В бесконечность

Если сомневаетесь, опустошите магазин. Наставления морпехоте ККОН (неофициальные)

ККА «Нормандия»

      Мастер-Чиф наблюдал за диагностическими строками, прокручивающимися на лицевом дисплее, пока его «мьёльнир» калибровался. Кристаллическая оболочка функционирует нормально, давление геля находится на оптимальном уровне, силовые сервоприводы работают без сбоев… Спартанец уделял этим уведомлениям чуть больше внимания, чем обычно, поскольку новый костюм марк-VIII был для него всё ещё относительно новым. До сих пор он не сталкивался с проблемами, более того, новейшая итерация флагманской системы брони программы «Спартанец» превзошла все его ожидания во всех возможных отношениях. Однако осторожность никогда не помешает.       Джон согнул руки и поработал пальцами в перчатках, чтобы убедиться, что ловкость не пострадала, а затем проделал то же самое с остальными частями тела, встряхивая и разминая конечности в привычном режиме, который он всегда выполнял, надевая доспех. Это была привычка, которую выработали все спартанцы-II, когда впервые получили свои доспехи марк-IV много лет назад. Зачастую эти простые упражнения позволяли обнаружить то, что пропускали диагностические системы, но не сегодня.       — Диагностика показывает зелёный цвет, — промурлыкала Кортана. Если Мастер-Чиф и мог пропустить что-то важное в отношении состояния своей брони, то искусственный интеллект, в настоящее время располагающийся на нейронном чипе, подключённом к основанию его шлема, точно не пропустил бы.       Чифу не нужно было отвечать, вместо этого он быстро оглядел помещение на «Нормандии», которое считал своей территорией. Здесь находились его раскладушка, пара ящиков с припасами, в которых хранилась немногочисленная одежда и личные вещи, верстак для обслуживания оборудования и два оружейных шкафчика, которые Чиф держал отдельно от остального вооружения «Нормандии». Спартанец был убеждён, что оружие должно всегда находиться под рукой и быть доступным в любой ситуации. В время войны сражения часто происходили быстро и без предупреждения.       В одном из шкафчиков хранились M6D, ПП и дробовик, а также патроны и магазины к каждому из них. Другой шкафчик был специально предназначен для новой АБС, или адаптивной боевой системы, и содержал в себе специальные детали и инструменты для её уникального обслуживания. Сама винтовка была ещё одной вещью, которую, по мнению Джона, научно-исследовательские и конструкторские специалисты ККОН выполнили на отлично, она превзошла все его ожидания. Универсальность, которую обеспечивала мини-фабрика по производству снарядов твёрдого света, позволяющая подбирать калибр и темп стрельбы в зависимости от ситуации, была отличным тактическим преимуществом, о котором большинство солдат могли только мечтать, а в сочетании с поражающим действием самих снарядов, Мастер-Чиф чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы справиться с любой ситуацией, которая может возникнуть на его пути.       Конечно, высокотехнологичная конструкция АБС подразумевала наличие множества сложных подвижных элементов, но все они ещё ни разу не подводили его, и Чиф был не против променять несколько дополнительных часов обслуживания на все остальные преимущества винтовки. Кроме того, даже если винтовка выйдет из строя, у него в арсенале «Нормандии» оставались десятки различных видов оружия ККОН, с каждым из которых он прекрасно умел обращаться и мог быть столь же смертоносен.       Мастер-Чиф потянулся в шкафчик и снял АБС с магнитных держателей, куда он поместил её несколько часов назад. Если у него и была какая-то претензия, так это то, что блестящая серебристая отделка оружия, хотя и очень гладкая и изящная, плохо поддавалась пассивной маскировке. Да, системы активного камуфляжа его «мьёльнира» распознавали и скрывали оружие вместе с остальными частями тела, когда он этого хотел, но спартанец всё равно испытывал сильное желание вернуться к классической серой или чёрной схеме окраски, которую имели почти все остальные компоненты оборудования ККОН.       Когда правая рука Чифа сомкнулась вокруг рукоятки винтовки, наносхемы, встроенные в рукоятку, и ладонь перчатки соединились друг с другом, создав электрическую связь, которая позволила энергии из реактора его доспеха поступать в мини-фабрику АБС и, таким образом, питать внутренние механизмы оружия, позволяя вести огонь. Такая же наносхема присутствовала и на цевьё винтовки, и на его левой ладони, и дублирование в данном случае было совсем не лишним. Теперь, когда винтовка была подключена к источнику питания, оружие ожило, готовое обрушить смерть при нажатии на курок. Чиф приставил винтовку к плечу и проверил оптику, а также связь «умного прицела» между винтовкой и его лицевым дисплеем. Удовлетворённый, он перекинул винтовку через плечо на одну из пластин на спине.       До челночного отсека, где остальная часть команды была занята подготовкой, оставалось совсем немного времени. Лиара осматривала себя, чтобы убедиться, что с бронёй и оружием нет никаких проблем. Вега как раз заканчивал пристёгивать последние из шести магазинов для M793 АОП к своей и без того громоздкой броне, и, закончив, попрыгал вверх-вниз, чтобы убедиться, что всё надёжно закреплено. Гаррус просто стоял, прислонившись к одному из терминалов, уже полностью экипированный, со шлемом в левой руке. Вынув гранатомёт M319 и бандольеру с гранатами к нему из шкафчика, Мастер-Чиф подошёл к турианцу.       — Как твоя рана? — спросил спартанец, имея в виду колотую рану живота, которую турианец получил от упавшего обломка ещё на Тучанке.       — Терпимо, — был ответ. — Это не помешает мне во время миссии.       Чиф кивнул.       — Где коммандер?       — Уже внутри «кадьяка».       Тон Гарруса, выражающий сдержанное раздражение, заставил спартанца слегка наклонить голову, и турианец уловил этот жест.       — Хочешь знать, что он нам сказал? — Гаррус продолжил: — «Собирайтесь». Это всё, до того, как он ушёл и закрылся в челноке. Ни инструктажа, ни постановки задач, ничего. — Вакариан сделал паузу на мгновение, голос стал заметно тише. — На него это не похоже. Это заставляет меня беспокоиться.       Чиф вздохнул через нос за своим визором, неслышно для Гарруса.       — Кортана, сколько осталось до выхода из пространства скольжения? — спросил он через их личный канал. Нет, не скольжения. Даже для спартанца десятилетия привычного мышления иногда трудно переломить.       — Если бы это было пространством скольжения, мы бы прибыли сюда ещё вчера. Но сейчас время до прибытия составляет пять минут и двенадцать секунд, — таков был ответ ИИ.       Низкочастотный вой внезапно заполнил ангарный отсек и начал постепенно увеличиваться в интенсивности и громкости, пока не стабилизировался. Чифу не нужно было поворачивать голову, чтобы понять, что это «Гадюка-Т» запускает свои двигатели, поскольку он слышал «пеликаны» ККОН и их различные звуки бесчисленное количество раз на протяжении своей жизни. Этот шум был ему хорошо знаком. Вскоре после этого запустился «кадьяк», его уникальный гул, вызванный воздействием поля эффекта массы, был значительно тише.       Чиф шагнул вперёд, привлекая внимание всех собравшихся в отсеке.       — Шлемы, — сказал он.       Гаррус, Джеймс и Лиара натянули шлемы на головы и проверили герметичность. Когда доспехи каждого синхронизировались с системами шлемов, Чиф увидел, как команда один за другим выходит на канал связи миссии.       — Кортана, убедись, что наши пилоты и коммандер также подключены, — сказал Чиф. Он сам проведёт брифинг по заданию; он уже запомнил все данные об исследовательской базе «Цербера». Шепарду не нужно было ничего говорить, если он не хотел, но он, чёрт возьми, должен слушать. Убедившись, что Кортес, Долтон, Чехак и Шепард также находятся на канале связи, Чиф начал:       — Мы прибываем к огневой базе Уайт, это вооружённый аванпост «Цербера», в который интегрирована исследовательская лаборатория. — По мере того как он говорил, чертежи объекта появлялись на лицевом дисплее каждого члена команды, любезно предоставленные Кортаной. Мастер-Чиф не переставал удивляться тому, какую информацию может украсть озорной ИИ. — Обратите внимание на посадочную площадку и небольшой ангар за пределами основной базы.       Кортана выделила бетонное сооружение, небольшое для ангара, и ровную площадку перед ним. От основных зданий базы его отделяло около двухсот метров грузовых отсеков, помостов и асфальтированных дорог.       — Мы высадимся рядом с ангаром, из которого ведёт подземный туннель к основным уровням самой базы, которым мы воспользуемся, чтобы не пытаться пересечь эту территорию в центре, — сказал Чиф.       — Этот ангар достаточно велик, чтобы вместить несколько истребителей или пару боевых кораблей, — заметил пилот «Гадюки-Т» Сэмюэль Долтон из своей кабины.       Чиф кивнул.       — Верно, и поэтому вы с Чехаком будете оказывать поддержку с воздуха группе, которая останется оборонять ангар.       — И кто будет это делать? — Гаррус был единственным, кто задал этот вопрос.       — Ты и Вега, — ответил Чиф. — Возле ангара присутствуют хорошие обзорные площадки и достаточно укрытий. Идеально для снайпера и бойца с РП. Проникновение и эвакуация с базы через ангар и туннель — наш лучший вариант, так что вы двое и «Гадюка-Т» будете отвечать за безопасность этой позиции.       Турианец и здоровенный морпех повернули головы и посмотрели друг на друга. Вега протянул один из своих кулаков к Вакариану, который рассматривал его всего секунду, прежде чем ударить по нему своим сомкнутым кулаком, и Джеймс удовлетворённо кивнул.       — Что касается остальных, то у нас две задачи внутри базы. Первая: захватить любого учёного, чтобы передать его команде Альянса. Вторая: получить доступ к основным данным и собрать как можно больше информации.       — Я жду подвоха, — сказала Лиара.       — «Подвох» в том, что, согласно чертежам, казармы учёных находятся рядом с казармами войск, которые, разумеется, соединены с главным арсеналом базы, — пояснил Чиф.       Лиара заговорила первой:       — Какова предполагаемая численность вражеского гарнизона?       — Численность роты, минимум. Скорее всего, с дополнительными вспомогательными подразделениями, — бесстрастно ответил Чиф. Те, кто собрался вокруг спартанца, обменялись взглядами.       — Тогда это будет честный бой, — сказал Вега с притворной самоуверенностью, чем вызвал несколько ухмылок и фырканий из-под шлемов.       Чиф дал пару секунд на раздумье, прежде чем продолжить.       — Нам придётся разделиться между двумя целями, учёными и архивами данных, учитывая, что они находятся почти на противоположных сторонах базы.       — Чиф, у тебя есть Кортана, поэтому ты займёшься архивами данных. Лиара, ты и я обеспечим безопасность учёных, и у нас будет больше сил, чтобы справиться с солдатами в казармах. — Голос коммандера заставил всех немного оживиться.       Мастер-Чиф почувствовал облегчение. Шепард отдал приказ, и он был с ним согласен.       — Значит, всё решено. Мы прибудем в ноль-шесть тридцать. Воспользуемся элементом неожиданности, но не надейтесь, что это продлится долго. Долтон, Чехак, проведите разведку перед посадкой. После того, как мы проскочим на «кадьяке» и высадимся, приготовьтесь вступить в бой и уничтожить любые цели в воздухе.       — Сделаем, Мастер-Чиф, — подтвердил Долтон.       — «Наковальни» точно разбудят любого в радиусе нескольких миль, — добавил Чехак с ноткой веселья в голосе.       — Получив необходимые данные, я встречусь с вами троими на базе, чтобы помочь устранить остатки военного присутствия «Цербера» на месте. Как только это будет сделано, мы убедимся, что учёные взяты под стражу, вернёмся через туннель, а затем доложим Альянсу. Есть вопросы?

***

      — Проходим отметку пятнадцать тысяч футов, — сообщил Долтон. — Выбросы чёрные.       — Пассивные сенсоры работают, но в этой метели будет трудно что-либо найти, — ответил Роран, две секунды глядя на экраны дисплея и одну секунду на окно кабины. Ему уже доводилось летать в метель на Пределе, но в данном случае умение ориентироваться не означало удобство.       — Да, но если нам будет трудно обнаружить их, то можно не беспокоиться, что и они нас найдут, — сказал Долтон. — Двенадцать тысяч футов.       — Подожди, подожди. На два градуса левее, — сказал Роран, прильнув к прицелу. Корабль слегка вздрогнул, когда Долтон произвёл корректировку курса. — Я вижу тепловые сигнатуры. Два объекта.       — Я тоже их вижу, — подтвердил Долтон, проверяя показания на экранах сенсоров. Оба наблюдали за источниками тепла, каждый из которых двигался по принципу восьмёрки, их траектории были перпендикулярны друг другу, так что два узора образовывали подобие клевера.       — Это, должно быть, воздушный патруль «Цербера», — сказал Чехак. — Похоже на истребители.       — Согласен. Как думаешь, у них есть друзья поблизости?       — Ни одного, насколько я могу судить. Могу предположить, что все остальные находятся в ангаре.       — Сделай снимки, а я подниму нас достаточно высоко, чтобы можно было безопасно выпустить ракеты.       — Будет сделано, — ответил Чехак. — Вот. Всё, кроме визуального спектра, разумеется. Получила их, Кортана?       — Да, — отозвался ИИ в его наушнике. — Я не вижу никаких охранников или караульных. Похоже, погода работает в нашу пользу.       — Это Кортес, я спускаю «кадьяк».       — Вас понял, мы будем прикрывать ваш подход, — сказал Долтон. Переключившись на канал связи с Чехаком, он спросил: — Уже есть огневые решения по двум нашим «птичкам»?       — Уже почти, — ответил наводчик. — Как только мы получим команду, то сразу же накроем этих жалких сосунков.

***

      Вега испустил глубокий вздох, который он так долго сдерживал. Он делал это сотни раз, высаживаясь с «кадьяка» в зону боевых действий, но опыт никогда не избавлял от предбоевой дрожи, по крайней мере, в его случае.       Челнок опустился на площадку с резким толчком, немного более интенсивным, чем обычно, вероятно, из-за погодных условий. Кортес был отличным пилотом, но летать в таком дерьме было нелегко.       Обе боковые двери «кадьяка» раздвинулись, и Вега выпрыгнул из левой двери вместе с Гаррусом и Лиарой, а Шепард и Мастер-Чиф вышли из правой двери, направленной в сторону ангара. Вега промчался десять метров по площадке и, прижав АОП к плечу, осмотрел местность: слева направо, вверх и вниз. «Ни хрена не видно», — подумал он, переключая режимы обзора шлема.       — На нашей стороне чисто, — ответил за них Гаррус, когда через несколько секунд по ним не открыли огонь.       — К ангару, быстро, — приказал Мастер-Чиф. — Кортес, не глуши двигатели.       Вега ещё полсекунды смотрел в сторону пустыря между ангаром и базой, затем повернулся и вернулся к «кадьяку», следуя за Гаррусом по пятам. Обогнув угол, он увидел Чифа и Шепарда в двадцати метрах перед собой и направился к стандартным двойным дверям ангара.       — По местам, — сказал Чиф. — Вега, пробивающий заряд.       Пока остальные выстраивались по обе стороны двери, Вега встал на колени перед дверью, стянул со спины рюкзак и опустил его на землю, откуда достал то, что выглядело как складной коврик. Пока он разворачивал и прикреплял к двери коврик, наполненный взрывчаткой, на лицевом дисплее морпеха появились семь отметок внутри ангара.       — Семеро внутри, — сказал Чиф. — Трое сидят, собравшись вокруг того, что похоже на стол. Один ходит вокруг крупной конструкции, которая предположительно является летательным аппаратом, и трое на два этажа выше в дальней части ангара, выглядывая из того, что, согласно чертежам, является комнатой управления. Я войду первым и возьму троих в комнате управления. Коммандер, вы заходите за мной, после чего вместе с Лиарой разберётесь с тремя за столом. Гаррус, возьми одиночку.       — Готов, — сказал Вега, отходя от двери.       — По моей команде, — сказал Чиф, и наступила короткая пауза. Все члены группы напрягли мускулы, крепко сжимая оружие, мысленно сосредоточившись на приливе адреналина, который вскоре должен был последовать. Время замедлилось, пока пятеро ждали слов одного, единственное, что поддерживало их связь с реальным ритмом мира, — это вихри снега, кружащиеся вокруг и слегка бьющие их по броне.       — Взрывай.       Раздался треск. Вегу всегда удивляло, насколько тихо действуют пробивные заряды. Было использовано ровно столько взрывчатки, чтобы отделить кусок двери от остальной части и выбить его внутрь, но сама детонация не была сильной.       Вега даже не заметил, как через открывшийся проём прошёл Мастер-Чиф, да и Шепард тоже. Вега понял только, что услышал звук выстрелов, а через мгновение он уже следовал за Гаррусом в ангар. У него было достаточно времени, чтобы увидеть, как Гаррус тремя выстрелами пробил верхнюю часть туловища своей цели из «защитника», а затем всё затихло.       — Вы двое, — сказал Чиф, указывая пальцем в сторону Веги и Вакариана. — Обеспечьте безопасность комнаты управления, проверьте, успели ли они поднять тревогу. Затем подготовьтесь к удержанию этой позиции.       — Понял, — ответил Гаррус, и отряд разделился: турианец и морпех Альянса направились к лестнице, ведущей на верхние этажи, а Чиф, Шепард и Лиара — к двери, ведущей в туннель между ангаром и основной базой.       После того, как подъём по лестнице был завершён, Вега сменил свой АОП на штурмовой дробовик «Ятаган», улучив момент, чтобы встать перед Гаррусом, выразив желание первым войти в комнату управления. Они на секунду остановились у двери, прижавшись к стене, а затем Вега нажал на кнопку открытия двери.       Вега прошёл, как только дверь открылась достаточно широко, чтобы позволить ему проскочить, и быстро осмотрел комнату.       — Чисто.       — Чисто, — подтвердил Гаррус.       Единственным движением в комнате были искры от повреждённого терминала и медленно растекающиеся лужи крови из голов трёх человек, которые работали тут всего тридцать секунд назад. Мастер-Чиф был чёртовой машиной, три идеальных выстрела в голову прямо между глаз каждого техника «Цербера», а положение тел говорило о том, что все они стояли рядом друг с другом и не имели времени среагировать. Запах палёной крови и серого вещества наполнил воздух, причём даже через фильтры шлема до Веги доносились эти едва уловимые ароматы. Это заставило морпеха нахмуриться.       Стекло от разбитых окон, выходящих в ангар, хрустело под сапогами Вакариана, пока он шёл к главному терминалу.       — Я не вижу никаких признаков того, что они подняли тревогу. Возможно, мы действовали достаточно быстро.       — Это мы ещё посмотрим, — сказал Чиф по командной связи. — Мы практически достигли базы, «Гадюка-Т», приготовьтесь сбить эти истребители.       — Ракеты готовы, только скажите.       — Эти лестницы ведут на смотровую площадку на крыше, помнишь схему ангара? — спросил Гаррус, приглашая Джеймса проследовать за ним и вернуться к лестнице.       — Да, я помню, это хорошая позиция, — проговорил Вега между вдохами, когда они поднялись ещё на несколько пролётов.       Дверь на площадку была открыта, и когда пара вошла внутрь, их встретила небольшая комната с окнами во всю стену, массивной плоской панелью крыши и несколько консолей в центре комнаты… а также женщина, сгорбившаяся над одной из них.       — Поднять руки! Сейчас же! — рявкнул Вега, направив дробовик ей на спину. Женщина замерла, затем, незаметно для вновь прибывших бойцов, очень быстро сделала ещё одно касание на консоли, над которой работала. Медленно она подняла руку, сделав при этом пару осторожных шагов от консоли. Гаррус двинулся к ней, держа винтовку в одной руке, но всё ещё направляя её прямо на женщину, а другой рукой снимая наручники с пояса.       Женщина успела повернуться и схватить винтовку Гарруса, прежде чем Вега всадил картечь в её левый бок. Женщина и турианец отшатнулись от выстрела, но в разные стороны. Гаррус сохранил контроль над своей винтовкой, а женщина с криком упала на землю. Вега подошёл к раненой женщине, лежащей на спине, и увидел искорёженное месиво из кожи, крови и костей, которое заменяло почти всю левую сторону её груди. Она ненадолго прервала крики агонии, чтобы сделать ещё один вдох, но стремление обратиться к разрушенному левому лёгкому только усилило боль. Она не успела продолжить кричать, так как Вега приставил к её голове «ятаган» и навсегда прекратил её страдания.       — Проклятье, — услышал он слова Гарруса и, подняв голову, увидел, что турианец смотрит на консоль, за которой работала женщина. Там была область, которая светилась очень ярким, пульсирующим красным цветом. — Кажется, о нас знают.       — Это «Гадюка-Т», истребители разворачиваются в сторону базы.       Казалось, что Чиф начал говорить сразу же, как только Долтон замолк, настолько незначительным было его колебание.       — Уничтожьте их. Всем командам, действовать по обстановке. Продолжаем миссию по плану.       — Фокс-3!       Вега не слышал запуска ракеты, но услышал детонацию и почувствовал отголоски ударных волн даже сквозь бурю и стены здания. Он увидел вспышку яркого света, пробившуюся сквозь сильную метель, а затем внезапно всё превратилось в огонь, и его отбросило назад. Приземление выбило из него дух, и прошло несколько секунд, прежде чем он пришёл в себя.       Почти вся правая половина диспетчерской башни исчезла, вместо неё остались обломки металла и выбитые окна, а из зияющей дыры в помещение врывался снег.       — Вега! Ты в порядке? — спросил Гаррус, который теперь стоял над морпехом и держал его за руку, пытаясь помочь ему встать на ноги.       — Да, да, я в порядке, — сказал он, быстро осмотрев своё тело и не обнаружив ничего серьёзного. — Что это, чёрт возьми, было?!       — Истребитель «Цербера». Зацепил башню.       — Мадре де диос, — пробормотал Джеймс, подбирая с пола свой дробовик. Тело женщины, включившей тревогу, было погребено под завалами, так что, по крайней мере, ему не придётся вновь смотреть на это. — «Гадюка-Т», ещё бы чуть-чуть и этот истребитель врезался бы прямо в нас!       — Пришлось сбить его, иначе он бы на вас зашёл.       Вега покачал головой, вздыхая.       — Справедливо.       — Метель стихает, — подметил Гаррус, взяв в руки свою полуавтоматическую снайперскую винтовку «Гадюка». Он был прав: выглянув в зияющую дыру, Вега увидел, что снегопад с каждой секундой становится всё менее интенсивным.       — Я спускаюсь, попробую найти позицию поближе к «кадьяку». Высоту оставлю тебе, — сказал Вега, чувствуя, как магниты фиксируют тяжёлый вес его «ятагана».       — Звучит как план, — сказал Гаррус, наблюдая, как морпех развернулся и трусцой побежал обратно к лестнице. Поскольку метель уже почти утихла, турианец позволил себе более тщательно осмотреться. Истребитель «Цербера» после столкновения с диспетчерской вышкой впечатался в потолок ангара и теперь клубился тёмно-серым дымом, который ветер гнал в нескольких направлениях, в том числе и в сторону диспетчерской вышки.       Однако это играло только на руку турианцу: дым маскировал его визуально, а благодаря режиму инфракрасного видения он мог без проблем смотреть сквозь дым. Гаррус выдвинул сошки на «гадюке» и улёгся на оставшейся половине пола диспетчерской, ствол его винтовки находился в нескольких дюймах от дыры, которая позволяла ему наблюдать за пространством между ангаром и базой. Солдаты очень хорошо умели обнаруживать стволы оружия, торчащие из окон, так что для того, кто пытается оставаться незаметным, как он, по крайней мере, было бы плохой идеей расположиться вплотную к выступу.       — «Гадюка-Т», это «Нормандия», имейте в виду, что у вас появились две дополнительных цели, идут к вам с северо-запада, триста кликов и быстро приближаются. — Это был Джокер, он и СУЗИ наблюдали за местностью с помощью собственного набора датчиков «Нормандии» с геосинхронной орбиты.       — Вас понял. Наземные команды, мы покидаем район миссии для перехвата и уничтожения целей. Скоро вернёмся.       Гаррус почти беззвучно вздохнул через нос. Ни одному наземному бойцу не нравилось, когда его воздушная поддержка внезапно оказывалась в другом месте. По воле судьбы прошло всего несколько секунд, прежде чем он уловил движение на исследовательской базе в двухстах метрах от него. Враг наверняка заметил отсутствие поддержки с воздуха и выбрал подходящий момент для контратаки. В мгновение ока он прижал винтовку к плечу и вгляделся в прицел с переменным увеличением, которое в данный момент было установлено на десятикратное приближение.       Большие двойные двери, служившие входом на базу, открылись, и из них начали выходить солдаты «Цербера» с оружием наперевес.       — Вега, у нас гости. Солдаты «Цербера» выходят с базы и приближаются к нашей позиции, — сказал Гаррус.       — Вижу их. Я занял позицию у главной дороги.       — Начинай по моему выстрелу, посмотрим, сколько их останется, прежде чем они доберутся до укрытий.       Гаррус быстро и эффективно отфильтровал информацию, поступающую через его прицел. Он насчитал тридцать два солдата: четырёх офицеров-центурионов, двух снайперов-мстителей, четырёх стражей и двадцать два обычных штурмовика.       Он навёл перекрестье прицела на голову центуриона, стоявшего спереди, и в данный момент руководящего солдатами вокруг него, используя сигналы рукой. Прицел учитывал расстояние, высоту и направление, так что турианцу оставалось только выпустить весь воздух из лёгких и нажать на курок контролируемым, но уверенным движением.       Раздался треск, когда «гадюка» вжалась в плечо турианца, и ударная волна от выстрела проделала небольшое отверстие в клубах дыма, поднимавшегося от разбившегося истребителя.       Гаррус уже поворачивался к следующей цели, центуриону из соседнего отряда, зная по многолетнему опыту, каким будет результат его выстрела. Специальный дезинтегрирующий снаряд, которыми он зарядил «гадюку», пробил кинетические барьеры центуриона как масло, затем прошёл через левую часть его визора, череп, мозг и снова череп, вышел через заднюю часть шлема и разнёс грудь штурмовика в нескольких футах позади.       Турианский стрелок навёл винтовку на следующую цель в тот же момент, когда затвор «гадюки» сработал, и сделал следующий выстрел как раз тогда, когда солдаты «Цербера» поняли, что в них стреляют. Следующий центурион упал на землю так же быстро, как и первый, и тогда Вега открыл огонь из АОП. Три штурмовика погибли под шквальным огнём, но остальные бойцы не теряли времени, ища укрытия и открывая ответный огонь.       Выстрелы были неприцельными и не заставили Гарруса вздрогнуть, когда его следующий выстрел разнёс голову мстителя, словно дыню. Вега наказал ещё двух штурмовиков, которые отстали от своих товарищей, пытаясь добраться до укрытия, продолжительной очередью, прежде чем ему пришлось спрятаться за своим собственным укрытием и сменить магазин.       Гаррус потратил ещё три пули на стрельбу по штурмовикам, выбравшим недостаточно хорошее укрытие, и искал другую цель, когда выстрел просвистел в футе над его головой и попал в открытый лестничный пролёт прямо за ним, пару раз отрикошетив от металлических стен. Турианец успел заметить, что выстрел был сделан из тени, отбрасываемой грузовым контейнером, скрывая и без того тонкий профиль снайпера. «Хорошая попытка, жаль, что ты промахнулась», — подумал Гаррус.       Зато он не промахнулся. Тело мстителя упало в сопровождении брызг красного тумана и мяса.       Четверо стражей выбежали в центр главной дороги, широкие, тяжёлые щиты сомкнулись, когда они встали в ряд. Подгоняемые двумя живыми центурионами, они и оставшиеся штурмовики спрятались, как могли, за щитами, подняли оружие и открыли огонь в направлении ангара, пока строй продвигался вперёд так быстро, как только могли двигаться идущие впереди стражи. Это была смелая стратегия — использовать свои защитные возможности, чтобы попытаться продвинуться как можно дальше и как можно быстрее, в отличие от более методичного, подавляющего огня и движения через укрытия.       Вега к этому времени перезарядился и, выглянув из укрытия, послал длинную очередь патронов с цельнометаллической оболочкой в сторону группы врагов. Стена щитов, к сожалению, выдержала — пули отскакивали от неё или впивались в прочный металл. Осознав неэффективность своей тактики, морпех сделал секундную паузу, прежде чем перевести прицел чуть ниже. Он нажал на спусковой крючок мощного оружия, и два стража споткнулись и упали, когда их открытые ступни были разорваны прямыми попаданиями и рикошетами от дороги. Гаррус послал снаряд в смотровую щель щита третьего стража, оставив солдат «Цербера», которые использовали стену щитов как прикрытие, внезапно очень уязвимыми.       Солдаты «Цербера» начали падать направо и налево, поскольку турианец и морпех воспользовались тем, что противник оказался посреди голой дороги, но прошло всего несколько секунд, прежде чем всё двадцатиметровое пространство вокруг строя «Цербера» исчезло в клубах огня, дыма, пыли и снега.       Гаррус оторвал взгляд от прицела и посмотрел вверх: прорыв в облаке дыма от истребителя «Цербера» позволил ему увидеть их поддержку с воздуха, «пеликан», парящий в воздухе, с вращающейся пушкой. Он увидел его лишь на секунду, прежде чем энергия была перенаправлена обратно в стелс-системы корабля, покрыв его активным камуфляжным полем, которое теперь выглядело точно так же, как и небо вокруг него.       — «Гадюка-Т» на связи, мы не обнаружили больше врагов в этом районе.       — Подтверждаю, спасибо за помощь, — сказал Гаррус, улучив момент, чтобы извлечь из своей «гадюки» пустой магазин и заменить его на свежий. — Коммандер, как обстоят дела на базе?       Прошло несколько секунд молчания, прежде чем Кортана ответила ему:       — В настоящее время мы ведём бой с довольно многочисленными силами быстрого реагирования, прошу вас подождать одну минуту, мистер Вакариан.       Турианец не мог не закатить глаза. Кортана иногда действовала ему на нервы; он не привык находиться рядом с ИИ, у которого было так много… индивидуальности.       — Мы закончили. — Это был Шепард, и в его голосе звучало недовольство. — Собрали все данные, которые только смогли найти.       — А учёные? — спросил Гаррус.       Пауза.       — Мертвы, — ответил Шепард серьёзным тоном. — Убиты своими же солдатами, прежде чем мы смогли добраться до них.       Гаррус нахмурился, но Вега озвучил то, о чём они все думали:       — Чёрт.

***

      Как только они вернулись на корабль, Шепард поднялся в свою каюту, не сказав остальным ни слова. Он спешно опустил свой «мститель» на большой стол в центре комнаты, за ним последовал и «палач». Затем коммандер приступил к утомительному процессу снятия частей своей брони, позволив каждой из них упасть на пол, когда он с лязгом отсоединял их. Когда внешняя броня была снята, он начал снимать облегающий чёрный комбинезон, начиная от шеи. Когда Шепард стянул комбинезон до бёдер, дверь внезапно открылась, напомнив ему, что в состоянии транса он забыл её закрыть.       Коммандер повернулся и увидел Лиару, всё ещё в полной броне, за исключением шлема. Она подошла к нему с такой скоростью и решительностью, что N7 рефлекторно отступил на шаг.       — Это должно прекратиться, сегодня же.       — Ты о чём?       — О тебе и твоём состоянии, — продолжила Лиара, оглядывая его с ног до головы.       Лицо коммандера закаменело.       — Они должны заплатить. Он должен заплатить.       — Он заплатит. Но понимаешь ли ты, кто платит сейчас? Несмотря на то, что мы, и особенно ты, сделали на базе с теми солдатами, именно мы в конечном итоге заплатим настоящую цену за твоё отношение.       Лиара, как бы она ни была взволнована, не дала Шепарду шанса прервать её.       — Я знаю, что они убили наших друзей. Моё сердце болит каждый раз, когда я думаю о Тейне. Но во что тебя превратила эта… эта… ярость? В беспечного, холодного, неразумного лидера — ты, командир, даже не попытался провести инструктаж перед миссией, не говоря уже о том, что ты не потрудился присутствовать на подведении итогов. Хочешь знать, что мы извлекли из этих записей? Исследования по индоктринации. Длинное, подробное, всестороннее исследование об индоктринации. Вещи, которые я должна обсудить с тобой, но это невозможно, пока ты в таком состоянии.       Она прижала ладони к рельефной груди коммандера. Её перчатки ощущались холодными на его коже.       — Мне нужен Шепард, которым ты лучше всего умеешь быть. Мне нужно, чтобы ты общался, был вовлечён и, чёрт возьми, руководил. «Нормандия» нуждается в этом, и, как бы ты не хотел этого слышать, война тоже нуждается в этом. Тебе нужно взять весь этот гнев и превратить его в позитивный импульс, который поможет нам двигаться вперёд, а не будет вредить.       Это была та реакция, на которую она надеялась. Каменный облик Шепарда разрушился, сочетание её нежных физических прикосновений и искренних слов разрушило барьеры, которые мужчина так старался удержать. Она снова увидела эмоции в его глазах, увидела обиду, гнев, страх и усталость, заложенные в них.       — Когда ты в последний раз спал, Джон? Я имею в виду, действительно спал.       — Я пытаюсь, но сны не дают мне покоя. — Его ответ был кротким и усталым, но она не стала думать о нём хуже из-за этого.       — У нас тринадцать часов до следующей цели. Так что у меня достаточно времени, чтобы напомнить тебе, что я точно знаю, как потушить твой огонёк, — мягко сказала Лиара. Во время слияния Лиара обладала реальной способностью блокировать БДГ-фазу своего партнёра, и именно это она и собиралась сделать. Она подвела Шепарда к кровати и осторожно уложила его на неё, а затем начала снимать свои собственные части доспехов в кучу, которая уже образовалась на полу.

***

ККОН «Йорктаун», сверхтяжёлый крейсер класса «Отважный» На пути к Наморосу, система Дельфина

      — Пять секунд до прибытия.       Простая фраза, спокойно произнесённая ИИ «Йорктауна», Венерой, вызвала волны напряжения и адреналина у всех, кто находился на мостике корабля. Относительная безопасность и привычность семи измерений, составляющих пространство скольжения, скоро исчезнут, сменившись битвой и хаосом. Большинство не в состоянии справиться с тяготами смертельной неопределённости, которой была война. Другие же, как капитан «Йорктауна» Дамьен Скайхейт, наоборот, преуспевали в этом.       — Три… две… одна.       Поразительный миазм клубящейся энергии и пустоты, который представлял собой пространство скольжения, был сорван, словно скатерть со стола, когда сверхтяжёлый крейсер возвратился в реальное пространство. Несмотря на то, что установка энергетического щита в ходе последней модернизации была принята по достоинству, Скайхейт жалел, что улучшенные технологии Шоу-Фудзикавы, внедрённые на «Бесконечности» и её эскорте из «пронзительных», не попали к нему до того, как он был брошен с головой в эту другую галактику раздоров и разрушений. И хотя скорость световых лет в день была весьма схожей, «Бесконечность» и её эскорт обладали уникальными человеческими приводами, обеспечивающими плавное перемещение в пространстве, как это было у Ковенанта.       — Информацию, народ, давайте её сюда, — сказал Скайхейт, отстёгиваясь от креплений своего кресла и направляясь к центральному голостолу мостика, где его команда и Венера спешно работали над формированием изображения боевой зоны в режиме реального времени.       Картина уже была составлена ранее, благодаря усилиям одного саларианского разведывательного устройства, размещённого в дальнем конце системы. Наморос был плодородной планетой размером примерно с Марс, покрытой пышными равнинами, холмами и пересекающимися реками. Это была одна из двух основных житниц Турианской Иерархии, вторая, к счастью, находилась за рубежом Деспары, на котором были остановлены Жнецы. Информация с саларианского спутника, предназначенного для обнаружения и отслеживания космических кораблей, уже давала им представление о силе их противника.       Их ждали восемь Жнецов класса «Властелин» и двенадцать более мелких «разрушителей». Последняя известная позиция всей формации перед прыжком «Йорктауна» в пространство скольжения была указана на геосинхронной орбите над крупнейшим городом планеты, городом Калён. «Двадцать кораблей противника, — подумал Скайхейт, — и очень много наших».       Действительно, Жнецы сильно уступали в численности. Боевая группа «Йорктаун» осталась практически в полном составе после того, как Ласки разделил силы ККОН между группами «А» и «Б». Учитывая относительную мощь «Бесконечности» по сравнению со всем, что имелось в галактике на данный момент, адмирал реквизировал только два из четырёх эсминцев класса «Алебарда», оставив Скайхейту два крейсера класса «Марафон», шесть фрегатов класса «Париж», а также «Йорктаун». Конечно, были ещё турианские корабли и корабли Альянса, насчитывающие чуть менее четырёхсот единиц, которые расположились перед контингентом кораблей ККОН в своих формациях, их корпуса были черны, как и пространство вокруг, поскольку солнце системы в данный момент было скрыто за Наморосом.       — Капитан, все двадцать кораблей Жнецов из предварительной визуализации обнаружены, они всё ещё находятся на геосинхронной орбите над Калёном.       — Они отреагировали на наше присутствие? — спросил Скайхейт.       — Нет, сэр, пока нет.       Высокий темнокожий мужчина задумчиво сжал губы. На обзорном экране он видел, как сотни точек света становились всё интенсивнее, когда турианские корабли и корабли Альянса начали выстраиваться в четырёхслойную полусферу. Фрегаты и истребители составляли внешний слой, который представлял собой быстрый и подвижный заслон. Группы «охотников-убийц» — специализированные соединения фрегатов и эсминцев, сосредоточенные вокруг одного корабля ККОН — составляли второй слой, готовые вынырнуть и воспользоваться любым шансом, который они смогут получить. Третий слой состоял из большого количества эсминцев и крейсеров, обеспечивая быстро реагирующую огневую мощь для отражения вражеских атак. Наконец, четвёртый слой состоял из тяжёлых дредноутов и основных кораблей ККОН, которые наносили удары с дальней дистанции, что было одним из их главных преимуществ в космосе.       — Они отходят, капитан, — сказала Венера, ИИ, скрестив свои молочно-белые руки, складки её струящейся белой тоги слегка подрагивали в мнимом воздухе.       — Отходят… — повторил Скайхейт, всё ещё поглощённый информацией, поступающей с мостика «Йорктауна» в его уши и на голоэкран. — Стоп, отходят? Подальше от нас?       — Да, и они пытаются увести корабли по самому крутому вектору на границе гравитационного колодца, — ответил офицер по сенсорам. — Подождите, капитан, мы обнаружили кое-что ещё — они запустили истребители, которые направляются в нашу сторону.       — Это тактика отвлечения внимания, — быстро подытожил Скайхейт. — Они посылают свои истребители, чтобы выиграть время для отступления. Сколько их?       — Четыреста двенадцать, — таков был ответ.       Скайхейт кивнул. По данным разведки, «властелины» Жнецов могли нести огромное количество истребителей, так что он не был сильно удивлён.       — Уэпс, подготовь мне огневое решение для двух капсул «рапир». Офицеры связи, оттяните фрегаты из первой линии назад, и передайте нашим истребителям, чтобы они сблизились и вступили в бой.       Несмотря на то, что он был всего лишь капитаном — старшим капитаном, командующим целой боевой группой, о чём он не напоминал никому, кроме себя, — было решено, что Скайхейт будет осуществлять тактический контроль над космическими столкновениями, чтобы более эффективно использовать огневую мощь ККОН. Хотя это вызвало некоторые волнения в рядах командования турианцев, Скайхейту было всё равно, и он по крайней мере был рад, что общие стратегические операции группы театра «Б» перешли под контроль адмирала Альянса Систем Хакетта. Ещё больше его устраивало то, что Хакетт был человеком, а значит, с ним было легче общаться и вести дела в то время, которое в ближайшем будущем наверняка станет крайне напряжённым. Не помешало и то, что этот человек был чертовски компетентен и знал, что делает. В его понимании Хакетт был надёжным лидером.       — Капитан, ракеты готовы.       — Пуск.       Шквал толчков прокатился по палубе «Йорктауна», когда двадцать четыре «рапиры» были выведены из пусковых установок внезапным выбросом сжатого газа. Как только они вышли в вакуум, каждая из ракет запустила свои двигатели на жидком топливе, отбросив себя на десятки метров от корабля, прежде чем их системы наведения, постоянно получавшие телеметрические данные с «Йорктауна», изменили их курс и направили в сторону приближающихся вражеских истребителей.       «Рапиры» являлилсь наследниками почтенной ракеты «Лучник». Вместо того чтобы полагаться на взрывную мощь для уничтожения вражеских целей, боеголовка «рапиры» с обеднённым ураном превращала ракету в гигантскую осколочную гранату в космосе, смертельную для истребителей и малых судов, а также лёгкой брони.       Скайхейт наблюдал за тем, как световые пятна и клубы дыма с удивительной точностью проносятся сквозь строй, легко обходя эскадрильи союзных истребителей, которые также сокращали разрыв с противником. Истребители Жнецов, осознав приближающуюся угрозу, которую представляли ракеты, сорвались в индивидуальные манёвры уклонения, став больше похожими на рой насекомых, чем на слаженное формирование.       Ракеты безжалостно надвигались, управляемые холодными и суровыми подпрограммами Венеры. Взрываясь перед встречным роем, кумулятивные заряды в боеголовках «рапир» направляли массы осколков обеднённого урана в конусы, открытыми сторонами обращённые к истребителям Жнецов. Первые несколько шеренг истребителей как будто столкнулись со сплошной металлической стеной и были разорваны на куски за доли секунды. Когда оставшиеся вражеские «очи» появились из-за тучи обломков, их было на двести тринадцать меньше.       Скайхейт не проявлял особого интереса к последующему сражению, зная, что в этом аспекте войны они, к счастью, значительно превосходят своих врагов. Вместо этого он наблюдал, как двадцать красных отметок на его голоэкране быстро покидают систему. Оставить систему без боя… это сильно заинтересовало его, потому что именно так он поступил бы, если бы ситуация была противоположной. Перед лицом подавляющего превосходства отступить, если это возможно, и встретиться с союзными силами в тылу. Учитывая, как слепо Жнецы атаковали оборонительные позиции союзников на верфях Деспары не так давно, это, несомненно, было серьёзным изменением в стратегии.       Прошло совсем немного времени, прежде чем отображавшееся на голопроекторе число вражеских истребителей стало равным нулю, а вскоре после этого боевые корабли Жнецов преодолели гравитационный колодец и выскочили из системы.       Он позволил ситуации успокоиться на пару мгновений после шквала и хаоса боевых действий, прежде чем продолжить выполнение следующего приказа.       — Привести в действие наземные силы.       Сообщение было отправлено группе наземных штурмовых кораблей и быстро развёртываемых транспортов с войсками, которые находились всего в одной минуте сверхсветовой скорости. Они должны были совершить прыжок в систему и отправить первую волну ударных войск, которые обеспечат безопасность столичного космопорта. Военные корабли союзного флота останутся и будут охранять систему до прибытия второй волны десанта оккупационных войск. Эти солдаты, стандартные армейские формирования, должны были использовать плацдарм, созданный ударными десантниками, и начать операции по уничтожению наземного присутствия Жнецов в масштабах всей планеты. После того, как десант первой волны поменяется местами со своими армейскими помощниками и вернётся на свои корабли, они и их боевые корабли группы «Б» отправятся на следующую планету в очереди на пути к Палавену.       Капитан Скайхейт сцепил руки за спиной, не зная, что чувствовать по поводу своей первой «победы» в этом амбициозном и, честно говоря, отчаянном наступлении. Какие бы эмоции он ни испытывал, он точно знал, что дальше будет лишь сложнее.