Глава 40: Утешение и Тени. Часть 4
9 января 2023 г., 20:21
Лучший вид эмоциональной поддержки — огневая поддержка. Наставления морпехоте ККОН (неофициальные)
Омега «Тень намерения», штурмовой носитель класса CAS
— Мы больше не встречали их. — Я знаю, но это сильно меня тревожит. В личной каюте арбитра на борту «Намерения» было теснее, чем обычно. Лидер сангхейли стоял перед открытым настенным оружейным шкафом, тщательно перебирая своё снаряжение и возвращая его на отведённые места. Тел бережно погладил свой плазменный ретранслятор, гордясь тем, что совсем недавно он эффективно противостоял Паразиту. Флотоводец Р’тас ’Вадум расхаживал по каюте арбитра с явным волнением. — Нам просто повезло, что удалось сдержать вспышку на станции, но даже сейчас там всё ещё могут быть остатки паразита, избежавшие взрыва. — Мы ввели чрезвычайно жёсткий карантин на все прилегающие территории. — Этот голос принадлежал ультре ’Харуму, который стоял в дальнем углу, погружённый в датапад. На его матово-серой броне рейнджера всё ещё виднелись вмятины и пурпурно-синие пятна крови от недавних сражений на Омеге. Этот свирепый и талантливый сангхейли быстро занял место в неофициальном внутреннем кругу арбитра. — Почти каждая пара мгалекголо во флоте прочёсывает пространство в поисках выживших форм, наряду с целой эскадрильей, развёрнутой для поддержки с воздуха. — Я в курсе, ’Харум, и я полностью уверен в способностях наших сил на станции. Но вы должны простить меня за то, что само упоминание о Паразите заставляет меня напрячься, — ответил Р’тас. Рука флотоводца рефлекторно потянулась к половине челюсти на левой стороне, часть которой ему оторвало много лет назад во время столкновения с Потопом. — Как и следовало ожидать, — сказал арбитр, поворачиваясь к центру комнаты. Панели его личного арсенала бесшумно закрылись, плавно сливаясь с остальной стеной. — Спартанец, ты тоже слышал последние слова прото-разума. Мастер-Чиф сидел в углу напротив ультры ’Харума, скрестив руки на нагрудной пластине своего «мьёльнира». Он сопровождал арбитра по его просьбе до «Тени намерения» на эту импровизированную встречу, вместо того чтобы присоединиться к коммандеру Шепарду или вернуться на «Нормандию». — Не только вы, — напомнила Кортана. Чиф положил миниатюрный голопьедестал на плечо, а магнитное основание надёжно закрепило его на доспехе. Фиолетово-синий аватар ИИ тоже скрестил руки, повторяя язык тела спартанца. — Я тоже слышала слова. Или скорее почувствовала их. «Я не одинок. Мы голодны». Слова вновь пронеслись эхом в головах тех, кто их слышал, глубоко врезавшись в память. — Может быть, это просто обман? — Этот вопрос исходил от единственной азари в комнате, сидевшей со скрещёнными ногами в кресле напротив рабочего стола арбитра. Оперативник Левас — ранее капитан Левас, до того как её приняли в спецназ сангхейли — продолжила: — Попытка посеять сомнения после успешной миссии? Тел ’Вадам мрачно покачал головой. — У Паразита есть только одно желание: питаться. Мы будем глупцами, если проигнорируем последние слова прото-разума. — Мы уже стали глупцами, поверив, что справились с заразой на Новерии. Кто знает, куда «Цербер» мог отправить формы Потопа, которые им удалось выловить, — прорычал Р’тас. — Подождите, помедленнее… — вмешалась Кортана. — Вы нашли Потоп на Новерии? Как? Когда? — Да, когда искали это, — ответил Тел. Сангхейли подошёл к небольшому замку, прикреплённому к короткому столику рядом с его спальным креслом. Он ввёл цифровой код на сенсорном экране, затем протянул ладонь для биометрического сканера. Он извлёк два предмета, осторожно держа по одному в каждой руке. Это были небольшие цилиндры из простого серого металла, без каких-либо других уникальных или определяющих особенностей. Тел аккуратно положил их на стол, а затем потянулся к отсеку в своём доспехе и достал третий цилиндр, поместив его вместе с двумя другими. — Что это? — спросил Мастер-Чиф. — Ключи, — ответил Тел. — Ключи к чему? — продолжил спартанец. — Ключи к ответам на вопросы, которые мы все задавали. Кортану ничуть не удовлетворили загадочные ответы арбитра. — Вам придётся объяснить лучше, Тел ’Вадам. Не знаю, осознаёте ли вы, что почти вся галактика вступила в борьбу со Жнецами, и нам бы очень пригодилась ваша помощь. Но сейчас вы говорите, что из-за этих — вот этих серых циллиндров — ваши войска просто взяли и бросили остальных на произвол судьбы? — Ты не знаешь, о чём говоришь, — упрекнул Тел. — Впрочем, твоей вины здесь нет. — На борту «фантома» ты упоминал о плане, — сказал Чиф. — Её плане. — Да, — кивнул арбитр, его длинная шея медленно покачивалась. — Скажите мне, спартанец, Кортана, вы знаете о Библиотекаре? — Мы более чем знаем о ней, — ответила за них Кортана. — Мы видели её, говорили с ней. Или, по крайней мере, с её сущностью. Ещё на Реквиеме, когда мы охотились за Дидактом, она явилась к нам и… изменила нас. Она модифицировала генетический код Чифа, сделав его невосприимчивым к композитору. ИИ ККОН, обычно дерзкий и наглый, притих, а затем продолжил со сдержанной скромностью: — Я была уже на пределе. Она исцелила моё безумие, вытащила меня из бездны. В тот момент она спасла наши жизни. — Творец жизни, так её называли, — сказал Тел. — Она являлась главой своего класса. Именно благодаря её усилиям жизнь снова смогла существовать после того как Ореолы очистили галактику от пищи для Потопа. Однако это далеко не всё, чего она добилась. Арбитр опустил палец на стол и осторожно коснулся одного из цилиндров. — В первый раз, когда Врата активировались и отправили «Намерение» и «Бесконечность» в неизвестность, мы были так же потеряны, как и вы, люди. Но во второй раз, когда к нам присоединилось больше наших собратьев, мы получили послание от Неё, и наша миссия стала ясна. — Ваша миссия? — спросил Чиф. Арбитр поднял цилиндр, к которому только что прикоснулся, — последний из тех, что они заполучили с Омеги. Мастер-Чиф заметил, что остальные в комнате замерли. Флотоводец ’Вадум прекратил вышагивать, ультра ’Харум отложил свой датапад, а оперативник Левас выпрямилась в своём кресле. Все они, казалось, почтительно ждали чего-то. Тел посмотрел на Р’таса: — Мы готовы? ’Вадум кивнул. — Флот в полной готовности. — Тогда приготовьтесь к Передаче, — сказал Тел, протягивая цилиндр Мастер-Чифу. Спартанец взял его.***
Сейчас он уже не находился на «Тени намерения». После того, как прошла первая волна дезориентации, закалённый в боях разум спартанца в деталях оценил окружающую его обстановку. Он быстро понял, что это не военный корабль, не поле боя и не суровая среда. Он находился в саду. Пышный, яркий бастион цвета и жизни, подобного которому он никогда не видел. Стоя посреди мощёной дорожки, он был окружён с обеих сторон кустами, папоротниками, высокими цветами и зелёными деревьями. Воздух был бодрящим и свежим, совсем не похожим на ту рециркулированную атмосферу, к которой он привык на космических кораблях или в своём «мьёльнире». Кстати говоря, именно тогда Чиф понял, что на нём нет «мьёльнира», остался лишь облегающий чёрный комбинезон, который заканчивался чуть ниже шеи, оставляя его голову обнажённой. Всё его оружие и прочее снаряжение также отсутствовало. Многолетний опыт в боевых условиях подсказывал ему, что он должен испытывать чувство уязвимости, но сейчас всё было иначе. В сознании Чифа поселилось спокойное любопытство. Он начал идти по дорожке, чувствуя под ногами гладкие камни и мягкий ветерок, обдувающий его бледную кожу головы. Растительность по обе стороны дорожки была густой, и он мог видеть не более чем на несколько метров за сверкающей зеленью, красными, жёлтыми и фиолетовыми цветами. То, как спартанец продолжал двигаться по этому странному месту, было почти похоже на транс. Его жизнь всегда была связана с трудностями, жестокостью и смертью; он так долго убивал врагов человечества в сырости, темноте и грязи, чтобы они не сделали то же самое с ним. Это место… абсолютный покой, он застал спартанца врасплох больше, чем хорошо подготовленная засада. В засаде он мог сопротивляться, использовать свою подготовку и навыки, чтобы попытаться противостоять непосредственной опасности. Какая опасность исходила от цветов? Какие тактические манёвры он мог осуществить против тенистых деревьев? Какое оружие он может применить против колышущейся травы? Он продолжал идти, пока единственная тропинка не расширилась и не превратилась в поляну, в центре которой располагалась россыпь радужных полевых цветов, но не их яркие оттенки привлекли внимание Чифа. У цветов расположилась девушка, повёрнутая к нему спиной и стоявшая на коленях. На ней были простые серые штаны, кремовая туника с длинными рукавами и светлые чулки. Распущенные каштановые волосы колыхались чуть выше её стройных плеч, и он мог видеть бледную кожу её шеи, когда ветер перебирал тонкие пряди. Он сразу же узнал её. — Кортана? Девушка грациозно встала, пируэтом повернувшись к нему. Она светилась, выражая чистую радость, подобной которой он никогда не наблюдал у неё — да что там, ни у кого — раньше. В руках она держала собранный вручную букет самых разных полевых цветов, и когда их взгляды встретились, она поднесла их к носу и глубоко вдохнула, её искрящиеся голубые глаза расцвели. — Джон! — воскликнула она, легко подскочив к нему, воздух под её шагами казался мягким и лёгким. Это слово застало его врасплох. Его собственное имя застало его врасплох. Только Синяя команда и Кортана называли его Джоном, но ему казалось, что прошло много времени с тех пор, как он был рядом со своими товарищами, спартанцами-II, а его ИИ-партнёр никогда раньше не говорил таким тоном. В голосе было столько радостного энтузиазма и тепла, что Чиф застыл на месте, словно окаменевший под взглядом Медузы. Она внезапно остановилась прямо перед ним, выгнув шею, и окинула взглядом его высокую фигуру. — Цветы, Джон! Я чувствую запах цветов! Кортана сделала ещё один глубокий вдох, улыбка не исчезала ни на секунду. Она протянула ему букет: — Какой из них тебе нравится? Он указал на сапфирово-синий цветок, который подходил к её глазам. Кортана выбрала его из букета и заправила за ухо. — Ты можешь в это поверить? Джон медленно покачал головой, вновь оглядываясь по сторонам. Очередной порыв ветра пронёсся среди низких деревьев, донося до него незнакомое мелодичное пение птиц. — Нет… — Я ждала вас. Новый голос застал их врасплох, Джон быстро поднял голову, а Кортана крутанулась на пятке. Поляна с цветами преобразилась, теперь в центре стоял простой стол и три стула, покоившиеся на зеленеющей траве. Чуть в стороне стояла Она. На ней было роскошное пурпурное платье с мерцающими серебряными узорами, а лучи солнца, пробивающиеся сквозь кроны деревьев, омывали её золотым светом. — Библиотекарь… — прошептала Кортана в благоговении. — Для многих — да, — ответила она, — но для вас я известна как Плетущая Рассветную Песнь Жизни. От Библиотекаря — Песни Жизни — исходила аура чистейшего тепла, уюта и благодати. Она протянула к ним руки. — Подойдите. Располагайтесь. Нам нужно поговорить. Отчасти по собственной воле, отчасти по непреодолимому влечению, с которым они оба не смогли бы бороться, даже если бы захотели, Джон и Кортана проследовали к столу Библиотекаря. Когда они проходили мимо неё, Песнь Жизни слегка коснулась тонкими пальцами плеч каждого из них. От её прикосновения по их телам пробежали лёгкие волны тепла, и Джон на секунду вздрогнул от приятного ощущения. Едва она присела к ним, как Кортана, вечно любопытная, задала свой первый вопрос. — Что это за место? Песнь Жизни улыбнулась, оглядывая сад. Деревья и трава колыхались под прохладным ветром, а птицы исполняли тихий музыкальный аккомпанемент, постепенно затихая после крещендо. — Это Бастион. Раньше он был одним из многих, но теперь… Её улыбка слегка потускнела. — Теперь он последний, и я — его последняя обитательница. — Вы пережили выстрел сети Ореолов, — сказал Джон. — Это верно лишь отчасти, — поправила она. — Мой дух, суть моих стремлений и страстей, сохранился. Здесь, в этом Саду, и прежде в других, подобных ему. — Что вы делали все это время? — спросила Кортана. — С тех пор прошло более ста тысяч лет. — Обдумывала, планировала, вспоминала, но в основном ждала. Долго ждала… — ответила Песнь Жизни. При этих словах в её глазах появилось отстранённое выражение, и она на мгновение замолчала, прежде чем вернуться в настоящее. — Здесь время течёт по-другому, но в конце концов оно поглощает всё. Всё, кроме Потопа. Воздух был неподвижен. Ветер утих, а пение птиц унеслось на далёкие луга. — Потоп, — повторил Джон. — Что вы знаете о них? Почему они здесь? — Самое долговечное и ужасное наследие Предшественников, — сказала она, не обращаясь напрямую ни к одному из них. — И наше тоже. Как много достижений было потеряно? Сколько потенциала было растрачено? Как долго Мантия скорбит, блуждая, всё ещё потерянная во тьме после всего этого времени? Джон и Кортана обменялись коротким взглядом. Они оба не знали, что делать с внезапными размышлениями Библиотекаря. — Потоп? — мягко напомнил Джон. Песнь Жизни махнула рукой, глядя куда-то вдаль. — Скажите, что вы знаете о нашем конфликте с Предшественниками? — спросила Библиотекарь. Кортана ответила за двоих: — Немного, кроме того, что Предтечи в итоге победили и стали доминировать в галактике. Песнь Жизни улыбнулась, сжав губы, на которых не отражалось ни капли веселья. — Предшественники были цивилизацией уровня ноль. Размах и масштабы того, на что они были способны, намного превосходят то, что могу постичь даже я. Основные элементы мироздания — галактики, звёзды, планеты, материя, каждый мельчайший атом — всё это было в их власти. Они создали жизнь, сформировали её эволюцию, направили её ход. Они породили мой народ, способствовали нашему развитию, оградили нас от трудностей и предоставили нам все возможности для полного раскрытия нашего потенциала. — Пока вы не уничтожили их, — сказал Джон. Библиотекарь кивнула. — Да… пока мы не уничтожили их. Мы попросили Мантию Ответственности, и они нам отказали. Наше самолюбие и высокомерие разгорелись как никогда раньше. Мы знали — без всяких сомнений — что мы избранные Предшественниками. И когда мы обнаружили, насколько мы ошибались, то восстали против своих собственных создателей, обрушившись на них с необузданной страстью и свирепостью, о которых даже нам самим не было известно. — Но как? — вмешалась Кортана. — Как можно было уничтожить цивилизацию, намного более развитую, чем ваша собственная? — С абсолютной безжалостностью и жестокостью, — ответила Песнь Жизни. — Большинство Предшественников, чистейших существ, были доведены до безумия тем, что их собственные дети обратились против них. Они почти не оказывали сопротивления. Другие пытались спастись бегством за пределы Млечного Пути, где они изменили себя в интересах долгосрочного сохранения… Но даже они не смогли избежать участи, вызванной нашим предательством. Формы, в которые они превратили себя — тонкий, иссушенный порошок, который должен был преобразиться обратно в их естественное состояние — вместо этого исказился и превратил их в то, что стало Потопом. — Затем они появились в пространстве древних людей, — сказала Кортана. — И, ну, остальное мы знаем… — Нет, не знаете, — сказала Библиотекарь. — Я тоже не знала, до тех пор, пока не была активирована сеть Ореолов. Ответьте мне вот на что: когда вы оказались здесь, в этой галактике, вы очутились над почти точной копией Эрде-Тайрин. Простите — Земли. — Не только Земли, но и всей Солнечной системы, — сказал Джон. Он вспомнил безумное неверие тех первых нескольких минут и часов в темноте сразу после того, как они были перенесены сюда. — И Кортана, мне не нужно говорить тебе, насколько астрономически невозможна вероятность того, что подобное может произойти в двух разных галактиках, не так ли? Глаза Кортаны расширились одновременно в тревоге и понимании. — Потому что это была не случайность. Так было задумано. Песнь Жизни медленно кивнула: — Да, это он так задумал. — Задумал? — Кортана надавила: — Кто это «он»? Предшественник? Единственный, кто смог выжить? — Должно быть, кому-то удалось спастись от нашего геноцида, и каким-то образом он не поддался яростному безумию, которое породило Потоп. Вместо этого он прибыл сюда и сотворил, — сказала Песнь Жизни. — Подождите, то есть вы хотите сказать, что этот одинокий выживший Предшественник, спасаясь от смерти от рук Предтеч и разложения Потопа, прибыл сюда и создал зеркальную копию Солнечной системы? — спросила Кортана, в её тоне был заметен намёк на скептицизм. Песнь Жизни покачала головой, одарив её такой же улыбкой, какой школьный учитель одарил бы ученика, давшего лишь часть ответа. — Не только Солнечной системы. Всей галактики. На то, чтобы осознать серьёзность её слов, у Джона и Кортаны ушла целая минута. — Этот Предшественник создал целую галактику только для того, чтобы сбежать из нашего Млечного Пути? Чтобы сохранить свою собственную жизнь? — спросила Кортана, быстро собравшись с мыслями. — Эта галактика была создана, чтобы сохранить вас, — сказала Библиотекарь, жестом указывая через стол на них обоих. — Ещё одна Солнечная система… — прошептала Кортана. — Это предполагалось как второй шанс человечества. — Когда мы вышли на тропу войны, Предшественники знали, что это лишь вопрос времени, пока мы не начнём наш крестовый поход против людей — единственного барьера на пути к праву наследия, которое мы считали своим. — Мантия. — В этом диалоге Джон был заметно тише своей спутницы, но его острый, как бритва, ум всё равно прекрасно понял откровения Библиотекаря. — Они не могли знать о моих усилиях по сохранению вашего вида после активации сети Ореолов. Из-за опасения, что избранные ими пастыри Мантии Ответственности будут поглощены Потопом, необходимо было разработать альтернативные планы. И вот, этот идеальный шаблон для человечества, чтобы начать всё заново, был обнаружен мной, случайно или по чьему-то умыслу. Прежде чем бо́льшая часть меня самой была утрачена в очищающем огне Ореолов, я послала корабль-носитель через те же Врата, через которые прошли вы, надеясь, что если мои усилия в нашем Млечном Пути не увенчались успехом, то, по крайней мере, в другом месте ещё будет шанс… — Но вы преуспели! — сказала Кортана. — Человечество продолжало жить в нашей галактике, и мы одержали победу и над Ковенантом, и над Потопом. — Здесь этого не произошло, — сказала Песнь Жизни. — Этот проект не остался незамеченным развращёнными Предшественниками, и некоторые из них основали свои собственные Бастионы здесь, в этой галактике. Они ждали, отдыхая и набираясь сил, до тех пор пока их не выпустят на свободу, чтобы они вновь могли питаться. Кортана и Джон обменялись напряжённым взглядом. «Цербер». — Это уже произошло. На моём доспехе до сих пор осталась их кровь, — сказал Джон, размышляя о хаотичной миссии по уничтожению прото-разума, который развивался на Омеге. — Я знаю. Я слышала последние слова прото-разума. Поэтому вы должны спешно продолжать свою миссию, — сказала Песнь Жизни. Она потянулась к складкам своей элегантной мантии и достала два простых серых цилиндра, положив их на стол перед Джоном и Кортаной. — Ключи Предшественников… — сказала Кортана. Джон прикоснулся к тому из них, который дал ему арбитр, — именно это и послужило причиной их неожиданной встречи с Библиотекарем. — Для чего они созданы? Песнь Жизни пожала плечами. — Мне не дано знать. Это предстоит выяснить вам. Прикоснитесь к Ключу и получите его послание. Я должна вскоре отправить вас обратно. Мне потребовалось много сил, чтобы доставить вас сюда. Джон и Кортана осторожно потянулись к цилиндрам и коснулись их пальцами. Резкий удар ярких образов в их сознание разделил их обоих. Планета, освещённая тусклой оранжевой звездой, с раскинувшимися засушливыми пустынями, оживлёнными реками и тёмно-синими океанами. Другая планета с огромными просторами изумрудно-зелёных земель, граничащих с сапфирово-синими озёрами и морями, освещёнными ярко-жёлтым солнцем. Кортана, которая воспользовалась первой же возможностью просмотреть информацию о системах и планетах этой галактики, когда они только прибыли, быстро поняла, что конкретно она увидела. — Раннох и Тессия, родные миры кварианцев и азари! Это там, где находятся следующие два Ключа? Песнь Жизни утвердительно кивнула. — Вы должны действовать быстро. Чем дольше Потоп будет оставаться во тьме предоставленным самому себе, тем сложнее будет ваша борьба. — Вот почему сангхейли отсутствовали всё это время, — сказал Джон, наконец поняв загадочное описание арбитром его плана. — Они искали Ключи. Песнь Жизни встала со стула, и гости повторили её действия. — Наконец-то у сангхейли появилась цель и стремление, для которых они были предназначены всё это время. Их разум больше не затуманен ложными суждениями и действиями лживых пророков. Их гордость требует, чтобы они искупили вину за те злодеяния, которые они совершили против вашего вида. Используйте их силу, поскольку с этого момента они навсегда останутся надёжными союзниками для вас, Восстановители. Она начала поднимать руку, намереваясь отправить их обратно в «реальный мир», но Кортана прервала её. — Подождите! — сказала она, и Библиотекарь остановилась, на её лице появилось недоверчивое выражение. — Могу я… Я бы хотела кое-что сделать, прежде чем вы отправите нас обратно… пока я ещё… пока я ещё такая. Кортана потянулась за ухо и достала из-за него сапфировый цветок, протягивая его Песни Жизни. Та тепло улыбнулась и взяла цветок, аккуратно прикрепив его к своему платью. Затем Кортана повернулась к Джону и заглянула в его глаза. Она шагнула к нему, обхватив своими тонкими руками его крепко сложенную фигуру. Она даже не могла обхватить всё его тело, но это не помешало ей прижаться к его рельефной груди. Сначала Джон не знал, как реагировать. Он не мог вспомнить, когда в последний раз его… обнимали. Должно быть, это было до того, как его включили в программу «спартанец», то есть несколько вечностей назад. Он решил сделать то, что казалось естественным, и обхватил руками миниатюрную фигуру Кортаны, притянув её немного ближе. Она была мягкой, тёплой, и в этом странном живописном саду он почувствовал редкий миг умиротворения.***
— Вы видели? Мастер-Чифу потребовалась пара секунд, чтобы вернуться в реальность. Деревья и цветы сада Библиотекаря исчезли, сменившись строгим серебром и пурпуром каюты арбитра на борту «Тени намерения». Он повернул голову к арбитру и ответил на его вопрос. — Да. Следующие два Ключа находятся на Раннохе и Тессии. Арбитр положил обе трёхпалые руки на свой стол, задумавшись на несколько секунд. — Раньше нам не показывали два Ключа одновременно… должно быть, появление Паразита способствует столь быстрому развитию событий. Чиф выключил внешние аудиопередатчики несколькими быстрыми морганиями, чтобы иметь возможность поговорить с Кортаной наедине. — Ты в порядке? — Да, — тихо ответила она. — То, что только что произошло, было… странно, но приятно. Более чем приятно. Это трудно описать, когда тебе даётся доступ к ощущениям, которые ты и не думала, что сможешь испытать… Я благодарна Ей за это. Чиф молчал, но Кортана знала, что он чувствует то же самое. После стольких страданий и смертей, принесённых новой войной, возможность побыть в тишине — это больше, чем, по его мнению, он заслуживал. Но теперь им предстояло вернуться к работе. Р’тас ’Вадум прекратил свои метания и присоединился к ультре ’Харуму в углу каюты, но арбитр подхватил движения друзей по комнате, начав составлять план. — Два Ключа, две планеты… — И одна из них — моя родная планета, — добавила оперативник Левас. — Мы не сможем отправиться на Тессию с оружием в руках, как это было с другими Ключами. Совет Тессии отозвал все военные корабли азари для охраны пространства азари. — На Раннохе положение не лучше, — сказала Кортана, которая была самой осведомлённой в комнате относительно уникальной ситуации, сложившейся вокруг Ранноха. — Раньше это была родная планета кварианцев, пока их прислужники-ИИ — геты — не восстали против создателей и не изгнали их с планеты триста лет назад. Кто знает, что сейчас там происходит… На мгновение все замолчали, задумавшись. Оперативник Левас первой нарушила тишину. — Тел, позволь мне взять транспорт с Омеги на Тессию. У меня есть контакты во флоте азари, которые могут помочь нам с получением Ключа. Это лучший вариант для первых шагов, чем просто появляться над пространством Тессии с военными кораблями, сбивая с пути «Путь предназначения» и остальной домашний флот. Арбитр кивнул в знак согласия после ещё одной минуты размышлений. — Хорошо. Посмотрим, что ты сможешь выяснить, но не вызывай слишком больших подозрений. Отправляйся немедленно и возьми с собой ещё одну азари из нашей команды. Здесь, на Омеге, остались незаконченные дела, и мне нужно связаться с одним адмиралом… Левас встала и направилась к двери, но арбитр окликнул её, когда она подошла к порогу. — Но Левас… знай, если потребуется, я без колебаний появлюсь прямо над столицей азари и отправлю штурмовые группы за Ключом. После сегодняшней встречи с Паразитом дипломатические тонкости, признаться, далеки от моих мыслей. Левас подтвердила, что поняла смысл сказанного Телом, отрывистым кивком, затем целеустремлённо вышла из комнаты. — А что насчёт Ранноха? Есть идеи? — Этот вопрос арбитра был адресован Мастер-Чифу, но в действительности предназначался Кортане. — Сейчас это мир гетов, — начала Кортана. — Геты — это сеть искусственных интеллектов, и предполагаемое количество боевых платформ на планете колеблется от десятков миллионов до нескольких миллиардов, не говоря уже о десятках тысяч построенных ими боевых кораблей. — Миллиард наземных войск и десять тысяч кораблей, — сказал Р’тас. — Эти цифры не являются… незначительными. — По сравнению с шестью кораблями и двадцатью пятью тысячами солдат, которыми располагаем мы, это, конечно, не так, — сказал ’Харум. — Эти геты враждебны? — Да, — ответила Кортана. — Несколько лет назад группа гетов под влиянием Жнецов атаковала Цитадель и входящие в неё расы, и все попытки военных разведчиков или гражданских искателей приключений приблизиться к пространству гетов заканчивались неудачей — Отлично, — мрачно произнёс Тел. Затем ему пришла в голову одна мысль: — «Нормандия» всё ещё находится в пространстве Омеги. Они могли бы провести разведку планеты и дать нам лучшее представление о том, с чем мы будем иметь дело. Р’тас был настроен скептически. — Согласится ли коммандер Шепард на такую просьбу? Подобная миссия неизбежно станет чрезвычайно опасной, не говоря уже о том, что он и его команда — не наши подчинённые. Тел сжал челюсти. — Так и есть. Однако Ключи должны быть собраны, чего бы это ни стоило. Мы постараемся убедить его…***
Омега Складской ангар 89-G
Шепард, Лиара, Гаррус и Вега ждали, пока откроется десантный отсек «Гадюки-Т», держа оружие в руках. Кэл’Ригар сказал, что ангар, в котором он расположился, безопасен, но осторожность никогда не помешает. Четверо спустились по трапу «пеликана» в мрачный, тесный и тускло освещённый ангар, и хотя половина верхнего света была выключена, багрово-красную броню Кэла’Ригара было легко заметить. Он прислонился к одному из нескольких грузовых ящиков возле своего потрёпанного грузового корабля, но, увидев приближающуюся команду Шепарда, быстро направился к ним, чтобы поприветствовать. Ригар и Шепард крепко сцепили предплечья, и морпех сказал: — Коммандер Шепард, я рад вас видеть. Доктор Т’Сони, Вакариан, и вас тоже. Он посмотрел на Вегу и протянул ему руку, которую тот принял. — Лейтенант Джеймс Вега, морпех Альянса. — Капитан Кэл’Ригар, морпех Мигрирующего флота. Вега усмехнулся, и своим непрозрачным шлемом кварианец сделал то же самое. Это было неофициальное правило, что независимо от вида все морпехи считались друг другу братьями и сёстрами. Это правило особенно проявлялось в двух конкретных местах: на полях сражений и в барах. — Значит, теперь ты «капитан»? — спросил Шепард, приподняв бровь в недоумённом восхищении. — Так и есть, получил повышение от капитана Тали’Зоры вас Каэль, когда она назначила на свой корабль нашу роту морпехов. — Вас Каэль? У неё теперь есть свой корабль? — спросил Гаррус. — Когда это случилось? Ригар тяжело вздохнул. — За последние несколько месяцев многое изменилось, но не всё в лучшую сторону. Во-первых, все эти ящики, стоящие позади меня, ваши, любезно предоставленные Серым посредником. Экспериментальное и тяжёлое оружие, передовое оборудование, всё, что нужно. — Нам это очень пригодится, — сказала Лиара, — стандартное оружие Альянса, которое сейчас есть на «Нормандии», начинает устаревать. — Ты говорил, что у Тали есть для нас сообщение, — сказал Шепард, в его голосе чувствовалось беспокойства за друга. Он также обратил внимание на ящики с оборудованием, но в первую очередь он думал о благополучии определённой кварианки. — Ты сможешь воспроизвести его? — Не могу, потому что сообщение — это я, — сказал Ригар. Он сделал шаг назад и ещё один глубокий вдох, готовясь к тому, что он собирался сказать. — Помнишь, я сказал, что некоторые вещи изменились не в лучшую сторону? Ну, возможно, я преуменьшил. Два месяца назад до адмирала Даро’Зен вас Морех дошёл слух, что на отдалённой луне на краю территории гетов находится часть мёртвого Жнеца. Учитывая прошлый опыт и знания Тали, когда дело касалось гетов и Жнецов, Зен убедила остальных членов Коллегии адмиралов предоставить ей собственный корабль под командованием Тали в составе Особого флота. Поначалу Тали ухватилась за этот шанс. Для кварианца возможность стать капитаном собственного корабля… это то, о чём мы все мечтаем. Зен приказала ей разведать место, что было достаточно опасно, учитывая близость к пространству гетов, но это было не всё, что от неё требовалось. — Дай угадаю, — сказал Шепард, — Зен хотела, чтобы Тали попыталась восстановить технологии Жнецов… Ригар мрачно кивнул. — Да. Тали решительно протестовала, но Зен крайне ясно дала понять, что если Тали не выполнит задание, то она лишит её не только нынешнего командования, но и внесёт в чёрный список, чтобы та не имела возможности продвинуться по службе в будущем. — Значит, Зен передала ей командование и тут же использовала это, чтобы шантажировать её? — спросил Гаррус, в его словах ясно слышалось негодование. — И Тали согласилась? — У неё не было выбора, — сказал Ригар. — Она подчинилась, но не раньше, чем обговорила кое-какие вопросы с адмиралом Шалой’Раан и заменила морпехов Зен на корабле моей ротой. — Разумный ход, по крайней мере, — размышлял Шепард. Кэл’Ригар продолжил: — Мы загрузили «Каэль» и отправились в путь, но Тали созвала общее собрание экипажа, как только мы вышли на ССД, и объявила нам всем без всяких колебаний, что мы не заберём ни одного образца технологий Жнецов с собой во Флот. Через пару дней мы прибыли к луне, но там нас уже опередили. На станции было три крейсера гетов против одного нашего, и у них уже были наземные силы на луне. Тали отменила миссию, как только ситуация стала ясна, но именно тогда наступил полный ад. Через час после наших приготовлений к вылету к нам на помощь бросились десять боевых кораблей Флота специальных проектов, включая флагман адмирала Зен. Они немедленно вступили в бой и уничтожили корабли гетов, а затем отправили на луну штурмовые и восстановительные группы, чтобы уничтожить наземные силы противника и забрать все технологии Жнецов, которые попадут им в руки. Шепард был в недоумении. — Зен, эта чёртова дура! О чём, чёрт возьми, она думает, связываясь с технологиями Жнецов? Лиара ответила на этот вопрос за всех. — Она пытается найти способ дать кварианцам преимущество перед гетами. — Что произошло после появления Зен и её кораблей? — надавил Шепард. Ригар покачал головой. — Тогда всё стало ещё хуже. Зен поднялась на борт «Каэля» и арестовала Тали за неисполнение приказа, а затем обвинила её в том, что она привела гетов к «обнаруженному кварианцами исследовательскому объекту». — Они арестовали её?! — недоверчиво воскликнул Гаррус. — За что? Геты уже были там, как та луна могла быть местом исследований кварианцев? — Это была игра власти. Зен планировала это с самого начала, — сказал Ригар. — Адмирал Зен и адмирал Геррель уже давно пытаются вернуть Раннох, но адмиралы Раан и Корис всегда сдерживали их, потому что знали, что мы не сможем противостоять гетам. — Поэтому, когда Зен услышала об этой брошенной технологии Жнецов, она ухватилась за возможность попытаться получить преимущество над гетами, — сказал Шепард, быстро соединяя точки. Ему никогда не нравилась адмирал Зен, но сейчас было нечто иное… — Она знала, что Тали имеет большое влияние на Раан и Кориса, и что она будет категорически против любых попыток работать с технологиями Жнецов, — сказал Ригар. — Поэтому ей нужно было убрать Тали с дороги, что она и попыталась сделать. — Но как ты оказался здесь? — спросил Гаррус. — Зен ни за что не позволила бы тебе уйти в той ситуации, чтобы рассказать нам, что происходит. — Она и не позволяла, — ответил Ригар. — Прямо перед тем, как её арестовали, Тали послала мне сообщение, чтобы я убрался с «Каэля» и разыскал вас, коммандер, чтобы рассказать вам, что происходит. Неосторожность Зен с технологией Жнецов в сочетании с наглой агрессивностью Герреля может привести к тому, что они вынудят Мигрирующий флот предпринять попытку вернуть Раннох. Тали боялась, что если Зен удастся осуществить свой план, весь наш народ окажется в серьёзной опасности… Коммандер, вы должны кое-что понять. Тали решила отослать меня прочь перед лицом собственного ареста — это преступление. Тяжкое преступление. Государственная измена. Зен взяла её и весь экипаж «Каэля», включая моих морпехов, под стражу и обвинила их в измене. Вы знаете, что происходит с предателями в Мигрирующем флоте? — Их изгоняют? — спросил Вега. — Обычно да, но не в этот раз, — прямо ответил Ригар. — Зен хочет их казнить.
