Останки

Он приказал своим ребятам не есть и не пить, и сам ничего не ел и не пил, невзирая на сперва вялые, а потом беспокойные уговоры хозяйской команды. Боннет норовил утянуть Тича в своё инфернальное логово - забалтывал, соблазнял, подтрунивал. Эдвард же всё не мог избавиться от жутких видений, навеянных кровавой ночной расправой. Конечно, он в своей жизни испытывал и страх, и ужас, редко и давно - панику, не раз видал, как его старым товарищам выворачивали суставы, проламывали черепа и выпускали ливер, но всё это меркло и хирело в сравнении с тем, что он ощущал сейчас. Это не кучка гнилых самоуверенных ублюдков, решившая покуситься на голову и улов легендарной Чёрной бороды; не какой-то самоубийственный мститель или наёмник, который приготовился умереть, лишь бы оцарапать Эдварда Тича отравленным клинком; не дикое племя с дикими порядками; и, тем паче, не флотские разных стран. Все они так или иначе были людьми; смертными, слабыми, подверженные эмоциям - они либо сами убегали, либо Тич ловко от таковых увиливал, не забыв поднасрать как следует. Ну, или убивал. Этих - не убить. От них не сбежать, и, кажется, не прогнать. После стольких лет плаванья, уже остывший ко всем байкам про призраков, монстров и русалок, Эдвард наконец повстречался с воплощённым морским мифом, и... он вообще не вдуплял, что делать. - Эд? - в очередной раз подошёл к нему робеющий Боннет, когда его команда стала собираться к ужину. - Я понимаю, что всё это... весьма дико выглядит со стороны. Я могу прояснить пару моментов, которые, возможно, помогут вам выбраться... Так что, прошу вас, господа, успокоиться, взять себя в руки, чёрт возьми, и уже сходить и поесть по-человечески. - "По-человечески"? - визгливо хрипит Хэндс. - Да вы - нелюди! Кучка мертвецов! И гнилой мертвечиной нас кормили! Твари! Выродки! - Иззи затыкается после ощутимого тычка Мердека. Боннет видимо расстраивается, распахивая глаза и опустив уголки губ. Он смотрит на Тича, но тот продолжает хранить молчание, подобравшись, и машинально прижимая руку с кинжалом к животу, готовясь нанести удар. - Ну, тогда, - мягкий голос Стида внезапно твердеет, а глаза темнеют, лишаясь участия, - подыхайте тут с голоду в собственном дерьме. Отличная смерть для легендарной Чёрной бороды, - журит его капитан разочарованным тоном, после чего решительно поднимается и идёт к своей команде. Сегодня покойники ставили театральную сцену: Швед и Чёрный Пит разыгрывали "Сражение под Бунингхаймом". Играли отвратно, конечно, но мечи у них были настоящие... И протыкали они друг друга по-настоящему. Наверное, именно потому одеты были не в хороший шмот, а в какое-то замызганное рваньё. Однако же, зрители сего действа смеялись, подсказывали, давали советы, и подсказывали реплики. - ...Значит, голодовка, - задумчиво говорит невесть за каким хером подошедший Люциус, притащив с собой тарелку с охренительно вкусно пахнущей похлёбкой с большим куском ароматного свежеиспечённого хлеба на краю. - Не самая лучшая смерть, на самом деле. Тают силы, портится рассудок, а нутро гудит и горит. За три с лишним недели можно и друг друга пережрать, знаете ли, а за целую вечность... - Чего тебе надо? - бурчит Айван. - У вас есть шанс отсюда выбраться, симпатяжка. Раз уж карты раскрыты, так и быть, скажу первое условие: не убивать капитана. Убиваете капитана - идёте на гуляш, - мальчишка лучезарно улыбается, "салютуя" тарелкой, заставив Эдварда и его экипаж побелеть. - Почему сразу не предупреждать, что вы - нечисть? - Мы пробовали. Не работало. Луны нет - не верят. Все всегда нападают, всегда пытаются захватить судно, всегда убивают капитана... Но наш капитан сам по себе - добряк. Ну, и немного идиот. Точнее, в основном - идиот. Мы думаем, нас за это и прокляли, - морщится писарь, с равнодушием глядя, как Шведу отсекают руку. Тот потом её просто подбирает и прикладывает обратно, продолжая "кровопролитное сражение". - Он дал приказ - не убивать, пока гости сами не проявят агрессию. Пираты, офицеры, дипломаты, странники, учёные... Пираты, конечно, в основном. Все всегда нападают, какими бы милыми и вежливыми мы с ними ни были. Чуют неладное - и хватаются за клинки. Мы пробовали их связывать, пробовали угрожать, уговаривать, объясняли... Без толку. Команды две или три всего освободили. - Так... какие другие условия? Первое - не убивать капитана, дальше что? - взвивается Эд. - ...Хм, - задумывается Люциус, хитро щурясь. - Если капитан вас одаривает - соизвольте подарить ему что-то в ответ, - "Угадал". - Если вас угощают - не отказывайтесь, - "Не угадал, но не без причин же..." - Плюс, постарайтесь не сдохнуть сами. Там, перерезать себе горло, или друг друга; разбивать себе головы о стены; прыгать за борт... уморить себя голодом. Туман сгущается в полную луну, но это именно то время, когда мы можем вас скинуть в воды близ берегов. Как отойдём - туман рассется и валите на все четыре стороны. Собственно, это все условия. К слову, мистер, сэр... Чёрные усы? Пардон, Борода. Наш кэп к вам соблаговолил, да и вы, по всей видимости, не против. Понимаю, что вы там, по ту сторону, весь такой жутко-страшно-кровожадный, но будьте помягче с нашим балбесом. Стид, конечно, добряк... Но мы, всё же, пираты. О, господи, - бормочет он, посмотрев в сторону своего экипажа. Полкоманды кинулось собирать Чёрного Пита по кускам. Рука на место головы клеиться не хотела - ребята ржали, а Боннет закатывал глаза и пытался призвать своих балбесов к порядку.