Ты - мой сладкий яд

Рассчитав очередного покупателя, Феликс заметил, что чековая лента закончилась, и направился в подсобку небольшого магазинчика в поисках хозяйки. Прошло уже несколько дней с тех пор, как он устроился продавцом, чтобы не сидеть на шее у брата, и пусть платили ему немного, но работать парню здесь в принципе нравилось. — Что такое, тебе чем-то помочь, Феликс? — спросила молодая женщина, оторвав взгляд от бумаг с графиком поставок. — Да, там лента закончилась, а я не знаю, где она лежит… — Хорошо, пойдем я покажу тебе, — она встала и пошла вместе с ним к кассе. — Обычно рулоны лежат здесь, так что запоминай. Кивнув, парень аккуратно заменил чековую ленту и уже собирался пройтись вдоль прилавков, чтобы поправить товар, когда колокольчик над дверью звякнул. В магазин вошел новый покупатель. — Мне, пожалуйста, пять пачек рамена и персиковый йогурт. — сказал Хёнджин, не глядя на кассира, и принялся рыться по карманам, доставая деньги. Ли на секунду замялся, но тут же вспомнил о своих обязанностях. — С вас пять тысяч вон. — Вот, — Хван положил деньги и наконец поднял глаза, удивленно выгнув бровь. — Феликс? С каких пор ты здесь работаешь? — О, Джинни, привет! — вдруг воскликнула хозяйка, заметив гонщика. — Снова одной лапшой питаешься? — Привет, Лия, — дружелюбно поздоровался гонщик. Так как городок был небольшой, то все знали друг друга в лицо. — А я вот нового работника взяла, — Лия улыбнулась. — Но, кажется, вы уже знакомы. — А… да, — Феликс неловко поджал губы и протянул Хёнджину пакет с его покупками. Гонщик растерянно кивнул и, взяв пакет, тут же болезненно скорчился. Раны на его руках ещё не зажили до конца, и то и дело давали о себе знать. — Что такое, Джинни? У тебя что-то с руками?! — обеспокоенно воскликнула хозяйка, заметив бинты. — Может быть, тебе нужна помощь? — Да ничего, все нормально, я справлюсь… — Да где же нормально? Давай Феликс поможет тебе донести, — предложила Лия и сделала стоящему за кассой парню знак. — Помоги ему, пожалуйста. Он живёт совсем недалеко. Парень медленно кивнул. На самом деле он не горел желанием выполнять просьбу хозяйки, поскольку неловкость между ним и старшим никуда не делась, однако, Хёнджину, видимо, действительно было очень больно, и проснувшееся сочувствие не могло оставить младшего равнодушным. Вот только тот факт, что Лия так запросто общалась с Хваном и даже знала, где он живёт, его насторожил. Неужели эти двое были настолько близки? — Тебе вовсе не обязательно… — неуверенно начал Хёнджин, когда они вышли из магазина. — Я просто помогу тебе донести продукты и все. До самого дома гонщика они шли молча: каждый чувствовал давящую тяжесть неловкой тишины, от которой было не по себе. — Так ты живёшь здесь? — спросил Феликс, разглядывая трёхэтажный дом с небольшими квадратами окон. — Ага, плачу аренду за квартиру, — Хван зашёл в подъезд и, не без труда достав ключи, открыл входную дверь. — Ну… спасибо, что помог. Стоя на пороге, он не знал, как лучше попрощаться, не знал, что сказать. После того разговора в доме Чана они больше не виделись. Теперь было совершенно не ясно, какие между ними отношения, из-за чего Хёнджин понятия не имел, как он должен вести себя с младшим. — Ладно, давай уже занесу в дом и пойду, — проговорил Феликс, нетерпеливо заправив прядь выбившихся волос за ухо. — Тогда заходи. Квартира оказалась совсем маленькой: гостиная два на два метра, практически настолько же крошечная кухня и закрытая дверь, ведущая, по всей видимости, в спальню. Ли разулся на коврике, собираясь отнести пакет на кухню, пока Хван стягивал с себя куртку и, сделав шаг в сторону, случайно задел гонщика, тут же шарахнувшись от него. — Ох, прости! Я не хотел, как твои руки, я не дотронулся?! — в панике воскликнул он. — Всё в порядке. — Нет, я правда нечаянно, извини, мне не следовало… — Феликс, успокойся, — Хёнджин осторожно коснулся его плеча через джемпер. — Все хорошо, ты не причинил мне боли. — Парень поднял на него ужасно испуганный взгляд, покосился на руку, а потом глубоко вздохнул, прикрыв глаза. — Ты так испугался… ну ничего, главное, что всё в порядке. Может, выпьешь со мной чаю? Знаю, что у тебя сейчас работа, но думаю, Лия не будет на тебя сильно злиться, если ты задержишься на несколько минут. — Даже не знаю… — с сомнением протянул Ли. — У меня есть красный чай, гибискус и чай с ромашкой, — Хван уже доставал из шкафчика коробочки с чаем, попутно ставя чайник на плиту. — Какой хочешь? — С ромашкой. — Хорошо… садись пока, чего стоишь в дверях? — Феликс опустился на предложенный ему стул. Внутри бушевало волнение, которое он все никак не мог обуздать, скрывая его с неимоверным усилием. — Как твои дела? — задумавшись, парень совершенно не заметил, как Хёнджин сел напротив. — Да все как обычно… — между ними повисло неловкое молчание, нарушаемое только шумом чайника и лёгким травяным запахом. — Слушай, Феликс, я не знаю, что я должен сказать тебе сейчас, но после того разговора мы больше недели не встречались, и там, в магазине, у меня возникло такое ощущение, что ты больше не хочешь меня видеть. Это так? — Я… не то чтобы. Просто мне было очень стыдно перед тобой, поэтому… — Ли закрыл лицо руками. — Поэтому я избегал тебя. — Это все из-за ран? Но ты не виноват. — Как это не виноват? Там, в машине я буквально знал о том, что причиняю тебе невероятную боль, однако это не заставило меня остановиться. Это был просто ужасный поступок. Хёнджин задумчиво помолчал. — Даже если это так, не избегай меня, прошу. — Я не понимаю… — Честно, я не могу даже представить, к чему все это может привести, но я чувствую, что когда ты отдаляешься от меня, это неправильно. Конечно, если тебе неприятно находиться рядом со мной, я все пойму, — Хван тяжело вздохнул, прекрасно понимая, что если Феликс сейчас оттолкнёт его, то ему ещё очень долго придётся собирать своё сердце по кусочкам. — Нет, это совсем не так! Мне нравится общаться с тобой, хотя это и тяжело из-за этого проклятия. Просто мне некомфортно, когда я постоянно боюсь причинить тебе новую боль. Я не хочу этого. — А что если предпринять контрмеры? — Хёнджин неожиданно улыбнулся. — Если я буду постоянно ходить в одежде с длинными рукавами и перчатках, это же заметно упростит ситуацию? — Это может сработать. — Вот и отлично! — гонщик снял с плиты закипевший чайник и разлил кипяток по фарфоровым чашкам. — Кстати, через несколько дней будут гонки, в которых я принимаю участие, не придёшь поболеть за меня? — А как же твои руки? Разве ты сможешь управлять машиной в таком состоянии? — взволнованно спросил Феликс. — Это же опасно… — Думаю, к тому времени я уже приду в норму. Так что, ты сможешь прийти? — глаза старшего блеснули робкой надеждой. — Ну… наверное, да. Да, смогу, — повторил Феликс уже более уверено и благодарно принял поданный ему чай, который пах просто божественно. Даже если все это было плохой идеей, ему все равно хотелось верить, что у них может быть хотя бы ещё один шанс.

***

Отпросившись с работы пораньше, Феликс пулей полетел на остановку. Гонки должны были начаться уже с минуты на минуту, а ему предстояло добираться до места около четверти часа. Запрыгнув в автобус, парень заранее рассчитался за проезд, отчаянно молясь о том, чтобы водитель ехал быстрее. — Начало финального заезда через пять минут, — объявил комментатор в висящих над головой колонках. Хёнджин стоял, поправляя перчатки, и наблюдал за трассой, пока Чан в последний раз осматривал его машину. На первых двух заездах Феликс так и не появился. Неужели, он так и не придёт? — Все в порядке, — разогнувшись, сказал Бан Чан. — Думаю, на этой тачке ты с лёгкостью одержишь победу. — Хван только молча кивнул. — Ты ждал, что Феликс всё-таки придёт? Я же говорил, что он не любит гонки, наверное, нет смысла его ждать. — Но он пообещал. — Заезд начинается через три минуты, просьба всем участникам занять исходные позиции. — Ладно, давай, ни пуха! — Крис ободряюще похлопал его по плечу, и Хёнджин надел свой шлем. — К чёрту. Двигатель его автомобиля радостно взревел, прогреваясь для резкого старта, будто внутри сверкающего металла сидел зверь, готовый в любую минуту сорваться с места и порвать всех своей невероятной скоростью. Опустив очки, гонщик положил руки на руль. Оставалась всего минута. Он пробежал глазами по толпе в последний раз, напрасно высматривая одно единственное лицо, но его не было. «Какой же я идиот… а ведь так надеялся.» Раздался громкий звуковой сигнал — огни светофора замигали. — Три… два… один… Старт! Взмах клетчатых флагов, визг колёс, вдавленная в пол педаль газа. Гоночная тачка понеслась вперёд на крыльях ветра, так, что Хёнджин даже не чувствовал, что сидит в машине. Он словно слился с ней, превратившись в единое целое. — Итак, первый круг уже пройден! — раздался голос комментатора. — На данный момент лидирует номер четыре — Хван Хёнджин! Гонщик ещё сильнее вжал педаль газа в пол, немного сбросил скорость перед поворотом и, точно вписавшись в него, вышел на прямую. Внезапно в зеркале заднего вида что-то мелькнуло. Борт в борт с ним теперь ехал ещё один автомобиль, которым управлял Чонин. Проехав вплотную друг ко другу до очередного поворота, они слегка притормозили, и тут Хёнджин почувствовал сильный удар — Ян толкал его машину к краю. Выжав газ прямо на повороте, он обошёл его, попросту выбросив с трассы. — Вот черт! Задние колеса автомобиля Хвана занесло и протащило по обочине, из-за чего машина сильно потеряла в скорости. Однако пока гонщик выворачивал руль, чтобы вернуться на трассу, этих секунд оказалось достаточно для того, чтобы заметить мелькнувший среди зрителей знакомый силуэт. «Феликс?» — Вот и завершился второй круг! Лидером стал номер один — Ян Чонин, наш многократный чемпион. Прямо следом за ним идут номера семнадцать, девять и тридцать два… Ох, машину номера четыре занесло на повороте, теперь у него слишком большой отрыв от остальных. — Что там происходит? — взволнованно спросил Феликс, подбежав к брату. — Я сильно опоздал? — тот досадливо поморщился, нервно крутя в руках инструмент. — Уже финальный заезд и его подрезали на повороте… плохо дело. — Как же так… — Ли с тревогой посмотрел на высоко висящий экран. Как раз в этот момент там появилась машина Хёнджина. Тот изо всех сил старался нагнать своего главного соперника, его и Чонина разделяли полкруга. Самого последнего круга. «Ну же, давай!» — мысленно воскликнул Феликс, скрестив пальцы. Хван судорожно впился руками в руль, выжимая из своей новой тачки все, на что она только была способна. Заревев под действием ускорения, автомобиль рванул вперёд с двойной скоростью. Вот он обогнал последнего гонщика, затем ещё одного и ещё — расстояние между ним и Яном стремительно сокращалось. — И на финишную прямую вышел номер один, а следом за ним… четвёртый! Даже несмотря на огромное преимущество Чонина, Хёнджину все же удалось вырваться вперёд и сократить отрыв! Сможет ли он обойти номера один или так и останется вторым? — Давай, Джинни, давай! — выкрикнул Чан. Феликс, затаив дыхание, стоял рядом и наблюдал. Оставалось всего несколько секунд. Ревевшая до этого толпа, которая попеременно скандировала то имя Чонина, то Хвана, застыла в предвкушении. Хёнджин отчаянно летел вперёд. Вот до Чонина осталось десять метров, пять, два… и они поравнялись! — Какой же напряжённый момент! — воскликнул динамик. — Они идут шина в шину! До завершения круга осталось всего ничего, кто же станет победителем?! «Пожалуйста!» — взмолился Хван, зная, что он не просто участвует в гонке — сейчас за него болеет человек, перед которым ему совершенно не хотелось ударить в грязь лицом. «Я должен выиграть это чёртово соревнование!» — И… победителем… становится… номер один! Что ж, давайте поздравим его и посочувствуем четвёртому, разница в их времени всего в пятнадцати долях секунды! Какая же досада! — Дерьмо! — Хёнджин ударил по рулю и в руках тут же заныли ещё не зажившие раны. Медленно поднявшись, словно во сне, он вышел из машины. Навстречу ему бежали Чан и Феликс. — Блин, чувак, — Чан досадливо поджал губы. — Просто забей ладно? Если бы не махинации этого придурка, ты бы пришёл первым! — Хван вздохнул, разочарованно махнув рукой. — Я должен был победить. — Прости, я не успел к началу, — виновато извинился Ли, догнав брата. — Но ты всё равно был нереально крут, не расстраивайся. Хёнджин благодарно посмотрел на него, слабо улыбнувшись. На душе немного полегчало. — Эй, и не стыдно тебе? — к ним пружинящей походкой приблизился Чонин, сверкая белоснежной горделивой улыбкой. — О, какие люди удостоили нас чести! — он спустил с носа солнечные очки, окинув Феликса оценивающим взглядом. — Как дела, Ликси? Не хочешь прокатиться на машине победителя? — Отвали от него! — нахмурившись, Чан тут же преградил дорогу Яну. — Уйди с дороги, я разговариваю не с тобой, — Чонин обогнул Кристофера и подошёл к парню, который смотрел на него с нескрываемым опасением. — Так что скажешь, Ликси? — и, подмигнув, он вдруг притянул никак не ожидавшего подобного Феликса к себе за талию. — Не перегибай, — Хёнджин тут же отбросил его руку от парня. — То, что ты выиграл одну гонку, не даёт тебе права делать всё, что ты захочешь! — Только ли одну? Это ты у нас можешь все свои победы по пальцам посчитать! — Ян вновь грубо дёрнул Феликса на себя. — Что, тебе значит можно поиграться и забыть, а мне нет? — Отпусти его, он тебе не вещь! — Хван до безумия хотел сейчас хорошенько врезать Чонину, но его руки, перенапрягшиеся во время гонки, отозвались резкой болью. — Хах, не делай вид, что ты такой благородный! Сам же затащил его, чтобы просто потрахаться, а теперь стоишь у меня на пути! — Ты ублюдок!.. — Прекратите оба! — внезапно воскликнул Феликс, оттолкнув от себя гонщиков. — Вы… вы оба такие отвратительные! — он замотал головой, будто не желая верить в услышанное, и, развернувшись, побежал прочь. — Феликс, подожди! — крикнул ему вслед Хёнджин, однако на его запястье неожиданно сомкнулись цепкие пальцы Яна так, что он скривился от боли. — Ещё раз перейдёшь мне дорогу и так просто не отделаешься. Не думай, что ты такой особенный и раз вы один раз переспали, то он автоматически стал твоим. Я всегда беру то, что хочу. — Знаешь, кто-то должен открыть тебе глаза, Чонин. Может, ты и хороший гонщик, но как человек — полное ничтожество, поэтому даже не надейся. Тебе ничего не светит. Хван выдернул руку и сел в машину. Перед глазами все ещё стояло шокированное и расстроенное лицо Феликса. Надавив на газ, Хёнджин резко развернул тачку. Сейчас ему было просто жизненно необходимо поговорить с младшим.

***

— О, Крис, ты уже приехал? Феликс дома? — взволнованно спросил Хёнджин у друга, открывшего ему дверь. — Он дома, но не думаю, что сейчас он захочет тебя видеть. — Что? Но почему? — Кристофер тяжело вздохнул, пропуская его в дом. — Видимо, он только сейчас понял, что в словах Яна есть доля истины. — Не может быть! Он думает, что я просто использовал его? Это же не правда! Крис, ты же знаешь, что я не поступил бы так с твоим братом, да и зачем мне это? Просто он тогда сразу мне понравился, поэтому… — Джинни, — Бан Чан задумчиво посмотрел в окно. — Тебе не нужно оправдываться передо мной. Однако я прекрасно знаю тебя и даже все это проклятие… будь честным хотя бы с самим собой. Когда вы впервые встретились, ты не мог любить его. Тебе просто захотелось переспать с ним, вот и все. Хёнджин ошеломлённо замолчал. Он и сам до этого момента не задумывался над тем, что же заставило его так поступить, а если его друг прав? Если то, что он тогда принял за влюблённость, было всего лишь мимолётным желанием? — Видишь? — по лицу Хёнджина Крис ясно прочёл все его мысли. — Поэтому я и говорил, что вам было бы лучше больше не видеться. — Нет, я все равно должен поговорить с ним, — прошептал Хван. — Дай мне всё прояснить! — Что ж, иди, — пожав плечами, Чан сдался. — Он на втором этаже, только… пожалуйста, будь с ним помягче. Хёнджин кивнул и быстрым шагом направился к лестнице, но за дверью сразу на кого-то налетел. Ли, очевидно снова подслушавший их разговор, отскочил от него, словно обжёгшись. — Феликс, — позвал гонщик, однако, парень, не дожидаясь его, бросился прочь, взбегая вверх по лестнице. Хван, недолго думая, последовал за ним. — Пожалуйста, подожди! Просто выслушай меня! — Не надо, я слышал достаточно! — Феликс! — Хёнджин в отчаянии схватил его за руку. В голову тут же ударила жгучая волна боли, рассыпаясь уколами сотни шипов по коже. Гонщик застонал. — Чёрт… Остановившись, Феликс испуганно смотрел на него. — Давай поговорим, пожалуйста! — продолжал умолять Хван, несмотря на то, что на пол падали частые капли его алой крови. — Что ты хочешь мне сказать? Что Чонин был не прав? Но в его словах на самом деле больше смысла, чем во всём, что произошло между нами. Просто признай, что ты хотел перепихнуться со мной с самого начала и закончим на этом! — Если я такой корыстный, почему ты тогда не оттолкнул меня? — дрогнувшим голосом спросил Хёнджин. — Я ведь тебя не принуждал… — Ах, ну если ты так хочешь услышать от меня, что я тоже хотел от тебя только секса, пусть так и будет! — Зачем ты так? — к мучительной боли в руках Хвана добавилась ещё и разрывающая душу на кусочки горечь. — Может тогда все и произошло очень быстро, но я думаю, это связано с тем, что мы соулмейты. Я хотел сказать, что ты мне и правда нравишься, а ты… — Ты не мой соулмейт, — перебил его Ли, закусив губу. — Я для тебя, возможно, действительно тот самый человек. Но, если я буду рядом, то тебе придётся постоянно страдать. Ты сам говорил мне, что не хочешь такой жизни. Хёнджин болезненно закрыл глаза. Внутри у него билось отчаяние, оно, как сумасшедшее, рвалось наружу, раскраивая сердце, билось в ребра, больно царапая безысходностью. Он и сам до конца не понимал, что происходило между ними с самой первой встречи, однако в одном был уверен абсолютно точно: он не может отпустить этого парня от себя. Никогда. И ни за что. Иначе… иначе его жизнь попросту утратит всякий смысл. Потеряв своего истинного, он больше никогда не сможет стать прежним. — Я не хочу без тебя, — едва слышно сказал он. По щеке скатилась обжигающая слеза. — Пожалуйста, ты можешь не уходить? Я не выдержу, если ты меня оставишь… Кровь, словно пульсируя в такт его горечи, обернувшись слезами, полилась на деревянный пол с удвоенной силой. Он стоял, обречённо смотря себе под ноги, а все вокруг превращалось в темно-рубиновые лужицы вязкой жидкости. — Хёнджин… — Нет! Если собираешься сказать мне, что-то, то хотя бы спустись с этой чёртовой лестницы и скажи мне это в глаза. Феликс нерешительно подошёл к нему. Его губа была закушена до крови, а взгляд блуждал по окровавленным рукам гонщика. — Честно говоря, я понятия не имею, что я должен тебе сказать. Прости, что снова причиняю тебе боль. — Просто будь честен с собой, — Хёнджин медленно взял его ладонь в свою. Парень в ужасе попытался освободиться, но старший не отпустил его. Сейчас ему было уже все равно, так или иначе, раны вновь кровоточили. Так он хотя бы мог коснуться человека, без которого теперь не представлял своей жизни. — Ты говорил, что я тебе нравлюсь, разве это была ложь? — Нет! Нет… но… теперь я не уверен… это очень странное чувство. Когда я рядом с тобой, оно не даёт мне покоя. — Прошу, расскажи мне. — Я не знаю… не знаю! — в панике шептал Феликс. — Я не знаю, что чувствую к тебе, но и прекращать все это мне тоже не хочется. Из-за этого я ощущаю себя мучителем, который ничего не достоин. — Это не так, — спокойно сказал Хёнджин и мягко поднял его подбородок к себе. — Позволь себе принять то решение, которое ты хочешь, а не то, что кажется тебе правильным. — Могу ли я так поступить? — Феликс взволнованно смотрел в тёмные глаза напротив, и ему казалось, что он видит в них целую вселенную. Сердце билось где-то в горле, и по вискам бешено лупил адреналин. — Почему нет? — Тогда, — густая кровь уже несдерживаемым потоком лилась по рукам с каждым мгновением все больше слабеющего Хёнджина. — Можно мне остаться с тобой? — Конечно, — на губах Хвана расцвела облегчённая улыбка. Наклонившись, он на мгновение замер, вглядываясь в обеспокоенное лицо Феликса, а затем осторожно поцеловал. Парень нерешительно ответил ему, едва касаясь губ, но спустя несколько секунд тут же отстранился. — Боже, сколько же крови! Пойдём, Хёнджин, тебе нужно прилечь. Я вызову скорую.