Red Rabbits

[Пианино. Вой сирен]

//В мгновение ока человек может просто быть там, а потом исчезнуть.//

//А теперь мы попросим вас внимательно посмотреть на свой экран. Полиции Порт-Сент-Люси нужна ваша помощь, чтобы найти пропавшую мать и ее 8-летнего сына.//

[«Беги маленький кролик, беги»]

//Он спрятался за… Он думал, что сможет спрятаться за дверью. Это была хорошая дверь — дорогая дверь.//

//Шокирующая часть многих таких случаев — это то, как различные обстоятельства и ситуации могут привести к тому, что кто-то просто полностью исчезает. За секунду они исчезают… без малейших следов произошедшего с ними.//

[Оркестровая музыка]

//Если вы не хотите, чтобы вещь нашли, вы можете отнести ее куда-нибудь. Вы можете похоронить ее. Положить в багажник и разбить машину.//

//На данный момент полиция Балтимора опасается худшего.//

//Мы не говорим о беглецах, мы говорим о ситуациях, когда мы знаем, что людям угрожает значительная опасность.//

//Детективы сейчас работают с властями в Паркленде и нигде не видели эту пару.//

Вы слушаете «Red Rabbits». Я ваш ведущий, Эндрю Миньярд.

-

Нил смотрел под ноги, пока шел. Он слушал, как его изношенные кроссовки шлеп шлеп шлеп по асфальту под ногами, и с опущенной головой надеялся, что ему удастся раствориться в темноте. Это было одно из правил в длинном списке, который они с матерью составили во время бегства. Не смотри в глаза. Не выделяйся. Ни с кем не разговаривай. Не оставайся на одном месте. Не привязывайся. Не надо, не надо, не надо. Даже в Нью-Йорке — месте, где никто не выделялся, никто не смотрел в глаза, никто не разговаривал, никто не оставался и не привязывался — правила все равно действовали. Ведь именно это было вдолблено в него. Хоть он и повторял список в голове как мантру, даже он не мог обмануть себя, думая, что следует им. Когда-то давно у него это хорошо получалось. В последнее время, как, например, в последние пару месяцев, он стал действительно хорош в нарушении всех правил, которые отчаянно пыталась привить ему мать. Вот уже три недели, как он был у Мэтта, и только сегодня он решил сделать то, что должен был сделать в тот момент, как попал под грузовик Мэтта. Тем не менее. Мантра продолжалась, и он повторял слова, синхронизируя каждый слог со шлепками своих ботинок, которые таяли в сотнях окружающих его людей. Получилась почти песня: песня ударов, и гудков, и слов, и лжи, и попыток, и неудач, и шлеп шлеп шлеп, и — и это была колыбельная его матери. Песня бегства, песня выживания, песня, которой он пренебрегал и делал вид, что ее не существует. Вместо этого он использовал ее как белый шум, чтобы заполнить трещины в своем разрушающемся фасаде. И так, это был список его правил. Он был уже близко. Чуть больше двух недель назад Нил решил больше не звонить Фрэнки. Это было слишком рискованно — что, если кто-то прослушивает телефоны? Что, если кто-то, не Фрэнки, ждал, когда зазвонит телефон? Он был скомпрометирован, Нил знал это. Но до какого уровня его поимели, он не знал. И не зря, Фрэнки был его последним шансом убраться из Штатов и начать все с чистого листа в другом месте. Потому что именно это и должно было произойти. Не привязывайся. Последние несколько недель все было хорошо, и в этом была проблема. Не оставайся на одном месте. Один день превратился в два, два — в три, а конца все не было видно. Нилу стало комфортно в сетке безопасности, которой стал Мэтт Бойд. Он был хорошей компанией, как бы Нилу не было неприятно это признавать. Не надо. Не. Привязывайся. Он и не привязывался. Но Мэтт действительно был хорош, хорошая страховка, пока Нил не разберется со своим дерьмом. Его квартира была надежной, он обеспечил его работой. И не только это, но хотя одержимость Мэтта «Красными кроликами» поначалу смущала, это помогало Нилу быть в курсе новых релизов. Единственная проблема заключалась в том, чтобы держать себя в руках настолько, чтобы Мэтт не смог уловить те маленькие подергивания, которые Нил не мог сдержать, всякий раз, когда Мэтт произносил его имя или вспоминал события из его детства. Ты должен быть на шаг впереди, Натаниэль. Знай, что тебя ждет. Знай, что тебя преследует. Выбирайся, пока не стало слишком поздно. Сердце Нила стучало в ушах, и оно присоединилось к колыбельной, которую кричала его мать в его голове. Шлеп, шлеп, шлеп превратились в ба-бам, бам, бам, которые становились все громче и громче по мере того, как он подходил к магазину Фрэнки. Он заставил себя сделать глубокий вдох, заглушить шум и посмотреть на витрину магазина. Пусто. Когда Нил был здесь с матерью столько лет назад, это был офис по продаже недвижимости. В окнах висели фотографии зданий, стоял стол с секретаршей и все такое. Их с матерью быстро провели в подсобку, где велись дела, и на этом все. Сейчас, однако, магазин был пуст. Нил не хотел задерживаться — голос в его голове делал все возможное, чтобы он развернулся и не оглядывался, но он не мог не заглянуть. Сделав шаг ближе, он поднял руку, чтобы заслонить солнечный свет, пробивающийся сквозь окна, и сквозь пыль на стекле увидел обесцвеченный ковер, на котором когда-то стояла мебель, и плакат с высотками, похожими на те, что были у Мэтта, наполовину свисающий со стены. Фрэнки сказал, что покончил со всеми незаконными делами. Он сказал, что двигался дальше, был "правильным и честным". Было ли это правдой? Для места, которое подверглось такому налету и от которого не осталось ничего, кроме сраного мусора, Нил не знал. Он знал только, что песня, шум, кровь бурлили в его теле, и один голос говорил ему развернуться и не возвращаться, а другой советовал выяснить, что, черт возьми, произошло. Он выбрал второе, так как паника начала подниматься из желудка - горячая и покалывающая, пробираясь к горлу и глазам. Что, если это были просто конкуренты? Другой бизнесмен пришел, чтобы уничтожить Фрэнки и подавить конкуренцию. В таком случае Нилу, вероятно, следует выяснить, кто они такие. Иначе это могли быть федералы, что было гораздо более вероятно. Перевод нескольких сотен тысяч долларов в какую-то риэлторскую контору в Нью-Йорке, если подумать, не казался наилучшей идеей в мире. Но, оглядываясь назад, можно было сказать, что 20/20, и отныне Нилу придется быть гораздо осторожнее. Успокойся. Сосредоточься. Нил отошел от магазина и осмотрел окрестности. Это была такая же улица, как и все остальные в верхней части Манхэттена. Здесь были магазины, и люди, и машины, и люди, и собаки, и еще больше ебаных людей. Он закрыл глаза, прислонился спиной к одному из зданий и напомнил себе, как дышать, когда в его голову закралась еще одна мысль. Что, если Фрэнки действительно покончил с этой жизнью? Что, если он увидел в Ниле хорошую возможность, забрал его деньги и сбежал? Нет. Это бессмысленно. Фрэнки был единственным, кто позвонил ему. Он был единственным, кто мог что-то сказать до того, как Нила сбил ебучий грузовик Мэтта. Вдох. Выдох. Сглотнув скопившуюся в горле кислоту, Нил стиснул зубы и посмотрел через дорогу на небольшую винную лавку, которая выглядела пустой, как и все винные магазины. Будь умнее. Успокойся, блядь. Сжав кулаки, Нил кивнул сам себе, оттолкнулся от стены, перебежал дорогу мимо сигналящих машин на другой стороне улицы и вошел внутрь. Внутри было тесно. Полки за полками с дешевой едой надвигались на него, пока он разжимал руки, пытаясь заставить онемение покинуть пальцы. Он чувствовал клаустрофобию, что не облегчало паническую атаку, медленно действующую на его психику. Тем не менее, у него была цель, и он не обращал внимания на готовые обрушиться на него проходы, пробираясь к кассе. За ней стоял скучающий парень примерно его возраста, смотревший что-то на маленьком портативном телевизоре. "Извините", - сказал Нил, моргая от сухости, вызванной дешевыми контактными линзами новой марки, которые он заказал в маленьком магазинчике в Бруклине неделю назад. Когда мужчина поднял глаза, Нил продолжил. "Вы не знаете, что случилось с риэлтерской конторой через дорогу? У меня была назначена встреча с ними, а они исчезли". Парень посмотрел на него как на тугодума, а потом сказал: "Ты не отсюда?" Нил был в замешательстве. "Я действительно не совсем понимаю, что это-" "Их повязали федералы. Пару недель назад видел, как они выносили всякое дерьмо и грузили его в фургоны". Нил впился ногтями в ладони. "Что за дерьмо?" Они начинали потеть. "Типа, компьютеры, бумаги и прочее барахло. Не знаю. Возможно, хищение денег или что-то в этом роде. В общем, твои люди попали. Извини. Наверное, уже сидят в Райкерсе". Нилу удалось произнести слабое "спасибо", прежде чем он, спотыкаясь, вышел из магазина и зашел за угол. Он прижался к стене возле мусорного контейнера в переулке и позволил себе окончательно развалиться на части. Не здесь, Натаниэль. Соберись, блядь. Это всегда начиналось с его рук. Покалывание в пальцах только усиливалось. Оно ползло вверх по рукам к плечам и так до тех пор, пока губы не немели, а в уши словно набивали вату. Глаза жгло, слезы грозили вырваться на свободу, неприятно смачивая сухие линзы. Нил зажмурил глаза, не позволяя ни одной выпасть, и почувствовал, как горячий и холодный пот прошибает его тело. Его била дрожь, зубы клацали, а задняя часть рубашки прилипла к коже. Он позволил всему этому вырваться наружу. Пусть это нахлынет на него как цунами, пока он отделяет себя от кирпичей, и мусорного контейнера, и города, и шума, и запахов, и всех, кто шлеп шлеп блядь шлеп по тротуару своими дурацкими ботинками. Тебе пиздец. У федералов не было на него ничего, кроме имени... имени, которое- Нет. Ему не был по-настоящему пиздец. Нил Джостен был анонимом в Нью-Йорке. С ним все будет в порядке. Все было в порядке. Все, что ему нужно было сделать, это выпустить все сейчас, чтобы это никогда не повторилось. Вдох через нос, выдох через рот. Вдох через нос, выдох через рот. Медленно он начал приходить в себя. Он мог находиться в этом переулке минуту, пять, час, он ни черта не знал. Но паника уходила. Когда-то они были частью его личности. Нил обычно был одним огромным клубком тревоги, а если это было не так, то ему просто было слишком комфортно. В Аризоне он усвоил это на собственном опыте. А теперь посмотрите, где он оказался. Нил сделал последний спокойный вдох, вытер потные ладони о джинсы и поднялся на ноги. Больше ничего подобного. Пришло время двигаться вперед и продолжать то, что он делал. Фрэнки больше не был вариантом.

-

Последние несколько недель были, мягко говоря, суматошными, но я бы солгал, если бы сказал, что не чувствую себя преуспевшим. Мы не только постоянно получали советы, но некоторые из них, похоже, даже не были бредом. Это, как ни удивительно, прогресс.

И это, я думаю, самый подходящий момент, чтобы сказать спасибо. Спасибо всем, кто присылает по электронной почте улики, статьи, фотографии и достоверные сведения, которые могут нам помочь. Это также хороший момент, чтобы искренне, по-настоящему и честно послать нахуй тех, кто относится к этому как к шутке. Конечно, мы ожидали, что это будет сопровождаться троллингом, но знайте, что я хорошо умею распознавать чушь. Любой из вас, кто думает, что вы посылаете меня и мою команду в погоню за дикими гусями - это не так. Вы просто добьетесь того, что вас пошлют и посмеются над вашей попыткой. Итак. Вот и все.

Многое произошло с момента выхода последнего эпизода. Должен сказать, что после многих лет работы в нескольких крупных изданиях, изучения громких дел и самостоятельного отсеивания источников - это был самый эффективный способ получения информации, который я когда-либо использовал. Как многие из вас знают, я начал этот подкаст с восхитительно низкими ожиданиями. Но отклик оказался огромным, и, в свою очередь, мы продвигаемся быстрее, чем я ожидал.

Учитывая это, мы высоко ценим оценки и комментарии, которые мы получаем к каждому эпизоду и аудио дополнениям. Благодаря вашему вкладу в iTunes и Spotify мы не только находимся в Топ-чартах, но и сохраняем нашу востребованность, что очень важно в таком деле, как это. Расскажите своим друзьям, коллегам, родным. Привлекайте людей. Никогда не знаешь, кто может знать что-то.

К счастью, это то, чему я научился в этом эпизоде. И без промедления мы начнем именно с этого.

-

Когда Нил вошел в многоквартирный дом Мэтта и кивнул человеку за стойкой регистрации, он постарался не зацикливаться на том, насколько все это привычно. Нажимая на кнопку лифта, глядя на одну и ту же картину, которая могла быть или не быть подлинным Мондрианом (вероятно была, судя по деньгам в этом месте), и ожидая, когда в голове прозвучит знакомое дзиньканье прибытия. Все это казалось знакомым и успокаивало странным образом. Нил убеждал себя, что это просто из-за уровня безопасности. Находясь внутри этого высотного современного Форт-Нокса с постоянно снующими вокруг охранниками, он чувствовал себя в безопасности, и это было единственное ощущение. Его мать назвала бы это ловушкой. Как только он вошел в свою квартиру, используя свой собственный ключ, в лицо ему автоматически ударил запах готовящегося сыра и голос Мэтта, разговаривающего по телефону. "Просто скажи ему, что ему придется подождать несколько дней", - говорил Мэтт. "Я знаю, кто он такой, и это здорово для него, но у меня уже заказано около 10 других интервью по поводу этого дурацкого рекорда, и у меня нет времени просто втиснуть его туда". Нил зашел на кухню и увидел как Мэтт прислонился к плите с раздраженным видом. При виде Нила он просветлел и помахал ему рукой. "Да, все будет в порядке. Он просто должен встать в конец очереди", - Мэтт закатил глаза на Нила. "Звучит неплохо. Напиши мне подробности". Он положил трубку и бросил ее на стойку. Нил приподнял бровь, пытаясь спокойно расположиться на своем обычном месте у острова. Пиздец. "Извини, чувак. Мой ебаный агент сейчас пытается изменить мою жизнь. Ты голоден? Я готовлю лазанью". Нил взглянул на него. Мэтт держал лопатку в одной руке и был одет в белый фартук, а кухня была подозрительно чистой. "Ты... готовил?" Глаза Мэтта быстро расширились, а затем он усмехнулся, едва не рассмеявшись, и покачал головой: "Нет! Не совсем, но мне нравится создавать атмосферу, понимаешь?". Он жестом указал на себя. "Есть одна старушка по имени миссис Ревинкл, которая любит давать мне еду и гладить меня по щеке". Нил не знал, как вообще кто-то мог дотянуться до щеки Мэтта. Не говоря уже о маленькой старушке. Мэтт был ростом под 2 метра. "Она приготовила нам лазанью, и я просто сунул ее в духовку. Думаю, она уже почти готова". Мэтт открыл духовку и заглянул внутрь. "Сыр пузырится, как черт, чувак. Только не говори моему диетологу". Мэтт подмигнул ему через плечо. Нил не мог не ухмыльнуться в ответ. В этом был весь Мэтт. Его вечный оптимизм был одновременно раздражающим и заразительным. Нил изо всех сил старался оставаться внутри своей головы и быть неизменно ворчливым в качестве защитного механизма. Люди, как правило, избегают вас, если сразу считают засранцем. Именно так он и избегал общения с - ну, она была неважна. Тебе пиздец. Однако Мэтт не был похож на людей. Он был теплым и не переставал улыбаться. Он был добрым и таким невероятно отзывчивым, и, честно говоря, из-за этого Мэтт Бойд был просто большим ебаным идиотом. "Зачем фартук и лопатка, если ты не готовил?". Нил наклонился вперед и взял апельсин из миски на прилавке. Мэтт пожал плечами. "Проникся атмосферой. К тому же, я очень хорошо выгляжу в этом фартуке". Он сделал паузу и махнул лопаточкой на Нила: "Ты собираешься это есть? Это испортит тебе аппетит! Жри гребаный протеин, чувак. Ты пиздец какой худой". Нил снял кожуру с апельсина и положил кусочек в рот. "Этот апельсин не станет тем, что убьет меня". Поверь мне. "Итак", - Нил сменил тему. "Почему твой агент сейчас пытается устроить твою жизнь?" Мэтт драматически вздохнул и закатил глаза к потолку. Он надел рукавицы, прежде чем открыть духовку и двинуться доставать лазанью. "Недавно я вроде как побил рекорд. Наибольшее количество попыток заблокировать мяч защитником? Это действительно не так уж и важно". "Ни хрена это не.." - начал Нил. Потому что это было очень важно, и Нил знал это. Единственное, что он так и не смог полностью отпустить, пока был в бегах - это Экси. Его мать затыкала ему уши каждый раз, когда ловила его за тем, что он смотрит на что-то, связанное с этим. Он даже не знал, почему. Он же не играл. Он полагал, что она не хотела, чтобы его заметили, если бы он задержался где-нибудь слишком долго. Позже, конечно, он узнал бы причину, но на тот момент все было уже далеко позади, и ничего не было предрешено. Так или иначе. "Так или иначе", - продолжал Мэтт, ища, чем бы порезать лазанью. "Мне пришлось участвовать во всей этой прессе, и, видимо, Кевин Дэй домогался до моего агента, чтобы получить интервью. Раньше он-" "Я знаю, кто он", - быстро сказал Нил. Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет. Это снова вернулось. Покалывание, сердцебиение, одышка. Нил пытался прогнать это, проглотить желчь, поднимающуюся в горле, и растущее онемение в теле, заставляя себя сохранять безучастное лицо. Кевин больше ничего не значил для него. Ничего. Ему было шесть лет, когда он видел его в последний раз. И хотя он узнал бы Кевина, если бы увидел его на улице, это не означало, что Кевин узнал бы его. И дело было даже не в их воспитании. Нет. Нил узнал бы Номер 2 только потому, что он в какой-то степени следил за его обреченной карьерой в Экси. Не было причин для паники. Никаких, блядь, причин. "Нил?" Он поднял глаза на Мэтта и усилием воли заставил свой учащенный пульс замедлиться. "Ты в порядке? Выглядишь бледным". "Хм?" - начал Нил, затем покачал головой и попытался изобразить улыбку: "Да, прости. Просто задумался о... Кевине Дэйе. Зачем ему понадобилось брать у тебя интервью?" Нил впивался пальцами в свой апельсин и даже не замечал этого. Сок стекал по его руке, и Мэтт нахмурил брови, прежде чем протянуть ему бумажное полотенце. "У него теперь есть экси-подкаст", - медленно сказал Мэтт, доставая из ящика вилку и ставя перед Нилом тарелку с дымящейся лазаньей. "Довольно популярный. И он хочет, чтобы я дал интервью". Нил молча кивнул и отправил вилку в рот. На вкус она была как пепел.

-

Если вы не слушали аудиозаметки с прошлой недели, я настоятельно рекомендую их прослушать, прежде чем продолжать дальше. Не пропускайте ни один из наших выпусков и старайтесь следить за обновлениями на нашем сайте, чтобы быть в курсе. Например, на прошлой неделе мы опубликовали всеобъемлющий график, который показывает, на каком этапе мы находимся на данный момент. В нем содержатся интервью, внешняя информация, еще не упомянутая в подкасте, и "факты" без кавычек, которые должны быть общеизвестны. Мы будем обновлять его с каждой подтвержденной зацепкой, которую мы получаем. Я настоятельно рекомендую просматривать его во время прослушивания, так как в нем рассказывается о том, куда мы будем направляться.

Кроме того, аудиозаметки очень важны и служат прелюдией к каждому предстоящему эпизоду. Я говорю это потому, что прошлый эпизод мы закончили упоминанием очень светловолосой, очень богатой, невероятно высокомерной и самодовольной наследницы, Элисон Рейнольдс.

Элисон Рейнольдс:

Это я. Привет всем, меня зовут Элисон Рейнольдс, и я горжусь тем, что Миньярд назвал меня так. Мне также 28 лет, я модельер, персональный стилист, влиятельный человек и генеральный директор. Я выпускница Корнелла со степенью в области моды и создала свою собственную линию одежды. Я наследница компании Reynolds, Inc, но в отличие от того, что многие думают, я пошла совершенно против воли своей семьи и решила зарабатывать деньги самостоятельно. Я не пользуюсь папиной кредитной карточкой, я не брала небольшой кредит в 1 миллион долларов, но я была бы нечестна, если бы не сказала, что имя моего отца помогло моему успеху. Тем не менее, я-

Эндрю:

Как бы то ни было.

Она следила за мной большую часть месяца. Она узнала не только мой рабочий, но и личный e-mail, а также номер моего телефона. Она писала мне, звонила, присылала электронные письма, домогалась меня, пока ей не надоела мысль об отказе, и она появилась в моем офисе две недели назад с дерзкими заявлениями и буквально ничем, кроме своих денег и сраных грильз, чтобы предъявить это.

Вот наше первое интервью.

-

На следующий день Нил подавил свою тревогу и наконец-то отправился на пробежку в Центральный парк. Последние несколько недель он не сводил с него глаз. На огромную зеленую полосу, которая звала его из окон Мэтта. Несколько раз он думал о том, чтобы спуститься туда, но каждый раз убеждал себя, что это слишком опасно. Может быть, это была его тревога, может быть, он заставлял себя делать то, чего не хотел его разум, но он надел свои побитые ботинки, удобные шорты и футболку, скрывающую его шрамы, и вышел из квартиры, пока не стало слишком поздно говорить себе "нет". Центральный парк посещают десятки тысяч людей в день. Если где и можно затеряться в Нью-Йорке, остаться незамеченным и иметь возможность сбежать, так это здесь. Все начиналось хорошо. Парк был ни пуст, ни переполнен. Заполнен он был в основном мамами и нянями с детьми и другими бегунами, такими же, как он сам. Он никогда не надевал наушники, поэтому все, что он слышал, это шлеп, шлеп, шлеп и вдохи и выдохи своих легких. Здесь он не слышал ни автомобильных гудков, ни сердитых водителей, ни полицейских сирен, ни препирающихся пешеходов. Это было, за неимением лучшего слова, приятно. Но. Все начиналось хорошо. И в этом была проблема, не так ли? Он уже смирился со своим дискомфортом, пока бежал по извилистым дорожкам, мимо фонтанов, статуй, голубей и сотен деревьев, обдуваемых ветерком. Но в конце концов его взгляд переместился с дорожки на всех и все вокруг. Он отправился на пробежку с намерением не рассматривать все, что его окружало, но, конечно, этот маленький голосок в его голове возвращался и говорил ему то, что он не должен был слышать - о реальности, которой, скорее всего, и в помине не было. Но это было неважно. Потому что у дерева стоял мужчина в шляпе и смотрел ему вслед, когда он пробегал мимо. Женщина в костюме для бега с коляской, ее конский хвост подпрыгивал, а в ухе был блютуз-наушник. Она смотрела на Нила, пока они приближались друг к другу, и Нил затаил дыхание, когда она проходила мимо. Потом появился полицейский, разговаривающий с человеком, который, как он был уверен, указал на него, - и это было уже слишком. Нил развернулся и направился обратно к Мэтту так быстро, как только мог. Слишком много лиц людей, которых он не узнавал, с мотивами, которые он не понимал и не мог определить. Они могли быть кем угодно, но они смотрели на него, указывали на него, возможно, говорили о нем, и было слишком много рисков, которые он не мог, черт возьми, взять на себя, и прочей чепухи, которой он позволил заполонить свой разум, пока бежал с огнем на пятках обратно в квартиру. Иногда он радовался, что его мать умерла и ему не придется продолжать жить в таком состоянии. В других случаях он радовался, что ей не придется видеть его постоянный ебаный провал. Нил вернулся в квартиру окольными путями, стараясь убедиться, что за ним не следят. Только удостоверившись, что он один, он вошел в квартиру.

-

ЭНДРЮ:

Говори.

ЭЛИСОН:

[ глубокий вдох ]

Я видела Натаниэля и Мэри.

ЭНДРЮ:

[ требовательно ]

Где и когда.

ЭЛИСОН:

В Кис, 2002 год. У моей семьи есть домик в Исламораде. У меня есть фотография с ними на заднем плане.

ЭНДРЮ:

[ требовательно ]

Покажи мне.

ЭЛИСОН:

У меня ее нет с собой. Она в домике, в коробке с фотографиями. Но это были они.

-

-Студия-

ЭНДРЮ:

Да. Элисон Рейнольдс, получившая лучшее образование, которое только можно купить за деньги - выпускница Корнелла, модный магнат, персональный стилист, член совета директоров нескольких крупных гала и балов - женщина, которая домогалась до меня несколько недель; даже дошла до того, что прилетела в Южную Каролину, чтобы разыскать и попытаться лично убедить меня в своей истории-

Не хватило ебаной предусмотрительности прихватить с собой ебаную фотографию.

Это заставило меня задуматься, не ловушка ли это? Это просто способ продвижения ее новой линии или проекта, нуждающегося в новой аудитории?

Я сомневался в этом некоторое время. Потому что действительно казалось невероятным, что она может быть такой чертовски тупой.

Что ж, я пришел к выводу - да. Она действительно настолько тупая.

РЕНЕ УОЛКЕР:

Эндрю, это несправедливо...

ЭНДРЮ:

Наш разговор продолжается.

-

Как только Нил вернулся из парка и оказался в безопасности квартиры Мэтта, он принял душ, переоделся, потратил время впустую. Он постирал белье и посмотрел репортажи Экси, прошелся по полу и почувствовал беспокойство. Ночь опускалась на квартиру. Синие и фиолетовые цвета растекались по белым поверхностям, окрашивая их тенями и формами, в которых Нил находил некий неожиданный комфорт. Кроме того, здесь была такая устоявшаяся темнота, которая невозможна в городе, - такая, которая сопровождается светом, проникающим в каждую грань этого места, так что Нил никогда не был полностью погружен в черноту. Возможно, это помогало справиться с надвигающейся тревогой. А может, и нет. Сегодня вечером он не занимался уборкой стадиона, поскольку у команды была встреча, которая затянулась допоздна. Он должен был прийти туда утром, но утро было не сейчас, и он предпринял все попытки отвлечься. Нил решил, что может поесть, поскольку больше нечем было заполнить растущие пробелы в его разбушевавшемся сознании, и занялся разогреванием оставшейся лазаньи. Десять часов вечера подкрадывались к нему. Он знал это, потому что во время еды он тупо смотрел на часы над плитой. Его ум действительно подтверждал усилия, которые он прилагал, чтобы не думать ни о чем важном. Он продержался так большую часть дня после пробежки, и только сейчас его самообладание наконец-то дало трещину, когда вилка поднесена ко рту и лазанья соскользнула с нее и рассыпалась по тарелке. У Эндрю Миньярда действительно охренительная наглость. Делать подкаст, притворяться, что это все для того, чтобы найти справедливость для этой пропавшей матери и ее гребаного сына. Кем он себя возомнил? Выпускник Колумбийского университета, о, о, ну разве он не чертовски умен? Действительно чертовски глуп, если спросить Нила. Он слушал подкаст несколько ночей назад, когда он вышел, и ему хотелось посмеяться над тем, насколько неправильными были некоторые из его слов. Потому что это все, что он мог сделать, верно? Посмеяться? Если бы он не засмеялся, он бы заплакал. А если он бы не заплакал, он бы закричал. И цикл продолжится с другими глаголами и прочей ерундой, о которой он не хотел думать. Поэтому вместо этого он подобрал кусок лазаньи, который упал с его вилки, взглянул на время, тикающее на плите, и позволил вещам, над которыми он гипотетически посмеялся бы, если бы мог, пронестись в его голове в миллионный раз. Эндрю говорил о Ликин-парке голосом, наполненным таким ужасом и болезненностью. Это была сраная шутка. Для такого умного человека, такого успешного и признанного, можно было подумать, что он понимает. Ты не гадишь там, где ешь, Миньярд. Его отец не был глуп. Он бы ни за что не стал прятать там тела. Нилу было всего шесть лет, когда они с матерью сбежали, но он знал об этом только из разговоров с ней. Кроме того. Невозможно было бы найти тела, если бы от них ничего не осталось. Когда кто-то назвал дом, который был его личным адом в течение шести лет, "семейным очагом", даже если он не обязательно имел это в виду, у Нила заскрежетали зубы. Он рассмеялся, когда один придурок сказал: "У бедного ребенка, наверное, не было маркеров". Это был не тот случай. У Нила были все фломастеры. У него были фломастеры, мелки, цветные карандаши, мольберт и маленький комбинезончик для рисования. В общем, у него было все, что только может пожелать ребенок. Потому что если бы у него не было этого, в семье с таким количеством денег это вызвало бы подозрения. Взрослея, он думал, что, возможно, все эти вещи были попыткой его матери компенсировать ужасы, которые совершал его отец. Все эти издевательства и страх... но теперь, оглядываясь назад, он не знал, было ли это так. Чувство вины могло подтолкнуть ее ко многим вещам - оно точно подтолкнуло ее к побегу с ним, он был уверен, - но смягчить удары его отца? Чтобы сгладить шрамы, которые глубоко врезались в его кожу и психику, неспособные когда-либо зажить? Он не знал. Вполне возможно, что ее движущей силой было желание просто сохранить лицо. Потому что Нилу никогда не позволяли играть. По крайней мере, не как обычным детям. В конце концов, Эндрю не сказал ничего такого, чего бы он не знал, слушая аудиозаметки. Однако он понял, что теперь ему придется следить за этим. Невзирая на боль, на душевное истощение и последующие кошмары, ему придется искать свои собственные подсказки, чтобы попытаться выяснить, где находится Миньярд. Он должен был попытаться опередить его. Это было буквально необходимо для его выживания теперь, когда он знал, что Фрэнки исчез, федералы рыщут вокруг, а Миньярд был слишком близко. Нил доел лазанью, поставил тарелку в посудомоечную машину и достал ноутбук Мэтта. Самое первое сообщение на странице RR, опубликованное в 9:42 вечера, было совершенно, совершенно и совершенно неуместным. Эндрю сказал, что они будут опубликованы в подкасте, но он догадывался, что тот просто предполагал, что воздействие будет не таким сильным. Однако вид подвала отца ударил его так сильно, что он едва мог дышать. Они были темными, и когда Нил закрыл глаза, чтобы отгородиться от них, он почувствовал запах затхлости и металлический привкус крови. Клетчатые полы были более знакомы, чем что-либо другое. Больше, чем лестница, или стол, на котором лежали тела, или раковина, в которой всегда текла красная вода. Нет, клетчатые полы были нарисованы у него за веками. Когда он был маленьким, он смотрел на них, на кровь, въевшуюся в затирку, пытаясь отвлечься от нависшего над ним отца. Но это никогда не помогало. Потому что отец опускался на колени, клал руку ему на плечо и сжимал так сильно, что Натаниэль чувствовал, как трещат его кости. Другой рукой он поворачивал голову Натаниэля, чтобы тот мог видеть их зеркальные глаза, и говорил, обжигая дыханием лицо Натаниэля: "Ты станешь моим наследием". Каким наследием я стал. В какой-то момент Нил откинулся на спинку дивана. Ноутбук лежал на журнальном столике, а Нил склонил голову и запустил пальцы в волосы. Он тянул и тянул, как делала его мама. А когда это не помогало, он грубо проталкивал пальцы сквозь узлы и путаницы к затылку, где волосы были короче. Его пальцы хватали, пока не схватили, и он потянул и там. И тянул, и тянул, и тянул. Прекрати, Абрам. Не будь дураком. Но он не мог. Не в этот раз. Он не боролся с этим в переулке, но он боролся с этим сейчас. Теперь не мусор и отбросы заполняли его нос, теперь это был запах крови, страха и- Ему нужно было остановиться. Он не мог этого сделать. Не здесь, не в этом месте. Но он шел, несмотря ни на что. Онемевшие пальцы и онемевшие губы - он собирался опорожнить свой желудок на белый ковер Мэтта. Дыши, дыши, дыши "Нил!" Он дрожал, или, может быть, его трясли. Он вслепую размахнулся и ударился обо что-то. От удара все стало немного менее расплывчатым, немного менее похожим на ощущение, что его голова была погружена под воду, а хватка отца на его затылке толкала его все глубже, и глубже и глубже, и- Кто-то матерился. Нил лежал на полу между диваном и журнальным столиком. Он не мог вспомнить, как он там оказался, но его тело было крепко зажато вокруг себя, одна рука все еще была в его волосах, а другая слепо бросалась на то, что пыталось напасть на него. "Нил! Это я! Это Мэтт! Ну же, парень. Я думаю, у тебя паническая атака или что-то в этом роде". Нил все еще не мог дышать. И хотя хватка его отца почти ослабла, Мэтт все еще говорил так, словно находился под водой. Мэтт. Нил медленно поднял голову и несколько раз моргнул. Медленно его пальцы отцепились от волос на затылке, когда перед глазами возникло лицо Мэтта. Другая его рука опустилась на мягкий белый ковер. Мэтт медленно сел на пятки, словно боясь подойти слишком близко, а затем повернулся, чтобы посмотреть на компьютер. Он наклонил голову и нахмурил брови. Фотографии подвала все еще были на экране. "Нет..." - слабо произнес Нил. Он попытался сесть, но Мэтт закрыл компьютер и снова наклонился вперед, протягивая руку. "Эй, эй. Помедленнее. Ты в порядке?" - спросил Мэтт, глаза полны беспокойства. Предложенная рука легла на плечо Нила. Она успокаивала и приземляла, и Нил не понимал почему. "Я в порядке", - пробормотал Нил, и Мэтт закатил глаза. "Я просто... у меня тревожность". "Ни хрена себе. Я знаю, как выглядит паническая атака. Что тебя вывело из себя? Это были фотографии на сайте "Red Rabbits"?". Мэтт оглянулся на компьютер, и Нил сглотнул. Будь умнее. "Нет, нет. Это просто... иногда случается. Прости, я в порядке... правда". Нил сел сам, отмахиваясь от Мэтта, как бы доказывая свою точку зрения. Он не был уверен, что это полностью сработало. И хотя Мэтт снова отстранился, его глаза внимательно следили за Нилом. В его глазах не было расчетливости или каких-то откровенных предположений. Но они были ровными и мягкими, обеспокоенными и хорошо - такими же заземляющими, как и его рука. "Это часто случается?" - спросил Мэтт, понизив голос. "Просто иногда", - Нилу удалось пожать плечами. Он отвернул голову. Он не знал, как правильно уклониться от ответа, но Мэтт, похоже... понял его? Посмотрев на него с минуту, он кивнул и сказал: "Иди прими душ и поспи немного. И ради всего святого, съешь немного долбаного протеина..." Он встал и протянул руку. Нил, на удивление, взял его без раздумий, и что-то внутри него было радо помощи.

-

-Интервью-

ДЭН УАЙЛДС:

Ладно. Это правда. С чего бы этот единственный случай заставил тебя проделать такой путь и требовать, чтобы тебя выслушали - без реальной фотографии.

[ стук ручки по бумаге ]

ДЭН:

Почему ты хочешь финансировать весь этот подкаст, основываясь на одной единственной истории, которая произошла, когда ты была ребенком?

ЭНДРЮ:

[ перебивая ]

Зачем тебе покупать мне Мазерати? Не то чтобы я жаловался.

ДЭН:

[ шокировано ]

Простите?! Ты купила ему ебаный Мазерати?!

ЭЛИСОН:

[ самодовольно ]

Конечно, купила.

-

-Студия-

ЭНДРЮ:

Ладно. Мне кажется, что я должен объясниться ради приличия.

Итак, утром в понедельник, 22 апреля, я подъехал к TFN и увидел на парковке блестящий новый Maserati. Возможно, это была именно та машина, о которой я рассказывал на нашем сайте, просто чтобы разозлить Элисон - заставить ее поверить, что это были мои условия. Возможно, это был просчет с моей стороны, но, в свою защиту скажу, что я не думал, что она действительно пойдет и купит ее. Потому что это гребаный Маз, и ни у кого не должно быть таких лишних денег на руках.

Но увы, да. У меня теперь новая машина. Элисон купила ее для меня. И я не собираюсь это скрывать, оправдываться или прятать. Элисон Ямайка Рейнольдс купила мне "Мазерати" только ради возможности хоть раз поговорить. Это было не для того, чтобы взять ее на работу или принять ее спонсорство. Просто чтобы выслушать ее речь, потому что я отказывался несколько недель.

Я не доверял ей. Не полностью.

И до сих пор не доверяю. Даже после всего, что произошло.

Но, если она хочет выложить серьезные деньги, чтобы просто поговорить? Ладно.

Как я вижу, это просто аванс за то, чтобы иметь с ней дело.

И знаете что? Это сработало.

-

-Интервью-

РЕНЕ:

[ медленно ]

Эндрю, это не этично. Это противоречит...

ЭЛИСОН:

А теперь посмотрите. Мы все здесь, действительно говорим об этом дерьме, а не все, кроме Сета, пытаются сделать вид, что меня здесь нет.

СЕТ ГОРДОН:

Я понял тебя, Королева.

ЭЛИСОН:

[ стон ]

Фу. Я ненавижу мужчин, которые считают, что им нужно говорить мне то, что я и так знаю. Как скучно.

Послушайте.

[ пауза ]

Я говорю людям об этом годами, а они либо не верят, либо им наплевать. Я знаю, что я, блядь, видела. Этот ребенок выглядел несчастным, а женщина - чертовски безумной. Я хочу иметь возможность доказать это.

[ пауза ]

ЭНДРЮ:

Так ты делаешь это, чтобы оправдаться? Чтобы все убедились, что ты не сумасшедшая.

ЭЛИСОН:

В точку, милый.

-

-Студия-

ЭНДРЮ:

Это то, что я могу понять.

Когда я рос, никто не верил ни единому моему слову. Только когда в моей жизни появились определенные люди, мои слова стали иметь вес. Потребовалось время, чтобы появилось доверие и чтобы другие начали видеть во мне нечто большее, чем просто... ну. Если вы следите за сайтом, то знаете, как меня воспринимает большинство членов команды.

Однако, когда я пришел в эту сферу, это доверие стало ослабевать. Потому что я не добрый и не сдерживаюсь, когда говорю. Возможно, я недостаточно эмоционален, но мои слова правдивы. Я знаю, как я выгляжу. Я знаю, как люди воспринимают меня. Я знаю, что мои методы сомнительны и что люди в шоке, когда мне не наплевать на жизнь других людей - например, когда я борюсь за справедливость, когда речь идет о детях в приемных семьях, или пытаюсь найти пропавших мать и сына.

Я понимаю желание оправдаться. Размазать свои достижения по лицу тех, кто в тебе сомневался.

И хотя это не моя движущая сила здесь, я понимаю.

Если это единственное, что заставляет Элисон Рейнольдс помогать мне? Вот и отлично. Потому что я верю в желание доказать, что люди ошибаются, гораздо больше, чем в доброту человеческих сердец.

-

На следующий день Нилу пришлось приехать на стадион дважды: один раз утром, чтобы убраться после прошедшей ночи, и второй раз вечером, чтобы убрать после сегодняшней тренировки. В тот вечер он остался там последним, как и обычно. Нил привык быть один, живя в уединении и предоставленный сам себе. Но на самом деле ему просто нравилось задерживаться на корте и в раздевалках. Джерри не возражал. Нил как раз закончил и собирался уходить, когда услышал, как открылась дверь в раздевалку, и его сердце чуть не выпрыгнуло из груди. "Нил?" Для такого чертовски большого человека он двигался пиздец как тихо. Это был Мэтт, естественно, и Нил застыл с бьющимся о грудную клетку сердцем. "Господи Иисусе, Мэтт", - сказал он, заходя за угол. "Ты напугал меня до смерти. Какого черта ты здесь делаешь?" Мэтт поднял руки и улыбнулся своей большой глупой улыбкой. "Прости, прости. Я просто знаю, что ты всегда приходишь позже всех, и я подумал, что тебе не помешает немного веселья". Веселья? "Веселья?" Нил не веселился. Веселья не было в списке, и оно не было необходимо для выживания. Но, опять же, как и сидеть на корте и представлять себе жизнь, которой никогда не будет... "Да, веселья", - улыбка Мэтта чуть померкла, когда он серьезно посмотрел на Нила. "Я знаю, что у тебя были трудные времена". Он поднял руки в знак капитуляции: "Я не знаю, что у тебя за история, но я хочу помочь. И так получилось, что я знаю, что ты одержим Экси... Нет", - сказал он, когда Нил открыл рот, чтобы возразить. "Я видел тебя. Смотришь повторы снова и снова, и на этом корте. Нил. Я видел тебя там, когда ты думал, что никто не смотрит". Нил вдруг почувствовал себя очень уязвимым. Экси было слабостью. Это было то, за что он держался все эти годы - то, за что он чувствовал вину, потакая себе, когда его мать всегда была так категорична в том, чтобы оставить это позади... но Мэтт не был неправ. Он любил Экси, любил захватывающую игру и энергию болельщиков. Он любил смотреть, как защитники оттесняют нападающих, любил наблюдать, как вратари ныряют за мячом. Он также любил этих нападающих - смотреть, как они бегут, крутятся и уклоняются с дороги, лишь бы добраться до ворот. Он любил, он любил, он любил - Он был одержим Экси. И на мгновение он возненавидел Мэтта за то, что тот это видит. "Я не понимаю, какое это имеет отношение к чему-либо. Пойдем. Пойдем к тебе. Давай вернемся к тебе". Глупый. Мэтт сделал шаг ближе к Нилу и скрестил руки на груди, глядя на него с ухмылкой, которая заставила Нила сильно нервничать. "Не хочешь ли сыграть сперва?". У Нила схватило сердце. "Что?" Нет, Натаниэль. "Давай", - сказал Мэтт. Он подошел к шкафчику в конце ряда и открыл его. Беспорядочно он начал доставать снаряжение и бросать его Нилу, который изо всех сил старался поймать его, пока оно летело к его голове. "Хочешь поиграть? Со мной? На корте...?" - спросил Нил, с недоумением глядя на экипировку и защиту в своих руках. Его мать жужжала у него над ухом, пролетая мимо и не в силах уклониться, когда он пожимал плечами, пытаясь отгородиться от нее. Когда это не помогло, ее голос вторгся в его голову, крича Не привязывайся, не привязывайся, не привязывайся. Но, черт возьми, для этого было уже слишком поздно. "Ага. Переодевайся. Я помогу тебе со снаряжением". Нил отступил назад, когда Мэтт подошел к нему. "Нет, все в порядке. Я справлюсь. Я играл... когда был младше". Он ни за что бы не позволил Мэтту помочь ему с экипировкой. Его шрамы вызвали бы у Мэтта еще больше вопросов, а если быть честным с самим собой, то он просто чертовски их ненавидел. Запершись в кабинке ванной, он начал процесс расправки подкладок в таком маленьком пространстве. Нил не лгал, когда говорил, что раньше играл. Он играл. Однажды, когда он был младше, в команде маленькой лиги, когда он был еще ребенком. После этого он должен был играть несколько лет в школе, в которой учился, но не успел. Затем, после смерти матери, когда ему пришлось оставить ее в Калифорнии, он отправился в Аризону. Они бывали там и раньше, но было что-то в этом месте - что-то в их пребывании там, что заставило его захотеть вернуться хотя бы ненадолго. Он оказался в маленьком забытом городке под названием Милпорт и играл в Экси в свой "выпускной" год под другим вымышленным именем. Голос матери в его голове был тогда неумолим. Она, должно быть, уже переворачивалась в своей свежей, песчаной могиле. Может быть, даже сильнее, чем теперь- В младшей лиге он играл как бэклайнер, но был нападающим в команде "Милпорт Дингос". Он был неплох. Правда. И он наслаждался каждой секундой игры. Именно поэтому он не мог заниматься этим. Экси был мечтой другого ребенка, другого времени, другого имени, семьи и истории. Нилу удалось раздеться и надеть наплечники. Это было похоже на мышечную память. Он не делал этого восемь лет, но все еще помнил ощущения и движения. Надев рубашку, он вышел из кабинки и продолжил снаряжаться до конца пути. Когда Нил был готов, он неуклюже двинулся к площадке. Экипировка была ему не по размеру, и пришлось привыкать к ней после столь долгого перерыва. Однако после первых пяти минут он почувствовал себя достаточно комфортно, чтобы немного разогреться и пробежаться по корту вместе с Мэттом. "Ладно, это просто веселая игра. Я знаю, что ты давно этим не занимался, так что не волнуйся о правилах или о том, как ты играешь". Он подождал, пока Нил утвердительно кивнет, а затем трусцой побежал к месту перед воротами. "Хорошо", - сказал Мэтт, его фирменная маниакальная ухмылка изогнулась. "Иди на меня, бро". Не смей, Натаниэль. Нил побежал. Натаниэль, остановись. У него в руках была ракетка с мячом, и он направился прямо на Мэтта, пытаясь обойти его. Но Мэтт не зря был рекордсменом. Он переместился к Нилу и толкнул его назад ударом ракетки, которую он держал в обеих руках. Нил засмеялся и трусцой вернулся к исходной точке. Это ужасная идея. Заткнись. Он улыбался. Он чувствовал это прямо на своем лице, и это было странно. Щеки дергались от непривычного ощущения, но он не мог остановиться - не мог сдержать его. Нил летал, черт возьми, как на быстрых ногах, так и в эйфории от того, что он был в этом ебаном воздухе. Он налетал на Мэтта снова и снова, крутился и вертелся, но как бы он ни старался, ему не удавалось обойти его. Но даже тогда он не мог найти в себе ничего, что бы его волновало. Мэтт смеялся и толкался, Нил смеялся и толкался, и где-то в глубине души он подумал, что это немного похоже на танец. Танец двух людей. Толчок, ответный толчок, толчок, ответный толчок - до самого конца. Пока они оба не выдохлись и не вспотели, и Нил подумал, что может потерять сознание, но он все равно продолжал двигаться. И наконец он обошел его. Он обхватил Мэтта и оттолкнул его в сторону, чтобы бросить мяч в ворота. Ворота не загорелись, но Нил представил себе, что это так. Где-то ребенок, у которого были все цвета, все фломастеры и карандаши в мире, но не было возможности представить, что с ними делать, - он мысленно увидел, как ворота загораются ярко-красным светом. Это было ни с чем не сравнимое чувство. Ты не можешь этого допустить. Нил поднял ракетку в воздух и забегал вокруг нее, как идиот. На данный момент он был счастлив. Невозможно. Он опустился на пол корта, тяжело дыша и упираясь руками в колени, уронив между ними голову. Рядом с ним, задыхаясь, рухнул Мэтт, но не такой изможденный, как Нил. "Как, блядь, тебе удалось быть таким быстрым?" - спросил Мэтт. Нил поднял на него глаза и увидел, что тот вытирает пот со лба. "Я много бегаю", - ответил Нил. Но, похоже, недостаточно. "Да? Ну, из тебя мог бы получиться отличный нападающий". Хотел бы, мог бы, следовало бы. "Так это помогло? Игра?" Когда Нил поднял на него пустой взгляд, Мэтт продолжил: "С тревогой, я имею в виду. Серьезные тренировки всегда помогают мне, когда у меня хреновые мысли". Нил обдумал ответ, прежде чем произнести его вслух. "Да", - наконец решил он. "Это помогло".

-

-Интервью-

ЭНДРЮ:

[ размышляя ]

Я могу это понять. Отлично. Сейчас это просто глупость, что ты решила не брать с собой фотографию в качестве доказательства, или у тебя еще что-то припрятано в узких рукавах?

ЭЛИСОН:

Возможно, и то, и другое.

ЭНДРЮ:

[ пауза ]

Добро пожаловать на борт.

[ хлопок ]

РЕНЕ:

[ тихо ]

Эндрю, ты не можешь оставить себе машину.

ЭНДРЮ:

[ бормочет ]

С хера ли не могу? Что произойдет?

[ сарказм ]

Мое имя будет опорочено? Утратит силу?

[ пауза ]

СЕТ:

[ фон ]

А как же я, детка? Маленький Монстр получил машину - но на самом деле, большую часть работы делаю я.

ЭЛИСОН:

Найди себе папика, детка.

ЭНДРЮ:

[ громко ]

В любом случае. Ты платишь за этот беспорядок и любые дополнительные расходы, которые нам понадобятся. Мы все равно планировали поехать во Флориду из-за событий в Порт-Сент-Люси и Паркленде, так что мы добавим к поездке Кис.

ЭЛИСОН:

Круто. Я еду с вами. Если я плачу за это, я еду.

-

-Студия-

ЭНДРЮ :

И я согласился. Будет проще, если кто-то, кто знает местность, покажет нам все вокруг, и перспектива лично узнать о том, что могло или не могло произойти в Ки-Уэсте, была привлекательной. Настолько привлекательной, что я согласился провести достаточно времени с Рейнольдс.

Никто и никогда больше не сможет усомниться в моей преданности.

-

В воскресенье Нил оказался один в квартире. Он раздумывал о том, чтобы снова пойти на пробежку, но в итоге решил, что лучше остаться дома. Игра на корте помогла Нилу справиться с почти постоянной тревогой, но она все еще присутствовала - задерживалась на заднем плане и ждала подходящего момента, чтобы нанести удар. Нил уже начал думать, что ничего не поможет, поэтому он подавлял любые мысли, которые могли бы его спровоцировать. Он не хотел беспокоить Мэтта еще больше, чем сейчас. В конце концов, беспокойство приводило к вопросам, а вопросы - это то, на что у Нила не было ответов. Был полдень, солнце миновало свою высшую точку на небе и лениво опускалось над Центральным парком. Нил наблюдал, как свет солнца ползет по белому ковру, пока он работал над очередной книжкой судоку, когда услышал, как открылась дверь и вошел Мэтт. "Уже вышло?" - спросил он, бросая бумажник на кухонную стойку. Нил поднял на него растерянный взгляд. "Что вышло?" - спросил он, приподнявшись на локте. "Аудиозаметки! Сегодня воскресенье, они должны быть на сайте". Он обошел диван и шлепнул Нила по ногам, чтобы тот сел. Придвинув к себе ноутбук на кофейном столике, Мэтт наклонился вперед и сосредоточился на экране. "Понятия не имею. Я не особо слежу за этим". Мэтт взглянул на него краем глаза. Он знал, что Мэтт видел фотографии подвала - знал, что он понял, что это такое. Он понятия не имел, что Мэтт думает по этому поводу, или что он думает, или догадывается, или предполагает. Но Нил собирался вести себя так, будто это пустяк, до тех пор, пока, блядь, сможет. Идиот. Мэтт пролистал сайт и через минуту вздохнул: "А, отложили. Черт, я действительно ждал этого тоже. Кажется, на этот раз они отправились во Флориду". Флорида. Нил на мгновение закрыл глаза. Он забыл, заставил себя забыть. В конце прошлого подкаста Миньярд сказал, что они едут во Флориду. У него тогда тоже был сильный приступ паники по этому поводу - или, может быть, это было после... Все расплывается. Он мог бы посидеть минуту и подумать об этом. Подумать о том, в каком бешенстве была его мать, как он был напуган и растерян. Он мог думать о том, как мужчины преследовали их, гнались за ними, гнали их вниз по побережью Флориды и в Кис, прежде чем они помчались обратно в другие места, куда они бежали. В то время ему было всего семь лет. Это было неполных двадцать лет назад. Он видел лишь отрывки солнечного света, подсобку пляжного магазина, материнскую руку, обхватившую его за плечи, и острый, металлический вкус крови и страха. Такой знакомый до сих пор. Знакомое тогда и знакомое сейчас встали в один ряд, когда он позволил своему разуму ненадолго задуматься о том, что, черт возьми, Миньярд может раздобыть на этот раз. Он понятия не имел, легко ли отследить информацию об их присутствии, но если это так, и Миньярд получил ее в свои руки - Нил знал, что это значит. Это означало, что они были не так осторожны, как думала его мать. Это означало, что Миньярд сможет установить временную шкалу, карту и следовать ей. Это означало, что если этот парень серьезно настроен, то он сможет выследить Нила, как гребаное животное. Знакомо. Нил медленно открыл глаза, и этот шепчущий голос снова зазвучал в его голове - он пробирался сквозь навязчивые мысли и напоминал ему: будь впереди, будь умнее, найди лазейку. Мэтт вздохнул, и щелчок ноутбука, поставленного обратно на стол, заставил Нила снова сосредоточиться. "Я пойду приму душ. Подумай, что ты хочешь на ужин". Нил кивнул и притянул компьютер к себе. Как только он услышал, как закрылась дверь спальни Мэтта, он начал пролистывать сообщения на сайте. В основном Эндрю был просто засранцем и подписывал посты как "Э", как будто он был каким-то таинственным божеством. Да пожалуйста. Он был язвительным придурком, насколько Нил мог судить. Помимо этого, он прокручивал и прокручивал страницу, ища хоть какую-нибудь зацепку, чтобы у Эндрю могла быть еще какая-нибудь информация, как вдруг на него выскочило имя. Кевин. Кто-то задал вопрос - "Вы слышали о маленьком спорте под названием Экси?" Это был ужасно глупый вопрос, который, по мнению Нила, заслуживал глупого ответа. Но тот, который дал Эндрю, заставил желудок Нила резко сократиться. "Экси - это спорт? Кевин еще большая задница, чем я думал". Этого не может быть... не так ли? Нет. Нет. Нет, нет, нет. Невозможно. Это было уж слишком большим совпадением - то, что Кевин Дэй, с которым он действительно общался в детстве... дружил или, по крайней мере, знал Эндрю Миньярда. С этим саркастичным засранцем, который сейчас возглавляет охоту на него. Нет. Нил заставил себя продолжать поиски. Он был почти в бешенстве, пока его глаза летали по экрану, ища еще какие-нибудь упоминания или следы. Был еще один вопрос о дружбе между Кевином и Эндрю, и Нил остановился. Открыв гугл в отдельном окне, он поискал имя Кевина. Одной из первых всплывших ссылок была страница Википедии. Под ней находился сайт под названием Dayly Exy. На сайте было написано, что он находится на техническом обслуживании, но в центре была улыбающаяся фотография Кевина с его белыми зубами и без единой татуировки под номером 2. Ниже было небольшое описание подкаста, где он увидел это. The Foxhole Network. Та же самая организация, которая выпускала Red Rabbits. Нил отдернул руки от компьютера, словно обжегся. Блядь, блядь, блядь. Кевин расскажет ему. Кевин расскажет ему, что он общался с Натаниэлем, мать его, Веснински, и почему, и как, и при каких обстоятельствах это произошло, и, и, и, и. Нил кое-как поднялся и направился в свою комнату, как вдруг наткнулся на Мэтта в коридоре. Мэтт схватил его за руки, чтобы поддержать, и с беспокойством заглянул ему в лицо. "Нил? Ты в порядке? Ты бледный как чёрт". Его обычный ответ был на кончике языка. "Я в порядке" только и ждало, чтобы его развязали и выпустили, чтобы отмахнуться от паники, поселившейся глубоко в его костях. Но Нил не был в порядке, и он чувствовал, как медленно погружается в черную яму отчаяния. Он пытался взять себя в руки. Все, что ему было нужно, это добраться до своей комнаты, чтобы как следует поломаться, чтобы выплакаться и сделать все, что нужно, чтобы смириться с тем, насколько невероятно испорчена вся его жизнь. Но этого не случилось, потому что Мэтт мягко развернул его и повел на кухню. Нил, по какой-то причине, позволил этому случиться. Спорить было невозможно, потому что он даже не мог открыть рот. Мэтт усадил его на привычный стул у острова и стал рыться в шкафу. Он вернулся с протянутой рукой. "Ешь это." Нил посмотрел вниз на то, что держал в руке Мэтт. Это было похоже на шоколад. Нил несколько секунд смотрел на предмет в замешательстве. "Съешь это", - повторил Мэтт. "Это темный шоколад. Он должен помочь справиться с тревогой. Просто попробуй", - он начал разворачивать шоколад и протянул плитку в обертке. "Пожалуйста?" Нил не очень любил шоколад и вообще сладости. Но он все равно взял его - автоматическая реакция мозга, который был обучен выполнять приказы, когда находился в режиме паники. Он откусил кусочек и медленно прожевал. Мэтт снова исчез и вернулся со стаканом воды. Когда Нил доел первый кусок шоколада, Мэтт отломил второй, и к тому времени, когда он съел и его, ему показалось, что он снова обрел некое подобие контроля. Мэтт облокотился на стойку напротив Нила и скрестил руки. "Ты в порядке?" - спросил он. У Нила не было ответа на этот вопрос, поскольку в действительности у него не было выбора, кроме как быть в порядке. Вместо этого он просто кивнул, и Мэтт воспринял это как достаточный ответ, спросив: "Что случилось? Ты был в порядке до того, как я ушел. Меня не было всего несколько минут. Ты... ты что-то видел? Опять на странице Red Rabbits?". Нет. Нил покачал головой. Возможно, немного слишком быстро, но ему было все равно. "Нет, нет. Ничего подобного". Его голос звучал хрипло и отстраненно для его собственных ушей. "Просто так получилось. Я в порядке". Мэтт вздохнул и покачал головой. "Конечно, в порядке".

-

ЭНДРЮ:

Именно здесь может возникнуть путаница. Если вы слушали последние аудиозаметки, то вы знаете, что мы отправились из Майами в Исламораду, затем в Ки-Уэст, и все это до того, как мы вернулись в Паркленд и Порт-Сент-Люси. Но это не тот порядок, в котором, по нашему мнению, путешествовали Мэри и Натаниэль.

Ради этого подкаста и для вашего понимания их траектории мы будем двигаться по временной шкале. Так что не отставайте. Возможно, все запутается.

Мы начинаем с Порт-Сент-Люси.

//А теперь мы попросим вас внимательно посмотреть на свой экран. Полиции Порт-Сент-Люси нужна ваша помощь, чтобы найти пропавшую мать и ее 8-летнего сына.//

Это было одно из двух упоминаний на местном телевизионном канале новостей Порт-Сент-Люси, WPTV. Второе было просто повтором той же передачи.

Я хранил этот ролик несколько месяцев. Фактически, это был один из первых реальных фрагментов, которые попали мне в руки, когда я только начал это расследование. Тогда я не знал, при чем здесь Флорида или Порт-Сент-Люси, и не знал, действительно ли это связано с Мэри и Натаниэлем. Количество информации, которой я располагал, было ограниченным и хранилось в небольшой папке на моем рабочем столе в Бостоне.

Однако, когда я начал расследование вместе с Рене, мы заглянули на сайт websleuths.com - веб-сайт, на котором те, кто интересуется в основном "холодными" делами и нераскрытыми преступлениями, размещают информацию о своих находках. Вебслейтс сыграл важную роль в наших исследованиях и продолжает играть по сей день. Многие из тех, кто там пишет, - просто диванные детективы, но есть и много частных следователей, а также журналистов, которые пользуются сайтом.

Именно там Рене нашла Боба Робертса.

Когда она искала информацию о деле Веснински, имя Боба всплывало довольно часто. Он не был похож на большинство других пользователей. Он не троллил и не присылал ложные сведения. Напротив, он все еще изучал это дело, и многое из того, что он нашел, было тем, о чем я уже догадался.

Рене решила написать ему, чтобы узнать больше.

РЕНЕ:

Как сказал Эндрю, он казался надежным. Мы обменялись несколькими письмами, и он сказал, что раньше был журналистом-фрилансером. Дело Веснински было лишь небольшой частью его карьеры, но кое-что беспокоило его и по сей день. Когда мы проверили его, оказалось, что все, о чем он рассказал, было правдой и подтвердилось.

Поэтому нашим следующим шагом было назначить интервью. Это идеально совпадало с нашей поездкой во Флориду и другим запланированным интервью, поэтому Эндрю дал добро.

ЭНДРЮ:

Он был хорош. Несмотря на его интерес к нашему подкасту, и несмотря на то, что его звали Роберт Робертс, у него была ценная информация, которая как поднимала, так и отвечала на несколько наших вопросов.

Вот это интервью:

РЕНЕ:

Суббота, 27 апреля 2019 года.

Порт-Сент-Люси, Флорида.

[ шум ресторана ]

ЭНДРЮ:

Во-первых, как вас зовут и как пишется ваше имя?

БОБ РОБЕРТС:

Боб Робертс - Б О Б, Р О Б Е Р Т С.

ЭНДРЮ:

Что вы можете рассказать нам, Боб?

БОБ:

Мы думаем, что они приехали из Орландо. Они приехали в Порт-Сент-Люси на арендованной машине, которую бросили, как только добрались сюда.

-

-Студия-

ЭНДРЮ:

Если вы слушали аудиозаметки, вы слышали в одном из наших других интервью, от журналистки из Local 10 News Сары Джонсон, что Натаниэль и Мэри, возможно, взяли машину напрокат в Орландо.

Это был первый раз, когда мы услышали об этом. Однако ее знания о машине и ее значимости были ограничены. Честно говоря, не стоит повторяться, когда у Боба будет больше информации по этому поводу, о чем вы скоро услышите.

Что она действительно отметила, что нас больше всего заинтересовало во всем этом интервью, так это ее рассказ о сообщении о замеченных Мэри и Натаниэле.

Чтобы было понятнее и актуальнее - вот это интервью из Паркленда. Наше второе место на временной шкале путешествия Мэри и Натаниэля по Флориде.

-

РЕНЕ:

Пятница, 26 апреля 2019 года

Паркленд, Флорида

[ шум в кафе ]

ЭНДРЮ:

Во-первых, как вас зовут и как пишется ваше имя?

САРА ДЖОНСОН:

Сара Джонсон - С А Р А, Д Ж О Н С О Н.

ЭНДРЮ:

Что вы можете рассказать мне об этом деле? О матери и сыне, о которых вы писали в 2002 году?

САРА:

Честно говоря, не очень много. Мы получили отчет из Порт-Сент-Люси. Они были там раньше и были отслежены здесь - в Паркленде. Мы знаем, что у ребенка были рыжие волосы и голубые глаза, ему было около семи лет. Порт-Сент-Люси дал нам имена: Мэри и Натаниэль Абрамс.

-

-Студия-

ЭНДРЮ:

Потерпите немного. Это, пожалуй, самая важная информация, которую мы услышали от Сары. Боб повторил ее позже, как и все остальное наше интервью с Сарой, но это был первый раз, когда мы услышали об использовании этой фамилии.

Мэри и Натаниэль Абрамс - не Веснински. Абрамс.

Это привлекло наше внимание. Почему?

Потому что полное имя Натаниэля - Натаниэль Абрам Веснински.

Это был способ замести следы? Попытка спрятаться у всех на виду? Или это было имя, данное полиции.

Мне трудно поверить, что Мэри объявила бы свое имя на весь мир - особенно когда они в бегах. Так что же это значит?

Просто одно имя в длинном списке возможных псевдонимов? Или... что-то еще?

Возвращаясь к нашему интервью с Бобом в Порт-Сент-Люси, теперь, когда у нас есть контекст, вот начало ответа.

-

БОБ:

[ глубокий вдох ]

В любом случае, никто, конечно, не знал, кто они такие. Но в местную полицию позвонил человек, утверждавший, что здесь находятся Мэри и Натаниэль Абрамс.

-

-Студия-

ЭНДРЮ:

Кто-то.

Зачем Мэри звонить в местную полицию и сообщать о своем местонахождении, называя второе имя своего сына?

Это была насмешка? Угроза, что за ними следят? Наблюдают? Что кто-то знает, где они находятся?

Возможно, так оно и есть. Сохраните это в своей голове. Позже мы снова затронем эту тему.

На данный момент ничего из этого не приходило мне в голову, пока несколько дней назад я не переслушал наши записи. Вот почему я не стал задаваться этим вопросом и вместо этого сосредоточился на Орландо.

-

-Интервью-

БОБ:

Мы понятия не имеем, что навело этого человека на их

местонахождение.

ЭНДРЮ:

Почему Орландо?

БОБ:

Мы смогли найти арендованную машину, на которой они приехали, и ее зарегистрированным "домом" был международный аэропорт Орландо. Мы не знаем, где они были до этого.

ЭНДРЮ:

[ пауза ]

Кто-нибудь физически видел их?

БОБ:

Да.

[ шелест бумаги. Фоновый шум ]

Вот интервью, которые у нас сохранились от тех, кто их видел. Их всего несколько, но они кажутся довольно надежными. По крайней мере, описания совпадают.

-

Во вторник Нил возвращался домой после уборки стадиона, когда у него зазвонил телефон. Он слегка подпрыгнул, но хорошо это скрыл, быстро нащупав в кармане телефон и взглянув на экран. Никто никогда не звонил ему - некому было звонить. Даже Мэтт, как правило. Но увы. На экране высветилось имя Мэтта - входящий вызов. Нил мог проигнорировать его. Положить телефон в карман и выяснить, что ему нужно, когда он доберется до квартиры Мэтта. Но вероятность того, что это как-то связано с Нилом, например, кто-то появился у двери Мэтта, или, или или или Он ответил, на всякий случай. "Привет! Идешь домой?" "Да, а что? Что такое? Тебе нужно, чтобы я что-нибудь забрал?" Нил приближался к винной лавке, в которую они обычно заходили, когда им нужно было чем-нибудь перекусить (или нарезанный сыр). "Нет, просто уточняю", - Нил услышал улыбку в его голосе и тут же насторожился. "Скоро увидимся!" У него там кто-то есть, подумал Нил. У него там кто-то есть, и он наверняка меня узнает. Беги. Нет. Хотя он мог бы это сделать. Развернуться, сесть в метро и поехать куда-нибудь, где не было квартиры Мэтта. Но это было неразумно. Нет. Квартира Мэтта была самым безопасным местом, где он мог находиться, и все его вещи все еще были там. Итак, он вошел в здание, поднялся на лифте к двери Мэтта. Оказавшись внутри, он вошел в гостиную с бьющимся сердцем. Единственное, что заставляло его идти вперед, а не в свою комнату, чтобы взять свое барахло и свалить оттуда, был тот факт, что он не слышал никаких голосов. Вместо этого он обнаружил, что Мэтт стоит там, ухмыляясь от уха до уха. В комнате с ним был кто-то, или что-то. Но это был не человек. "У тебя кошка?" - спросил Нил. Это была толстая серая кошка-табби с зелеными глазами и ничего не выражающим взглядом. "Да, я подумал, что она будет хорошей компанией для... нас. Ее зовут Сэр". Сэр? "- и просто, мм... Нил, посмотри на нее..." Мэтт потерся лицом о ее шерсть, затем приподнялся, чтобы посадить ее на бедро, как это делают с ребенком. "И посмотри на все это хозяйство, которое я для нее приготовил". Сэр, очевидно, поставлялась с рядом предметов. Кошачья переноска, кошачья кровать, кошачьи игрушки, кошачье дерево, кошачьи миски, кошачий корм, кошачьи, кошачьи, кошачьи. Нил просто стоически кивал, пока Мэтт опускал ее на землю. Сэр подошла к нему, обнюхала, а затем попыталась потереться о его ноги. Нил не любил животных. Он никогда не привязывался к ним, потому что знал, что так будет лучше, и к тому же привязанность была тем, от чего его предостерегала мать. Ну да. Конечно. Тем не менее, было несложно вспомнить время, когда он был совсем маленьким, лет пяти, и у него был домашний кролик. Он любил этого кролика. Его звали Спайдермен, он был коричневый и мягкий - еще одна попытка матери компенсировать все издевательства отца (или еще одна попытка скрыть жизнь, которую они вели под видом другой). Однажды он пришел домой из школы и поднялся в свою комнату. Его отец сидел на его кровати со Спайдерменом в руках. Нилу тогда было всего 5 лет, но он помнил это так ясно. Помнил, как замер в дверях и смотрел, как отец медленно гладит кролика от головы до хвоста. Он никогда не был так нежен со мной. Он спросил Натаниэля, как дела в школе, и когда Натаниэль ответил, что хорошо, он сжал кролика так, что Натаниэль услышал его писк. 'Тогда почему твой учитель позвонил и спросил о синяке на твоей руке?' Его отец не убивал Спайдермена. В тот день он даже не ударил Натаниэля. Да ему и не нужно было. Угроза была ясна даже пятилетнему ребенку. На следующий день Натаниэль отпустил Спайдермена в лес за своим домом. Он держал его осторожно, настолько осторожно, насколько это было возможно. Он чувствовал его мягкий мех и думал, что это последний раз, когда он снова почувствует что-то такое же мягкое. С тех пор он стал избегать животных. Не потому, что его отец был рядом и мог пригрозить сделать... то, что он собирался сделать с кроликом. Но потому, что какая-то часть Натаниэля долгое время боялась, что та нежность, которой он научился у своего домашнего кролика, - это то, что он потерял за годы, проведенные в бегах. "Она уже обучена и все такое", - говорил Мэтт, когда Нил пришел в себя. Мэтт взял Сэр обратно к себе на колени с места, которое она заняла на полу. "Иди погладь ее, она очень милая". "Нет, я в порядке. Спасибо." Нил скрылся в своей комнате так быстро, как только мог, и постарался проигнорировать выражение разочарования, промелькнувшее на лице Мэтта. Чего он ожидал? Что Нил станет лучшим другом кошки или что-то в этом роде? Он не выходил, пока Мэтт не крикнул из коридора, что он голоден и заказывает пиццу. Запах еды привел его на кухню, и Мэтт подтолкнул к нему кусок сыра. Тот факт, что Мэтт знал его достаточно хорошо, чтобы понять, что он ненавидит овощи на пицце, заставил Нила скривиться. Мэтт направился к дивану с тарелкой, и Нил последовал за ним. Они сели, и Мэтт нашел для Нила на телевизоре яркие моменты Экси, а затем открыл свой ноутбук. Нил знал, что он проверяет наличие аудиозаписей, которые должны были выйти в воскресенье. "А," сказал Мэтт между укусами, "Эндрю написал, что они все заболели." Нил хмыкнул в ответ и не отрывал глаз от телевизора. Его сердце заколотилось, как всегда, когда речь заходила об этом, но Нил был рад, что их еще не выпустили. Это было еще большей херней, с которой он не хотел иметь дело. Лазейка, Натаниэль. Лазейка. Нил отключил голос в своей голове, когда Мэтт сказал: "Вот дерьмо. Дэн больна", наклонившись ближе к компьютеру, как будто это могло бы дать ему больше ответов. "Кто?" "Дэн. Дэн Уайлдс. Директор. Помнишь? Роскошная женщина с косами? Надеюсь, с ней все в порядке..." Ах. Да. Нил закатил глаза. "Я уверен, что с ней все в порядке". "Да... да, ты прав. Она, вероятно, в порядке". Мэтт уставился на компьютер, постукивая пальцами по клавишам, но не набирая текст. Отлично. Нил вздохнул. "Что, Мэтт?" Наступило молчание, прежде чем он сказал: "Может быть, я мог бы послать ей цветы? Ну, знаешь, типо пожелания скорейшего выздоровления". НЕТ. Нил уронил пиццу на колени. "Нет", - твердо сказал он, поднимая пиццу и пытаясь отмыть жир менее решительными руками. "Но я имею в виду, подумай об этом. Какой лучший способ войти в дверь, понимаешь? Она бы поняла, что я поклонник ее творчества и что я чертовски замечательный парень". НЕТ. "Мэтт, нет." Нил мог только в ужасе смотреть на него, пока он отталкивал Сэр, которая запрыгнула к нему на слегка испачканные жиром колени, но она, казалось, не хотела двигаться. Лежа, она глухо мурлыкала. Нил со стоном сдался и отставил тарелку в сторону. "Она подумает, что ты сталкер. Она скажет типо: 'Ничего себе, какой сумасшедший маньяк, присылает мне цветы, а я его даже не знаю. Спортсмены такие придурки'." Мэтт пожевал губу, не отрывая глаз от экрана. С громким тоскливым вздохом он пробормотал: "Ты прав". Нил испустил вздох облегчения и решил еще раз попытаться столкнуть Сэр со своих колен. Она встала, помахивая хвостом, и заняла место Мэтта. "Я просто зациклился, наверное. Я даже не знаю, почему..." Его голос был таким тихим, таким отстраненным, когда он постукивал указательным пальцем по ноутбуку, а лицо Дэн Уайлдс улыбалось ему в ответ. Нил еще раз закатил глаза и встал, чтобы взять очередной кусочек.

-

-Студия-

ЭНДРЮ:

Он был хорош. Он был действительно чертовски хорош. Интервью, которые он дал нам, были короткими и мало о чем говорили. Но уже на основе одних только сведений от Боба и Сары, в сочетании с тем, что мы нашли в Кис, мы смогли собрать воедино ранние годы этой хронологии.

Кстати, о Кис. Пришло время перейти к первому этапу нашего путешествия и к последним обнаруженным встречам Мэри и Натаниэля во Флориде.

[ Музыкальная Интерлюдия ]

ЭНДРЮ:

Рейнольдс, Рене и я остановились в Исламораде, сначала в домике семьи Рейнольдс, чтобы она могла отыскать предполагаемую фотографию.

Дом не был броским, как многие дома, мимо которых мы проезжали в Кис и особенно в Майами. Но в нем чувствовался домашний уют, который можно отнести скорее к Новой Англии, чем к типичному флоридскому стилю. Без коробчатой, прочной конструкции, снаружи стены были отделаны ракушками и обставлены мебелью цвета морской волны. Честно говоря, было приятно - несмотря на жару и тот факт, что это был дом Элисон. Это также вызывало много вопросов о том, как, черт возьми, он выдержал несколько ураганов, последний из которых все еще нес свои разрушения на побережье Флорида-Кис.

На заднем дворе простирался частный пляж с бассейном, откуда открывался вид на волны, разбивающиеся на заднем плане.

[ Волны на заднем плане, негромкие и мягкие ]

Мы должны были остаться там на один день и рано утром следующего дня отправиться в Ки-Уэст, чтобы проследить предполагаемые следы.

Прошло несколько часов, прежде чем фотография была найдена. За это время я удалился в спальню, в которой мне предстояло жить, и подумал о том, что случится, если Рейнольдс врет.

Первое, о чем я подумал, было то, что Мазерати точно останется у меня.

Вторая мысль была о том, что я зря потратил время, приехав сюда.

Однако я не успел подумать о том, что если она говорит правду. Потому что после того, как я позволил усталости взять верх, в дверь постучала Рене и сообщила мне, что фотография найдена.

-

[ Музыкальная Интерлюдия ]

-

ЭНДРЮ:

Всегда оставалась вероятность того, что все это было ложью. Я думаю, мой разум хотел верить в это - хотел верить, что Рейнольдс была просто заносчивой, богатой сучкой, которой нечего показать в этом расследовании, кроме небольшой зацепки и денег, которые можно было бы пустить в оборот.

Но это было нечто большое. Больше, чем семейная фотография, больше, чем "don't Be Bad", больше, чем подвал и дом - потому что в великой схеме вещей, все это было до, а это было доказательством после. Это были не просто слова или мнимые встречи, это было реально, это было осязаемо, и это было в моих ебаных руках.

На фотографии была Элисон и три другие девушки, смотрящие в камеру со знаками мира и широкими улыбками. Это был явно 2002 год, о чем свидетельствовали юные сан-грили и светлые волосы Элисон, а не завитая челка и одежда начала 2000 года. Они стояли посреди дороги. Солнце светило прямо вниз, возможно, был полдень, и они явно находились в Ки-Уэсте, с его культовыми зданиями и туристами, толпящимися вокруг.

Но все это было неважно. Потому что справа, позади головы Элисон, стояла женщина, тащившая за собой маленького мальчика.

У нее были грязные светлые волосы, сумка на плече и белая рубашка. Ее лицо было отвернуто от камеры, вместо этого она смотрела на мальчика, которого держала за руку.

Мальчик.

Его волосы блестели рыжим цветом на солнце, а пронзительные голубые глаза были устремлены прямо в камеру, как на семейном портрете. Он выглядел лишь немного старше, но все равно был маленьким. Хотя снимок и был слегка размыт, это нельзя было отрицать.

На фотографии были изображены Мэри и Натаниэль Веснински. И Элисон не лгала.

[ Пауза ]

У меня было так много вопросов. Все они нагромождались друг на друга в моей голове, и я не знал, какой задать первым.

Рене, я думаю, заметила это.

Поэтому мы прервались на обед.

РЕНЕ:

Я хотела дать тебе время разобраться со своими мыслями. Я видела вопросы. Ты был готов наброситься. Но я знала, что результат, который ты получил бы от этого, был бы не тот, который ты хотел.

ЭНДРЮ:

Ты была права.

Потому что когда мы вернулись с ужина, я был готов.

Мы сидели на заднем крыльце Рейнольдс. Над нами простиралась ночь, и ветерок успокаивал, утешал. Все, чего я хотел, это выпытать из нее ответы. Я почти чувствовал, как выпрыгиваю из своей ебучей кожи.

Но я подождал, настроил диктофон, и результат того стоил.

Вот это интервью.

-

[ фоновый шум. Плеск волн. ]

ЭНДРЮ:

Эндрю Миньярд, интервью с Элисон Рейнольдс. 24 апреля 2019 года - 7:21 вечера.

ЭЛИСОН:

Элисон Рейнольдс, модельер и плохая сучка. Двадцать восемь лет с лицом восемнадцатилетней девушки. Неприлично богата.

ЭНДРЮ:

[ натянуто ]

Спасибо, ваше высочество. Расскажите мне свою историю. Ты говоришь, что видела Мэри и Натаниэля в Ки-Уэсте, в 2002 году. Тебе было одиннадцать лет. Что произошло?

[ пауза. Фоновый шум ]

ЭЛИСОН:

В тот год со мной было три подруги-

ЭНДРЮ:

Здесь - это в Кис, правильно?

ЭЛИСОН:

Да. У меня было три подруги здесь, в Кис. Мы всегда останавливались тут, в доме моей семьи в Исламораде, но мы ездили в Ки-Уэст в туристические магазины. Итак, это была я, три подруги и моя гувернантка. Мы были в одном из магазинов, где продавались украшения и безделушки. Знаете, такие, которые можно найти в каждом пляжном ларьке. Ожерелья из ракушек, из конопли и так далее, и тому подобное. В общем-

[ глубокий вдох ]

Мои друзья были в одной стороне и разглядывали отвратительные клипсы в виде бабочек. Я была на другой стороне, рассматривая браслеты, которые были на вращающемся дисплее. Но когда я попыталась повернуть его, он не сдвинулся с места. Тогда я посмотрел на другую сторону, а там был мальчик.

ЭНДРЮ:

Можешь описать его для нас? Его внешность, манеру поведения?

ЭЛИСОН:

Он был маленьким, как ты.

[ пауза ]

Мог бы сойти за семилетнего, но я бы сказала, что ему восемь. Темно-красные волосы и такие глаза... такие голубые. Густые черные ресницы -

[ пауза ]

В любом случае, его кожа была на несколько оттенков темнее твоей, и у него были веснушки. Очень милый ребенок. Когда я его увидела, он казался нормальным, но когда я сказала ему, что браслет на его руке будет очень красиво смотреться с его глазами, можно было подумать, что я только что сказала ему, что убиваю щенков.

[ стук ]

Его мама, должно быть, видела наш разговор. Она подошла и выдернула его за руку - сказала, чтобы он ни с кем не разговаривал. Ее кожа была темнее, чем у него. Не такая темная, как у меня, но все же... как будто поджаристая, я думаю. Ее волосы были грязно-светлыми. Она выглядела безумной, если честно.

-

-Студия-

ЭНДРЮ:

Если вы помните семейный портрет, Мэри Веснински не выглядит безумной. Она выглядит испуганной.

На фотографии она выглядела точно так же.

Когда я пытаюсь представить себе встречу Рейнольдс, я не вижу ничего, кроме ужаса, охватившего Мэри в подобной ситуации - зная то, что мы знаем.

Но опять же, что мы действительно знаем?

Предоставим вам решать самим. Мы выложим фото, когда выйдет подкаст, и вы сможете увидеть Мэри и Натаниэля в Ки-Уэсте своими глазами.

-

-Интервью-

ЭНДРЮ:

Хорошо, что произошло после того, как ты увидела их в магазине? Видела ли ты их где-нибудь еще?

ЭЛИСОН:

В тот день я видела их еще один раз, мимоходом, но это все. Я даже не поняла, что они были на фотографии, пока мы их не проявили.

ЭНДРЮ:

Итак, когда ты осознала, что это были Мэри и Натаниэль?

ЭЛИСОН:

Не раньше 2004 года. Тогда арестовали Мяс- *бип* , и это было во всех новостях. Я увидела ту семейную фотографию, всплывшую где-то, и сразу все поняла. В новостях только и говорили, что они пропали, и никаких зацепок об их местонахождении нет.

ЭНДРЮ:

Ты кому-нибудь рассказала?

ЭЛИСОН:

[ раздраженно ]

Я всем рассказала. Никто мне не поверил, сказали, что я сумасшедшая. Даже после того, как однажды летом я попыталась достать фотографию и показать родителям.

ЭНДРЮ:

Хорошо.

[ пауза ]

Тогда скажи нам, почему ты хочешь это сделать. Помочь нам найти Мэри и Натаниэля и при этом профинансировать проект.

ЭЛИСОН:

[ раздраженно ]

Я ответила, почему.

ЭНДРЮ:

Своими словами.

ЭЛИСОН:

[ вздох. Фоновый шум, шум волн ]

Потому что я не сумасшедшая. Я видела их, они были здесь, в Кис, в 2002 году, и они выглядели чертовски напуганными. Я знаю, что они от чего-то убегали. Это была случайная встреча, ничего не значащая, но она никогда не отпускала меня. Я хочу доказать, что я права, но я также хочу помочь этому ребенку. Я знаю, что он уже вырос, но если они все еще где-то там, если они все еще бегут, я хочу помочь.

ЭНДРЮ МИНЬЯРД:

Хорошо.

-

Это случилось в четверг вечером. Аудиозаметки были наконец-то опубликованы, и поездка Эндрю во Флориду была раскрыта. Нил узнал об этом только потому, что услышал голос Миньярда из ноутбука Мэтта, когда он был на кухне и набирал стакан воды. Он чуть не выронил его - застыл на месте с расширенными глазами и шумом крови в ушах. Сэр появилась из ниоткуда и медленно прошлась по его ногам, мяукая. Нил тяжело сглотнул и заставил себя успокоиться, прислушаться хоть на мгновение и попытаться понять, стоит ли беспокоиться. Лазейка. Они снова спрашивали о доме в Балтиморе. Это было не так уж плохо. Вернее, плохо, но это была информация, о которой Нил уже знал, что она у них есть, и на ее обработку у него было больше недели. Это давало как раз столько времени, чтобы заставить себя заговорить и сделать глоток воды. Сэр сидела на его ногах. Он не стал ее отталкивать. Вместо этого он остался и прислушался. И убежал, как только услышал, как некто Элисон Рейнольдс рассказывает о том, как она видела его в Кис в 2002 году. Нет. Блядь. Нет, нет, нет. Нил помчался в свою комнату и только когда оказался за закрытой дверью, понял, что Сэр последовала за ним. Ему было наплевать на желание выгнать ее. Он достал свой телефон и наушники и нашел "Аудиозаметки". Как только он нажал кнопку воспроизведения, некто по имени Элисон Рейнольдс подробно описала их встречу. Которую он помнил. Он не думал, что вспомнит. Флорида возвращалась в виде нескольких мест, запахов и ощущений, но это? Пока она говорила, он мог видеть магазин, в котором был, когда его мать разговаривала с человеком за прилавком. Он вспомнил, как она говорила ему, что они должны были пойти в это место, чтобы люди помогли им - люди, о которых он никогда не слышал - и все это для того, чтобы оставаться в безопасности вдали от его отца. 'Твой дядя Стюарт дал мне имя человека, который может нам помочь, Абрам. Они смогут дать нам документы, и мы сможем улететь далеко отсюда, где твой отец не сможет нас поймать'. Нил как-то спросил у матери, почему они просто не уехали жить к дяде Стюарту. Казалось, что у него есть все, что им нужно. В конце концов, когда они оказывались в затруднительном положении, мать звонила дяде Стюарту, и он присылал ей деньги или имя. Когда он подрос, она сказала ему, что это потому, что она не хочет менять одну криминальную семью на другую, и чтобы Нил также рос среди мафии. После этого он никогда больше не задавал ей вопросов. Возможно, зря. Нил слушал, как Элисон Рейнольдс описывала его маленьким, слушал, как она описывала их разговор. Тогда впервые за очень долгое время с ним разговаривал кто-то, кроме матери. Он застыл в молчании. В то время они были в бегах уже чуть больше года, и он солгал бы, если бы сказал, что жаждал кого-то, кроме матери, которая иногда говорила резкие, строгие слова, подталкивая их вперед. Когда аудиозаметки закончились, Нил перевернулся и зарылся лицом в подушку. Сэр запрыгнула на кровать и легла рядом с ним. Она была теплой. Нас не раз замечали. Это было достаточно очевидно. И он подумал с чувством, граничащим с болью в горле: Эндрю Миньярд собирался сделать это. Лазейка. Он собирался найти Нила. Он собирался проследить за ним через всю страну и, возможно, даже через Европу, где они с матерью провели два года. Он действительно собирался идти по крохам, и в конце концов Эндрю Миньярд должен был найти его в Нью-Йорке... где Нил все еще отчаянно пытался найти эту проклятую, мать ее, лазейку. Он не впал в полную панику. Он не знал, как он справился с этим. Вместо этого он зарылся пальцами в шерсть Сэр, зажмурил глаза и задышал. Что-то постепенно становилось еще более мучительно ясным. И это было то, что Нил не должен терять самообладания - он должен держаться намеченного курса. Еще одна вещь, которая становилась совершенно очевидной, заключалась в том, что это место по-прежнему было лучшим для него. Мэтт, Нью-Йорк, это здание - это было самое безопасное место, в котором он мог только мечтать оказаться. Сейчас у него все еще была хорошая работа, где он стабильно зарабатывал деньги и откладывал то, что мог. Постепенно он смог бы не только позволить себе документы, но и, возможно, найти другой контакт и поскорее убраться из страны. Вопрос был только в том, успеет ли он сделать это до того, как Эндрю найдет его? Единственное, что он знал наверняка, это то, что ему нужно продолжать слушать - он должен следить за тем, что происходит и где они находятся. Он должен быть на шаг впереди. И надеяться, что это приведет его к лазейке.

-

-Студия-

ЭНДРЮ:

Это было хорошо. Для меня этого было достаточно. Ее намерения были ясны, но, как я уже говорил, мне было все равно, главное, чтобы я получил информацию, необходимую для решения этой проблемы.

И информация поступила. Элисон, мать ее, Рейнольдс выполняла свои обещания. Больше, чем я думаю, я ей доверял или ожидал.

Потому что следующей нашей остановкой был Ки-Уэст, небольшой сувенирный магазин на знаменитой улице Дюваль - там, где, по словам Элисон, она видела Мэри и Натаниэля.

Он все еще стоял там. Здание было старым, как и все остальное. Но внутри все было заполнено обновленными товарами. Например, доски для серфинга, всякая ерунда для пляжных бездельников, сандалии, купальные костюмы - можете себе представить. Когда мы вошли, я представил их здесь, но не до конца. Мои мысли вокруг Мэри и Натаниэля всегда были такими темными - прятались в шкафах, толкались на лестницах... Ликин парк и темнота подвала. Не здесь, не это. Где люди бродили вокруг с солнечными ожогами и белоснежными улыбками, в воздухе постоянно витал запах пота и крема для загара. Для меня было почти непостижимо увидеть во всем этом маленького семилетнего Натаниэля, рассматривающего браслеты.

[ пауза ]

Я направился в заднюю часть магазина, где находилась касса. За ней сидела женщина средних лет и листала журнал. Она выглядела достаточно старой, чтобы работать здесь еще в 2002 году, но не намного, не совсем, и это не слишком обнадеживало.

Впрочем, ей и не требовалось особого побуждения к разговору. Как только я представился и рассказал о нашей цели, она охотно поделилась тем, что знала. Учитывая тот факт, что она читала журнал People, это не должно было удивлять.

-

Поздним субботним вечером Нил был на стадионе после игры, которую Рыси легко выиграли с Мэттом в команде. Он стоял за защитным стеклом корта и собирал оставленный мусор, когда Мэтт вышел и позвал его по имени. Он помахал рукой со своего места и попытался поднять салфетку с неизвестным веществом, прилипшим к полу. "Командная встреча закончилась?" - спросил Нил, встав прямо, чтобы поговорить. "Да. Пойдем со мной. Я хочу тебе кое-что показать". Мэтт жестом показал Нилу следовать за ним и повернулся. "Я должен закончить с этим!" - Нил окликнул его. "Нет, не должен. Я говорил с Джерри. Он собирается послать сюда кого-то еще. Пошли!" Мэтт продолжал идти, не обращая внимания. Нил огляделся вокруг, затем посмотрел на застрявшую салфетку и вздохнул. Бросив мусорный пакет, он бросил сверху перчатки, которые были на нем, и пошел следом. Мэтт привел его к лестнице, которую он раньше не замечал. Они поднимались вверх, вверх, вверх, пока Нил не убедился, что они находятся на крыше стадиона. Добравшись до вершины, Мэтт повел его по темному коридору и остановился у проема. Когда он повернулся к Нилу, его яркая улыбка почти светилась в темноте, когда он сказал: "Иди посмотри". Они были на стропилах, понял он. Там, где были установлены светильники и развешаны баннеры - он выглянул и сделал автоматический шаг назад. Мэтт засмеялся: "Пойдем со мной. Вид невероятный". Натаниэль. Нил осторожно последовал за Мэттом. Над светильниками была узкая дорожка. Он предположил, что это сделано для того, чтобы их было легче обслуживать. Помедлив, Мэтт сел, и Нил не спеша, плавно опустился, чтобы сесть рядом с ним. Он был прав. Вид действительно был невероятным. "Это..." Нил не знал, что сказать. Под ним расстилался весь стадион. Он мог услышать крики болельщиков, закрыв глаза - мог услышать стук клюшек и столкновение тел. Это было прекрасно, этот вид... возможно, самое прекрасное, что он когда-либо видел. "Довольно здорово, правда? Один из старших игроков взял меня сюда, когда я был новичком и панически волновался перед нашей первой игрой. Это заставляет задуматься, понимаешь? Насколько мы малы в схеме вещей". "Да..." Хотя Нил чувствовал себя маленьким всю свою жизнь. "Итак", - начал Мэтт, выдохнув. "Как у тебя дела? С паническими атаками, я имею в виду. У тебя все хорошо...? И," - Мэтт поднял руку, - "не говори, что ты в порядке, иначе, клянусь, я тебя столкну." Он не смотрел на него, когда задавал вопросы. Его теплые карие глаза все еще рассматривали корт, на котором он только что играл. Нил был благодарен. Он даже слегка улыбнулся. Его плечи были расслаблены, в ногах не было напряжения, и зуд в пятках не просил его бежать. "Я был в порядке". Его голос был тише, чем он хотел. Он не потрудился его повысить. "Прости, что беспокою. Но игра с тобой помогла", - кивнул он. С тех пор они играли еще дважды, и каждый раз Нил мог обойти Мэтта лишь раз или два. Мэтт тоже кивнул. "А что насчет Сэр? Как она тебе?" Нил подумал, что это странная линия вопроса, но согласился. "Она... хорошая, я думаю? Она не оставляет меня в покое. Она ходит за мной по квартире, как тень". Мэтт посмотрел на него, и его улыбка, на этот раз, была овечьей. "Я купил ее для тебя. Я подумал, что она может помочь". Что...? Нил моргнул. "Ты купил мне... кошку? Чтобы помочь...?" Мэтт тяжело вздохнул и переместился так, чтобы оказаться лицом к лицу с Нилом. "Ладно, просто выслушай меня". Он вдохнул побольше, как будто настраивая себя, прежде чем сказать: "Она - ESA. Я провел небольшое исследование и нашел женщину в Бруклине, которая обучает кошек быть поддерживающими питомцами". "Что... Мэтт, что, блядь, такое ESA?" Нил был настолько озадачен, что не знал, смеяться ему или плакать. "Это животные эмоциональной поддержки. Они помогают людям, которые испытывают тревогу. Кошек нельзя так хорошо обучить, знаешь ли. Но эта женщина сказала, что ее кошки очень хорошо чувствуют, когда люди в беде. Вот почему она следила за тобой. Ты - ходячая тревожная катастрофа, и я думаю, что для нее это как кошачья мята". Нил остановился на смехе. Он громко засмеялся, и его голос эхом разнесся по стадиону. Мэтт рассмеялся вместе с ним, и только когда они перевели дух и у Нила заболела грудь, Нил сказал: "Мэтт, как ты выжил в этом мире, таким добрым, какой ты есть? Думаю, если бы кто-то попытался ограбить тебя, ты бы просто отдал ему свой бумажник и спросил, не можешь ли ты сделать для него что-нибудь еще". Мэтт снова рассмеялся и покачал головой. Он вновь посмотрел на корт, улыбка все еще оставалась на его губах. "Я не знаю, чувак... как я уже сказал, я просто хочу помочь. Я знаю, что у тебя есть какая-то история. Я знаю, что происходит что-то большее, чем просто то, что ты еще один несчастный беглец. Я тоже прошел через дерьмо, и я видел плохие вещи". Нил заметно напрягся. Мэтт заметил это и посмотрел на него уголком глаза. "Я не собираюсь спрашивать. Если ты захочешь рассказать мне, ты расскажешь. Но пока ты здесь... я просто хочу помочь". Нил не знал, как все это воспринимать... но он почувствовал, что кивает, пока его разум вращался и остановился на одной мысли - как странно, что ему было уже 25 лет, а он только сейчас понял, что некоторые люди в мире были просто хорошими людьми. Что некоторые люди не хотят ничего взамен. Даже если они заслуживают этого.

-

РЕНЕ:

Четверг 25 апреля 2019 года.

Дюваль-стрит, Ки-Уэст, Флорида.

[ туристы, люди говорят на заднем плане, тихая музыка ]

ЭНДРЮ:

Во-первых, как вас зовут и как пишется ваше имя?

ДЕБОРА УОТКИНС:

Дебора Уоткинс - Д Е Б О Р А, У О Т К И Н С.

ЭНДРЮ:

Хорошо. Как долго вы работаете в этом магазине?

ДЕБОРА:

Ну, вообще-то, мы с мужем владеем им. Уже около десяти лет.

ЭНДРЮ:

Вы знаете предыдущих владельцев? Они все еще в этом районе?

ДЕБОРА:

[ сговорчиво ]

А, ну. Это.

[ понижает голос ]

Оказалось, что они занимались каким-то незаконным бизнесом на задворках магазина. Пришли федералы и закрыли их. Мы купили магазин, когда он был выставлен на продажу, несколько лет спустя.

-

-Студия-

ЭНДРЮ:

Вы все правильно поняли. Тот, кто управлял этим местом в 2002 году, вел незаконный бизнес из подсобки этого магазина.

-

-Интервью-

ЭНДРЮ:

Вы знаете, что это за незаконный бизнес? Может быть, наркотики?

ДЕБОРА:

Нет, нет. Я так не думаю. Я почти уверена, что это были поддельные деньги и документы. Мы нашли кучу странной бумаги в подсобке, и везде были чернила. Очевидно, федеральное расследование не означает уборку.

-

-Студия-

ЭНДРЮ:

Я знаю, о чем вы все думаете. Продолжайте, блядь, думать об этом.

Когда я посмотрел на Рене, у нее на лице было то же выражение, что и у всех вас, должно быть, сейчас.

Поддельные деньги и документы - сейчас, в тот момент, мы не знали, насколько это правда.

Дебора казалась сплетницей. У нее был заговорщицкий огонек в глазах, это волнение, которое говорит о ее характере больше, чем что-либо другое. Перед ней был журналист-расследователь с диктофоном - я не удивлюсь, если она что-то выдумала или попыталась сделать свою историю намного интереснее, чем она была на самом деле. Это было, вероятно, самое интересное, что когда-либо приходило в ее магазин, помимо пьяного Гарри, или Йена, или еще кого-нибудь, кто забредал сюда из десятков баров вниз по улице.

А значит, как журналист, я должен был быть начеку. Я должен был подтвердить каждую зацепку, которую давала эта женщина, и я не мог скупиться на детали или лениться. Неважно, сколько времени это займет, неважно, насколько это будет утомительно или неприятно, я должен был найти что-то, подтверждающее ее утверждения. Ведь хоть и то, что говорила Дебора, было захватывающим, это могло в корне изменить наше расследование и помочь нам в дальнейшем поиске того, куда отправились Мэри и Натаниэль, но она также могла лгать сквозь зубы ради того, чтобы увидеть свое имя в статье или получить возможность выступить в подкасте.

Я не знал, так ли это. Тем не менее, у меня был еще один вопрос.

-

-Интервью-

[ пауза. Фоновый шум ]

ЭНДРЮ:

Этих людей видели здесь в 2002 году. Вы были здесь тогда? Может быть, вы видели их?

ДЕБОРА:

[ пауза ]

[ хмыкает ]

Мм... Нет. Мы были здесь тогда, но они не кажутся мне знакомыми.

ЭНДРЮ:

Хорошо. Спасибо, что уделили мне время. Вы случайно не знаете, есть ли еще владельцы магазинов, которые работают в этом районе дольше? Двадцать лет или около того?

-

-Студия-

ЭНДРЮ:

Первым шагом к тому, чтобы убедиться, правда ли то, что говорит Дебора, или нет, было выяснить, есть ли в этом районе кто-нибудь еще, кто знает что-нибудь о закрытии предыдущих владельцев.

Дебора назвала еще несколько магазинов и владельцев, которые могли бы нам помочь, и после обеда мы посетили их. Только один человек видел Мэри и Натаниэля, и он подтвердил нам, что Мэри пыталась купить краску для волос.

Видимо, она пыталась действовать скрытно.

Получив подтверждение от нескольких других людей в этом районе о том, что федералы пришли и закрыли какой-то подпольный бизнес, мы поняли, что, по крайней мере, находимся на верном пути.

Единственное, что нужно иметь в виду, - это то, что это маленький город, где большинство из этих людей, скорее всего, жили десятилетиями. Сплетни распространяются быстро, и я не склонен доверять нескольким людям, в глазах которых загорелся тот же огонек, что и у Деборы при упоминании "журналиста-расследователя" и "пропавших людей". Я бы оказал плохую услугу этому делу и вам, слушатели, если бы не провел собственное расследование.

Что ж. В итоге я именно это и сделал.

Просмотрев весь список, мы заехали в библиотеку округа Монро, чтобы просмотреть их архивы и узнать, есть ли там что-нибудь, подтверждающее то, что мы нашли.

И там было кое-что.

Мы обнаружили несколько местных статей, в которых подробно описывалось тайное расследование, выявившее в 2005 году поддельный бизнес в задней части магазина.

Мы опубликуем их на этой или следующей неделе.

Возможно, это была самая важная информация, которую мы получили. Сюда входит все, что мы, возможно, нашли или не нашли в Балтиморе... сюда входит интервью в Торонто и сюда входит то, что мы в конечном итоге найдем в Паркленде и Порт-Сент-Люси - о чем мы уже рассказывали.

Почему так?

Потому что теперь мы знаем, что Мэри и Натаниэль Веснински отправились во Флориду с возможным намерением купить нелегальные документы. Это могут быть деньги, удостоверения личности, паспорта, да что угодно. Мэри также пыталась скрыть их внешность.

И знание того, что они были раскрыты полиции каким-то таинственным источником под фамилией Абрамс, может сказать больше о том, что им нужно было убраться подальше, чем мы думали вначале.

Это очень важно. Это больше, чем просто фотография. И хотя это отвечает на несколько наших вопросов, например, куда отправились Мэри и Натаниэль после своего исчезновения, и возможность того, что за ними охотились, это поднимает еще больше вопросов, чем те, на которые были получены ответы.

Рейнольдс действительно доказала свою чертову ценность.

-

В воскресенье утром Нил проспал. Это было редкое явление. Он привык просыпаться в 6 утра. Возможно, это было что-то оставшееся от его жизни в бегах, он не знал. В любом случае, проснувшись в 11 утра, он осознал то, от чего пытался избавиться последние несколько недель. Но чувство было, и это становилось все более и более болезненно очевидным, что ему становится здесь комфортно - его глубокий сон только подтвердил это. И то, что ему было комфортно, не беспокоило его так сильно, как должно было бы. Это плохо, Натаниэль. Ничего хорошего из этого не выйдет. Что ж. Кажется, к этому моменту стало уже слишком поздно. Нил устал бежать. Он устал бояться, и прошлой ночью он ненадолго задумался о том, что это и есть то будущее, которое могло бы быть у него, если бы только он был умнее. Продолжать бежать, продолжать прятаться, продолжать уклоняться от будущего, которое, несомненно, наступит? Или, наконец, сказать, что хватит. Разве не это ты пытался сделать в Аризоне? К этому времени у них с Мэттом уже сложился воскресный распорядок дня. Обычно он просыпался, и они вместе завтракали. Затем они шли в винный магазин, гастроном или даже в "Trader Joes" на другой стороне Центрального парка - потому что вдвоем было легче нести всякую дрянь. Нил настаивал на оплате половины, Мэтт спорил, и тогда Нил все равно оплачивал половину. Они возвращались в квартиру, и Мэтт занимался спортом, пока Нил бегал на беговой дорожке. Они принимали душ, обедали, гуляли, если ни у кого из них не было дел. Иногда, если у Мэтта не было планов, они заказывали ужин, потому что никто из них не умел готовить ничего, кроме яичницы или сэндвичей. Затем они заканчивали вечер, сидя перед телевизором, а Мэтт держал ноутбук открытым на странице Red Rabbits, ожидая аудиозаписей или подкаста. Сегодня это будет именно подкаст. Нил не очень хотел его слушать, считая, что это все одно и то же. Он уже слышал аудиозаметки из поездки, так что смысла не было, верно? Не будь идиотом. Будь на шаг впереди. Он должен. Итак, он заставил себя оставаться на высоте и ждал, когда Мэтт закричит от восторга. Когда это произошло, он спросил, не хочет ли Нил послушать вместе. Нил, конечно же, сказал "нет" и удалился в свою спальню. Конечно, это может быть очевидно, но голос внутри его головы был прав. Он просто привел к осознанию того, что Эндрю может сказать больше, чем указано в примечаниях к этому эпизоду, и Нил не знал, как он отреагирует на то, чем бы это гипотетически ни было. Сэр спрыгнула с дивана, когда Нил встал, и он придержал для нее дверь своей спальни, прежде чем закрыть и запереть ее. Когда он рухнул на кровать с телефоном, она вскочила вслед за ним, и Нил позволил ей забраться к себе на колени, прежде чем вставить наушники. Может быть, она ему понадобится. Он нажал плей.

-

Говоря о "доказательстве ценности", мы неоднократно получали электронные письма и предложения спонсировать Red Rabbits и присылать деньги в студию. Даже в твиттере есть аккаунт, где я четко сказал кому-то "нет", но у меня есть подозрение, что они все равно отправили деньги.

Мне не нужны ваши деньги.

У нас уже есть спонсорская помощь от Рейнольдс, и этого более чем достаточно. Нам не нужны ваши деньги. Но есть много других людей, которые в них нуждаются.

С учетом сказанного, мы разместим на сайте ссылки на благотворительные организации, в которые вы можете пожертвовать деньги. После получения чрезвычайно серьезного и важного уведомления о требовании прекратить деятельность от Edgar Allen Productions, мы уже пожертвовали 200 тысяч долларов в эти благотворительные организации от имени EAP.

Упс.

После всего этого у нас есть несколько зацепок, которые указывают на то, что следующей остановкой на временной шкале для Мэри и Натаниэля будет Европа. Итак, мы отправляемся в Европу. Следите за следующей порцией аудиозаметок, в которой мы расскажем о нашей поездке туда и о том, что мы узнаем.

Я - ваш ведущий, Эндрю Миньярд.

Продолжайте поиски.