялись четыре фигуры, высокие и стройные. Даже в тусклом освещении была видна тошнотворная тёмно-чёрно-серая кожа существ, и Телу показалось, что он видит извивающиеся вокруг тела чёрные щупальца. Из рук существ торчали длинные, острые на вид когти, которыми они тщетно пытались разорвать металлическую стену перед ними. — Богиня, помоги нам… Эти… эти монстры, — заикаясь, прошептала Левас, — это азари! Арбитр присмотрелся повнимательнее и понял, что Левас была права. На затылке у существ были характерные гребни азари, но эти были более вытянутыми и заострёнными. Тел поморщился, поняв, что Жнецы гораздо больше похожи на Паразитов, чем он думал. Мало того, что их корабли похожи на них, так теперь оказалось, что они превращают пленных особей в свои наземные войска. Это объясняет сходство человекоподобных существ Жнецов с людьми. — Они не знают о нас. Приготовьте гранаты, — приказал Тел. Тел дал своим воинам пару секунд, чтобы те успели подготовить гранаты для броска. — Сейчас! В тот же миг двадцать голубых пламенных снарядов вспыхнули и на большой скорости понеслись по воздуху в сторону четырёх азари-Жнецов. Сразу же после этого двадцать воинов издали боевой клич, обрушив на монстров шквал огня. Застигнутые врасплох внезапностью атаки, три чудовища не успели поднять свои биотические щиты, и последующий шквал выстрелов из стрелкового оружия, выпущенный сангхейли, нанёс смертельный удар. Голубые плазменные шары сжигали и плавили куски мёртвой кожи, а иглы пронзали их тела. Одна азари-Жнец была разорвана на две части, когда очередь игл прошила её нижнюю часть спины, и все они взорвались одновременно фиолетово-розовым облаком. Другой оторвало большую часть верхней части тела ударом снаряда топливного стержня, а чёрная кожа третьей стала ещё чернее от волны палящего плазменного огня. Крики агонии двух оставшихся с головами на плечах Жнецов были заглушены взрывами плазменных гранат, которые разрывали любую незащищённую плоть в радиусе их действия, превращая её в прах. Однако один монстр-азари выжил после такого обстрела. Он был повёрнут немного боком к сангхейли, а не спиной к ним, и этой доли секунды хватило ему для предупреждения. Как раз в тот момент, когда гранаты должны были упасть на них, Жнец вызвал вокруг себя какое-то голубое поле, и когда гранаты столкнулись с ним, вместо того, чтобы прилипнуть к нему, они упали на землю. На Жнеца обрушилось такое же количество огня из стрелкового оружия, но вместо того, чтобы увянуть под огнём, он остался невредим. Единственный заметный эффект, который оказало на существо оружие сангхейли, это когда две плазменные гранаты у его ног взорвались, казалось, рассеяв окружающее его поле и заставив его пошатнуться назад. — Не стрелять! — крикнул арбитр, и сангхейли беспрекословно повиновались. — Этот — мой. Тел мягко оттолкнул капитана Левас со своего пути и шагнул вперёд, в центр комнаты, оказавшись между уцелевшим Жнецом и бойцами сангхейли. Придя в себя, Жнец поднялся во весь рост и встал напротив Тела, открыв ему вид на своё почти истощённое тело. Затем существо наклонилось и вытянуло руки, издав пронзительный вопль, который показался Телу почти вызовом. Азари-Жнец встала на ноги и, взмахнув рукой в сторону Тела, запустила прямо в него искривлённый голубой снаряд. Арбитр предугадал его траекторию и ловко уклонился, прежде чем тот успел задеть его. Существо повторило попытку, запустив в него ещё один снаряд, но результат был точно таким же, как и раньше: арбитру удалось уйти невредимым, сократив разрыв между ними. Не удовлетворившись текущей стратегией, азари-Жнец вновь закричала, вызвав вокруг себя ещё одно голубое поле. Затем, к удивлению Тела, мутировавшая азари начала быстро перемещаться, прыгая к арбитру зигзагообразно, исчезая и вновь появляясь на расстоянии около пяти метров. Тел устоял против стремительно приближающегося Жнеца, уперев одну ногу в пол и взяв в правую руку свой энергетический меч. Он нажал на кнопку активации, и бело-голубое лезвие с шипением ожило. Жнец продолжал наступать, остановившись лишь тогда, когда он оказался в двух метрах от Тела, и тут же набросился на него с вытянутой рукой, обнажив когти. Десятилетия боевого опыта и практика владения мечом сделали реакцию Тела инстинктивной, и сангхейли увернулся от удара, одновременно проведя лезвием меча по воздуху над собой. Плазменное лезвие коснулось руки чудовища в районе локтя, заключённая в нём энергия разрушила защитный барьер существа и отсекла конечность. Когда существо взвыло от боли, Тел шагнул вперёд, сокращая расстояние между ними, и нанёс удар левой рукой. Энергетический кинжал вонзился в раздутый живот мерзости, и когда Тел отскочил назад, выхватив кинжал, лезвие сделало длинный вертикальный разрез по всей груди твари. Убедившись в эффективности своих клинков против врага, Тел решил покончить с ним прямо здесь и сейчас, и нанёс горизонтальный удар мечом по средней части тела Жнеца, разрубив существо на две половины. Когда нижняя половина упала на землю, верхняя под действием силы тяжести свободно опустилась на энергетический кинжал арбитра, и крики Жнеца окончательно замолкли. Останки Жнеца начали распадаться на его глазах, превращаясь в тот самый сине-чёрный пепел, который он видел раньше, и Тел убрал клинки. Он подошёл к светящейся металлической стене и впервые внимательно осмотрел её: на ней не было никаких следов повреждений, полученных во время предыдущей схватки. Она выглядела точно так же, как и в видении: строгая, ровная, без единой линии или какого-либо другого изъяна, но при этом излучала мягкий оранжевый свет. Тел остановился в метре перед ней и некоторое время рассматривал её. — Ты называешь это Сейфом, но как он открывается? — спросила Левас, вставшая рядом с ним. — Вот так, — ответил Тел, протягивая руку и кладя её на стену ладонью вперёд и раздвигая пальцы. Внезапно там, где раньше ничего не было, появились линии, затем ещё, ещё и ещё, пока не стало казаться, что вся стена покрылась узорами. Но затем всё исчезло, кроме двух пар параллельных линий, которые образовали квадрат на уровне груди Тела. Тонкая часть металла ушла внутрь, открыв небольшой отсек. Арбитр протянул руку внутрь и достал небольшой предмет, лежавший внутри. Он поднял и осмотрел предмет, который выглядел как простой металлический цилиндр, длинный и тонкий. — Что это? — удивлённо спросила Левас. — Ключ, — ответил Тел. — Один из шести. — Ключ? Ключ к чему? — спросила азари. — К Мантии Ответственности. В этот момент Тел вспомнил видение, которое он видел, которое видели все сангхейли, когда прибыла вторая группа кораблей Сепаратистов. Координаты этой планеты, континент, на котором находился город, сам город, башня, Сейф, Ключ. Голос, который слышали все сангхейли. Властный, добрый и явно женский. «Пришло время для активации Завета. Вскоре Мантию унаследуют Восстановители, но они не смогут сделать это без вашей помощи. Отправляйтесь прямо сейчас и соберите шесть Ключей, разбросанных по всей галактике. Когда-то вы стремились уничтожить их, как и мы, но теперь вы поможете им раскрыть свой истинный потенциал. Станьте, мои сангхейли, хранителями Восстановителей. Внемлите моему призыву и действуйте, рыцари Мантии».
